Пять причин почему...

Питер Паркер. Обычный мальчик, имеющий семью: родителей и дядю с тётей. У него все хорошо, он счастлив, но…есть одно «но» — он все ещё «одинок». У него нет метки, которая дала бы «путь» на то, чтобы найти того самого, того кто полюбил бы его и оберегал.Возможно…еще не все потеренно и его родственная душа ещё не родилась или «судьба» не может выбрать ему того единственного. *** — Тетя Мэй, а почему ещё…нет? — спрашивает маленький и ещё беззаботный, такой счастливый восьмилетний Питер. — Не волнуйся. Всё будет. Раз у тебя ещё нет метки, это не повод так грустить. Всё будет, обещаю. — Но…уже у всех есть, даже у тебя… — тихо и спокойно протянул Питер, проводя большим пальцем по метке тёти, находившаяся на запястье. — Я уже не молода, а ты всего лишь мальчик, но очень умный и добрый, — Тетя подняла мальчишку с дивана и положила в кроватку. — Возможно…но её нет, смотри, даже у Роджера есть, а он хулиган. — грустно произнёс он. — Хах, малыш, все будет. Ложись спать…родители уже на самолёте, а через несколько дней прилетят…подожди чуть-чуть. Нужно быть терпеливым, — забавно глядя на Питера, тётя потерлась своим носом о носик мальчишки. — Все будет… Нет…не все. Новости.Мэри и Ричард Паркер разбились на самолёте. Причина — неизвестна. *** Ещё такой маленький и такой счастливый он потерял…двоих своих самых родных человека. — Мама… Я люблю тебя и всегда буду…боже…я.я не знаю, что ещё мне  говорить… — всхлипывал Питер, стоявший около  надгробия матери и отца. — Мне жаль…о боже…мне так плохо… Уже прошло 7 лет, мне черт возьми уже 15,а…а я все ещё плачу… Я хочу завязать с этим…понимаешь…просто хочу… Хочу не приходить сюда каждый гребаный день и не рыдать как девчонка, но…но не могу. — он присел, глядя на старую фотографию матери. — Я жалок и несчастен. У меня нету тебя и отца, нету друзей. Мама пойми! У меня все ещё нет метки, нету родственной души, нету того, кто бы помог мне сейчас, кто бы, с кем я был бы счастлив, но…походу я обычная ошибка природы, я ненужный и буду никому не нужен, как всегда… Я…я бы уже давно свёл счёты из жизни, но…тетя Мэй и дядя Бен, как они без меня? Никак., как и я без них. Первая причина — человек без родителей, редко становиться счастливым.Иногда, нет часто, любому из нас нужна помощь родителей, их любовь и поддержка. *** — Хэй ты? Недоросток хренов. Лучше уйди отсюда по хорошему. — Флэш пристал и съедающим взглядом глядел на Питера, сидевший на столе. — Э.Флэш.Дай мне поесть и угомонись.- Ох, зря он это сказал. Хоть Питер и был умен, и мог в любых сложных ситуация найти выход, тут…он просто беззащитный котенок, пытающийся спасти себя, маленькими и ещё недоразвитыми когтями. — - Питер.Питер.Ты у нас смелый стал. — сказал Флэш, опрокинув обед Питер на него. — Акх.Флэш.Прости.я. — - Что.что? — пропищал Флэш, жестикулируя. — Мямлишь как девчонка, будь мужиком. — - Я. — Питер сжал свои руки в кулак — Я. Ты просто меня бесишь, ублюдок.-прошипел себе под нос Питер, все ещё смотря в пол. — Что ты сказал? — Флэш услышал это и взялся за воротник Питера. — Агх. Я сказал…сказал, что ты, черт возьми, недотраханный ублюдок, пытающийся показаться на людях крутым и опасным, обижая людей слабее тебя, а на деле ты мерзкое чмо. Тебе родители не обделили любовью или что? Мне просто все ещё не понятно, зачем ты на всех кидаешься. Походу у тебя небольшие проблемы с головою, могу тебе врача подсказать. — иронично ухмыльнулся Питер, смотря в глаза Флэша, ярким и игривым блеском в глазах. Он гордился собой, ему было хорошо. Он высказался и нагрубил тому человеку, которого сильно ненавидел. — Ты просто. НУ все Питер, ты напросился. Удар. Сильный и жёсткий. Питер на минуту потерял счёт времени и где он вообще находиться. Он упал. Сильно и с огромной болью в голове.  «Ещё чуть-чуть и я просто сдохну» — крутилась в голове Питера, державшийся за глаз. — Вот и все. Очередной раз я, Флэш, победил чёртова ботаника Питера. Всё разошлись, оставив Питера совсем одного. Полностью… Вторая причина — есть люди, которым по-хрен на то, кто ты и какой ты. Им просто нужно потренировать свои удары на твоём лице. *** «Питер, я не понимаю тебя. Кто ты, теперь. Ты поставил перед собой угрозу, нагрубив Флэшу. Ты сейчас наверно очень горд собой и чувствуешь в себе маленькую"власть», но…но нужно быть правильным и хорошим. Таких людей в мире редкость, будь хотя-бы ты «небольшой надеждой» в глазах других людей. Ты должен быть тем, кто никогда не будет обсуждать другого и уж тем более оскорблять человека. Будь тем, кого я так люблю. Питер.не надо быть таким.» Голос дяди Бена так и крутились в голове Питера. Каждый день. Сейчас вспоминая их, на глазах появляются слезы, слезы горечи и страданий. Он вспоминает и оплачивает уже мёртвого дядю Бена. — Это я. Я. Виноват во всем я!!! — сквозь слезы кричал Питер. Сжимая в кулаке фотографию дяди Бэна, находившаяся на надгробной плите. — Я должен был, я должен был остановить его. Остановить. Но я был эгоистом, я думал только о себе!!! Дядя Бен, я никогда, никогда не буду таким, не буду…обещаю. Третья причина — человек, который учил тебя жить, был твоим"отцом», поддерживал тебя в трудных ситуациях, всегда был с тобой рядом — просто покинул тебя и виноват в этом ТЫ. *** Всё изменилось. Все.Радиоактивный паук. Укус.Мутация.Новый герой.Человек паук. Он решил. Он будет. Он — герой. Он даёт надежду всем, кто смотрит в небо, ожидая увидеть того самого, летевшего на своих паутина, в красно синем костюме героя. Он будет таким же как и Дядя Бэн. Будет справедлив и добр, даже к тем кто этого не заслуживает. Он всегда будет героем, со сломанным сердцем и огромной тяжестью на душе и все ещё «одиноким», но героем. **** У него есть один источник его жизни-тётя Мэй, такая добродушная и совсем не злой человек. Это ходячее «золото», наполненное добротой и светлом. Она всегда поможет и поддержит. Она будет его любить всегда, даже когда тот грубит. Она — единственная, кто будет всегда рядом.Но люди не бесконечны. *** Питер, сидевший на краше высотки, в своём знаменитом костюме, смотрел куда-то вдаль, параллельно наблюдая за жизнью в городе. Нью-Йорк это город большой, здесь можно ожидать многого, и добра, и зла. Здесь нередко появляются злодеи и преступники, но Питер справляться со всем, но не со своей болью в душе. — Хэээй, ахренеееть. Человечек-паучок.Сам Спайди, сидит на моей крыше, и как я понял грустит…- забавный голос послышался в заде. Питер повернулся. — Оу, не хрена себе. Дэдпул. — он слышал о нем, болтливый наёмник, любящий кромсать почти все на его пути. Он не такой уж и злюка, как многие. Просто любит брать деньги, взамен на кишки плохих парней. — - Агасий. Сам Паучок знает о нас. Это уже продвижение. Знаешь, я твой фанат. — он двигал бровью вверх и вниз, копашившись у себя в кармане. — у меня даже есть блокнотик, где написано все о тебе, за что я тебя люблю. Могу прочитать. Так вот первое, у Паучка ахренеть какая классная задница, просто любовь с первого взгляда. Второе, Паучок также… — Стоп, стоп. Что? Серьёзна, «классная задница» — красный румянец так и наполнил лицо Питера, хорошо, что маска на месте. — А что? Дэдпулу нравиться смотреть на замечательную попку Спайди. — Дэдпул тихо подходил к Питеру. — Зачем? Зачем ты говоришь про себя в третьем лице? И? БОЖЕ. Перестань так делать. Остановись. Прекрати лапать меня за мою пятую точку. — - Питер сильной хваткой вцепился в руку наемника, которая жила своей жизнью, лапая паучка за все что возможно. — Ох…зачем так? Я думал ты не против. — Дэдпул состроил грустную гримасу, которую можно было видеть даже через маску. Питер с лёгкостью убрал от себя сильные руки Дэдпула и повернулся к нему спиной. — - Мне сейчас реально не до веселья, — серьезно проговорил Питер, сложив руки крестом. — У меня проблемы. Выдох печали и разочарования так и был слышен