Love sick

      Осана Наджими всегда мечтала быть как те принцессы, что в мультфильмах поют, радуются жизни и встречают вечную, безграничную любовь. Она всегда мечтала о прекрасной, огромной, светлой и чистой любви, в которой были бы принц и принцесса. Как в тех самых мультфильмах и фильмах, которые романтичная девушка любила смотреть с детства. И, разумеется, Осана всегда мечтала о принце. О эфемерном образе, который витал у неё в подсознании и который поддерживался социумом. Да, Наджими верила в эту сказку о стереотипных романтических отношениях, в которых какой-нибудь принц влюбляется в какую-нибудь принцессу, побеждает монстра и берёт девушку в жёны, а дальше дети и весёлая долгая жизнь.       Именно поэтому рыжеволосая сейчас находится в сыром подвале, с мигающим светом. Именно поэтому её руки и ноги привязаны к старому, но крепкому стулу, а сама она заплаканная и уставшая, пялится на лестницу что ведёт к выходу. Это всё наказание. Наказание за наивную веру в принцев, принцесс и драконов. Хотя монстр тут действительно есть. Дверная петля начинает скрипеть, и карие глаза с тревогой распахиваются.       — Проголодалась?

***

      Весь кошмар начался, скорее всего, с самого начала учебного года. С самого первого учебного дня, когда её любимый принц Таро как всегда опаздывал. Девушка стояла и по привычке тихо вслух ругала друга. Ругала, потому что ненавидела такое халатное отношение к себе от человека, который хоть и не знал о её чувствах, но всё же был другом. Тогда Таро врезался в какую-то черноволосую девушку и повалил на землю. Но возмутило Наджими не это, а то, как мило он к той отнёсся, и то, каким взглядом брюнетка провожала уходящих Осану и Таро.       Осана хотела тогда признаться Таро в своих чувствах в первую учебную неделю в пятницу после уроков. Однако случилось несчастье — и она и Ямада отравились во второй день. Это было ужасно. Девушка даже не знала, что ужаснее, что они отравились обедом, который приготовила она собственноручно, или то, что её друг детства отравился гораздо сильнее и его положили тогда на неделю в больницу.       Единственным советчиком и помощником в амурных делах была Ямада Ханако, сестрица возлюбленного. Добрая милая и отзывчивая девушка старалась помочь Осане с Таро, но потом она как-то резко влюбилась и стала уделять всё своё время второй половинке.       Когда Осана вновь стала серьёзно планировать признание, то провинилась перед Таро — испортила его любимую книгу. Парень быстро простил рыжеволосую, но Осана чувствовала каждой клеточкой тела, что Таро после того момента отдалился от неё. Это было больно, но Осана не сдавалась. Все её попытки сблизиться с самым замечательным парнем заканчивались провалом. Полнейшим крахом: Осана хотела сходить с парнем на пикник, но перепутала время. Хотела пойти в кино, но проспала. Хотела помочь с уборкой класса, но кто-то порезал мусорный пакет и потому всё, что убирал её друг было рассыпано. Осана нервничала и плакала после каждой неудачи. Она срывалась на возлюбленном, отдаляя того от себя. Это было невыносимо. Девушке стало казаться, что Ямада стал её целенаправленно избегать по возможности.       Однажды Осана плюнула на всё и после пяти недель попыток спланировать признание, просто выловила Таро в школьном пустом коридоре после уроков и попросила выслушать её. Её тело пылало чувствами, молодая кровь бурлила, разум и душа были в таком смятении, что какими-то неведомыми Осане импульсами заставляли трястись тело. В голове была каша и потому красивые мысли превратились в тихое и скомканное:       — Я люблю тебя, — хоть девушка и не рассказала парню о том, как она жалеет о всех тех глупых поступках, не объяснила причину своего плохого настроения и срывов в последнее время, она почувствовала, как с головы до пят по телу прошлась волна эйфории. Волна, что сбросила тяжёлый груз.       Девушке хотелось обнять Таро крепко-крепко, посмотреть в его тёплые глаза и коснуться манящих губ. Но было одно «но». Таро не ответил. Парень тяжко вздохнул.       — Прости, но твои чувства не взаимны, — и всё. Он поклонился, развернулся и ушёл.       Осана пару минут стояла одна в оцепенении. Отсутствие любых эмоций кроме шока пронзило её разум, её сердце и её душу. Затем, когда девушка поняла, что может моргать, эмоции нахлынули на неё, как поток холодной воды. Осана обиделась на Таро, за его непонимание, за его жестокость и холод. За них же она и разозлилась. Хотелось пройти к парню и ударить того, встряхнуть и спросить, где хоть какое-то уважение к чужим чувствам, где хоть попытка сделать вид, что ему не неприятны чувства девушки? Девушка собралась в ту сторону, что пошёл Таро, но ступив пару шагов, вся злость вышла через подступившие слёзы.       Прижавшись к стене и съехав по ней, Наджими устало села на пол и стала плакать. Сейчас она была наиболее уязвима. Девушка настолько устала, что ни единой мысли не занимало волнение о том, что кто-то из оставшихся учеников может увидеть её в таком состоянии. Единственное, о чём думала Осана, так это о своих ошибках. Она словно сама была ошибкой.       — Эй, ты как? — рядом раздался тихий, нежный и вкрадчивый голос.       Осана так сильно рыдала, что ответила что-то невнятное. Девушка и сама не знала, что именно хотела сказать. Рядом с плачущей и разбитой Осаной на колени присела её одноклассница — Аяно Аиши.       — Скажи мне, что случилось? — нежно и осторожно спросила Аиши.       Осана тогда подняла взгляд своих заплаканных глаз на одноклассницу, которая смотрела на неё с беспокойством, и быстро его опустила, было невыносимо смотреть на кого-либо.       — Он ушёл, — кое-как сказала рыжая и вновь зарыдала. На секунду она остановилась, когда рука одноклассницы стала гладить её по волосам, утешая.       — Всё кончено, — обречённо и тяжело сказала Осана, а затем скривилась и слёзы хлынули новым потоком. Неосознанно, но Осана прильнула к Аяно и та обняла её. Сейчас Наджими так не хватало поддержки и тепла. Ян-чан была хорошей девушкой, как успела заметить Осана. Одноклассница всегда всем помогала, если её просили и всегда интересовалась их с Таро отношениями, так как Наджими однажды не сдержавшись сболтнула Аиши ещё в первый день учёбы, что неровно дышит к своему Сэмпаю. Но сильно Аиши никогда в душу не лезла и не была беспардонной. В общем хорошая девушка, которая сейчас гладила Осану по голове и спине и говорила тихим успокаивающим голосом ободряющие фразы.       — Всё будет хорошо, Осана-чан, — сказала Аяно и Наджими лишь крепче ту обняла, а затем разжала свои объятья и отстранилась от Аиши. Осана поняла, что прошло немало времени, когда увидела, что золотистый свет закатного солнца вливается в коридор через окно. Скоро должен был быть вечер.       — Спасибо тебе, и прости за это, — девушка отвела взгляд, она стыдилась своей истерики, сейчас ей нужно было умыться.       — Ничего, всё в порядке, — Аиши улыбнулась.       Только Осана хотела встать, как Аяно притянула Осану за затылок к себе и поцеловала. Одна рука Аиши покоилась на рыжем затылке, а другая поглаживала тыльную сторону кисти Осаны.       Девушку словно ударило молнией и пронзило тысячу игл. Это было мерзко. Рыжеволосая оттолкнулась от Ян-чан и отползла от неё, перед тем как встать. Когда Осана вскочила на ноги, то бросила взгляд на растерянную Аиши и злость заполнила все мысли Наджими. Осане было и стыдно и мерзко! Как Аиши вообще посмела воспользоваться уязвимостью Осаны и сделать такое без её разрешения?! Это гадкий поступок и это извращение! Они ведь обе девушки. Это всё Осана и выкрикнула Аиши, перед тем, как убежать в туалет. Теперь девушке нужно было не только ополоснуть лицо, но и рот.       А мысли всё вертелись вокруг этого поцелуя, когда девушка выходила из туалета. Осане было стыдно, а что если бы кто-нибудь увидел? Самое страшное, если бы это увидел Таро, он мог бы подумать, что Осана солгала насчёт своих чувств. Это был бы позор.       Когда Осана переобувалась возле своего шкафчика, то заметила, что скоро начнёт вечереть, а затем лишь темнота.

