Крутой поворот в жизни одного волшебника

Сторонники Темного лорда нестройной толпой рвались к Хогвартсу. Периодически то один, то другой вскидывал свою палочку, отправляя в сторону школы магии что-то смертоубийственное — однако заклинания безвредно разбивались об окутавший старинный замок полупрозрачный щит-пузырь. Откуда-то со стороны одной из башен по толпе хлестнул очередями пулемет. Попавшие под очереди крупнокалиберных пуль разлетались в клочки, иногда теряя руки или ноги, тяжелораненные падали, завывая и моля о помощи. Темнейший Лорд Волдеморт смотрел на то, как неизвестный пулеметчик выкашивает армию его приспешников и приглушенно матерился на смеси албанского с румынским, английским и польским. Между традиционными британскими "факенщитами" проскакивали польские "курва", "я пердоле" и совершенно уж заковыристые балканские конструкции. — Нагайна! Мы идем вперед! — наконец принял он решение. Как позднее выяснилось — не самое лучшее решение в своей карьере повелителя мирового зла. Волдеморт понял это спустя несколько минут, когда прикрываясь телами своих приспешников, ворвался во двор Хогвартса. Спотыкаясь о мертвых и умирающих, сожженных дочерна непонятными языками пламени, подорвавшихся на минах, пробитых навылет пулями немаленького калибра, облитых кислотой и прочая и прочая, Темный Лорд не мог отделаться от ощущения, что что-то резко пошло по пизде. — Волдемо-о-о-о-орт! — яростный вопль сотряс воздух, и Его Темнейшество присмотрелся, стараясь что-то разглядеть сквозь затянувший двор дым. Навстречу Волдеморту шагал не кто иной, как его давний оппонент Гарри Джеймс Поттер. Канонично, конечно, смотрелся бы вылет разъяренного Невилла Лонгботтома с мечом наперевес — да вот только где он, тот Лонгботтом? Волдеморт изумленно посмотрел на Поттера, который оказался вовсе не в мантии — Мальчик-Который-Выжил был облачен в легкие и гибкие черные доспехи с серебристым тиснением. На броню была небрежно наброшена шинель с серебристыми погонами и неизвестными знаками различия. На плече Поттер нес пулемет — который, впрочем, прямо на глазах Волдеморта оплыл серым маревом, чтобы через секунду трансформироваться в длинный, слегка изогнутый клинок, рукоять которого удобно устроилась в левой руке Поттера. А правую руку волшебника окутало облачко неприметного серого праха, от которого несло ТАКОЙ Тьмой, что по сравнению с этим фоном сам Волдеморт и его Пожиратели выглядели бы Его Святейшеством Папой Римским в окружении благовоспитанных детей-сирот приюта Святого Кого-нибудь. — Чо за хуйня?! — тупо спросил Темный Лорд в пространство, понимая, что определенно что-то пошло не так. — Поттер?! — Хуёттер. — мрачно сплюнул на плиты двора его визави. — Ну чо, Лолдеморт, ебаный ты поганый пожиратель тухлых ящериц, время отдавать долги?.. 0.За год до этого. Поздним вечером, когда Хогвартс уже в большинстве своём мирно спал (нет, конечно были три дебила, искавшие на свою жопу приключения, но сейчас это несущественно), в кабинете официально для всех покойного Дамблдора шёл неспешный разговор между самим воистину воскресшим профессором, мастерски подстроившим свою смерть, и довольно интересной личностью, облаченной в чёрную военную форму с серебристыми погонами. На столе присутствовали пачка сигарет, большая бутылка из темного стекла с надписью "Наливка Фаустовская", два стакана, и неизменные лимонные дольки. — Если у вас уж так серьёзно стоит проблема с обученными кадрами, можете послать людей на обучение ко мне. — Гость Дамблдора опрокинул стакан, закусил долькой, и наполнил ёмкость по новой. — Чтобы они оттуда вышли или законченным психопатами, либо не вышли вообще? — ехидно поинтересовался профессор, повторив действия гостя. — Аскариус, мой друг, сколько у вас доживает до выпускных экзаменов, один из двадцати? — Один из пятнадцати. — пожал плечами вышеупомянутый