Никто не узнает

Ничего в это утро не прерывало монотонного скрипа ручки. Брок подписывал отчет о последней вылазке, лениво пробегая глазами строчки, написанные Кэпом. Подписать каждую страницу. В самом низу. Справа. На четвертой или пятой подписи он понял, что уже примерно три страницы совсем не помнит, что читает. Чертыхнулся, перелистнул назад, откинувшись на спинке стула. «Хоть десять раз перечитай — никто не узнает, — подумал он про себя, — это случилось где-то тут». Он ткнул в лист бумаги сначала пальцем, потом несколько раз провел ручкой под строчкой, внимательно следя за тем, чтоб не оставить следа чернил. Конечно, лист можно было перепечатать, но все сейчас в его голове твердило о том, что даже один-единственный взгляд, задержанный на этом листе чуть дольше обычного, буквально закричит о том, что и как произошло на самом деле. «Никто не узнает», — хмыкнул он про себя еще раз. Документы перекочевали из рук в идеально ровную тонкую папку. Она была такой плоской, что Брок несколько раз провел по ее срезу пальцем — порежет ли? Не порезала. И на деле оказалось, что не так уж и остро. Может, сконцентрируйся он на этом чуть сильнее — помял бы ее в месте нажатия, и дело с концом. Но нет, нельзя. Мятая папка только привлечет внимание и скажет, как нервно он, Брок, нес документы на подпись. А допустить этого ни в коем случае нельзя. Он застегивал верхнюю пуговицу на рубашке и вздрогнул, когда услышал стук в дверь. Воротник давил, и он сглотнул, проверяя, насколько ему неудобно. В дверь поскреблись еще раз, Брок расправил плечи и крикнул из-за двери шкафа с зеркалом. — Открыто. — Рамлоу, — прохрипел Кэп, со скрипом открыв дверь, и прочистил горло. Брок прерывисто выдохнул и повернулся к двери, оттягивая ворот рубашки. — Уже пора? — он схватил со стола папку, провел по ней широко раскрытой ладонью, интуитивно расправляя пластик. Бросил на Кэпа взгляд исподлобья и задержался у стола еще чуть дольше, словно проверяя — все ли взял. — Пятнадцать минут. Шестой этаж, переговорная. Росс просил сообщить. — Да-да, — Брок ответил рассеянно, — я помню. Стив зашел в кабинет, аккуратно прикрывая за собой дверь. — Эй, — он дернул рукой в сторону Брока, словно желая хлопнуть того по плечу. — Все нормально? Помощь нужна? — Спасибо, Капитан, — прорычал Брок, — я в порядке. Как бы еще более доступно описать, что не слишком-то он хочет находиться с ним в одном помещении? Вернее, наоборот — слишком хочет. Что творилось у него в голове, Брок совсем не понимал. Просто однажды одно из заданий, на которое их направили вместе с Роджерсом, что-то в нем сломало. Просто однажды у Брока Рамлоу встало на Капитана, мать его, Америку. Узкая ниша, заваленный коридор, притаиться почти невозможно. Кэп махнул рукой, подзывая его в укрытие, и он насколько мог бесшумно скользнул к нему. Встал боком, упираясь ладонью в стену, и заметил, что стоит с ним почти вплотную, лицом к лицу. В какой момент его вообще это начало волновать? — Я слышу шаги, — шепнул Кэп. Брок кивнул — они эхом раздавались так, что непонятно было, в какой стороне. — Следи за выходом за моей спиной. Невозмутимый Капитан, казалось, не заметил ничего, но Брок переступил с ноги на ногу и почувствовал, как удобное до этого белье под защитой пережало член. Резко, неожиданно, ошарашив самого Брока так, что он шикнул. Кэп с укоризной перевел на него взгляд. — Рамлоу? — Кажется, шаги оттуда, — полушепотом пробормотал Брок в ответ. — Нам наверх! Он потянул Роджерса за собой и до возвращения на базу старался не думать о произошедшем. Вернувшись и добравшись до душа, даже не пытался анализировать что-то. Просто стоял под струями воды, переключая температуру с горячей на холодную и наоборот. Но не мог не думать о странной реакции в виде стоящего на Кэпа члена. Весь следующий день он вспоминал о том, о чем «совершенно не думал» в душе. К вечеру третьего дня довел себя до того, что член заинтересованно дергался просто от воспоминаний о Кэпе. И вот сегодня, когда было назначено общее собрание по результатам прошедшей миссии, Брок впервые видел его за это время. — Идите, Капитан, я подтянусь, мне надо… — он замялся, но Кэп уже толкнул дверь. Брок с облегчением вздохнул, потирая лоб костяшками. Никто не должен узнать. И никто не узнает. По крайней мере, пока сам Брок не привыкнет к этой мысли.