Daddy, chill

Юнги ловко цепляет поводок за кольцо ошейника. –Определённо да, детка, - томно улыбаясь, наматывает поводок на руку, слегка тянет его на себя так, что лицо Чимина оказывается в паре сантиметров от лица старшего. Юн медленно обводит взглядом милое личико, а затем задерживается на губах. Проводит по нижней большим пальцем, а затем надавливает, заставляя младшего приоткрыть рот. Чимин присаживается на колени к старшему и обнимает, потом вдыхает аромат парфюма и проводит языком по выступающим венам на шее. Ошейник сильно сдавливает шею, но мазохисту Чимину это нравится. Юнги впивается в губы младшего, а затем сильно сжав его задницу, переносит его на кровать. По комнате раздаётся громкий шлепок, а затем протяжный стон Чимина. А потом еще и еще. Юнги резко переворачивает его лицом вверх и, не давая и вздохнуть, хватает за шею и с силой вдавливает в кровать, прекрасно зная, что омежке это все по душе – Юнги~я, накажи своего малыша, - стонет Чимин, цепляясь руками за спину старшего Услышав это, альфа мгновенно пресек все движения, не давая омеге прикоснуться к нему, и прижал тонкие запястья к кровати, заставляя младшего извиваться под ним и шептать что-то неразборчивое себе под нос. Это зрелище забавляло Юна и он решил поиздеваться над изголодавшимся омежкой. – Хочешь, чтобы я наказал тебя? Так попроси, Чиминни. Хорошо попроси. – Прошу, хён, накажи меня, - шепчет омега, прикусывая губу. Когда хватка расслабляется, инициативу берёт Пак, настойчиво целуя альфу, о чем так давно мечтал. Совершенно не замечая этого, Юнги оказался снизу, а омега благополучно оседлал парня, покрывая поцелуями его лицо и шею. – Не думаешь, что это слишком невинно, - подал голос альфа, заглядывая в глаза раскрасневшегося омеги. – Раз взял инициативу в свои руки - вперед. Даю тебе полную свободу действий, - произнес Юнги, а затем кивнул, указав на остальную часть своего тела, которая почему-то все еще была в одежде. Чимин молча принялся расстёгивать пуговицы рубашки. Медленно, он опускался все ниже и ниже. Покончив с рубашкой, омега принялся за джинсы. Стянув надоедливую облегающую ткань с Мина, он сел прям на стояк альфы, прижав руки того к кровати. Наблюдая за происходящим, Юнги скалился и молча изучал каждое действие омеги. Терпение уже подходило к концу, хотелось нагнуть этого малыша и трахать во всех позах до потери пульса, разъебывая кровать, но Чимин слишком медлил. – Ты так осторожно все делаешь. Слишком сдержанно для течного омеги. Стесняюсь спросить - неужто ты девственник? - усмехнулся Юн, разглядывая дрожащие пальцы партнера. – Как ты догадался? - усмехается Пак и замирает, – Будь аккуратен, - тихо произносит он – Почему ты сразу не сказал? Это же все меняет. Юнги осторожно привстал, позволяя Чимину все еще оставаться сверху, а затем, сложив руки на талии и скрестив их, нежно поцеловал омегу, прикусывая губу и вкладывая в нее всю ту боль, которую он терпел весь этот год. – Но ведешь ты себя не как девственник, особенно сегодня. – Наверное потому что ты альфа, который чертовски вкусно пахнет и потому что я всего-то течный омега. Возьми меня уже, достал, - из последних сил своей выдержки стонет Чимин, цепляясь на плечи альфы. Дважды Юнги повторять не пришлось, он резко перевернул омегу и снова впечатал его в кровать, впиваясь в шею с глухим рыком и оставляя там яркий красный след. Затем, спускаясь все ниже и выбивая стоны из Чимина, он практически разорвал джинсы на нем и размашисто шлепнул его по аппетитной заднице, заставляя его практически извиваться под альфой, прося не медлить.