Аскариус. — Впрочем, это неважно. Если тебе насрать — я ж не настаиваю. Это ж, блять, не мне Волдеморт в очко дышит. И потом, у меня маги после этого обучения целые батальоны в одиночку в землю укладывают. А у вас? — А у нас в квартире газ. Зарин. — буркнул Дамблдор. — Демонская ты личность. Искуситель. Какая гарантия того, что у тебя их не угробят? — Никакой. — демон снова пожал плечами. — Сам знаешь, гарантии могут давать только Светлые, и то — посмертно, как Героя Советского Союза. Будут учиться — выживут. Будут вола ебать — не выживут. Все просто, как дважды два — пять. — Ну пиздец. — развел руками профессор. — И как ты, с позволения сказать, это видишь? — Молча. — демон опрокинул ещё один стакан, протянулся за бутылью, и с неудовольствием обнаружил, что она пуста. Покрутив ее, Аскариус швырнул бутыль за спину, чуть не угодив в Фоукса, который, словно попугай, проверещал "Пидар-р-рас!", и на всякий случай перелетел подальше от демона. — И когда только птичку успел научить выражаться. — Дамблдор вытряхнул из пачки сигарету, и прикурил от появившегося в руках Аскариуса маленького огненного шарика. Судя по сноровке, он делал это не в первый раз. — Колись, сволочь адская. — Во-первых, уже давно не адская, а властитель всея Цитадели... — демон и сам закурил. — Хе-хе, гашиш якши... Во-вторых, возьму пятнадцать человек, больше программа не вытащит. Бюджет не резиновый, сам понимаешь, денег туда, денег сюда, в итоге там нихуя и тут нихуя. Итого, пятерых из вашего серпентария, пятерых из курятника и пять из этого... Как его... Вхуйдуя, что ли. — Пуффендуя. — привычно поправил профессор. — Хм. А Когтевран? — А Когтевран идёт на хуй! — решительно ответил Аскариус, доставая ещё одну бутыль буквально из ниоткуда. — Ну что, Альбус, ещё по маленькой и уточним списки смертников?.. Дамблдор вздохнул, привычно затянулся, пересчитал маленьких зеленых Филчей, танцующих на его столе, и кивнул, в голове уже просчитывая, как он провернет это дело — потому что официально для всех волшебник был мертвее мертвого. Впрочем, когда это было для него проблемой?.. I. Прибытие Гарри Поттер усвоил самую главную особенность путешествия в летательном аппарате с ебанутым напрочь пилотом. Особенность состояла в том, что долететь, не обблевавшись, было адски сложно. Рон заблевал себе все ботинки, например. — На выход, мясцо, на выход! — сопровождавший их группу офицер заорал одновременно с тем, как они сели на твердую землю. — Резче, резче, быстрее! Pizdec ebaniy, а не курсанты! Поттер вывалился наружу и судорожно вдохнул. Земля. Счастье. — Стройся! — и после короткой мешанины всех новоприбывших повели на плац. По дороге к ним присоединялись группы таких же ошарашенных и зеленых парней и девушек, которые судя по всему тоже прибыли для учебы по обмену. А на плацу их ждало... — Равняйсь! С-с-смирна!! Блять, что за дебилы... РРРАВНЯЙСЬ!!! СМИРНА!!! За какие грехи мне Вармастер послал этих недоносков... — Ровно сто, тащ полковник. Из них пятнадцать из этого... Как его... Хоквуртса, кажется. — Да хоть бы из ануса Преисподней! Вы мне, вашу матушку уважаемую в неуважаемые места, предлагаете из этих ста внебрачных детей осьминога и паладина сделать элитных многопрофильных боевых магов? За год? Вы, прощу прощения и идите на хуй, совсем ебанулись? — Приказ Вармастера, тащ полковник. Их записали, как спецкурс Лекториума. А вы — их куратор. — Пиздой вибратор! Бля, да за какие грехи... Хорошо. — полковник Даэдрос внимательным взором окинул стоящий перед ним сброд. Все шатались в положении "смирно", а Рона снова немного подташнивало — все же товарищ полковник был немного неживой, и запашок от него исходил соответственный. — Добро пожаловать в Легианну, а конкретнее — в Цитадель, стадо баранов! Как вы поняли, я полковник Дэан Даэдрос, с этой секунды — ваш куратор, царь, бог, император, повелитель, и чёрный властелин! Но вы, мясо, обращаетесь ко мне только "товарищ полковник"! Сейчас вводная лекция окончена, вы поворачиваетесь и дружно маршируете на склад за робами, а потом в казарму, которая для вас теперь дом родной! Кто отстанет, или заблудится — до конца обучения ебашит на благо Родины на строительстве глубокошахтных общественных отхожих мест! Вопросы есть? Вопросов нет, шагом марш! — Аааэээ...