Его Солнышко

Этим поздним утром на базе автоботов стоит тишина. Арси, Бамблби и Балкхед уехали к детям, Оптимус работает за терминалами в главном зале, а двух других же членов команды не видно и не слышно. Пока. Но если мы с вами выйдем из главного зала и пойдем по коридору с жилыми отсеками команды, то почти в самом конце упрёмся в личный отсек автоботского медика. А если наберемся смелости и откроем двери в это крайне опасное и темное на данный момент место, то сможем узреть очень милую картину: на подзарядочной платформе, крепко обнимая друг друга, лежат два меха. Мех с бело-рыжей броней, в котором можно с лёгкостью узнать хозяина отсека, с удобством устроился в кольце манипуляторов товарища по оффу, чей белый корпус с зелёными и красными вставками выдавал в нём ушастого рэкера. В темноте отсека единственным источником света была оптика бодрствующего рэкера. Он вышел из оффа около цикла* назад и сейчас завороженно смотрел на Рэтчета, которого прижимал к себе. Док выглядел таким милым и умиротворённым, что у Уилджека искра сжималась от умиления. Но вот оптика медика начала мигать и потихоньку включаться - первый признак того, что Рэтчет выходит из оффлайна. Не прошло и клика, как она перестала мигать, и доктор окончательно вошёл в онлайн. Первым, что предстало перед оптикой Рэтчета, были стены его же отсека. И всё бы ничего, вот только ощущение теплого чужого корпуса сзади немного напрягло бота. А чужие манипуляторы, обвившиеся вокруг его корпуса, породили в процессоре медика сильное желание разобрать их наглого владельца на винтики. Когда Рэтчет направил окуляры на незваного гостя, то первой на оптику попалась белая броня с красными и зелёными вставками. Личность бота с полным отсутствием чувства самосохранения тут же перестала быть секретом. Собственно, только у этого меха и хватило бы наглости на подобное. Рэтчет направил взгляд оптики выше, чтобы встретиться с двумя голубыми окулярами, чей нежный взгляд совершенно не сочетался с нахальной улыбкой, играющей сейчас на губах ушастого рэкера. - Доброе утро, Солнышко! Как оффилось? - в отсеке раздался бархатный голос Уилджека. Рэтчету понадобилось около десяти нанокликов, чтобы осознать сложившуюся ситуацию и проникнуться ею. Уилджек в его отсеке! На его платформе! Лежит и обнимает его своими загребущими рэкеровскими манипуляторами! Ещё три наноклика Рэтчету понадобилось, чтобы, как говорят люди, дойти до нужной кондиции. -Я тебе сейчас устрою доброе утро, Уилджек! Убрал свои грязные маны, шлаков болт! Вы когда-нибудь слышали, как от злости шипит не хуже земной змеи семиметровый робот с планеты Кибертрон? Нет? Вот и Уилджек не слышал. До этого момента. А Рэтчет именно что шипел, выбираясь из кольца рэкеровских манипуляторов, попутно стараясь столкнуть Уилджека с платформы и испепелить его взглядом. К сожалению Рэтчета и к счастью Уилджека, испепеляться последний не желал. Но с платформы всё же упал, тут же вскочив на сервоприводы и отходя подальше от разъяренного медика. - Воу, воу! Полегче, Солнышко! Джеки тут же пожалел, что сейчас так назвал Рэтчета. В рэкера полетел какой-то инструмент. Уилджек увернулся от невольного снаряда, но тут же попал под другой. Рэтчет кидал в белого рэкера всё, что попадалось под манипуляторы, вспоминая попутно все известные ему кибертронские и не только ругательства. А знал доктор их немало, наслушавшись от своих пациентов за ворны** работы. Уилджек, прикрываясь манипуляторами от летящих в него предметов, потихоньку отступал к двери. В процессоре не было ни одной идеи по успокоению разбушевавшегося медика. Когда снаряды под манипуляторами закончились, Рэтчет, не долго думая, трансформировал кисти в паяльники и двинулся на Уилджека. Рэкер же, удивившись