Второе счастье

Самая главная особенность грузоперевозок в том, что баржи, в отличие от военных и пассажирских кораблей, не могут сами генерировать гиперпрокол. А значит, они полностью зависимы от космических станций. Тут дело даже не в дороговизне и сложности установки оборудования. Дело в разрешении. Это способ для транспортной службы отслеживать движение грузов по гиперузловым станциям. Отсюда и сложность, и долгосрочность доставки заказов. Не успел в забронированное окно — жди сутки или двое. Соответственно: чем больше гипертранзитов, тем больше риск несвоевременной доставки. В этот рейс всё шло, как по маслу. Мы проскочили вовремя три станции, и нам оставалось ещё две. Пять прицепных контейнеров не доставляли хлопот и сейчас мы медленно, но неумолимо приближались к следующему пункту гиперперехода. До станции оставалось лишь пять часов полёта, когда внешние экраны зафиксировали «свободный выход». — Циклоп, на нас идут три штурмовика класса «Скорпион», — внезапно обрадовал нас связист. — Они без метки и сигнальных маячков. Что делать будем? — А ну выведи на главный! — рыкнул Ксан. — Нет, ты поглянь, какие красавцы! Ну откуда они здесь, а? — Что «откуда»? — фыркнул я. — Неужели непонятно — пираты. — Да ладно! И кто же это? У нас последний малолетка знает, что «Черепаху» грабить нельзя! — А можно подумать, Ксан, кроме Дайрат больше некому промышлять в космосе? — я скривился и уставился на экран. — Нет, это не просто шакалы. Ты глянь, Ксан, у них стоят модернизированные щиты и новейшие глушилки! — Хочу такой, — почти простонал Циклоп. — Завалю — мой будет! Хоть один! — Циклоп, — отозвался связист. — Они капитана запрашивают. Чего им ответить? — Саор, а ну натягивай мой китель! — оскалился Ксан. — Выйдешь на связь, потребуешь, чтобы отстали. Давай! Переодевание заняло у нас не больше трёх минут. Китель Ксана повис на мне до колен, как мешок. Рук не видно, плечи в районе локтей. — Нет, снимай, — скривился Ксан, глядя на это безобразие. — Лучше на колени положи, чтобы лычки было видно. Тангар, а ну убери свою бандитскую рожу из зоны связи! А то спугнём ещё! И вот я, скорчив умное выражение лица, уселся за пульт. — Неопознанным кораблям в зоне допуска: говорит капитан грузовой баржи «Черепаха», — начал я заученную речь. — Назовитесь и включите опознавательные маячки. Неопознанным кораблям в зоне допуска… — По контейнерам: трехминутная готовность! — шепотом велел Ксан. — Первому и третьему: цель на пять часов. Второму и пятому: цель на одиннадцать часов. Четвёртый под нашим прикрытием: цель на час. Отсчёт пошел! Приготовиться к открытию боковых створок! Минута десять! Отсчёт! -…Назовитесь и включите опознавательные маячки, — тем временем монотонно продолжал я. — Капитан «Черепахи», — внезапно ответил один из «Скорпионов». — Двигатели на малый и открой доки. Если хорошо будешь вести себя, красавчик, останешься в живых! На «Скорпионе» захохотали, а Ксан дал отмашку. Тангар перевёл бегунки, и створки пяти прицепных контейнеров плавно начали раскрываться, как цветок. На «Скорпионах» манёвр заметили, но поняли совсем неверно. — Эй, капитан, я вижу, ты хочешь нам груз подарить? Но этого мало! Так что готовься к стыковке, и можешь пока в душ сходить! Дикий ржач команды «Скорпиона» был слышен даже сквозь направленную связь. Но смеялись они недолго. Ровно до того момента, пока контейнеры не раскрылись на достаточную ширину, чтобы оттуда, один за одним, начали вылетать штурмовые БАШмаки и БОТинки. По три штуки в каждом прицепном контейнере. И вот тут из динамиков донеслись маты. Действия Дайрат были быстрыми и точными. Молча, не вступая в переговоры, они слаженно ринулись каждый к своей цели. Нестройные залпы «Скорпионов» были погашены заградительными щитами. Да и стреляли те не по цели, а по площади. Ксан уже включился в боевой режим и теперь со стороны координировал действия пятнадцати кораблей. Переговоры БОТинок мы не слышали, зато рык Ксана то и дело разносился по рубке баржи. — Болтун, заходи ниже! Поверху турель активна!.. Кварц, дави его! Не дай развернуться!.. Шаман, долбоёб! Не бей по турбинам! Взорвёшь «Скорпион» — из твоей доли вычту! Пока «Скорпионы» гасили скорость и пытались развернуться, Дайрат уже взяли их в «ошейник» — малое кольцо, при котором корабли находятся так близко друг от друга, что применять бортовые орудия опасно для самого себя. — Хреновые из них бойцы, — презрительно бросил Ксан. — Расслабились и не ждали подвоха от грузовой баржи. А как до боя дело дошло — обоссались. Вот и всё — наши кораблики! На большом экране было хорошо