Враг ты мой любимый...

Повседневность. Это рутина, которая затягивает тебя в однообразие событий: проснулся, умылся, поел; уроки, сплетни, библиотека, спортзал; снова поел, снова уроки... снова спать. И так каждый день... С тех пор как я перестал охотиться на стригоев. Они не просто исключили меня из своих рядов. Забрали все, чем я был снаряжен – мое оружие. Мечи, клинки, кинжалы, мою любимую катану – все под чистую. Хотели наказать по полной, и у них это получилось. Однако, в повседневности может проявляться и что-то... хорошее. Что-то, что делает твою жизнь разнообразнее. Это "что-то" заставляет твое сердце менять свой привычный ритм. Как будто тебя разворачивает в другую сторону, и ты несешься против течения, против всех правил и принципов. Вопреки всему. Я точно не знаю что "это", но причина всему – Она. Именно ее улыбка заставляет мое сердце замирать, именно ее взгляд пробуждает внутри меня какую-то бурлящую неведомую силу. И именно ее тело прогоняет, по-моему, несуществующие, но такие ощутимые электрические разряды. Ангелина. Она словно мой Ангел Хранитель. Только вот от чего меня охранять? Скорее это я должен ее охранять. От самого себя. Как бы приятно мне не мечталось, реальность такова: нам не быть с ней вместе. Между нами пропасть. К тому же, я не настолько самоуверенный болван, чтобы наивно полагать на ее взаимные чувства. Она воин, она боец, и она никогда не позволит влюбиться во врага. Она не допустит такой ошибки. И за это меня влечет к ней еще больше. - Черт! – одернул я себя. - Что с тобой Джарез? – спросил стоявший рядом Коллин Эклз, мой одноклассник и настоящая заноза в заднице. Кажется, я выругался вслух. Мы находились в спортзале, и сейчас был урок физкультуры. Лучше бы это были тренировки по футболу, тогда бы мне не приходилось находиться с ней в одном зале и пялиться на ее не в меру короткие шортики. - Горячая чертовка. – промолвил Коллин, определив, куда устремлен мой взгляд. Он смотрел на разминавшуюся недалеко от нас Ангелину. И как цензура могла пропустить такие неприличные и двусмысленные упражнения?! То как взгляд Эклза блуждал по ее телу, активировало во мне лавину гнева и ревности. И прежде чем я успел остановиться, моя рука направилась в его сторону. - Эй, ты чего!? – возмутился одноклассник, когда я хлопнул его по плечу. - Осторожней, а то придется писать объяснительную, зачем в начале урока тебе понадобился холодный душ. – отпарировал я как ни в чем не бывало. Коллин понимающе улыбнулся, и выдал следующее: - Спорим, она опять тебе чем-нибудь заедет? - На что спорим? – сразу же ответил я с ухмылкой. В этом был весь Коллин – великий спорщик и любитель тотализаторов. Однако, я знал, что деньги его на самом деле не интересуют. Главное для него – азарт. Я непроизвольно оглянулся на Ангелину и заметил, что ее взгляд скользнул по мне. Она резко отвернулась, а я встретился с взглядом Эклза, в котором играл непонятный мне блеск. - На поцелуй этого рыжего демона. – его взгляд стал еще хитрее и мне не нужно было спрашивать, кого он имел ввиду. - А если проиграешь ты? - Тогда этот поцелуй ей придется получить от меня. – все также хитро произнес он. - По рукам. – я пожал ему руку в лучших традициях заключения пари и сам разбил наш спор. Мысленно пожелав ему выиграть, я еще никогда так не был согласен потерпеть поражение. Запоздало, в моей голове прозвучал голос: "А ведь он выиграет в любом случае..." Но дальнейшие мои размышления прервал свисток преподавателя, означающий всем построиться. Из-за того, что на улице была неимоверная жара, так как был полдень, мы остались в спортзале. Что не могло не радовать бледную подружку Сидни. Будучи мороем, она плохо переносила солнце. Однако Сидни в зале не было. Ровно, как и ее "брата" Эдди. Странно, но не будь той легенды, что они все родственники, я бы ревновал Ангелину к Кастилю. Просто она на него иногда так смотрела... откровенно и восхищенно... Мне бы хотелось, чтобы она смотрела так на меня. Только на меня. Во второй половине занятий началась игра в волейбол. В своей команде капитаном был я. А это значит, что я сам мог выбирать к себе игроков. Ангелину я выбрал второй, так как не мог упустить такого хорошего игрока как Мика. Моройку я выбрал последней. По крайней мере, в отличие от второй оставшейся, она не пилила свои ногти каждые пять минут. Итак, игра началась... Мы отставали на три очка. А все потому, что кое-кто не понимал правил, и все делал по-своему. Ангелина постоянно кидала мяч за линию. И сколько б раз я ей не объяснял, она все равно думала, что чем дальше она кинет, тем хуже будет соперникам. Но хуже было только моим нервам. И когда настала ее очередь быть угловой, я сорвался. - Ну давай же, это тебе не тригонометрия, здесь не важно отсутствие мозгов! - Я не тупая! – крикнула она с округленными от шока глазами. - Тогда докажи, что ты еще и не слепая! – крикнул я, стоя возле сетки. - Сволочь! – выплюнула она и ее глаза, казалось, отчего-то заблестели. - Одноглазый пират и то лучше целится! – крикнул я, на что получил одобряющие и не очень смешки одноклассников. Она прищурилась и хотела что-то ответить, но учитель поторопил, предупредив о штрафных очках. Я только обернулся, чтобы взглянуть на нее еще раз, и едва увидел размытое движение мяча. Не успел я, и двинутся, как этот мяч с глухим звуком стукнулся о мой лоб. От неожиданности я оступился и упал. Вообще-то Воинов Света хорошо обучают держать равновесие. Мое падение было наигранным. Как и все те слова, которые сорвались с моего языка в сторону Ангелины. Все было спланировано и... она опять мне чем-то "заехала"! Коллин выиграл наше пари, а я получу в расплату свой поцелуй. Тем временем, ко мне подбежала виновница происшествия, с озабоченным лицом. Кто-то из команды соперников крикнул: "Хватит придуриваться!" Вот, изверги, ни капли сочувствия! Однако мне стало наплевать на них, как только нежная теплая рука коснулась моего лба. - Больно? – спросил рыжий ангел, нависший надо мною и закрывая меня от всех своими волнистыми огненными волосами, словно шторами. Я взглянул в ее голубые глаза и поверил, что ей действительно не все равно. А потом мои руки потянулись к ее шее и притянули ко мне. Мои губы сразу же нашли ее, как будто их только и ждали. Ее вкус меня опьянил, и я углубил этот поцелуй. Ее язык приветствовал мой, а ее руки вцепились мне в плечи, словно боясь, что я убегу. - Мистер Джарез, это уже крайняя форма эксгибиционизма! – прогремел над нами голос учителя, – я делаю вам второй выговор! Мы оторвались друг от друга так резко, словно нас коснулись высоковольтные провода. Ангелина быстро вскочила на ноги и с раскрасневшимися щеками выбежала из зала. - Кабинет директора! – отрезал нависающий надо мной учитель.