Red bromance

Подвыпивший Джон - редкое явление, чертовски редкое. Джон вообще не пьет обычно, разве что чуть-чуть, но этого чуть-чуть обычно хватает ему с лихвой, чтобы переобнимать всю собравшуюся компанию, развести ее же на какие-нибудь веселые игры, и вообще вести себя так, словно выпил не полбутылки пива, а как минимум пол-литра виски, намешав его если не с шампанским, то с колой точно. Подвыпивший Дэйв - явление частое, довольно обыденное, вернее, по Дэйву не заметно вовсе, пил он, или как обычно такой же придурок, каким его называет Эгберт. Дэйв пьяный, даже когда трезвый. А этой ночью Дэйв вообще ничего не пил, но ему это вряд ли сильно мешает. Джон сидит за компьютером, что-то печатает, роется то ли в чьем-то инстаграме, то ли вообще на фейсбуке. Ему не особо важно, где рыться, потому что ему в какой-то мере одиноко, когда он начинает трезветь. Может, потому что он вспомнил, зачем приехал в Хьюстон в этот раз, а может, потому что так и не сказал Дэйву того, что хотел сказать. Идиот, просто идиот. Джон очень сильно реагирует, когда кто-то касается его шеи. Дэйв просто подходит сзади, стоя за спинкой кресла, немного перегибается, и кончиками пальцев начинает зарываться в волосы Эгберта. Поначалу Джон не особо замечает, Страйдер вообще любит молча делать что-то с его шевелюрой, а еще - молча отводить его к парикмахеру. Потому что волосы Джона лезут ему в рот, нос, глаза и еще куда-то там, когда они спят вместе. А им приходится спать вместе - в гостиной спит Бро, и отправлять Эгберта к нему - непростительная глупость. Невинного мальчика к этому развратному старому кобелю? Да ни за что в этой жизни. Джон начинает замечать неладное только тогда, когда сопротивляться уже не может, потому что немеют ноги. Дэйв по-прежнему тихо касается его кончиками пальцев, но уже не зарывается в волосы, не перебирает пряди - просто проводит по шее, иногда теребит мочку уха, щекочет ключицу. Джон не может сопротивляться, потому что куча нервных окончаний сосредоточены именно там, и Дэйв это знает. А еще, потому что это делает Страйдер. - Дэйв, хватит, - Когда Джон уже не в силах терпеть, он умоляющим взглядом смотрит на друга снизу вверх. - Иначе что? - И Дэйв не прекращает. Джон приехал в Хьюстон впервые, и перед этим очень долго собирался с духом. Приехал, чтобы сказать Дэйву, что он, черт возьми, жить без него не может. Но почему-то промолчал, и молчит уже почти неделю, пока они вместе тусят в Техасе, на этой гребанной жаре. Джон понимает, что Дэйв даже не думает прекращать делать это. И когда Страйдер перегибается еще сильнее и кончиком языка проводит по шее, Джона буквально сгибает, и явно не так, как обычно сгибает простых людей. - Дэйв, не надо, - Очки съехали на кончик вспотевшего носа. - Я просто попробовал. Джону кажется, что он уже ненавидит Страйдера. За то, что тот понимает, зачем приехал Эгберт. За то, что ему просто хочется поиграть. И за то, что он вряд ли даст ему что-то большее. Когда Джон говорит вслух о своей ненависти, Дэйв, наконец, останавливается. И просто идет спать, стягивает майку, забирается под одеяло, и Джону приходится идти вместе с ним, потому что они не спали всю ночь, и он чертовски устал. А еще через полчаса у Джона снова отнимутся ноги. А через час он уснет, чтобы потом еще несколько дней вспоминать, что же делал Страйдер этим утром, потому что после этого гребанного поцелуя у Эгберта напрочь отшибло память.