неожиданной передышке, убрал манипуляторы от лицевой и увидел приближающегося злого дока с включенными паяльниками. Единственным верным решением в сложившейся ситуации, по мнению Уилджека, было стратегическое отступление. Проще говоря, белый мех решил свалить с базы, пока доктор не остынет, а то в таком состоянии Рэтчет крайне опасен для окружающих. Уилджек на всех парах вылетел из отсека и трансформировался, сразу же нажав на газ. Вслед ему неслись громкие крики Рэтчета, который, тоже приняв альт-форму, погнался за рэкером. Джеки, не ожидал, что машина скорой помощи, коей являлась альт-форма Рэтчета, сможет догнать его, а уж тем более подрезать! Не справившись с управлением, Уилджек боком влетел в главный зал, оставляя на полу черные следы от тормозов, и чуть не врезался в Оптимуса, успев вырулить в последний момент. Рэтчету же повезло меньше. Он, увлеченный погоней за рэкером, не успел вовремя среагировать на стоявшего на дороге Прайма. Трансформация же из альт-формы совершенно не улучшила ситуацию: Рэтчет всё же врезался в Оптимуса. Послышался ужасный грохот, а затем громкий смех Уилджека. Прямо в центре главного зала лежал на спине Оптимус, а на нём - Рэтчет. - Ах, ты, ржавый шлак! Чтоб тебя скраплеты сожрали! Да я тебя к юникроновому праопи отправлю! Ты, шарктикон шлаковый! - Оптимус пребывал в шоке от такой гневной тирады старого друга, который пытался встать с него, не переставая ругаться. Но запутавшиеся сервоприводы Прайма и медика не дали последнему нормально встать, что вызвало новые волну грохота, взрыв смеха и поток ругательств. Наконец, Оптимусу и Рэтчету удалось подняться на серво, но не благодаря помощи Уилджека, который до сих пор продолжал смеяться. Медик в одночасье подскочил к белому меху и ударил того. Теперь была очередь рэкера лежать на полу: у доктора был хорошо поставлен удар с правой. Рэтчет схватил Уилджека за серво и потащил неопомнившегося рэкера в медотсек. Оптимус хотел окликнуть старого друга, но понял, что не может вымолвить ни слова. Он стоял и смотрел своей широко раскрытой от шока оптикой, как Рэтчет преспокойно тащит потерявшего ориентацию в пространстве Уилджека в медотсек. Сегодня Оптимус Прайм узнал немало новых слов. Вот только использовать он их вряд ли сможет. Статус Прайма не позволяет ему ругаться, а так иногда хочется! А Рэтчет, дотащив Уилджека до медотсека, впал в ступор от беспорядка, царившего там. Доктор прислонил свою ношу к стене и принялся за уборку. Потихоньку датапады, медицинские инструменты, пробирки, колбы, лекарства и химические реактивы занимали свои места на полках и в шкафах. Рэтчет, увлеченный наведением порядка, далеко не сразу заметил, что наглый белый рэкер уже давно пришёл в себя и сейчас бессовестным образом пялится на своё Солнышко. А Уилджек не мог упустить шанса полюбоваться доком, который совершенно про него забыл. Рэкер не мог насмотреться на медика, на его красивый корпус, покрытый довольно таки массивной броней, под которой док прячет свою ранимую и заботливую натуру. Уилджек был абсолютно уверен, что в глубине искры их медик именно такой. Ведь Рэтчет заботится о них и лечит, и пусть он при этом ворчит и ругается, грозясь отправить всех и вся на переплавку, но, если бы не Рэтчет, вся команда давно бы развалилась на винтики и покрылась ржавчиной. Рэкеру раньше в процессор приходили мысли, что док такой ворчун из-за того, что никто не заботится о нём самом. Но тогда Уилджек откинул эти думы из-за их кажущейся абсурдности. Сейчас же, смотря на дока, который убирал бардак, Джеки убедился в правильности своих мыслей. Любое существо, будь то человек или огромный робот с далёкой железной планеты, нуждается хоть в капельке любви и заботы. И рэкер решил дать их Рэтчету. В