Прикоснись ко мне

— Люси, умоляю, прикоснись ко мне... Ещё раз. Его тихий голос, наполненный почти что осязаемым отчаянием, прошелестел в чарующей тишине тёмного леса. Заставляя разрезать мягкий поток ветра всего на мгновение. Она не услышит, никогда. Он не позволит, это было слишком неправильно. Слишком больно. И одновременно так жгуче приятно, что сдерживаться при каждом её взгляде, наполненном теплом, становилось почти что пыткой. Ох, как же он желал вновь почувствовать мягкие и нежные подушечки пальцев на своей горячей коже. Окунуться в пьянящие ощущения того, как крепко маленькие ладошки прижимаются к его груди. А ведь это произошло совершенно случайно на одном из заданий. Нужно было обезвредить магическую бомбу в особняке одной знатной семьи. Кто-то уж очень сильно желал их смерти, а заодно и довольно немаленького состояния. С самого начала всё пошло наперекосяк: не успел Лев появиться на зов своей хозяйки, как один из шайки магов-недоумков разорвал его верхнюю одежду в клочья, а после за несколько мгновений, пока он был в замешательстве — ведь это же вещи из специальных звёздных нитей, которые порвать слишком сложно — у Люси отобрали ключи и бросили в грязную лужу. Сильно думать не нужно, чтобы догадаться, что произошло после такого. Естественно, явилась грозная и ужасно злая Водолей, которая кричала так, что его ушные перепонки едва не лопались. Она размахивала своим кувшином из стороны в сторону, вышибая мозги магам-недоучкам и даже не замечая этого. Её потемневшие от ярости глаза не обещали ничего хорошего, поэтому Локи загородил собой Хартфилию, которая дрожала, как осиновый листочек. И как раз в этот момент русалка не выдержала наглого молчания и одним рывком смыла их, затапливая красивый особняк знати. Её, убивающие всё на своём пути, волны зацепили бомбу и та мгновенно взорвалась, разрушая когда-то прекрасное и огромное строение. Люси лишь крепко обнимала своего Льва со спины, вжимаясь ладонями в его грудь, боясь раствориться в этих волнах и острых обломках. Проклиная вспыльчивую Водолей и от страха не замечая даже того, что спустя недолгие секунды окутавшего ужаса она стояла на мягкой земле. Всё так же прижимаясь к своему личному хранителю и совсем не обращая внимания на то, как он тяжело дышит, отчаянно краснея и глухо рыча. Львиные ушки прижались к голове, слегка подрагивая, а тело покрылось испариной, словно у него резко поднялась температура. Лев чувствовал себя прекрасно и ужасно одновременно, ведь это яркое чувство вспыхнуло не впервые. Хотелось прижать к себе глупую девушку и оберегать, гладить, рычать ей на ушко, вылизывать её прелестную шею, вызывая тихие вздохи. Хотелось подчиняться любым приказам, которые произнесут эти алеющие губы. Хотелось любить. Всё его нутро тянулось к хозяйке в поистине постыдных желаниях. Хотя постыдных ли? Скорее запрещённых, ведь любая такая связь пресекалась между духом и человеком. Любое чувство по отношению к хозяйке, более, чем дружба, являлось нарушением закона их мира. И Лев это знал. Прекрасно знал. Но заставить себя перестать любить Люси — это вырвать себе сердце, и никак иначе. Чтобы пресечь что-либо, выходящее за «рамки», он просто исчез в мир духов, оставляя после себя лишь золотые частички магии и одинокую замёрзшую девушку. Жалел ли о своём поступке позже? Определённо, да. Ведь его маленькой хозяйке знатно досталось от разгневанных заказчиков. После она старалась призвать его у себя в квартире, в гильдии, в бою — но он не приходил. Локи было слишком стыдно перед самим собой за бегство от своих чувств, от милой Люси. А спустя месяц, после того как на свой призыв начал отправлять Деву, в душе зародились ненависть и разочарование. Лев, самый сильный из знаков зодиака, да боится собственных чувств и их последствий? Бросает хозяйку, своё второе сердце, дыхание, жизнь на произвол судьбы? Смешно. И