через маску. — - Ох, Паучок грустит. — Уэйд присел на край крыши и похлопал по бетону, приглашая Питера присесть. — - Что ж, давай будем подружками, рассказывая друг другу всякие пошлости и свои проблемы, — Уэйд пропищал как девчонка и отпустил локти на бедра, держа свою голову кистями. — Хах, спасибо, — неожиданный таким поворотом, проговорил Питер и сел рядом с наёмником. — Ну что, Спайди? Я, как твоя преданная подружка, сделаю вид, что слушаю твою очередную грустную историю, валяй! — Уэйд весело двигал ногами и смотрел на Питера с огромным любопытством. Он давно приметил, что Человек-паук точно ещё юноша. Ловкие движения, отличное атлетическое телосложение, точеная фигура и растяжка, получше некоторых гимнасток, показывали то, что Паучок ещё совсем молод. — Ох… Я. Я не очень хочу об этом говорить… — Питер посмотрел на красную маску Дэдпула и отрицательно кивнул головой. — Всё понятно, милах. Проблема с девушкой. У таких как ты, а я имею ввиду у подростков, часто такое. Знаешь, я ещё не настолько туп, чтобы не видеть эти «грустные лица, не взаимной любви» и всякой другой херни. — - усмехнулся наёмник, состроив всю ту же надоедливую грустную гримасу. — Дэд, это не смешно. Просто…просто прекрати! — он отвернулся и взялся за голову. — Я вообще здесь не поэтому поводу, зря ты мне напомнил девушку… — Ох, оказывается проблемы все-таки были — гордившись собой, усмехнулся Уэйд. — Так и знал, ты ещё мальчишка. Уэйд дружески толкнул того в плечо, но не дождался ответной реакции. — Хэй, спайди? Неужели все так плохо? — промурлыкал тот, все также дружески (для Питера) обняв Паучка за плечи. — Бросила? — Нет. — Изменила? — Нет. — Ты ей изменил? — Нет. — Блять. Ммм… Она тебя спалила за дрочкой? — Нет! Дэд! Она умерла! — - Уже не сдержавшись прокричал Питер. — Оу… Уэйд понял всю тяжесть и глупость его ранних действий и ругал себя за это… — Я не знал… Честно. — Я знаю. Прости, что наорал. Мне.это…это было 2 года назад… Все было так внезапно и быстро. Просто…забудь. — И ты здесь один, грустишь? Или у Паучка нет друзей? — - Нет, Дэд… у меня их нет…  — посмотрел тот на Уэйда и даже через маску было видно всю его печаль и слезы, впитавшиеся в  ткань маски. — Хэй, милах. Успокойся… Все будет, хорошо. — - Дэдпул снял перчатку и протянул свою руку, такую уродливую и покрытую многочисленными шрамами, ногтевые пластины почти отсутствовали, не было и намёка на волосы. Но эта рука была надеждой для Питера. Рукой помощи. — Уэйд. Уэйд Уилсон. — Питер. Питер Паркер. — уверенно сказал Питер, протянув свою, тоже голую, руку Уэйду. Четвёртая причина — ты её любил и защищал. Ты даже понимал, что она не та единственная, она не твоя родственная душа, но ты…ты все также оберегал её, думая, что она под защитой. Зря так думал, даже герои могут ошибаться, как и ты…не успев «поймать» свою возлюбленную. *** — Уэйд? — М? Питер и Уэйд сидели на той же крыше где и познакомились пару месяцев назад. — Ты счастлив? — вопросительно взглянул на Уэйда Питер. — - С тобой, Паучок, всегда… А что? — Ничего…я давно хотел тебя спросить.У тебя. У тебя есть пара? Ну, я имею ввиду метка и…и может…родственная душа? — Нет Пит, нету. — Неужели…? — Мне уже за тридцать, а метки все ещё нет. Знаешь, мне все равно. Я привык к этому и живу не думая о такой херне. Это лишь…лишь обычная метка… временная ситуация. — И та не хочешь найти её? С той, который ты будешь счастлив? — Не-а, не хочу. Я люблю одиночество. Может, так судьба и решила, чтобы я был всегда одинок и жил так вечно… — Я тоже. — - Что тоже, Паучок? — взглянул на Питера Уэйд — Я без метки. Я также, как и ты одинок. — Так неожиданно… А.? — Гвен? Гвен. Её парень умер, когда мы были ещё незнакомы, я знал, что она не «моя», но.