— замкнулся было кто-то из строя. — МАЛЧААААТЬ!!! ТРИ ШАГА ИЗ СТРОЯ, ВНУК ВИВЕРНЫ И ПИДОРАСА!!! — Раненым буйволом взревел полковник. — Имя? — М-Малфой, сэр... — Хуялфой! Первое — "Курсант Хуялфой, ТОВАРИЩ ПОЛКОВНИК"! Второе — три наряда вне очереди на кухне! Без магии! Увижу палочку — засуну ее тебе же в твой ебаный зад! Что неясно? — Но... — Жуй говно! Шесть ебаных нарядов вне ебаной очереди на ебаной мать ее кухне! Закрой свою ебаную пасть, пока в ней не оказался мой немало ебаный при жизни кулак! Курс, слушай мою команду — бегом марш на склад, кто последний — тот почётный пидорас до конца времен!.. Студенты немедленно рванули в указанную полковником сторону, причем всей толпой. Замешкавшемуся Долгопупсу неживой полковник наладил такого пинка, что бедняга сразу оказался где-то в середине этой толпы, причем даже не касаясь земли. Даэдрос широкими шагами привыкшего к подобному темпу легионера-инструктора шел за курсом, и бормотал: — Еб вашу ма-а-ать... Ебать машу мать... И ради вот этой вот ебани меня вытянули из моего уютного склепа... — Интересно... — запыхавшийся Гарри состроил задумчивую мину. — А в нашу школу они кого-то послали, раз мы по обмену?.. — Я надеюсь, что нет! — откликнулась Гермиона. — Иначе, как говорил тот парень, который нас сюда припер, Хогвартсу — "pizdec"! II. Некромантия После очередной утренней взбучки, сопровождаемой, по местной традиции, отборнейшим русским матом (кое-что из ругательств курс уже успел усвоить, особенно гриффиндорцы, известные специалисты по любой матери, и студенты из магической школы, располагавшейся в странном городе "Уладивостоук"), ученики сидели, не шевелясь, будто под прицелом у очень раздражительного снайпера (что это такое — они узнали буквально полчаса назад). Хоть аудитория и была пуста, никто из новобранцев не смел проронить ни звука. Даже редкие мухи, способные выжить в холодном климате и отравленной дымом оружейных фабрик атмосфере Легианны, скромно сидели на запотевших стеклах. Лекция должна была начаться еще двадцать минут назад, но преподавателя все не было. Не было вообще никого. Казалось, что все, кроме сотни несчастных "студентов по обмену", внезапно вымерли в радиусе ста километров от лекториума. Вдруг, в коридоре послышалось чье-то шарканье. Дверь распахнулась, и в нее, вальяжной походкой вошел человек. По крайней мере, внешне он ничем не отличался от человека. Он был одет в потрепанный годами без стирки, выцветший домашний халат, некогда голубого цвета, под ним обычная майка-алкоголичка, с жирным пятном на животе, и семейные трусы в сердечках. Шаркал человек обычными домашними тапочками. На голове у человека была копна взъерошенных, черных волос, под глазами огромные мешки, в зубах здоровенная кубинская сигара, а в руке литровый бокал виски. За человеком бесшумно левитировал хирургический стол со свежим трупом. Человек обвел аудиторию мутным взглядом, причмокнул губами, выпустил облако невероятно едкого дыма, и сипло произнес: — Хавать подано, налетай. Стол с трупом послушно опустился на пол, а сам человек сел в преподавательское кресло, затянулся сигарой, сделал пару глотков из бокала и опустил голову. Спустя несколько секунд, ошеломленные студенты услышали первые нотки храпа. — Эээ... А какого... — Только и успел произнести студент-блондин с гадкой рожей, как посреди аудитории, из клубов дыма вынырнул... Что ж, он тоже был похож на человека. Новоявленный гость, одетый в строгую шинель смоляно-черного