Двадцать пять ангелов для одной любви

Как оказалось, преступление было настолько очевидным, что опера сначала даже не поняли, зачем их вызвали. Два молодых человека около ночного клуба устроили выяснение отношений. Один достал травматический пистолет и убил другого. Все происходило на глазах не менее десяти свидетелей. - Ничего не понимаю, – взбесился Лисицын. – Мы тут при чем? Что неясного? Начальник местного РОВД, пожилой майор с пивным животом и бегающими глазками, поохал, постонал и поведал суть истории. Дело было в том , что убийца был сыном мэра, а убитый – сыном прокурора. И теперь влиятельные папаши давили на майора. И тот решил выйти сухим из воды, призвав на помощь ФЭС – известную и очень авторитетную организацию. А чтобы специалисты приехали наверняка, напустил туману в рапорте. - Вы заберите этого убийцу с собой в Москву, а там уж пусть суд будет. Сумеет папаша его спасти – их дело, а сумеет прокурор со своими договориться и упечь супостата – опять же я ни при чем, – юлил начальничек. Лисицын ругался, как сапожник, не выбирая выражений. Соколова позвонила Рогозиной и доложила обстановку. Выслушав ее гневные слова о трусах и идиотах, приказала пожилому майору этапировать обвиняемого в Москву. Тот, на радостях, что все так хорошо разрешилось, побежал отдавать распоряжения. А ребята засобирались в обратный путь. На подъезде к столице Соколова предложила: - Костя, давай я поеду в контору отчитаюсь, а ты поезжай к другу. Майор внимательно посмотрел на напарницу, словно открывая в ней что-то новое и необычное: - Нет. Вместе поедем. Тебе тоже досталось сегодня. Сдав рапорта и покружив еще часок по офису, ребята пошли переодеваться и собираться по домам. Костя ждал Юлю на крыльце: - Давай довезу до дома, – предложил он - А ты разве на машине? Мужчина кивнул в сторону стоявшего такси: - Почти. Поехали? На заднем сидении было уютно. Ехали молча, упорно не глядя друг на друга. На колдобине машину сильно тряхнуло, и Юля, не удержавшись, отлетела к противоположной дверке. Костя поймал ее и придержал около себя. У ее подъезда неловко потоптались, не зная как быть дальше. - Я тебе «Спасибо» говорил? - Вроде да. День был длинный трудный, много чего было. Костя взял девушку за руку, перебирая ее пальчики, заговорил сбивчиво: - Почему у нас так? Почему не клеится ничего? Я ведь ради тебя на все готов. А все равно как чужие. Что со мной не так? - Костя, ты тут ни при чем. Ты замечательный. Это я неправильная. Не могу я как другие ласкаться да мурлыкать. Обязательно орать начну. Я не ручная, дрессировке не поддаюсь. Лисицын поцеловал ее в макушку, прижал к себе: - А мне ручные мышки не нужны. Мне такую вот, неправильную, надо. Они отчаянно целовались, пока случайный прохожий не спугнул их. Словно подростки, застигнутые за чем-то запретным, влетели в ее квартиру и долго хохотали безо всякой причины от распиравшего их счастья. - Ты ведь родишь мне Илюшку, – то ли спросил, то ли констатировал факт Лисицын. - Не знаю, не знаю, – привычно заспорила Соколова. – А может, дочка будет. Если бы они не были так заняты друг другом, то наверняка бы услышали тихий шорох крыльев. Это двадцать пять ангелов спустились с небес и взяли их в круг своей защиты. Ведь они так долго искали девушку, которая сможет сделать их командира счастливым.