***

      Так Осана и оказалась здесь, в подвале Аяно Аиши, девушки, что стоит прямо сейчас напротив Осаны с подносом еды. С точно таким же, что был вчера и позавчера.       В первый день Осана кричала и ругалась, но одна пощёчина и обещание шекспировского конца для обеих девушек от Аяно, заставили Осану усмирить пыл и прибегнуть к тактике полнейшего молчания.       — Ну так что? — милым голоском спрашивает Аиши.       Осана в который раз игнорирует Аяно. Она как вчера и позавчера не собиралась есть из рук этой психопатки, так не собирается и сегодня. Пусть желудок ужасно болит, а от взгляда на поднос слюней во рту становится гораздо больше, Осана не сдаётся. Аяно же лишь усмехается на такое поведение Осаны, ставит поднос с любовно приготовленным завтраком на пол берёт с него кухонный нож и подходит к рыжей. Осана напрягается, она видела Аяно в женской раздевалке, она знает, что Аиши атлетически слажена куда лучше Осаны и физически развита больше, напрягает и нож в руках Аяно и собственная беспомощность. Аяно, вопреки всем мыслям Наджими, просто гладит её по голове, а затем наклоняется и пытается поцеловать. Осана дёргает головой и не даёт Ян-чан сделать то, что та хочет. Яндере, приняв отказ Осаны, просто садится той на колени и схватив за подбородок притягивает её лицо к себе.       — Ты не используешь свой язык, чтобы есть еду приготовленную мной, не используешь, чтобы говорить со мной и не используешь, чтобы целоваться со мной. Может быть, он тебе не нужен? — спрашивает Аиши и, играясь с ножом, смотрит прямо на губы пленницы.       — Не надо, — голос Осаны звучит хрипло и жалко, она сорвала его от крика ещё в первый же день.       — Что не надо? — удивляется брюнетка и устраивается на коленях Осаны поудобнее.       — Язык, не нужно его резать, — рыжая говорит обречённо, хоть и старается сдержать слёзы.       — А что будет, — Аиши склоняется к уху Осаны и через улыбку говорит,: — если я не буду его отрезать?       — Я, я буду есть, — неуверенно отвечает жертва.       — А ещё?       — и разговаривать, — неохотно выдавливает Наджими.       — И? — не меняя тембра голоса, спрашивает Аяно, склонившись к уху.       — Пожалуйста прекрати, — жалобно говорит рыжая и предпринимает попытку возмутиться: — это идиотизм! Аяно смотрит Осане прямо в глаза и та вздрагивает.       — И? — Аиши продолжает настойчиво буравить взглядом Наджими.       Осана молчит. Аяно вновь склоняется к уху рыжей и ножом начинает поглаживать щеку одноклассницы.       — Осана, ты же не глупая девочка, ты прекрасно понимаешь, что без языка ты как-нибудь проживёшь, а я тебя и без языка любить буду, так что и…- этот обманчивый вкрадчивый голос сейчас напоминает Осане голос самого дьявола, который таится в мелочах, что не подмечала рыжая раньше.       — Сдаюсь. И целоваться.       Аиши радостно отодвигается от уха Наджими и смотрит той в глаза. Затем Аяно начинает приближаться к дрожащим губам рыжеволосой. Осана чувствует все оттенки страха, особенно те, что идут вперемешку с омерзением. Аяно почти касается губ Наджими, Осана смотрит со страхом в глаза Аиши, но в последний момент перевешивает страх и Наджими неосознанно отворачивает голову.       — Осана! — Злобно процеживает сквозь зубы Аяно. Наджими понимает, что ей нужно подыграть девушке, сыграть по её правилам.       — Я не готова. Пока — и девушка кидает осторожный взгляд на Аяно, — давай в другой раз, — Осана пытается сделать свой хриплый и жалкий голос хоть немного милым. На удивление Осаны Аяно меняется в лице и с улыбкой говорит:       — Как скажешь. Ты голодна? — миролюбиво спрашивает Аяно так, будто они дружат уже очень давно и во всей этой ситуации нет ничего ненормального.       Осана кидает сконфуженный взгляд на еду. Она голодна и готова набросится на стряпню Ян-чан. К тому же уже всё равно нет смысла разыгрывать спектакль и морить себя голодом. Осана проиграла.       — Да