цвета с серебряными погонами, грозно осмотрел аудиторию, одним взглядом дав понять Малфою, что звуки из его рта будут явно лишними. Гость остановил взгляд на несуразной личности в халате, твердым шагом подошел к столу и громко хлопнул по нему ладонью, попутно разломив столешницу надвое. — Фауст! Какого, мать его на три березы, лысого, сифилитичного, в жопу выдранного с хлоркой ангела?! Фауст, скорчив недовольную рожу, отрывисто рыгнул, кое-как сфокусировал взгляд на Аскариусе, еще раз отрывисто рыгнул и переспросил: — Какого, мать его на три силифи... Тьфу... Сифитили... Блять! Какого ангела что?! Из ноздрей Вармастера повалил пар. — Какого! Херова! Ангела! Ты! Блять! В! Таком! Виде?! — А какого трижды дистиллированного живого ты меня об этом спрашиваешь?! — Немного заплетающимся языком вопросил Фауст. — Тааааааак..... — Вармастер начал звереть. Фаусту похер, он это пять раз в день видит, а вот студентов жалко... — Начнем по порядку. — Когти демона начали самовольно выцарапывать на столешнице неприличные слова. — Это что? — Он показал на Фауста. — Это я, вообще-то! — Обиженно протянул некромант. — А какого хера ты, второй человек в Цитадели, выглядишь так, будто только что вылез из помойной ямы с безвкусным нижним бельем?! Ты должен мясо учить! — А такого! — Фауст встал с кресла, едва не расплескав виски. — Я, благодаря вашей светлости, — При упоминании светлых, будь они неладны, демон начал исходить едкой слюной. Слюна оставляла в бетонном полу аккуратные дымящие дырочки. — вчера вообще едва выжил! Ты мне еще спасибо сказать должен, что я вообще проснулся! Дай мне похмелиться нормально, пока они не пришли! Кстати, где они?! Фауст столь же мутным взором обвел аудиторию. Рон Уизли несмело поднял руку и пропищал: — Э-эм... Мы здесь... — Заткнись, рыжий, орангутанам я слова не давал. — Ха-ха! — Не сдержался Малфой, за что, впрочем, тут же молнию в зад, метко пущенную Некромантом. — Что ж ты, упырь рогаты, сразу не сказал, что они уже пришли? — Вскинув бровь, Фаустпосмотрел на демона. — А глаза разуть не пробовал?! Так, быстро переоделся и за работу! Я за что тебе деньги плачу?! — И ты называешь эти жалкие гроши деньгами?! — Сталина на тебя нет, некрофил похмельный! — Аскариус напоследок грозно зыркнул на некроманта и скрылся в клубах дыма. Фауст тяжко вздохнул, одним махом допил вискарь, щелкнул пальцами, преображая свою одежду в более подходящую высшему офицеру Цитадели, и снова осмотрел студентов: — Итак, демонова отрыжка, что вы видите перед собой? — Он жестом указал на труп. В воздух мгновенно взметнулась девичья рука. — Да, Кудряшка Сью? — Это труп, сэр! — С видом знатока, провозгласила Гермиона. — И меня зовут Гер... — Мне насрать, как тебя зовут, — Отрезал Фауст. — Мы не в баню с тобой идем. — Но... — Это "во-первых"! Во-вторых, щенки, неправильно! Человек-википедия, Гермиона Грейнджер открыла рот от удивления — она... Нет, не так. ОНА оказалась НЕ ПРАВА!!! — Вы, блять, не патологоанатомы, а некроманты, еби вас в дышло лишайный зомби! Это не труп, а рабочий материал! Труп можно: а) Закопать, б) Выкопать, в) Сожрать, и г) Сделать с ним прочие гадости! А с материалом мы делаем все, что захотим! Вот, смотрите! Фауст подошел к хирургическому столу и щелкнул пальцами. Труп открыл глаза и неуклюже встал на ноги. — Вот этой получившейся хуйней вы, молокососы, должны управлять так, как захотите! Некромант, для демонстрации, воздел руки над головой трупа на манер кукловода, и свежий зомби начал отплясывать дичайший канкан, следуя каждому движению своего хозяина. — Ебать мой лысый череп... — Ошеломленно прошептал Гарри, поправляя очки и наблюдая за зрелищем. — Воистину — ебать. — Ответил ему Рон, умудрившись незаметно откусить кусок булки, честно спизженой из столовой. Наконец, зомби просунул свою голову в собственную прямую кишку и упал на пол. Кого-то из