видно, как БОТинки прилипли к «Скорпионам» и через полчаса те полностью убрали ход. — Циклоп, — вышел со «Скорпиона» на связь с нами один из штурмовиков. — Мы тут поспрашали местных, чьих они. Заебись, это «Истина»! Тут в основном «мясо», но есть пара инструкторов. Чё с ними делать? — Мясо — в космос. Командиров упаковать и на базу. Пусть наши с ними пообщаются. Таран, Кварц, Озон — разбирайте себе по «Скорпиону», грузите всех «трёхсотых» и валите из сектора. Остальные — трамбуйтесь обратно в контейнеры! Заказ с нас никто не снимал! Мы и так три часа потеряли! Тангар, кочегарь движок, ща будем навёрстывать опоздание. — Циклоп, это Зима. У меня обшивка «течёт»! — Щас некогда латать! У нас гиперокно через семь часов! Скинь воздух с БАШмака и возьмите баллоны со «Скорпионов». Если надумаете там подохнуть — дохните молча! Сохрани вас Вселенная, если привлечёте внимание транспортной службы! Может, кому это покажется и жестоким, но тот, кто идёт убивать и грабить, должен быть готов к тому, что убьют и ограбят его. Будь на нашем месте обычная транспортная баржа — ее команду ждала бы судьба похуже мгновенной смерти. Это внешне у нас цивилизованное общество, где правят законность и уважение личных интересов. А на изнанке общества до сих пор существуют рабство, гладиаторские бои и подпольные бордели, где постельную игрушку можно даже убить. Поэтому никакой жалости к выброшенной в космос команде я не испытывал. Баржа начала медленно, но верно набирать ход. «Скорпионы» под управлением наших бойцов разогнались и один за другим исчезли в воронке гиперперехода. Интересно было наблюдать на главном экране, как БОТинки догоняют баржу, выравнивают ход и филигранно ныряют в прицепные контейнеры. — Третий закантовался! — раздалось из динамиков. — Второй… четвертый… пятый… первый… — Тангар, закрывай! — приказал Ксан и тяжёлые бронированные створки контейнеров поползли на место. Ну вот и всё. Как будто и не было тут ничего: ни попытки захвата, ни космического боя, ни последнего полёта для сотни человек. Снова пустой космос и одинокая баржа, что на всех парах летит к станции гипертранзита. Клан Дайрат дорожил своим легальным положением и репутацией законопослушных граждан. Но пираты «бывшими» не бывают. Вот только если раньше они грабили корабли и сырьевые колонии, то сейчас переключились на «теневых» дельцов, которые просто не могут пожаловаться. Вор украл у вора, а граждане спят спокойно. На окно гипертранзита мы успели впритирку. Пришлось заплатить грузовому контролю, чтобы те не тянули с регистрацией. Прыжок и мы снова в открытом космосе. — Зима, вы там живые? — вызвал Ксан битый БАШмак. — Пока да. Но на второй переход у нас кислорода не хватит. Да и яйца мёрзнут. — Тогда выползай из контейнера и латай обшивку. У нас до следующего окна пятнадцать часов. Как зашьёшь, подходи к стыковочному, зальём тебе воздух напрямую. Рейс прошел удачно. Зайдя в нужный сектор мы просто отцепили грузовые контейнеры, а сами попёрли на Пикар заправляться. За своё имущество мы не переживали, за него есть кому волноваться. Через неделю вернулись обратно в сектор, нашли по маячкам дрейфующие контейнеры, зацепили их и поползли домой. Вот и вся наша работа. Всё-таки приятно возвращаться. Как бы ни было привычно в космосе, но дом есть дом. Хотя долго расслабляться нам не дали. Уже на второй день к нам заявился Альмери. — Саор! Ты должен поехать со мной в больницу. Эти идиоты мне столько навыписывали, а мне нихрена не лучше! Ну пожалуйста, Саор, я не хочу терять этого ребёнка! — А ну угомонись и прекрати истерить! Ты получил доступ к медкарте? — Разумеется! Попробовали бы они мне только не дать! Да я бы всю их больницу разобрал по кирпичику! — Верю… Пошли за функционал, посмотрим, что там тебе ставят. М-да, состояние Альмери, действительно, желает лучшего. Тут тебе и отторжение, и базис-конфликт, и непереносимость нужных препаратов. Хреново. С такими показателями он не доходит до конца срока. Если только… — Альмери, тебе предлагали инкубатор? — Да, почти сразу. Но я не хочу. Искусственники всегда болезненные и часто с отклонениями. Саор, я хочу родить сам. — Не выйдет. Максимум можно протянуть до третьего триместра, а потом только инкубатор. И ребёнок у тебя нормальный. Многие в семь месяцев уже рожают. Но учти, тебе совсем хреново будет. — Ну и ладно. Саор, ты же не оставишь меня, правда? Шидар уходит через два дня. Можно мы с Лаи поживём у вас, а? Пожалуйста, мне страшно. А вдруг что случится, а я один с сыном. Он мне ничем не поможет, только сам испугается. — Альмери, вот знаешь, когда