раздражаешь всем

Лука стоял и мило беседовал с девушкой, его одногодкой. — Лука! Да Лука! — врезалось в его сознание. Парень понял, что пропустил добрую часть разговора, о чем-то задумавшись. Хотя, как это о чем… Он с раздражением вспоминал, как этот чертов Демори сверлил его взглядом весь обед, не давая нормально кушать. Их взаимоотношения были похожи на гребаные американские горки: они невероятно раздражали друг друга, не могли находиться рядом, ибо сразу начинали перепалку. Если же они оставались одни — это превращалось в адское пекло. Элиотт вжимал его в стену, заставляя дрожать и судорожно вдыхать глотками кислород, которого всегда не хватало рядом с Демори. И Лука ненавидел, что Элиотт так на него действовал. Однако ему нравилось. Нравилось провоцировать Элиотта, невзначай касаясь. Он видел, что Демори реагировал так же. Вздрагивал от прикосновений, судорожно дышал и не мог себя контролировать. Но они ни разу не зашли дальше томного дыхания друг другу в губы. Ни одного поцелуя. Изводили друг друга всеми силами. Каждый из них знал, что в какой-то момент они сорвутся, и все полетит к чертям. Лука мотнул головой, пытаясь вернуть нить разговора и хоть немного отвлечься от Демори в его голове. — Прости, плохо спал, повтори пожалуйста, — пожав плечами, вздохнул Лалльман. Хлоя закатила глаза и скрестила руки на груди. — Ты сможешь помочь мне с докладом? Мой принтер сломался, а доклад срочно нужно распечатать. Лука кивнул головой и раздраженно выдохнул. Хлоя постоянно лезла к нему то со своими просьбами, то с чем-нибудь еще. Друзья Лалльмана давно твердили ему, что он нравится этой девушке, но, к сожалению, голова Луки была занята другим (пр. автора: если брук не поймет эту шутку то я хз зачем писала это все). —Окей, распечатаю. Скинь вечером документ, — он потер затекшую шею и обреченно выдохнул. Хлоя сразу засветилась, мгновенно забыв о том, что Лука то ее в принципе и не слушал большую часть разговора. Она подскочила ближе к нему, обняла за шею и чмокнула в щеку. Лука улыбнулся ей в ответ едва искренне и приобнял. Вдруг, взгляд его наткнулся на острый взор на другом конце двора. Элиотт стоял и смотрел точно ему в глаза, прищурившись и чуть наклонив голову. По спине Лалльмана пробежал холодок от такого давления ледяных очей. Он нахмурился. Элиотт насмешливо скривил губы и хмыкнул, развернулся одним движением и скрылся за углом. А Луке оставалось лишь стоять и думать, что могло значить поведение этого мерзкого енота. Лалльман отстранился от девушки, кивнул ей и тоже отправился в здание школы. *** (Во время чтения рекомендуется слушать: Smoke-Bobi Andonov) Лука с тихим стоном упал головой на парту и прикрыл глаза. Чертова биология! Настолько скучная, что Лалльман предпочел бы даже провести время с Демори, чем быть тут. Он потер уставшие глаза и лениво поднял руку. — Да, Лука? — вопросительно уставилась на него женщина зрелого возраста со строгими глазами и небольшими морщинками. — Извините, можно выйти? Мне нехорошо, — он притворился еще более уставшим, чем есть на самом деле. — Ну, иди, — произнесла со вздохом учительница, предварительно осуждающе оглянув Луку. Лука почти счастливо выскочил из класса и медленно направился в сторону туалетов. Шел он специально не спеша, чтобы подольше оставаться за пределами этого противного кабинета биологии. Он дернул ручку туалета и завалился внутрь. В нос ударил едкий запах табака, но уже привычный для Луки, ведь в туалете постоянно кто-то курил. Он фыркнул и направился к раковине, упорно не замечая парня, который стоял у окна и следил за вошедшим, медленно затягиваясь сигаретой. Лука быстро ополоснул лицо, достал салфетку и промокнул личико от лишней влаги. Лалльман поднял взгляд в зеркало и вздрогнул. — Черт! — провернулся на пятках Лука, оказавшись слишком близко к Демори, который холодно смотрел в его глаза. Лука громко