***
Утром я стоял в фартуке и мешал свою стрепню на сковороде. Я блин его обнимал и прижимал к себе,почти голого... Почему? -Саймон, все хорошо?- неуверенный голос Айзека послышался сзади. -прости меня, я не специально. -Да ничего, если тебя не разозлит, я бы хотел всегда так спать - и он улыбнулся, а его глаза будто наполнились теплом. -"Ему вправду всегда было одиноко и страшно" - подумал я, а затем поспешил перевести тему. -Когда твой отец приедет? -Не знаю. Сегодня должен, у него вроде выходной. Думаю ближе к вечеру подъедет- задумчиво сказал блондин, помешивая горячий чёрный чай ложечкой. Я взял сковороду и поставил на стол, в ней ещё кипела аппетитная яичница. Обернувшись, я достал вилки и положил одну перед блондином, а сам сел за стол, приступив к трапезе. Сидящий напротив парень видимо о чем-то задумался. В мою голову постучалась очень сомнительная идея, от которой я покраснел. POV Автор Картина маслом. За столом сидят два парня, между ними сковорода. Один, красный как помидор, тыкает вилкой с кусучком яишницы в губы второму. (плачет слезами умиления*) POV Саймон Я, чувствуя как мое лицо горит, тыкнул вилкой с кусочком глазуньи в губы парня. Тот вздрогнул, но промолчал и открыл рот. Прожевав, он ехидно поинтересовался. -Что, решил меня отравить? - я хмыкнул и продолжил кормить парня.***
Эта жопа сожрала всю яичницу! И сейчас, лёжа на диване ухмылялась. А я стоял у плиты, кидая злобные взгляды на беспечного Айзека. Когда я наконец сел за стол, паренек подошел сзади и сначала чуть-чуть коснулся меня рукой, ощупывая ей пространство. А потом он повис на мне, облакачиваясь на спину и потребовал -Саймон, покорми меня. Тут в дверь раздался стук Через некоторое время шорохов в прихожей в комнату заходит высокий статный мужчина и оглядывает Айзека. -Ты снова взялся за свое? - голос был недовольный, даже осуждающий. -Ты же знаешь, отец, после того случая - парень сглотнул -я никогда и ни за, что... Мужчина после этих слов заметно расслабился. -Ну тогда пошли в кабинет, там я все расскажу. -Папа! -Не надо папкать, ты мне обещал -Но только не он... -именно поэтому и он А я переводил непонимающий взгляд с отца на сына.***
Я шёл к Айзеку в комнату зная, что надо делать. Тот не всегда был белым и пушистым. Оказалось, что раньше он подлавливал таких беспомощных, а затем запирал в подвале и пытал по-разному, получая удовольствие. БДСМ, анальное зондирование... Пока однажды к нему не подошла разъяренная мамаша одного из "подопытных".***
Я стоял, слыша как ко мне подходит эта дура, мамка одного из моих игруше. Ну ничего, завтра собачка Сэм получит наказание. Мои губы растянулись в улыбке. Все они стонали и просили большего, а я им это давал. -Ты сучонок недоношенный! Знаешь, что сделал с моим сыном?! - ее поглащала ненависть, казалось, единственным ее желанием было убить меня. - Сука! Тварь! Ты превратил его в овоща! Я почти убил человека, в голове появилось осознание и эта обычная игра превратилась в отвратительное извращение. До меня дошло только тогда, когда я все же свел кого-то с ума. Мне вспоминились их голоса, полные ненависти, стоны, крики, мои слова и угрозы. Да почему я был так слеп?! Усмехнувшись своим мыслям, я цапнул всхлипывающую мамашу за запястье и повёл за собой. Та сначала вырвалась, а потом успокоилась и пошла спокойно. Мы закрылись в комнате, я встал в полный рост и сказал. -Бей -что? -У тебя 15 минут до того как меня найдут и все это время ты можешь мстить мне-смог лишь усмехнутся и меня начали бить, выламывая зубы, ломая кости и уродуя лицо... Потом один из охранников передал мне её слова -Не думай, я тебя не простила и все ещё ненавижу, просто теперь ты не тварь, теперь ты ужасный человек.***
Я мягко открыл дверь раздался противный скрип. -Пришёл, тоже ударить? - раздался хриплый, заплаканный голос, парень лежит на кровати и не шевелится. Я промолчал, тихо, на цыпочках подошел к кровати и улегся на неё. Айзек вздрогнул, видимо он думал, что я ушел. Я обвил его тело своими руками и прижал к себе как можно сильнее. Парень хотел что-то сказать, но смог лишь всхлипнуть, а я начал говорить. -Однажды я убил человека, Азейк. Так мы и лежали, я рассказывал, а парень плакал, прижимаясь ко мне...