Мой солнечный мальчик

      Февраль 1964 год       — …Спокойной ночи, моё солнышко, — поправив одеяльце и поцеловав спящего мальчика, я тряхнула белокурой чёлкой и переместилась в спальню к Снейпам.       Боже мой! Эйлин, ну разве так можно?..       Надеваю на ее руку атласную ленту, оставляю записку и исчезаю.       В шесть утра ничего не понимающая Эйлин просыпается от вибрации зачарованного браслета, замечает в руке листок из журнала с рецептами и записку. В которой всего два слова: «Пора завтракать :)».       Посчитав это чьей-то глупой шуткой, Эйлин выбросила это в мусорник и вернулась в постель.       Гррр!.. Глупая курица! Неужели ей нравится ругань мужа?!       Наше противостояние продолжалось несколько дней. И каждый раз она выкидывала мои записки.       В одну из ночей я сидела в комнате маленького Северуса и пыталась привести до приемлемого вида его одежду.       — Привет! Ты моя фея-крёстная?       Вздрогнув, я подняла глаза. Закутавшись в одеяло так, что видно только глазёнки, меня с любопытством рассматривал Северус.       — Ну, — усмехнувшись, я улыбнулась глазами и чуть хрипловато от долгого молчания ответила, — можно и так сказать. А ты чего не спишь?       — Мне страшно. Мама с папой часто ругаются… может, ты сможешь их заколдовать?       — Солнышко, заколдовывать людей — нечестно. То есть можно, но когда им грозит опасность: упасть с крыши, порезаться, обжечься, утонуть… это же не тот случай, верно?       — Обидно… Маму жалко, она часто плачет…       — Знаешь, я уже неделю пытаюсь сделать так, чтобы твоя мама приготовила что-нибудь вкусненькое. Но все мои подсказки она выкидывает. Даже не знаю, что делать…       — Может, я смогу чем-нибудь помочь?       — Хмм… — я задумалась. В принципе… — Ты выходишь гулять? А с какими-нибудь соседями общаешься? — Северус кивнул. — Тогда вот что сделаем. Когда вернёшься домой, расскажешь, что неделю назад попробовал у миссис Донован вкусное рагу. Потом протянешь этот листок с рецептом. Скажешь, что попросил миссис Донован тебе его записать. И очень-очень проси, чтобы мама его приготовила. Хорошо?       — Да. Я сделаю.       Я поднялась и направилась к двери.       — Крёстная, ты еще придешь?       — Конечно, солнышко, — улыбнувшись, я вышла за дверь и аппарировала.       Май 1967 года       — Привет, моё солнышко!       — Крёстная! Ты пришла! Я скучал!       — Я тоже скучала, — улыбнувшись, обняла его. — Присаживайся. Ты какое будешь варенье: яблочное или вишнёвое?       — Яблочное. А эта кошка… она твоя?       Накладывая варенье в вазочку, я скосила глаза на свою рыжую нахалку книззла.       — Да, моё солнышко. Это Шерреми. И да, ее можно погладить, она знает, что ты свой. Как родители?       — Лучше! Папа перестал пить. Мы с ним даже на рыбалку сходили! Было здорово! Мама так вкусно готовит, что ей предложили готовить у папы на работе!       — Здорово!       Какое-то время мы сидели молча, наслаждаясь душистым чаем, мягким пледом и хорошей погодой.       — Крёстная, что со мной происходит?       — В смысле?       — Горят руки, в ушах шумит… а на днях я чуть не поджог занавеску…       — Это нормально…       — Нет! Хорошо, что отец не видел…       — Это нормально для таких, как я, ты, твоя мама… мы — волшебники.       — Волшебники? — недоверчиво спросил ребёнок.       — Да. Смотри. Экспекто Патронум, — возле нас мягко потянулась серебристая пантера и улеглась возле моих ног.       — А когда я смогу такому научиться?       — Именно этому заклинанию — лет через десять-пятнадцать, — а про себя усмехнулась. Уверена, этот чертёнок вытянет его из меня намного раньше, — а так… в одиннадцать лет тебе придёт письмо-приглашение обучаться в Акаде́мии Чароде́йства и Волшебства́ «Хо́гвартс».       — Ууу… как долго ждать, — разочарованно протянул Северус.       — Но что мешает нам по чуть-чуть тренироваться? — я заговорщицки приподняла бровь. — К тому же, осенью тебя ждут обычная школа и новые знакомства.       Июнь 1969 года.       — Привет, моё солнышко!       — Привет, крёстная!       — Mon prince*, почему бы тебе не пригласить тех двух сестричек?       — Хорошо.       — Здравствуйте, les petites dames*. Чай, сок? — девчонки с открытыми ртами смотрели, как я из маленькой сумочки доставала дополнительные чашки.       — Сок. А вы кто? Фокусница?       — Я — Крёстная. Фокусница, говоришь? Ну можно и так сказать, — я улыбнулась.       Июнь 1971 года.       — Привет, моё солнышко!       — Привет, крёстная!       — Совсем большой стал… В этом году в Хогвартс уедешь…       — Но мы же будем видеться?       — Конечно, солнышко. Ты же еще общаешься с сестричками?       — Да. Как и я, Лилс получила письмо. А Пет дуется на нас…       — Скажи Пет, что через два года я возьму её в ученицы.       — Но, как же…       — Ты хочешь сказать, что она полноценная маггла? Вроде бы я учила тебя видеть глубину?.. Петти — сквиб, для меня этого более чем достаточно. Передашь?       — Конечно, крёстная.       Начало сентября 1971 года       — Привет, солнышко!       — Привет, крёстная!       — Что случилось?       — Крёстная, почему люди так жестоки?       — Так-так-так… а ну-ка, взгляни мне в глаза… Наследники. Из Благородных Семейств… Гриффиндорцы… Сила. Отвага. Честь. Благородство, — я хищно осклабилась. Как там звучит девиз Школы? Не дразните спящего дракона? Ну на дракона я не тяну, скорее на мантикору. Но даже домашняя кошка способна принести неприятности. — А насчёт людской психологии я тебе позже объясню.       Конец сентября 1971 года.       — Привет, моё солнышко!       — Привет, крёстная! Во что играть будем?       — Сегодня просто в мячик.       Мы играли возле озера так, чтобы нас было не особо заметно из замка, но у нас был хороший обзор.       — Идут. Продолжаем. Всё по плану.       — Кто это тут у нас? Ну точно: Нюниус со своей няней, до сих пор подтирающей ему нос…       — А вот это уже оскорбление, Наследники! — прошипела я, капая на их лбы «Моментальный суперклей» и соприкосая друг с другом. — Крестники, вы знаете, что делать! А мы пока встретимся с Лордом Блэком! Не-е-ет! Лучше с Леди Вальбургой пообщаемся!       — НЕ-Е-ЕТ! Только не с мамой!       — Во-от как! — злорадно протянула я и активировала кольцо-порт на пальце Блэка.       В Блэк-холле нас встретил Орион Блэк.       — Здравствуйте, Лорд Блэк, — я присела в реверансе. — Простите за беспокойство. Меня зовут Верити Ванити.       — Добрый день, мисс. Что вас привело сюда?       — Где мы можем поговорить без свидетелей? — я выразительно покосилась на портреты.       — Пройдёмте в мой кабинет, — мы прошли в комнату с аскетичной обстановкой: стол, два кресла и огромный книжный шкаф. — Я вас слушаю. Для начала, что это за заклинание? Или это зелье?       — Ну, скорее зелье, милорд, — я позволила себе чуть обозначить улыбку. — Это клей. Куплен в маггловском Лондоне. Сейчас освобожу, — и капнула растворителем.       — Хм-м… как интересно… потом пришлите мне упаковочку, — я кивнула. — Так что произошло?       — Дело в том, что эти молодые люди невзлюбили моего крестника. Насколько я поняла из его рассказа, за то, что он мечтал поступить на Слизерин, как и его матушка. Возможно, еще за то, что семья Северуса не настолько богата, как ваша, и не может себе позволить столь же дорогую и красивую одежду.       — Отец, ты вер…       — Позже поговорим. Что-то еще, мисс?       — Да, милорд. Я не могу дать точных определений, мой наставник только начал объяснять эту тему… Но меня насторожили вот эти пятнышки на их зрачках. Смотрите: у вашего сына в пятом северо-восточном секторе седьмой точки от Северной стороны Малой Медведицы. У Наследника Поттера в юго-западном секторе девятой точки от Восточной стороны Поллукса*. Может ваша супруга или вы сами сталкивались с таким и разберётесь с этим лучше меня… — я вздохнула и покаянно развела руками. — У меня всё, милорд.       — Что ж, спасибо за информацию. Пойдёмте, я вас провожу.       — Спасибо, милорд, — я присела в реверансе. Возле выхода я тихо произнесла: — Лорд Блэк, поговорите со своей супругой.       — На счёт чего? — так же тихо спросил Орион.       — Насчет слухов о Томе Риддле и его Вальпургиевых рыцарях, — Лорд Блэк дёрнулся что-то уточнить, но я только покачала головой. — Мне ничего конкретного не известно. Но до сих пор интуиция меня не подводила. А сейчас она кричит благим матом, что нечего ждать добра от этой организации…       — Хорошо, я переговорю с супругой. Кажется, она была хорошо знакома с этим Томом. Всего хорошего.       Склонившись в очередном реверансе, я активировала порт-ключ.       Октябрь 1971 года       — Привет, моё солнышко!       — Привет, крёстная!       Мы сидели на берегу озера возле зачарованного огня и жарили на прутиках сосиски и зефирки, запивая горячим шоколадом.       — Ну что, прочитали книги?       — Да. Я позже схожу за тетрадью с вопросами, — я кивнула мальчику и, вскинув ладонь, замерла, прислушиваясь. — Крёстная, что случилось? — шепотом спросил Северус.       — Сейчас увидишь.       — Добрый вечер, — к нам подошла парочка «недомародёров». — Во-первых, Северус, прости, что мы над тобой шутили. Во-вторых, мисс Ванити, отец благодарит за предупреждение. Сказал, что вы знаете. И просил передать вот это, — Сириус протянул пухлый конверт.       — Хорошо. Передайте своему батюшке, Наследник Блэк, что он снял камень с моей души, приняв к сведению мои предупреждения, — в конверте лежали документы, фотографии и газетные вырезки по Риддлу. Среди прочего там обнаружился защитный кулон. Тем временем мальчишки с любопытством поглядывали на прутики с едой. — Присоединитесь к нашим посиделкам?       Январь 1975.       — Привет, мое солнышко! Ну-с, хвастайся!       — Привет, крёстная! Здорово, что ты нам тогда рассказала про Выручайку! Смотри, какой амулет от ожогов у нас получился! Поттер — прирождённый артефактор!       — А как твои исследования продвигаются?       — Чуть скромнее. Но у меня с Лилс получилась мазь от ушибов!       — Молодцы! А теперь подумайте вот над какой идейкой: артефакт или прибор, позволяющий дышать под водой.       У Северуса азартно загорелись глаза.       Август 1978 года.       — Привет, моё солнышко! Что-то случилось?       — Привет, крёстная! Ага! Где ты спрятала то своё синее платье?       — А зачем?       — У нас свадьба!       — Чья-чья свадьба?       — Моя и Пет, Лилс и Джеймса, Блэка и Маккиннон, Фрэнка и Алисы. И ты — подружка невест!       — Ну вы и жуки! Специально спланировали? Ну хорошо, — я рассмеялась, — уговорили!       Лето 1981 года       — Привет, моё солнышко!       — Привет, крёстная! Присмотришь за нашими сорванцами?       — А куда я денусь? — рассмеявшись, я обняла моего солнечного мальчика.       В сентябре семьдесят восьмого мы переехали в Францию.       Я с девчонками открыла школу (наподобие маггловских детских садиков) для деток-волшебников, в которую принимали с трёх лет. В свободное время делали обережные вещицы и косметику на основе трав.       Северус с Поттером устроились преподавателями в Шармбатон, а Блэк с Лонгботтомом гонялись за преступниками.       По отрывочным слухам, Дамблдор был очень недоволен нашим отъездом. Вроде бы ему самому пришлось разыскивать какие-то крестражи и биться с Томом Риддлом.       Но нам было всё равно. Это была не наша война.