сглотнул, когда Элиотт медленно выдыхал табачный дым в его приоткрытый рот. Лалльман покорно вдохнул и выпустил дым через нос, все еще смотря в глаза парня. — Кто была эта девушка? — охрипшим от сигарет голосом проговорил Элиотт, из-под ресниц опасно смотря на Луку, заставляя того ежиться от страха. — Тебя ебет? — чуть осмелев подал голос Лука, приподнимая голову и смотря Элиотту прямо в глаза. — Да, — отрезает Демори с вызовом смотря на Лалльмана и быстро переводит взгляд на приоткрытые губы. — Моя девушка, — едко шепчет Лука, кривя губы в подобии насмешки. Бровь Демори медленно поднимается вверх, а голова наклоняется в его излюбленное положение. — Девушка, значит? — он делает шаг на Луку, вынуждая того в спешке сделать шаг назад и упереться в стену. Лука в ловушке, а Элиотт стоит непозволительно близко. Лалльман улавливает нотки его бешено манящего одеколона вперемешку с табаком. Лука громко сглатывает, и его острый кадык раздраженно вздрагивает. Элиотт замечает это, и его глаза темнеют. Его всегда напрягал этот чертов выпирающий сексуальный кадык… Элиотт упирается в стену руками, продолжая пепелить Луку взглядом. — И как тебе, с твоей девушкой? — насмешливо спрашивает Элиотт. — Очень хорошо, — шепчет Лука, и мышцы на его скулах дернулись, показав напряжение. Видимо дым заполонил весь его разум, потому что он не осознает своих действий. Лалльман следит за его взглядом и медленно кладет ладонь на торс парня, чувствуя твердый рельефный живот. Мешает лишь эта бордовая тряпка. У Элиотта прерывается дыхание и он судорожно вздыхает. — Страх потерял? — хрипит он, выдыхая горячий воздух. Лука завороженно следит за реакцией и поведением Элиотта, продолжая аккуратно поглаживать ладонью его пресс. — Иди нахуй, Лалльман, — рычит он и хватает парня за шею, грубо впиваясь губами в губы Луки. Лука вздрагивает и на секунду ахуевает, но его мозг слишком быстро отключается, и он прижимается к Элиотту всем телом, охотно отвечая на поцелуй. Он сжимает руки на талии и пытается прижаться еще ближе. Он позволяет Элиотту проникнуть языком к нему в рот, позволяет блуждать руками по его телу, позволяет все. Сейчас Лука в его власти. Элиотт закусывает его нижнюю губу и чуть оттягивает. Отпускает и опускается поцелуями к шее, проводя тонкую дорожку языком и оставляя алые засосы — помечает отныне свою собственность. — Ты мой, — рычит он и кусает нежную кожу, ловя губами последовавший рваный стон. — Д-да… — стонет Лука, когда рука Элиотт опускается к животу и останавливается на области паха, грубо сжимая его. Демори ухмыляется ему в губы и тянет за воротник на себя. Снова вдавливает его в дверь уже кабинки, остервенело дергает ручку и заваливается вместе с ним, не отрываясь от губ Лалльмана. Мальчишка ничего не соображает и повинуется каждому действию. Слишком долгое ожидание и желанные губы дают свой результат. Весь разум вырубается, а все предохранители слетают. Остается лишь желание, колом отдающееся в штанах у обоих. Элиотт дергает замок на двери и запускает холодные ладони под кофту Луки, и она в тот же момент слетает с парня. Лука чувствует невероятный контраст. Горячее тело парня напротив и ледяная стенка кабинки. Его бросает в дрожь уже в который раз. Лука тихо стонет, когда Элиотт обхватывает зубами его кожу на груди. Кусает, целует, засасывает и отстраняется, передвигаясь так по всему телу Луки, оставляя кровавые подтеки. Демори одним движением стягивает бордовую кофту, откидывая ее в сторону. Лука, тяжело дыша, кладет ладони на рельефное тело и корябает ногтями, оставляя свои отметины. Разница в росте еще больше возбуждала Элиотта. Лука выглядел как маленький котенок под навесом его тела. Казалось, он принял лошадиную дозу алкоголя — такой эффект производило на него горячее тело парня напротив. Лука закрывается руками в волосы Элиотта и притягивает к себе ещё ближе, сокращая всевозможное