студентов громко стошнило. Фауст, победоносно упер руки в бока и спросил: — Поняли?! — Ебать-копать... — Зашептали студенты. — Ебать не советую. А вот копать — мысль верная. А ну-ка, ушлепки, похватали лопаты и бегом на кладбище за материалом! Чтобы через полчаса у каждого был собственный подопытный! Бегом, сучьи выкормыши! Студенты врассыпную бросились вон из зала. Замешкалась лишь Гермиона: — Профессор Фауст, сэр... — Чего тебе, кудряшка?! — А если трупов... То есть, материала на всех не хватит? — А мне какое дело? Убей кого-нибудь и тащи сюда! А ну бегом отсюда! Фауст мрачно посмотрел вслед несущимся как ошпаренные студентам, и напоследок выплюнул: — Ебаный "ворк энд трэвэл"! III. Адаптация К третьему месяцу ученики уже немного попривыкли к новым условиям своего обучения. Более того — некоторые из них начали делать успехи в освоении различных премудростей цитадельской науки. Впрочем, с такими-то учителями... Поттер, к примеру, благодаря по всей видимости Волдеморту, оказался предрасположен к тёмной магии. Когда на одной из пар Гарри умудрился сотворить тенеболт диаметром в полметра с лишним, коий проделал изрядную дыру в стене аудитории, улетев в неизвестном направлении, магистресса Вероника Темптейшен, преподававшая у студентов основы боевой тёмной магии, заявила, что студенту Поттеру на ее парах делать больше нечего. Потому как ему а) требуется специализированное обучение на факультете рекомой боевой тёмной магии, а это явно не год, отведенный на стажировку, и б) ей тут на хер не нужно, чтобы свежепроявившийся талант отправил к такой-то матери весь курс, просто не совладав с заклинанием, им же и сотворенным. Также Поттер научился с закрытыми глазами разбирать и собирать автомат Калашникова, сменил очки на модные алые линзы со встроенным ПНВ, прицелом и инфракрасным зрением, а так же сделал татуировку на левой руке — Фоукс, лихо опрокидывающий в глотку стакан самогона и закусывающий дохлым василиском, причём сие творение венчала надпись "Феникс мух не ловит!". Татуировку он, кстати, сделал по пьяни, употребив вместе с Роном, Малфоем и парой русских студентов восемь бутылок честно свистнутой с армейского склада водки. Наутро было очень плохо. Рон приучился жрать незаметно от начальства и в абсолютно любой обстановке — под обстрелом, на лекции, в наряде; в туалете, окопе, во время практической работы по некромантии... Сконтачившись с намертво осевшим на кухне Малфоем, понемногу превращавшимся то ли в вечного дежурного, то ли в интенданта, то ли в мага-кулинара — так вот, совершенно неожиданно скорешившись с Малфоем, Рон получил доступ на кухню, ко всему ассортименту жратвы, которой кормили курсантов. Конечно, не парижский ресторан, но пожирателю дохлых ящериц, как однажды выразился про Уизли полковник Даэдрос, было наплевать на то, ЧТО есть — главное, СКОЛЬКО. Гермиону мало кто видел. По слухам, девчонка серьёзно увлеклась некромантией мэтра Фауста и одновременно — любовной магией, преподавала которую студентам самая настоящая суккуба, госпожа Назира. Герми пропадала в пятиугольнике "лекторий-кладбище-библиотека-лаборатория-дом", причём все попытки разговорить ее — мол, что за хуйню она там делает — заканчивались ничем, следовало молчание, такое же холодное и непробиваемое, как ледники, в изобилии бывшие вокруг Цитадели. Аскариус втихомолку приказал увеличить стажерам количество часов некромантии — кто знает, что пригодится им в жизни, а умение проложить дорогу "прахом вечности" и поднять мертвеца в качестве солдата никогда не бывает лишним. Лонгботтом к тому времени тоже делал успехи, однако на поприще совершенно иного рода. Дело в том, что этот ходячий магнит для неприятностей умудрялся подорвать все, к чему касались его руки; например, зелье для создания дымовой завесы на боевом зельеварении в его неуклюжих лапках превратилось в добротный напалм, которому