он смеялся, от отчаяния и своей слабости, о которой никогда не знал. Из-за чего сейчас вновь сидел на перекошенном дереве сакуры, взирая на ночное небо и мечтая всё исправить. Тихо шепча те слова, которые не смел произносить. Вспоминая нежность её рук, задорную улыбку, весёлые глаза и тёплое тело. Когда он утонул в любви к ней? Когда перестал желать просто овладеть её телом с заманчивыми формами? Ответ Лев знал слишком хорошо: когда она подарила ему новую жизнь, спасая от смерти и тьмы. Невольно хотелось проклинать тот день, который стал началом его страданий и боли, но он не смел этого делать. Вздыхая и вглядываясь в своё созвездие, Локи поправил слегка сьехавшие очки, грустно улыбаясь воспоминаниям. Уже собираясь вернуться в мир духов, он вдруг почувствовал как его тело стремительно тянет куда-то вниз. Призыв настолько большой силы? Невероятно, заклинательница так сильно хотела его увидеть... Или убить. Её заплаканные красные и сверкающие от гнева глаза больше намекали на второй вариант. Отчего Локи внутренне содрогнулся, прижимая свои ушки к голове и отводя взгляд. — Почему? — единственный вопрос, на который он не знал ответа, прозвучал так тихо, что мурашки побежали по коже. Хартфилия не стала сдерживаться и подошла вплотную к своему Льву, сразу же влепив ему смачную пощёчину и начиная с болью кричать, срываясь. — Почему ты не откликался на мой зов? Почему покинул меня? Почему сейчас стоишь и отводишь взгляд? Я настолько противна тебе? Отвечай, Локи! — Не противна, как раз таки наоборот. — сказав это, наконец осмелился вновь посмотреть в её глаза, в которых было столько боли, что он громко выдохнул, осторожно прижимая свою ладонь к щеке хозяйки и начиная её нежно гладить. — Тогда почему? Я не понимаю. Мне было так одиноко, я думала, что сделала что-то не так или обидела тебя. Я волновалась за тебя, засыпая с твоим ключом и всё время пытаясь призвать, — Хартфилия прикрыла глаза от усталости, наслаждаясь нежностью, — Локи... — Прости меня, Люси. Я виноват, прости. — Резко обняв девушку, он вслушивался в тихие всхлипы, отчего его львиные ушки подрагивали. Она плакала из-за него слишком много, и сейчас тоже... Было невыносимо осознавать это. Локи начал медленно гладить Хартфилию по спине, успокаивая и вдыхая едва заметный аромат фиалок от её волос. Строил из себя мученика, в то время как хозяйка страдала без него. Впервые Лев вёл себя так опрометчиво, забывая о том, что чувствовала девушка, в которой так нуждался. Ничтожество. Слабо ударила она его, нужно было сильнее, чтобы вытрясти из его головы всякий бред. — Хочешь чай? Я успела сегодня прикупить лаванды, будет вкусно, обещаю. — Люси вновь улыбалась ему, и эта улыбка была настоящей, счастливой. — Конечно хочу, принцесса. Заклинательница поспешила на кухню, а верный Лев ступал сразу же за ней. Ощущая, наконец, облегчение, и сев за чистый столик с белой скатертью, начал наблюдать за действиями девушки. Она волновалась, отчего всё валилось из рук, сахар рассыпался около кружек, а цветочки лаванды падали на пол. Но это не важно, ведь он наконец-то рядом. Не зря истратила столько магической силы за раз, рискуя упасть без сил на несколько недель. — А Нацу с ребятами вчера разрушили очередное здание церкви, — засмеявшись и залив лаванду тёплой кипячёной водой, девушка повернулась лицом к духу, поставив две кружечки на стол, переминаясь с ноги на ногу, — И, конечно же, нам ни капельки не заплатили. — Как всегда. — улыбнувшись уголками губ, Локи взял за ушко одну из белых кружек, поднося к губам и слегка отпивая сладкий чаёк. — Да, — Хартфилия не знала, что сказать, хоть и очень хотела, — Пойдём в комнату? На ковре будет удобно. Не дожидаясь ответа, она вышла из кухни, так как прекрасно знала, что Лев последует за ней. Отрывисто вдыхая и садясь на мягкий коврик, заклинательница засмотрелась на своего идеального