расстояние между бёдрами парней. Элиотт плавно проводит рукой по лопаткам, медленно повторяя изгиб спины Луки, затем гладит внутреннюю сторону бедра Луки, от чего тот издаёт протяжный стон прямо в губы Элиотту. От Элиотта пахнет сигаретами и кофе, и Лука не может больше терпеть. — Эл… Элиотт не даёт произнести слово до конца, снова нагло накрывает губы Луки своими губами. — Блять, Лалльман, ты такой горячий, — Элиотт отстраняется, от чего Лука сводит брови на лбу. Руки Демори проникает в его неотразимые чёрные брюки и встречается с тугой тканью боксеров. В глазах Луки страсть и щепотка страха, а в глазах Элиотта — животное желание. Спина Луки впечатывается в холодную стену, но ему не холодно, потому что слишком горячо —Блять… Зачем… Я тебя ненавижу, — Лука нашептывал ему, как сильно ненавидел, а Элиотт заводился ещё больше. Потому что знал, что до чертиков нравится Луке. —Правда? Не ты ли смотришь на меня каждый день, мечтая об этом дне? Признайся, Лука, твои мысли слишком грязные. — Блять, заткнись, — Лука пытается дерзить и доказывать свою неприязнь. Но это слишком сложно, когда тут же из твоих уст срывается сладкий стон, когда твое тело накрывает самый горячий парень на ебаной планете, когда рука самого горячего парня на ебаной планете на твоих боксерах и от удовольствия сводит ноги. Элиотт кусает его шею, на месте зализывая боль, пока его руки нетерпимо расстегивают ширинку до конца и стягивают брюки вниз. Большими пальцами захватывает боксеры, и теперь они ниже ягодиц Луки. Элиотт поглаживает внутреннюю сторону бедра, когда видит, что Лука раз за разом нервно сглатывает. Волнуется? От этой мысли бровь Элиотта игриво вздымается. В нем бушевала жестокость, страсть, животное желание и одновременно нежность, симпатия к этому маленькому мальчику напротив, которого хотелось заключить в объятия и защитить от всего мира. Рука Элиотта наконец встречается с разгоряченной от желания плотью. Он обхватывает пальцами основание, заставляя Луку волнительно закатить глаза. Элиотт отстраняется от ключиц парня, чтобы посмотреть на выражение лица Луки и запечатлеть эту картину в своей голове. Он не мог поверить, что это сладостное изумление застыло на лице Луки из-за него. Элиотт начинает медленно проводить вниз, затем вверх, наблюдая за тем, как губы Луки приоткрываются и его черты изменяются. Он набирает темп, останавливаясь у головки. Большим пальцем руки он надавливает на головку, прорисовывая окружность. В этот момент вторая рука медленно поднимается от бедер к талии, затем к груди, охватывая большим и средним пальцем аккуратный сосок. Туалет заполняет громкий стон. Последнее действие заставило ресницы Луки задрожать. Рука Элиотта заполнилась вязкой жидкостью. Он улыбнулся, услышав, как сильно сбилось дыхание Луки. —Блять… Поцелуй в носик. Лука натягивает на себя джинсы и пытаясь не смотреть на парня напротив тянется за футболкой. Элиотт с ухмылкой следит за парнем. — Так как там твоя «девушка»? — первым подает голос Демори, тоже натягивая на себя свою бордовую футболку, которая безумно ему к лицу. Лука бросает на него недовольный взгляд. — Нет у меня девушки… — бурчит он себе под нос. Элиотт подает к нему и подходит вплотную. Демори с улыбкой запускает руку в густые волосы Луки и чуть оттягивает его голову назад, заставляя поднять взгляд на него и приоткрыть рот. — У тебя есть парень. И доказывает это страстным поцелуем. Элиотт вторжается языком в рот Луки, подтверждая свои права на этого парня. Звучно вдыхает и смачно отстраняется от губ Луки. — Возражения? — самоуверенно усмехается Элиотт, опустив руку на шею, чуть сжимая затылок. — Как тебе отказать, чертово наказание, — шепчет Лука и довольно улыбается. А завтра он будет злиться на Элиотта за такие яркие засосы и укусы. А тот в ответ страстно целовать и просить заткнуться. У всех свое счастье. И эти два долбоеба его нашли.