только не хватало значка "Made in USA" и который полчаса объединенными усилиями тушили несколько магистров и полсотни адептов магии Воды; зелье для изменения внешности возымело эффект, которым можно было сравнить с кислотой — подопытный, на котором применили это зелье, растворился менее чем за секунду. И это были еще не все эпические изделия местного "Старинова"! Видя такое дело, преподаватели призадумались, а затем вывели Невилла из состава обучающихся магии, и направили в военно-диверсионную школу. И тут-то мальчик из Хогвартса развернулся по всю широту своей души, весьма неистощимой на всяческие паскудства. В его руках любая вещь превращалась в смертельную бомбу-ловушку, а в вопросах применения своих изделий он мог дать хорошую фору любому ближневосточному джихадисту! Любимой же штучкой Невилла Ка-Бум Лонгботтома стали заминированные жабы, которые могли ожидать врага в любом месте — от туалета до кабинета, как говорится... Кстати, именно такой жабкой вконец озверевший Невилл подорвал Гойла, когда последний вздумал было повторить Хогвартс и начать травить Лонгботтома. Учитывая, что двумя неделями ранее Крэбб погиб на Полигоне, когда начальству с какого-то перепою вздумалось обкатать курсантов ТАНКАМИ, Малфой, которому искалеченный Гойл прибежал жаловаться (и закономерно был послан на хуй) остался совершенно без друзей. Однако Малфоя данный факт совершенно не волновал. Вечный дежурный по кухне обучался кулинарно-бытовой магии, вечерами пил с Роном водку, совершенно осознанно старался выхватить от полковника побольше нарядов на кухню, начал слушать регги, отпустил волосы и раскрасил их в разные цвета. По слухам, он и еще одна девушка из Пуффендуя, свихнувшаяся на травологии, частенько встречались и в перерывах между потрахиванием (пардон) занимались экспериментами с различными травами. То, что в итоге иногда получается отборная наркота, их не волновало совершенно. Наркота окольными путями расходилась по Цитадели, и частенько бывало, что сам мэтр Фауст на пару с совершенно заколебавшимся Аскариусом Вармастером воздавали должное травам производства Малфоя и К, правда, не зная, кто именно автор сего дела. Ах, да! Среди прочего стоит упомянуть, что в один из дней курс сводили в бордель, то ли ради отдыха, то ли ради общего развития. Поход в целом прошел неплохо. Гарри натянул проститутку, а то и двух — наутро он совершенно ни черта не помнил. Рон натянул слишком много бутылок с местным вином, и затем по ошибке трахнул "маман" — хозяйку борделя; впрочем, стороны остались вполне довольны друг другом. Трахнула ли кого-то Гермиона, оставалось неизвестным — да и вообще, никто как-то не заметил ее в борделе. Гарри и Рон, честно говоря, сомневались, что "сучка-заучка" вообще была с ними в том походе... Никого не натянул только Невилл. Потому что Невилла в этот момент в кабинете вовсю морально накручивал на винт начальник курса, мстя за "нечаянно" взорванную накануне караулку. Что поделать, если Невилл не нашел другого места для испытания своей новой бомбы-ловушки. В общем, жизнь курса шла своим чередом. Испытания становились все сложнее, мат — все изощреннее, заданий — все больше, теории — все меньше. Да и жертв было немало — из сотни оставалось чуть меньше семидесяти учащихся, остальные либо погибли, либо... А нет, все же погибли. Но студенты справлялись, перековывались, и вгрызались в гранит науки с упорством крыс, решивших свернуть горы истории и потопить "Титаник", украв лавры у айсберга. Выбора у них просто не было. IV. Некропрактикум — Итак, оборванцы! Можете принимать мои поздравления, ибо вы не только остались живы (в большинстве своем), но еще и перешагнули на новую эволюционную ступень! Отныне вы не тупые обсосы! Теперь ваш отряд носит кодовое название "Шакалы безрогие"! Ровный строй студентов молча взирал на Фауста, не рискуя лишний раз произносить