духа. Если б он только знал, что творится в её снах, тут же сбежал бы. Наверное. Попивая остывающий напиток, они сидели в тишине, лишь разглядывая друг друга, словно в первый раз. Отмечая едва заметные изменения и желая лишь одного. Вот только оба сомневались в своём желании, даже не догадываясь о взаимности. Локи смотрел на свою хозяйку и в который раз жалел о своём поступке. Он не достоин её, теперь точно нет. Снимая очки, аккуратно отложил их в сторону, позволяя девушке заглянуть в глубину своей души. Открываясь полностью перед ней, смущаясь своей же смелости. Застывая, словно статуя, он никак не ожидал услышать слов, о которых грезил днями и ночами. — Можно я прикоснусь к тебе? — Люси покраснела, сжимая свои ладони в кулачки и прикусывая нижнюю губу. — Д-да... — ошеломлённый Лев не находил в себе сил пошевелить хотя бы пальцем, разглядывая хозяйку и неожиданно отмечая её ускорившееся сердцебиение. Осмелев после положительного ответа, заклинательница на коленках подползла ближе к парню, сразу же цепляясь пальчиками за пуговицы на пиджаке и аккуратно расстёгивая их. Затем медленно стягивая вещь и откидывая подальше. Проводя ладонями по рубашке, Люси выдохнула, в предвкушении снимая её и оттягивая узелок галстука. Резко вспыхнувшее желание потянуть за эту вещицу выбило из колеи, отчего она на несколько мгновений застыла, робея. Но сразу же быстро успокоилась и отбросила ненужную вещь, мягко прижимаясь ладонями к горячей груди Локи. Чувствуя тяжёлое дыхание, Хартфилия медленно водила пальчиками по его телу, обводя торчащие соски по кругу, поднимаясь выше, к слегка выпирающим ключицам. Нажимая на них и невольно подползая ближе, сглатывая вязкую слюну и горячо выдыхая. Разглядывать идеальное тело своего духа было прелестно, хотелось чего-то большего, чем то, что она сейчас делает. Удивившись своей же прыти, Люси прижалась мокрым язычком к шее дрожащего Льва, начиная выводить только ей известные узоры, вызывая этим тихие вздохи. Теряясь в пылающих ощущениях, она совершенно не замечала того, как сложно сдерживаться Локи. Он прикусил свою нижнюю губу до крови, зажмуривая глаза и млея под мягкими прикосновениями. Желая насладиться этим вдоволь и как можно скорее прекратить. Хотя зачем себя обманывать? Лев желал, чтобы это не прекращалось, молил небеса об этом. — У меня есть идея, — Хартфилия слегка отшатнулась от парня, краснея и жадно вглядываясь в его глаза с кошачьим вертикальным зрачком, — Только позволь мне делать всё, что я захочу, пожалуйста. — Тебе итак позволено всё, принцесса, — Локи нежно улыбнулся, погладив девушку по щеке. Заклинательница радостно хлопнула в ладоши и умчалась на кухню, начиная шуметь дверцами шкафчиков в поиске того самого. Она купила это совсем недавно, надеясь, что съест за написанием своего романа тихим вечером. Но раз уж есть такая превосходная возможность использовать это на своём милом духе, то почему нет? Найдя наконец нужную баночку со сгущёнкой, Люси счастливо улыбнулась и поспешила назад к Локи. Увидев его непонимающий взгляд и удивление, она села на колени около него, сразу же начиная расстёгивать кожаный ремень на его брюках. — Л-люси? — парень попытался остановить девушку, всё-таки это уже было действительно слишком. — Ты обещал, — добравшись до ширинки и медленно потянув за собачку, — Что я могу делать с тобой всё, что захочу. Поэтому, заткнись и наслаждайся. Противопоставить было нечего, да и не сильно то и хотелось. Он ведь о таком только мечтал, а тут всё происходит наяву. Его любимая хозяйка стоит на коленях и собирается подарить ему всю свою нежность. Лев взглотнул, чувствуя такое необычное для него смущение, сжимая ладони в кулаки и наблюдая. С блеском в глазах Хартфилия освободила жаждущий внимания орган от сдавливающих тканей, после дотрагиваясь пальчиком к алой, сочащейся смазкой, головке. В восхищении она