Мигрень

— Какого черта ты творишь?! Сейчас же извинись перед Нами-чан! — Санджи нависал над Трафальгаром и строил яростные мины. — Пошел ты! — громко закричал Ло и схватился за голову. — Траффи, у тебя что-то болит? — малыш Чоппер взволнованно смотрел на пирата и суетился вокруг него, — может нам лучше пройти в лазарет? — Ничего у меня не болит, а даже если и так, то я разберусь без помощи оленей - недоучек. Рот Чоппера скривился в ломанную линию и опасно задрожал, а в глазах заблестели слезы. Ло, осознав, что перегнул палку поспешил ретироваться в свою личную каюту пока на него не обрушился гнев остальных мугивар. Стремительно забежав в комнату и громко захлопнув дверь, останавливая поток угроз исходящих от длинноносого и кока и, в то же время, вызывая резкую боль в голове, Трафальгар облокотился о дверь и плавно сполз на пол. Ему было стыдно за свои слова и действия. Он без причины придрался к разбросанным по палубе инструментам Усоппа, а потом наткнулся на затевающих драку Санджи и Зоро. Он накричал на них, а когда навигатор вторила ему, накричал и на нее. Конечно же любвеобильный кок взъелся на него, а потом история с Чоппером… Ло правда не хотел никого оскорбить или задеть, просто его с самого утра одолела дикая мигрень. Как врач, он сразу понял, что это не просто промежуточные боли. Но как бы он ни пытался, ничего не помогало. Казалось, что мигрень усиливалась с каждой секундой. Все, что хотелось Ло — немного тишины и спокойствия, но на корабле капитаном которого был Монки Д. Луффи такого слова как тишина не знали. Шум и гвалт преследовали пирата весь день и его терпение кончилось. Трафальгар тяжело вздыхает и идет к кровати. Идея немного вздремнуть кажется отличной. Только его голова касается подушки, а тело расслабляется, предвкушая прекрасные мгновения сна, Трафальгар слышит шаги, которые приближаются к его каюте. Ло догадывается кого же могло принести и, не желая разговаривать с Луффи, отворачивается лицом к стене. Вопреки опасениям Ло дверь не выносят с пинка и не тарабанят по ней. Вместо этого он слышит тихое поскребывание. Пират решает и дальше прикидываться спящим и не отвечает. С той стороны видимо понимают, что дверь не заперта и почти бесшумно отворяют её. Тихие шаги и дыхание немного напрягают Трафальгара, потому что это может быть и не Луффи, а какой-нибудь пират или разбойник. Или же кто-нибудь из команды решил ему отомстить. — Траффи… — его плеча мягко касаются и слегка трясут, — Траффи, ты спишь? Ло слышит голос Мугивары и расслабляется, но и отвечать не спешит. Вдруг мужчина ощущает, что за спиной под тяжестью прогибается кровать, а его самого обнимают. Трафальгар чувствует теплые руки, которые обвивают его талию и, сам не осознавая этого, прижимается к источнику тепла. Он расслабляется и боль немного отступает. Сейчас, лежа в крепких объятиях, он начинает медленно засыпать. Но когда чувствует мягкий поцелуй в макушку, а затем чуть ниже чем находится ухо, сон снимает мигом. — Что ты делаешь? — он спрашивает тихо, почти не открывая рта, потому что безумно вымотался за сегодня и сил нет совершенно. А еще он со стопроцентной точностью знает, что Луффи улыбается во все тридцать два. — Ши-ши-ши, ты все-таки не спал, Траффи. Я пришел, потому что Чоппер сказал мне, что ты плохо себя чувствуешь. Про упоминании маленького олененка Трафальгар напрягается. — Я не хотел говорить те слова. Правда. — Я знаю. И они все тоже это знают, — Лу успокаивающе трется носом в затылок и крепче сжимает кольцо рук на талии. — Зачем ты поцеловал меня? — Ха? Макино всегда говорила, что если где-то болит, то нужно там поцеловать и все пройдет. Когда я разбивал коленки или ударялся носом, она всегда целовала меня в ранки и боль отступала. Вот я и подумал… — Хах, Мугивара-я, ты такой ребенок, — капитан Питаров Сердца закрывает глаза и живо представляет себе картинки с маленьким плачущим Луффи и девушкой, которая успокаивает его, — Но знаешь, кажется и вправду помогает. — Видишь, я же говорил! — Луффи счастливо улыбается. — Ох, Мугивара-я, опять болит, — преувеличенно слабым голосом зовет Трафальгар. — Что? Где? — Вот тут, — Ло указывает на губы, искривленные в легкой ухмылке, и с прищуром смотрит на парня. — Знаешь, Траффи, мне кажется, что одного поцелуя тут будет недостаточно. Трафальгар улыбается и думает, что если его будут так лечить, то он готов хотя каждый день лежать с температурой, мигренью или чем-нибудь еще. Лишь бы «целительные» поцелуи не заканчивались.