какие-либо звуки. За несколько месяцев "учебки" в Цитадели даже тупая мартышка научится не привлекать к себе лишнего внимания, дабы сохранить в целости психику и здоровье; что уж говорить про существ, ошибочно (по мнению половины преподавателей) приписанных к виду Homo Sapiens? — Не слышу радости! А ну, хором! Гип-гип... — Ура-а... — Вяло протянули студенты. — На этом торжественную часть можно закончить. Достаем материал. Рон и Гарри, молча переглянувшись, щелкнули пальцами. Перед ними, из складки в пространстве выпали два хирургических стола с трупами. Тот же фокус повторили все остальные студенты. Все-таки маленькие хитрости сильно облегчают жизнь — при должном умении вовсе не обязательно каждый раз бегать за "материалом" на кладбище. — Начнем с повторения азов. Поднять подопытных. Очередной щелчок пальцами. Месяцы усиленной муштры — и проблем с простейшими заклинаниями не возникало ни у кого. — Ой! — раздалось откуда-то из толпы."Бдыщь!" раздалось следом, и воздух, снег на плацу, а также одежда всех присутствующих окрасились в красный. Ну ладно, проблем не возникало ПОЧТИ ни у кого. Фауст молча, двумя пальцами снял с головы фрагмент двенадцатиперстной кишки, отбросил его в сторону и устало простонал: — Длинножопый, ну ёб твою мать... — Извините, сэр... — Пропищал Лонгботтом. — Я не специально... — Если бы ты сделал это специально, — Как можно спокойнее и тактичнее разъяснил Фауст. — То уже копал бы туалеты под Акираполисом. А так тебе лишь полагается три наряда по кухне. Выполнять! — Есть, сэр! — Вытянулся "по струнке" Невилл, и помчался в сторону жилых бараков. — Йоу, брат! — Из строя пружинистой походкой вышел студент, в спортивном костюме, темных очках и с большой копной разноцветных дредов на голове. — А можно и меня на кухню? А? — Так, а это что за Боб Марли? — С гневом в глазах спросил Фауст у студентов. — Это Малфой, сэр... — Кто?! — Ну... Блондинка... — А-а-а... Наш отважный рядовой Блондинка соизволил выползти на свет из недр продуктового склада и почтить нас своим присутствием... — С хищной улыбкой протянул профессор и повернулся к глупо хихикающему Драко. — Че, брат, на хавчик пробило, ага? Малфой, больше напоминавший Джонни Кэша, год сидевшего на одном лишь ЛСД и песнях Бориса Гребенщикова, глупо "гыгыкнул" и протянул: — Ес, ман! Шаришь в натуре, дяй пять брат! Фауст кивнул и дал Малфою... по роже, попросту вырубив его на месте. — Орангутан, Флэш, шаг вперед! Гарри и Рон грустно вздохнули и вышли из строя. — Забрать, побрить, привести в чувство и вернуть в строй! Хули не ясно?! — Коротко скомандовал профессор. — Есть, сэр. — Хором простонали Гриффиндорцы, взяли Малфоя под мышки и поволокли в сторону казармы. Фауст, с каждой секундой становясь все мрачнее, вытянул из кармана флягу, сделал большой глоток, закурил сигару и процедил: — Кудряшка! — Да, профессор Фауст, сэр! — Гермиона с готовностью боевой болонки сделала шаг вперед. — Проведи разминку с личным составом! Если еще хоть один выблядок облажается, я на его примере покажу, почему либералы выступают против эспериментов над живыми людьми! Начали! Фауст щелчком пальца материализовал из воздуха большое кожанное кресло, и уселся в него, а Герми тем временем заняла его место перед строем. Надрывая голос и всячески подражая манере разговора своего наставника, она начала отдавать команды: — Ну что, сучьи дети, взяли свои задницы покрепче и приготовились! Взять контроль над зомби! Гойл, тварь! Над своим зомби! Па-аднять! Упокоить! Па-аднять! Упокоить! Резче двигаемся, девочки! Не жалеем мертвечину! Па-аднять! — Вармастер всемогущий... — Прошептал Фауст, скорбно глядя на поразительную и беспрекословную преданность Гермионы. — Я создал чудовище... — Гарри. — Чего, Рон? — А че с Малфоем? — Накурился, оборзел, расслабился на кухне... Выбирай, что нравится. — Не, я не об этом. — А о чем? — Что