медленно водила подушечкой по ней, размазывая вязкую жидкость, отмечая насколько это приятно. Прикусив губу и ласково посмотрев на духа, Люси взяла баночку со сладостью, избавляясь от голубой крышки и целуя парня в губы, отвлекая от того, как прохладная сгущёнка стекает по его подрагивающему члену. Поцелуй был мягким, медленным и сладостным, как тягучая карамель. Локи сходил с ума, запуская ладонь в золотистые волосы своей хозяйки и сжимая их. Отвечая с небывалой прытью, сминая нежные губы и полизывая их кончиком языка. Вырывая тихий несдержанный стон удовольствия, после которого заклинательница отставила баночку и прекратила поцелуй, наклоняясь и сразу же вбирая плоть до основания, протяжно застонав от сладкого вкуса сгущёнки. Выпуская член и сглатывая слюну, облизывая губы. Вновь заглатывая, впуская его в свой ротик глубоко-глубоко, застывая так и грубо скользя язычком по горячей плоти, наслаждаясь. Постепенно начиная посасывать, стараясь сглотнуть сладостную слюну. Вздрагивая от хриплых стонов своего Льва и поднимаясь к головке, дразняще двигая по ней мокрым языком. В конце концов выпуская её изо рта и начиная облизывать подрагивающий член, освобождая его от оставшейся сладостной сгущёнки. Чувственно постанывая, не прекращая лизать плоть и аккуратно касаясь мягкими пальчиками яичек, нежно прижимая к ним ладонь и перекатывая их. Полностью слизав всю густую жидкость, она облизала свои опухшие губки, затем вбирая головку в рот и жадно посасывая её. Люси безумно смущалась, от чего всё её лицо было покрыто румянцем, но всё же не прекращала своих действий. Ей это слишком нравилось. Делать приятно человеку, которого тайно любишь уже который год — что может быть лучше? Слышать, как громко и протяжно он стонет, сдерживается от желания засадить ей как можно глубже, потому что боится сделать больно. Скользя по уздечке языком и заскальзывая немного внутрь, она почувствовала солёноватый вкус смазки, распробывав и после опускаясь до основания, с жаром в груди и бушующим возбуждением начиная сосать огромный член. Крепко обхватывая его губами и не прекращая ласкать языком. Насаживаясь то быстрее, то медленнее, оставляя яички в покое и игриво касаясь подушечками пальцев живота Льва, поглаживая его. С каждым разом заглатывая член всё глубже, не сдерживая слёз от удовольствия. На секунду застыв, когда широкая ладонь накрывает её голову, мягко поглаживая, и тут же вновь продолжив, с удивлением ощущая как в горло ударяет горячая струя, а в ушах звенит хриплый стон. От неожиданности сглатывая сладковато-солёную сперму, Люси в последний раз облизала крупно дрожащую плоть, затем садясь к своему Льву на колени и обнимая его за шею. — Умеешь ты удивить, принцесса. — голос был хриплым и безумно возбуждающим, отчего Хартфилия не удержалась и крепко впилась в его сухие губы. Жадно целуя и посасывая, от переизбытка эмоций начиная кусаться почти до крови. Локи на это лишь усмехнулся сквозь поцелуй, обнимая хозяйку за талию и прижимая к себе. Скользя языком по её пухлым губам и позволяя себе одной рукой потянуться к большой и мягкой груди, начиная нежно ласкать. Но довольно быстро останавливаясь, так как его Люси без капли стыда посмела уснуть на самом интересном, тихонько посапывая. — И вот что мне с тобой делать, а? — прошептав эти слова, он как можно тише и аккуратней приподнялся, приобнимая девушку и ступая по коврику к кровати. Положив заклинательницу на неё, Локи снял свои болтающиеся брюки и лёг рядом, обнимая и прижимая самое дорогое, что у него есть, к себе. С нежностью в последний раз посмотрев на девушку, он потихоньку начал засыпать. Днём или утром он обязательно наградит свою хозяйку сполна, заставляя её кричать и стонать, срывая голос. Король духов будет страшно зол, и возможно лишит его магии, но разве это важно? Ведь нет ничего и никого важнее, чем она, милая Люси Хартфилия.