тебе что-то надо, ты из остальных душу вынешь! — Мы будем хорошо вести себя, правда. После этой фразы, сказанной умильным детским голоском, я расхохотался. Альмери и хорошее поведение — вещи несовместимые. Я скорее поверю, что он нам всем выебет мозг и в следующий рейс мы с Ксаном сбежим вперёд корабля. Вот только оставить его одного с такими проблемами я тоже не могу. Ему на самом деле плохо, а будет ещё хуже. Мой прогноз оправдался. Хорошего поведения Альмери хватило только на неделю. А потом начались капризы, шантаж и демонстративное страдание на публику. Ксан стискивал зубы и утаскивал Лаи на прогулку. Порой, до самого вечера. Но как бы ни напрягал нас Альмери, ни я, ни Ксан не позволили бы себе его выставить из дома. Вот уж чёртовы инстинкты: беременного омегу надо оберегать, любой ценой и любыми средствами, даже если это не твой омега. — Саор, я дал согласие на инкубатор, — заявил через месяц Альмери. — Но здесь я оперироваться не буду. Есть возможность встать в очередь в столичном центре репродукции. Там нужно предварительно сдать анализы и пройти обследование. Так что лететь надо сейчас! — Нет, это без меня, — тут же передёрнулся Ксан. — Я вон, за Лаи лучше послежу! — Ладно, — подозрительно быстро согласился Альмери. — Тогда я прошу Камила нас отвезти. — А мы что, сами долететь не можем? — нахмурился я. — Ты предлагаешь мне мучиться в общественном транспорте? Трястись в старом душном атмосфернике в окружении каких-нибудь вонючих альф и истеричных омег? Саор, это была шутка, да? Не смешно. Я звоню Нинери! Уж не знаю, как там плакался Альмери, но уже вечером к нам в гости нагрянуло семейство Марро в полном составе. Обрадованный Лаи ластился то к Нинье, то к Камилу. Я поначалу думал, что он Дарела избегать будет, но нет, не прошло и часа, как он полностью завладел вниманием альфы. Альмери жаловался Камилу, умело манипулируя ответственностью беты, а Нинья подсел к нам. — Ну, признавайтесь, как вы тут с Алли? — Честно? Ужасно. Вот не понимаю, как его Шидар так долго выносить может? — нахмурился я. — Не поверишь, Саор, при отце Алли себя так не ведёт. Мы когда у них в прошлый раз были — так он демонстрировал просто идеал супруга: внимательный, вежливый, заботливый. Зато когда отца рядом нет — с него добрая маска и падает. — Нет, Нинья, это не маска. На самом деле — это действие метки. Присутствие его альфы успокаивает Альмери и дарит ему уверенность. А ведь ему на самом деле плохо. А учитывая, какая сложная операция ему предстоит — так он вообще прекрасно держится. — Какая операция? — нахмурился Нинья. — Инкубатор. — Это как? — Ну… Как развивается плод, ты знаешь? А теперь представь, что организм омеги убивает ребёнка. И тут только два выхода: или делать аборт, или вырезать матку вместе с ребёнком и подключать ее к аппарату искусственного питания, имитирующему организм омеги. Вот это и называется — инкубатор. — Но, как же потом… — Никак. Инкубатор — это крайний случай. После такой процедуры омега больше не может иметь детей. Так что поверь, Альмери молодец, а все его капризы идут от волнений и переживаний. — Ладно, давай сменим тему, — содрогнулся Нинья. — Лучше расскажи, как в рейс сходили? — Весело. Представляешь, мы на пиратов нарвались. Нас ограбить пытались. — Да ладно! Ограбить Дайрат?! И что? — Ничего, просто у Дайрат теперь два незарегистрированных «Скорпиона», и у нас с Ксаном — один. Ему клан выкупить его предлагал, но ты же знаешь Циклопа: он готов облизывать его, как ребёнок любимую игрушку. — А если его на учёт поставить? Например, как списанный военный катер? — Только не вздумай предложить это Ксану! — шикнул я. — Он же из Шидара душу вынет. А толку всё равно не будет. Там одного взгляда достаточно, чтобы понять, что это не прогулочная яхта! Откуда только «истиновцы» их взяли? — Кто? — переспросил Нинья. — «Истина». Это они пытались поживиться за наш счет. — Саор, а команду «Скорпионов» куда дели? — Мясо полетать отправили. А инструкторов Ксан на базу отослал. Может, клан вытрясет из них что полезное. — Там и инструкторы были?! Сколько? — Четверо, а что? — Дарел этой «Истиной» занимается. Они уже несколько лет не могут ни одного взять. Ксан, — Нинья подлетел к нему и усиленно зашептал на ухо. — Не знаю, если честно, — пожал плечами Ксан. — Спросить надо. — Ну так спроси! Ксан, пожалуйста. — Ладно. Ксан вышел, но уже через десять минут вернулся. — Нинья, двое ещё есть. Нужны? — Дарел, — ласково улыбнулся Нинья, подсаживаясь к супругу. — Тебе нужны два инструктора «Истины»? Только давай ты не будешь спрашивать — откуда их привезут…