делать с ним будем? — Ну... Побреем — и в строй. — Да не, так не интересно... — Пробурчал Рон, жуя палку колбасы. — Надо что-нибудь поэкстравагантнее придумать. — Ну не знаю. — хмыкнул Поттер, мрачно ковыряясь в зубах армейским ножом, с которым в последнее время не расставался даже в душевой. — Можем четвертовать, раскидать по окрестностям и сказать, что он чихнул. — Не, не катит. А кто нам картоху жарить будет по ночам? — И то верно. Они стояли в казарме уже пять минут, глядя на бездыханное тело слизеринца. — Может ему в кровать виверну подсунуть? — После раздумий предложил Уизли. — Да ну... — Отмахнулся Гарри. — Этот обдолбыш даже разницы не почувствует. — Ну тогда я не знаю... — А я знаю. — Мрачно протянул Поттер. — Вот так мы, собственно, и очищаем кости от плоти без лишних усилий! — Закончил Фауст стоя перед столом с двумя аккуратными кучками. В одной находилось мясо и кожа, в другой — человеческие кости. — Ваша задача состоит в том, чтобы не только повторить мои действия, но и создать двух химер: костяную и мясную. И напрягите вашу извращенную фантазию, мартышки! Обладатели самых мерзких и креативных тварей получат возможность вместо ночного дежурства сходить в бар! Начали! Кудряшка — за старшую! — Есть, профессор Фауст, сэр! В толпе студентов раздался громкий "чвяк" — это плоть одного из "подопытных" трупов рывком отделилась от скелета. Студентку-американку стошнило. — Блевашка, возьми себя в руки! — Прорычал Фауст и замер на месте, увидев подкравшихся к нему Гарри, Рона и... нечто. — Йоп твою... — Пробормотал профессор. — Ас, ты должен это видеть... Ответа не последовало. Подождав еще пару секунд, Фауст открыл синевато-красный портал, просунул в него руку и вытащил наружу Вармастера. Аскариуса, судя по всему, он оторвал от очень важных дел: из одежды на нем было лишь полотенце, обмотанное вокруг талии, из-под которого выглядывал зеленый, чешуйчатый хвост. В одной руке у него находился телефон, в другой бутылка пива, на ухе висела блютуз-гарнитура, по которой Вармастер с кем-то разговаривал, а хвостом он сжимал карандаш, которым по всей видимости что-то писал перед самым появлением на публике. — Блять, какого фиолетового-в-пупырышку, спидозного, маразматичного, лишнехромосомного... Нет, это я не тебе, Кулибин! — Рявкнул он в гарнитуру. — О чем это я? А! Херозависимого... — Заткнись, и посмотри на ЭТО. — Тихо проговорил Фауст. Аскариус повернул голову и резко закрыл рот. — Мать моя Ассирийская империя, Фауст, что ЭТО такое?! Перед ними, между Роном и Гарри стоял Малфой. Точнее говоря, о том, что это Малфой, знали лишь сами Рон и Гарри. У слизеринца пропали дреды, зато на лысой голове находились огромные, ветвистьые рога. Лицо его было вульгарно и обильно накрашено, сам он был одет в розовый кружевной топик и миниюбку, из-под которой виднелись волосатые яйца. Ноги его были обуты в серебристые туфли на пятнадцатисантиметровой шпильке, а по центру лба торчал мохнатый фиолетовый... гвоздь. Состояние Малфоя приравнивалось к состоянию аквариумной рыбки в бочке водки, так что сам факт того, что он стоял на ногах был чудом. — Вот и я о том же! — Фауст повернулся к двум Гриффиндорцам. — Это что? — Блондинистое чмо. — Спокойно ответил Уизли. — Я ж его только побрить просил... — Так мы побрили. — А что это с ним? — Ошалевше спросил Аскариус. — Чихнул. — Пожал плечами Поттер. Студентка-американка снова начала блевать. — Ну что, шакалы! — к Фаусту вернулось самообладание, и он повернулся к студентам. — Первыми победителями в конкурсе на самую мерзкую и креативную тварь становятся Флэш и Орангутан! Учитесь! А теперь всем продолжать работу! — Он снова повернулся к Гриффиндорцам. — А вы... Уведите это к ебени матери, и до конца дня свободны. — Фауст... — Проговорил Вармастер. — Лично я хочу выпить. Ты как? — Только "за"! — Кивнул некромант и скрылся в портале...