все любят чемпионов

- Возьмём с собой Алину? Глаза закатывает. Это не обязательно значит отказ, она так задумывается, причём в основном перед тем, как согласиться, Женя умеет читать реакции и ещё умеет их катализировать: Этери не торопится говорить, потому что обдумывает слова, но прямо сейчас думать ей совсем необязательно. Приходится извернуться, чтобы быстро и легко впечатать поцелуй ей под скулу, и даже сильнее сжавшиеся вокруг неё руки не мешают. У Этери чудесные руки, в них даже больше защиты, чем ей нужно. Но в любой момент можно прикинуться слабее, чем есть на самом деле и отдохнуть, а потом вдруг, когда меньше всего ждут, выпрямиться с пружинной силой, так, чтобы досталось всем. Вообще-то, Женька сильнее её, сильнее каждого прочего в "Хрустальном", и она знает про это, только забывает иногда. - Ей так сложно. Пусть чувствует, что не одна, - тянет Женя, с ленивым удовольствием пристраивая голову на её плече. - До ФГП ведь точно не пересечёмся. Будем командой, как Фернандес, Ханю и Орсер. Этери тихо смеётся. Через час она скажет всем, кому нужно, что Алина поедет на Небельхорн, а самой Алине скажет Женя. - Надеюсь, я выгляжу лучше, чем Брайан Орсер, - только это её волнует? Приходится приподняться на носках, чтобы подобраться ближе для шёпота на ухо. - Гораздо лучше. Женька не убирает уже отогретую ладонь из-под её свитера только ради этого момента - чтобы почувствовать мурашки на пояснице. *** Слёзы так и катятся одна за другой, пустота у неё внутри - это в первую очередь боль, и ей даже всё равно, что за баллы появятся на экране. Всё равно только в первые несколько секунд, а потом от ожидания едет крыша. Женя смотрит и не видит из-за слёз, но когда чувствует, как рядом с ней расслабляется Этери, разглядывает победу в жалких ноль целых, тридцать семь сотых. Потом бордовая, в тон платью, помада, отпечатывает след её прикосновения к шее, к щеке. Женя стольких целует в этот день, но так, чтобы замарать, только её, потому что сказать хочется много, но на слова времени нет, ведь все любят чемпионов, а особенно олимпийских, всем нужны чемпионы. Никакая радость не делает взгляда Этери легче, в интернете потом будут называть ледяной (две медалистки, представьте себе, а она...). Но это только сейчас так, и Женя ставит себе новую цель - спасти. Пока до цели далеко. Зато очень близко пылающие щёки Алинки и восхищённый взгляд сквозь слёзы, у Алины нет горя, которое всерьёз могло бы мешать всецело отдаться радости за неё, Женя покупается сразу же, в точности копируя те покровительственные объятия, в которых недавно была сама. Остатки помады можно позволить стереть ей. *** В подтрибунной анфиладе сомнительного роскошества ледового дворца Оберстдорфа их троице выделяют целую комнату, ещё бы, первое и второе место Олимпиады вместе с самым известным тренером. Жене хочется ехать заранее, но поутру всю силу воли ещё в постели убивают объятия четырёх рук. Словом, на то челленджер и челленджер, чтобы не запариваться сильно, но как же не хочется завершать всё только одной Кореей! Раскладывая перед зеркалом батарею из походной косметички, она думает про Пекин, пока не поднимает взгляда, они обе смотрят на неё, и в глазах Этери больше нет затаённой боли, а вот Алинка глядит, как раньше, разве что чуть более осмысленно. От них обеих решительно настроенных Жене уже не отбиться, только и остаётся со смехом подставить щёки и вообще всю себя. В их глазах есть кое-что общее - их любовь всё равно что её медали, золото и серебро, больше, чем она заслуживает и как раз то, что ей надо. Женя решает ещё там, пусть Алинка выигрывает сегодня, может, пусть даже установит рекорд, со сменой оценок это должно быть легко. Там, где по-настоящему надо, она вложит себя всю и победит. А потом получит в два раза больше, чем дала.