нас сблизили наши проблемы…все…все очень странно. Я был с ней счастлив, но…не до конца. — - Мы с тобой братья! — приобняв за плечи Паучка, выкрикнул Уэйд. — Хах…а для меня это проблема. Я хочу найти её. Или…хотя бы увидеть свою метку… — Кто знает…может это не «она». М? — толкнув свои бёдрами в бедра Питера, промурлыкал Уэйд. — Хпх…не думаю. — Скоро узнаем, pretty-boy. *** 3:37. Питер судорожно рвёт волосы на своей голове, пытаясь успокоить себя. «Питер, все будет хорошо, все будет хорошо. Тётя Мэй выздоровит, она сможет, она выживет.» — крутилась в голове у нервного Питера. Врачи и медсестра копошились и делали все возможное, чтобы спасти жизнь человека, единственного человека Питера, кого он так сильно любил. Тётя Мэй — золотой человек. Она никогда не ругала, не грубила, она любила… Она все, что есть у него. Только она успокаивала его после смерти родителей, после смотри дяди, и после смерти Гвен… Он не сможет пережить еще одну, очередную смерть…просто не переживёт. Врач подходил к Питеру, грустно глядя в его глаза… Он снял шапку и сквозь зубы произнёс… — Мне жаль… Крики боли в душе нельзя было успокоить. Питер вцепился в доктора и кричал. — Нет! НЕТ! Не может быть…не может быть. Питер подбежал к уже холодной тёте и плакал… — Тётя, тетя Мэй. Не надо. Не надо. Все будет хорошо.очнись…нееет! Но она лежала и не дыша «убивала» Питера изнутри. — Нет…нет… Уэйд остановился в дверном проёме, глядя на разбитого и «пустого» Питера. Питер потерял все, что у него было. Пятая причина — она была одна. Одна, кто осталась с ним после всего, что он пережил. Она была для него «матерью» любившего его, как родного сына. Он потерял её — потерял смысл жизни. *** — Привет. Тётя Мэй.Мама. Питер тихо положил букет цветов рядом с фотографией тёти на плите. — У меня все хорошо… Должно быть. — Знаешь, я пробую это пережить, но…не обещаю…мне слишком больно… Ты. Я любил тебя, люблю и буду всегда любить… Все же, я ошибка, ошибка природы и судьбы. Они просто хотят «убить меня» убивая родных мне людей… Я был «одинок», а теперь я полностью одинок. Прости. Прости за все. Ты… Ты даже не знала «кто» я, а ты ушла…ушла не попрощавшись со мной… О боже, мне так больно… Ему было больно не просто душевно, но и физически… Что-то кололо ему в запястье.Боль была сильная и острая, будто иголки втыкали миллионы раз в одно и тоже место. Он быстро взялся за запястье и задрал толстовку. — Черт… Только это он смог выдавить из себя, наблюдая как на его запястье медленно и чётко прорисовывались катаны, накрест лежащие, чёрные, и такие похожие на катаны  Уэйда. *** — Питер? Хэй, Питти. Что такое? — Уэйд стоял посередине крыши, наблюдая как Питер без костюма стоял на краю. — Питер, это ты? Ты меня звал. Уэйд был очарован красотой Питера. Ему нравилось в нем все, без исключения. — Уэйд, прости. — Хэй, хэй, Пит! Не надо, остановись… Я не понимаю тебя. — Уэйд, я несчастен, я разбит, я пуст… — Стой, стой. Ты не пуст.я. Понимаешь? Я с тобой. — Уэйд. — Питер задрал толстовку, показав Уэйду метку, чёткую и яркую. — Ты…ты Уэйд, моя родственная душа, ты тот, кого я…люблю. — Питер, Питти. Я тоже, тоже люблю тебя, но не делай глупостей. Идём ко мне, идём. Все будет хорошо. — Не лги, все не будет хорошо…я потерял достаточно людей и не собираюсь терять тебя. Я не хочу, чтобы ты страдал… — Я вместе с тобой не буду страдать, Пит, понимаешь… Подойди ко мне… — Видишь… Уэйд снял перчатку и показал метку. Она находилась там же, где и метка Питера. Там был нарисован паук, маленький паучок, такой похожий на Питера. — Я буду счастлив с тобой, всегда… — Нет. Питер сделает три шага назад. — У меня слишком много причин сделать это. Он прыгнул. Прыгнул и летел, видя лицо Уэйда, кричавшего ему вслед. *** — Привет Пит. Уэйд присел рядом с над гробницей Питера, глядя на его фотографию. — Рад…видеть тебя. Знаешь, я кое-что понял. Ты ненавидел меня. Ты меня не любил. Ты бы не сделал это зная, что я любил тебя, люблю… Я не могу, понимаешь, не могу!!! Я пытался и пытаюсь «придти» к тебя. Но, моя регенерации не позволяет мне, она меня не пускает к тебе. Почему ты так жесток… Пит?