конце концов, у кого же ещё хватит смелости и наглости на подобное, если не у него? Убрав последний инструмент на место, Рэтчет разогнулся и тут же оказался в горизонтальном положении на манипуляторах Уилджека. - Тише, Рэтчет, - спокойный тон рэкера и свое имя тут же заставили Рэтчета проглотить уже готовые вырваться из вокодёра*** возмущения. Уилджек донес свою бесценную ношу до платформы, на которой вчера Рэтчет так сладко ушёл в офф на плече рэкера. Джеки аккуратно посадил медика и сам пристроился рядом. - Ты полон сюрпризов, Рэтчет. Хороший удар, - сказал Уилджек, потирая лицевую в том месте, куда ранее ударил кулак дока. Рэтчет не нашёлся, что ответить, сложившаяся ситуация: он сидит рядом со спокойным рэкером, который называет его по имени и во взгляде которого ясно читается нежность и забота - очень сильно сбивала с толку. А когда пальцы Уилджека нежно погладили лицевую дока, то последнему только и оставалось, что сидеть и в шоке смотреть на рэкера. И со стыдом признаться себе, что ему очень приятно такое прикосновение. - Ты такой красивый, - сказал Уилджек, завороженно глядя в оптику медика. -И такой одинокий. Мне так и хочется обнять тебя, спрятать ото всех, чтобы никто не посмел причинить тебе боль. Знаю, звучит по-спаркски****, но это правда. Моя искра пытается выскочить из камеры, когда я вижу тебя, Рэтчет. Она оживает при виде тебя, словно земной цветок на рассвете, моё Солнышко. - Уилджек, хватит издеваться. Ты несёшь бред, - Рэтчет опустил шлем вниз, чтобы рэкер не увидел его смущения. Он никак не ожидал от Уилджека такого и поэтому хотел исчезнуть, думая, что рэкер сейчас издевается над ним. - То, что ты говоришь, это... - Чистая правда, - перебил Уилджек дока, подняв его фэйсплейт***** за подбородок и заставляя посмотреть в свою оптику. - Всё, что я тебе сказал, Рэтчет, чистая правда, искрой клянусь. Позволь мне доказать это, позволь быть рядом, Солнце моё. Искра Рэтчета билась в своей камере так сильно, как никогда ранее. Эти слова, нежно и ласково произнесенные Уилджеком, пробудили в Рэтчете давно забытое желание любить и быть любимым. Медик в смятении смотрел в оптику рэкера и не видел там ни намека на насмешку или веселье, только нежность, надежду и страх. Страх быть отвергнутым. Именно это и заставило Рэтчета поверить в слова Уилджека и его намерения. Не каждый день увидишь, чтобы этот смелый и безбашенный рэкер чего-то боялся. - Хорошо, - несмело кивнул Рэтчет. - Но учти, Уилджек, если это окажется твоей очередной шуткой, то... Но закончить эту фразу Рэтчету не дал поцелуй. Рэкер целовал его губы мягко и нежно, вкладывая в это действие все счастье и радость, которые испытывал сейчас и которыми стремился поделиться со своим избранником. Уилджек робко провел своей глоссой****** по дентам******* партнёра, прося впустить его. Процессор Рэтчета поплыл от испытываемого наслаждения, и медик застонал, впуская глоссу рэкера и отпуская себя. Их поцелуй был нежен и полон надежды. Надежды на обретение любви, которой так не хватало двум одиноким ботам. - Джеки, - тихо позвал Рэтчет, когда они прервали поцелуй. - Да, Солнышко? - Обещай, что не бросишь... У Уилджека защемило искру от того, сколько отчаяния, мольбы и скрытой надежды было в этой просьбе. Рэтчет не желал снова остаться один, после того, как узнал, каково быть любимым. И Джеки полностью был с ним согласен. Рэкер обнял своего медика, прижав его к себе там, где билась радостная искра. - Обещаю... Моё Солнышко... Рэтчет уткнулся лицевой в шею рэкера, а губы медика растянулись в счастливой улыбке. *цикл - 1 час **ворн - 83 земных года ***вокодёр - рот **** по-бэтски - по-детски (бэта   - ребёнок) *****фэйсплейт - лицо ******глосса - язык *******денты - десны, зубы