Демоны, стихи и пицца(булочки).

Милый мой ягненок, Голосок твой тонок. Ты ко мне, дружок, прильни, Язычком меня лизни. Дай погладить, потрепать Шерстки шелковую прядь. Дай-ка поцелую Мордочку смешную. Весело, весело Встречаем мы весну! (В. Блейк: «весна») После всех событий на адском дереве, выросшем в окрестностях Редгрейв-сити, помирив сыновей Спарды и выполнив заказ, Неро триумфатором вернулся в родную Фортуну, по дороге зачистив не успевших убраться от его взора подальше в Ад демонов. Но оставшиеся, вроде навсегда, в Аду незабвенные Данте и Вергилий в итоге умудрились выбраться и оттуда, попутно придумав новую тему для споров - кто именно проявил гениальность, отвагу и героизм, вытащив своего непутевого брата из бездны? Каждый из братьев был уверен, что именно он. Вергилий был убеждён, что являясь хозяином Ямато и специалистом по открытию порталов, он сделал всю работу, лишь от широты души позволив Данте покинуть ад вместе с ним. Но его уверенность не мешала Данте думать, что без его уникальной мысли, как можно воспользоваться оставленной лазейкой, его ни к чему не приспособленный брат так бы и бегал по преисподней, убивая демонов. Впрочем, даже это разногласие не смогло полностью затмить радость от возвращения в мир людей, поэтому на пути к агентству они подрались всего раз десять. Данте с гордостью (которая исчезла, стоило его брату увидеть бардак в офисе) представил своё агентство. Вергилий оценил название, но все же уточнил, что его power никогда не плачет. Данте ответил, что совсем недавно именно с его power они с Неро разобрались, что стало motivation для новой драки братьев. Лишь у себя Данте смог расслабиться и, достав из самого тёмного угла последнюю заначку, заказать себе свою любимую пиццу без оливок. Вергилий, которому все было в новинку, и который не пробовал пиццу ни с оливками, ни без них, решил тоже познать этот неземной вкус (по мнению Данте). Воспользовавшись остатками заначки брата - само собой, тот об этом так и не узнал - и с некоторым трудом заказал и себе творение итальянской кухни. Только с оливками. Он с большой осторожностью пробовал неизвестную пищу. Впрочем, он скоро втянулся, а распробовав оливки, понял, что без них пицца - не пицца, о чем радостно и сообщил брату, доедавшему свою порцию в этот момент. Вкусы братьев снова не сошлись. Итог...впрочем, его угадать нетрудно. "Где ты, отец мой? Тебя я не вижу, Трудно быстрей мне идти. Да говори же со мной, говори же, Или собьюсь я с пути!" (В. Блейк: «заблудившийся мальчик») После непродолжительного проживания в агентстве брата, Вергилий решил навестить сына и погостить несколько лет у него. Точнее, так решил Данте, выставивший близнеца из офиса, но какая, в принципе, разница? Главное - наконец семья счастливо воссоединится! Вергилий, правда не без затруднений, но все же прибыл в Фортуну. Город, где он некогда бывал, пробудил в нем множество воспоминаний, и любящий брат и отец позволил себе понастальгировать. Он вспомнил, как прибыл на остров, как пафосно резал демоническую мелкоту, как припугнул некий обосновавшийся тут орден (ну, он был уверен, что припугнул), а так же ряд других приключений. Вот только... кем была мать Неро, и когда он вообще успел сделать наследника, он так и не вспомнил. Сказать, что Неро был удивлен, увидев своего приехавшего без предупреждения "любимого" отца с чемоданом в руках - значит, ничего не сказать. Впрочем, Нико оценила юмор ситуации и тихо хихикала про себя, а вот Кирие встретила нового члена семьи с распростертыми объятиями. Похоже, ей было только в радость подобное воссоединение. Неро нравилась в ней эта черта, но именно в этот момент у него мелькнула мысль, что лучше бы его жена походила на упрощённую версию Нико - с минимумом любви к любым родственникам. На его счастье, Кирие не владела телепатией (или просто решила простить мужа). Вергилий же тоже оценил широту характера своей невестки, и после переезда (хотя что это именно переезд он ещё никому в доме не сказал) большую часть времени проводил на кухне, внимательно наблюдая за готовкой. Доброта Кирие была безгранична, и Вергилию часто что-то да перепадало ещё до основного обеда. Особенно - нежные, пышные булочки, которые Кирие выпекала довольно часто, а самую пышную отдавала Вергилию. Неро же не был в восторге от такой дружбы его любимой со свёкром, и, скрепя сердце и скрипя зубами, он раскошелился на личную библиотеку для отца, включавшую собрания сочинений и поэм Вильяма Блейка, а также несколько эксклюзивных изданий «Божественной комедии» на разных языках. Вергилию понравился такой знак внимания, и он любезно переселился в библиотеку, что, впрочем, не помешало ему всё так же получать самые вкусные булочки самым первым. Отец года снова оказался в выигрыше. К вящей "радости" Неро, вскоре после приезда Вергилия в гости под предлогом навестить родственников, заехал Данте. На самом же деле Вергилий отправил братцу довольно провокационное письмо, в котором сообщал, что теперь он получает power от чудесных булочек, которые по своему вкусу превзойдут все эти пиццы с оливками и без вместе взятые. Само собой, матёрому охотнику на демонов стало любопытно и даже завидно, что только его брату достаётся такая power. Прибыв на место, он ещё больше был удивлён собственной библиотекой, доставшейся его братцу в подарок от сына, и даже подумал, что зря он не завёл детей, пока было время. Вергилий любезно провёл брату экскурсию по своему книжному королевству. Данте глядя на изящные и явно недешевые (Неро не стал распространяться, что половину книг купил у перекупщиков) издания «Божественной комедии», вспомнил о вечной проблеме с финансами и тихонько засунул под одежду пару томиков, пока Вергилий искал какой-то стих в другой книге, и собирался тихо свалить (хотя все мы знаем, что Данте просто хотел вспомнить детство). Увы, Вергилий тоже вспомнил детство, поэтому Данте не успел уйти из дома. Очередная драка уже грозилась разнести весь дом, когда это дело увидела только что закончившая уборку Кирие. Она молча ушла на кухню и так же молча вернулась оттуда со сковородой. Что было дальше, ни Данте, ни Вергилий так никогда никому и не рассказали, но с той поры в доме Кирие оба вели себя тише воды, ниже травы, не рискуя уронить лишнюю пылинку, а Данте даже стал уважительно относиться к книгам своего брата. Вергилий же, по слухам, стал брать уроки фехтования на сковородках.