Терпи или смирись

Интересно, как часто люди чувствуют себя «не в том месте»? У тебя когда-то было такое чувство? Чувство того, что это не та реальность, в которой ты сейчас находишься — как насчёт того, что все твои действия переносятся в параллельный мир: сидишь в этом мире, спокойно ешь бутерброд на кухне, а в параллельном уже ешь бутерброд на чьих-то похоронах! А люди смотрят на тебя, как на сбежавшего из психбольницы человека — по описанию, это и так выглядит, будто бред психбольного. «Что я такое?..» — это вопрос, который мучает нас, когда мы теряем себя в пространстве, времени, реальности. Когда ты пришла в себя, то увидела перед собой белый потолок — кажись, ты лежала на больничной кушетке. Рядом был кто-то знакомый, кто-то близкий, но ты не могла рассмотреть его облик — интересно, это девушка, или парень? «Я вроде бы знаю его, но не помню кто именно!» — твои мысли были наполнены догадками того, кто это мог быть. То ли из-за отчаяния, то ли из-за усталости ты закрыла глаза. — Пришла в себя? Я рад, Т/И, — голос был определённо мужским, но, ты до сих пор не могла понять кто это. Скорее всего, из-за маленького провала памяти после удара, ничего большего. Ты не хотела открывать глаза, так как солнечный свет, доносившийся из окон, слепил тебя, из-за чего глаза начинали болеть. — Эй, ты бы не мог закрыть штору, чтобы я рассмотрела кто ты? — Ха, всё ещё не узнала меня? — парень отпустил твою руку, и ты почувствовала шаги, которые приближались к окну. Ещё пара секунд, и солнечный свет перестал так интенсивно поступать в комнату. — Спасибо, — ты потихоньку открыла глаза, и увидела перед собой чудесную картину: молодой, красивый блондин подходил к твоей кровати и поправлял очки, которые сползли с его переносицы. Так же, ты смогла рассмотреть комнату: это, скорее всего, была больница, и это уж точно не была одна из комнат дома Монокумы! — Не напомнишь своё имя? — Эх, когда вы, простолюдины, уже запомните его? Я — Бьякуя Тогами! Теперь хоть что-то прояснилось в твоей пострадавшей голове? — О боги, я думала, что ты ушёл без меня! Ты же открывал дверь, и кажется, собирался уйти! — Я бы не ушёл без тебя, милая, — он аккуратно взял твою руку и поцеловал её, из-за чего ты быстро смутилась. — Но, ты же назвал меня дурой, или что-то в этом роде. — Да? Не припоминаю такого! — он мило улыбнулся, смотря в твои чудесные глаза, — Никогда раньше не замечал этого, но у тебя очаровательный цвет глаз! — Ах, Тогами! — улыбка растянулась по всему лицу, на секунду ты почувствовала себя беззащитным и милый ангелочком! — Кстати, где мы? — В личной больнице моей семьи, — парень хотел ещё что-то добавить, но ты перебила его: — В больнице?! Так мы выбрались из того кошмара?! — ты была ошеломлена такой новостью: больше не будет никакого намёка на убийства, не будет страданий, боли, ужаса! — Не волнуйся, милая, выбрались. Травма, у тебя хоть и серьёзная, но мы тебя вылечим, не переживай! — он положил руку тебе на лоб, тем самым проверяя температуру, — Наконец-то! Кажется, температура спала. — У меня была высокая температура? Сколько? — Тебе важно знать? Ладно, так уж и быть, скажу, — парень достал какой-то блокнот, пролистал до определённой страницы, показал её тебе и ткнул на надпись, которая гласила:

«Температура пациентки при поступлении — 38.7»

— Да-а, ты та ещё горячая штучка! — легонько прикусив зубами свою нижнюю губу, Тогами подмигнул тебе. Слова и жест парня заставили тебя покраснеть, и он это заметил: — Эй, ты знаешь, что сейчас выглядишь как помидор? — Не говори больше такие смущающие вещи! — это очень смутило тебя, но в твоём животе появились те самые щекотливые ощущения, как в прошлый раз! — Хорошо, как скажешь, милая, — последнее слово он сказал с такой нежностью, от которой у тебя пробежали мурашки по телу. «Я какой-то блядский зоопарк?! Сначала бабочки в животе, теперь мурашки по телу. Организм, я какая-то шутка для тебя?» — возмутилась ты в своих мыслях, и тем самым пыхнула вслух. — Что-то не так? — он приблизился к твоему лицу. — Нет, с чего ты взял? — маленькая тревога появилась на твоём лице — он так близко! — Ты пыхнула, — немного раздражённо упрекнул тебя блондин. — Ой, прости, отвлеклась на мысли, и забыла о реальности! — Ладно, лежи, отдыхай, мне пора идти, — на последок он опять поцеловал твою руку, — не скучай тут! — он удалился из комнаты. — Как тут красиво, — ты смогла рассмотреть ту часть комнаты, которая была видна тебе из кровати: белые шторы, за которыми прятались окна, с восхитительной рамочкой — такой же белой, но с лёгким чёрным узором, а на тумбе, рядом с твоей кроватью стоял вазон с цветами. — Знакомые цветы, только не могу вспомнить какие! — оставшись наедине, ты часто разговаривала вслух сама с собой, — Хризантемы? Нет. Может орхидеи? Тоже нет! — ты внимательно разглядывала цветы: маленькие, белые листочки, которые были прикреплены к жёлтому центру, — А, точно, ромашки! Господи, как такие простые цветы могли вылететь из головы? Кажется, удар был действительно таким тяжёлым. За окном садилось солнце, и это было видно даже через закрытые шторы. На удивление, время текло очень быстро — интересно, когда Бьякуя придёт ещё раз? «Ах, он действительно что-то чувствует ко мне!» — ты вспомнила всё то, что он сегодня делал: нежные слова, которыми раньше никогда не называл, касания к телу, которых раньше не было. «Возможно, он скоро мне признается в любви! Ах, я должна написать об этом книгу! Но стоп, я не умею писать. Какая боль, тогда нарисую рисунок! А что, если после травмы у меня открылся дар, и я теперь могу всё, и у меня наконец-то появится особый талант?» — даже просто думая об этом, твои уши горели, а в животе возникали «бабочки». — А~ах, Тогами, как ты можешь быть таким идеальным? — эта фраза случайно вырвалась, и была сказана вслух. — Я всё слышал! — в комнату вошёл Бьякуя, с букетом цветов, и отдал его тебе, — В следующий раз принесу пакет апельсинов. — Почему ты стал таким заботливым? — тихонько рассмеялась ты, но вскоре твоё выражение лица из радостного поменялось на серьёзное, — Действительно, ты стал очень заботливым, это подозрительно. — Я просто люблю тебя! — сладкая фраза донеслась из уст наследника, — Я люблю тебя больше всей своей жизни, люблю больше, чем самого себя! Т/И, давно тебе хотел это сказать, так что случай внимательно, — парень приподнял тебя, обнял, поднёс свои губы к твоему уху и нежно сказал: — Эй, эй, ты жива? Поднимайся, и не смей умирать, живи, ради меня, умоляю! — Что? — это всё, что ты смогла выдавить из себя. Ты закрыла глаза, сделала вдох и выдох. И ты открыла глаза из-за мощного удара по щеке — это что, пощёчина?