Крысиный Король

      Девочка шла к дому напротив и несла на своих хрупких плечах мертвое тело. Она просто кажется слабой малышкой, но на самом деле в ней кроется масса энергии. Этой невероятной бодростью ее заряжает кумир. Он словно сидит в ее голове и грызет больной мозг своими нравоучениями, тем самым засоряя его еще больше. Мозг девчушки словно атрофирован — она перестала понимать элементарные вещи, такие как: «что такое хорошо, а что такое плохо». Девочка-подросток прислушивается только к его ужасным советам и, похоже, сама не осознает, что это вовсе не голос Великого и Прекрасного кумира, а ее собственные кошмарные мысли.       Она немного устала, положила тело на дорожку, вытерла пот с бледного, а местами сильно подгоревшего лица, все так же безумно улыбаясь. Теперь она будет улыбаться всегда, между прочим. Подросток свирепо глядел в окно соседского мальчишки. Тем временем пацан с ужасом смотрел на труп в ее руках. Девочка схватила руку покойника и потащила к двери. Зеленоглазый мальчик застыл у окна и не мог больше пошевелиться. Его родители сидели в гостиной и смотрели телевизор, а тем временем странная соседка уже стояла на пороге их дома. Она снова посадила труп так, чтобы он опирался об стенку, словно это ее большая кукла, которая без поддержки и опоры вот-вот упадет, а потом разбила стекло во входной двери, просунула руку и открыла с обратной стороны. Девочка зашла в дом. В прихожей было темно. Она оглянулась и обратилась к покойнику: — Сиди тут и никуда не уходи!       Психопатка, кажется, до сих пор не осознавала, что минут десять назад прикончила своего родного брата, которого очень любила и который ее сильно любил тоже; за него она готова была порвать всех, но, увы, кумир ей дороже, и если он когда-то чуть не убил своего брата, то она тоже сейчас должна это сделать. В ее голове смешались понятия «заснуть» и «умереть», впрочем, как и у того, кто сделал ее такой безумной.       Девочка шла на звук и вышла в гостиную, где работал телевизор. Мужчина и женщина смотрели какое-то кино, закусывая чипсами и были уверены, что их сын уже давно спит. Они не слышали звук разбитого стекла входной двери из-за того, что его приглушал телевизор. Сумасшедший подросток постоял пару минут в раздумьях, а затем достал из кармана толстовки нож и легким движением руки перерезал горло мужчине. Все произошло довольно быстро. Впрочем, убийцам и нельзя медлить. Девчонка подкралась сзади, подставила нож, а уже в следующее мгновение весь диван был забрызган алой кровью, и женщина, сидящая рядом, закричала. В помещении было темно, поэтому она не видела, как выглядит убийца. Ей сейчас абсолютно все равно на ее внешность. Она отчетливо видела, как совсем рядом с ней проскользнул нож, на котором красовалась бордовая кровь ее теперь уже покойного мужа.       Мальчик наверху услышал крики матери и испугался еще сильнее. Он побежал к своему столу и схватил телефон. Подросток в панике набрал номер 911, однако женский голос ему ответил: — На вашем счету недостаточно средств. — Проклятие! — шепнул темноволосый парень и швырнул мобильник на свою кровать. Мальчишка осмелился спуститься вниз и забежать в кухню. Он рылся в ящике в поиске ножа и уже слышал, как в гостиной истошно кричит его мать. Похоже, крик от страха превратился в крик от боли. — Мама, тебя ранили?! — крикнул шатен и дрожащей рукой выставил перед собой маленький ножик. Мальчик шел медленно, постоянно останавливаясь от ужаса. Он не слышал отца, но почему? Неужели случилось самое ужасное? — «Мама увидела, как убивают папу, а теперь… Нет!» — ужасные мысли мелькали в голове юноши. Он наконец-то дошел до гостиной и включил свет. Увиденное привело его в шок: отец сидел полулежа с перерезанным горлом. Серое покрывало на нежно-коричневом диване пропиталось кровью, которая стекала с горла мужчины, хотя двумя минутами ранее тут был целый фонтан крови, но все рано или поздно угасает, вот и кровопролитие уже утихло. Отец теперь мертв. Следующее, что увидел испуганный подросток — девушка в фиолетовом худи и в черной коротенькой юбочке прямо на его глазах вонзила нож в грудь женщине. Перед смертью та успела крикнуть: — Я люблю тебя, Джейк.       Убийца уже знала, что сосед здесь, а иначе кто же включил в гостиной свет? Темноволосая девочка развернулась, и ее соседа вновь охватил ужас. Перед ним стояла та самая некогда милая девочка, которая очень ему нравилась. Как же он волновался за нее, когда ее лицо сгорело по неизвестной ему причине! Он стоял тогда у машины «скорой помощи» и молился, чтобы она выжила. Ну вот — она выжила. Но только теперь он понял, что был влюблен в чудовище, которое ни с кем в школе не общалось. Девчонка была действительно странной: сидела всегда в сторонке, разговаривала только со своим младшим братом, который в этом году только пошел в начальную школу, и везде таскала с собой куклу какого-то парня в белой толстовке. Девочка была самой обычной и прекрасной, но то, что он увидел сейчас, превзошло все его самые страшные ожидания. Мало того, что эта тварь практически на его глазах оставила мальчика сиротой, так еще и в добавок с ее лицом творилось что-то невообразимое. Оно было белое, однако местами подгоревшее. Подбородок и лоб, а также нос были коричневато-красными, а остальная часть лица, наоборот, бледна как мел. Но больше всего мальчика напугала физиономия его соседки: у девочки были широко распахнуты глаза, вокруг них было что-то черное. Парнишка сразу понял, что никакие это не тени для век, тем более что сами веки у нее не закрывались. Она что-то сделала. Мальчик заметил какое-то вмешательство огня в ее не закрывающихся веках, но из-за сильного шока ни о чем не мог думать, ведь его поразили не только ее глаза. Больше всего мальчишка испугался рта девочки, который был… разрезан. Да-да, на щеках девочки лезвием были проведены две полоски. Она разрезала свой собственный рот! Увидев все это, мальчик пошатнулся от волнения и тревоги, а затем услышал безумный голос: — Так значит, тебя зовут Джейк? Мне говорили, что ты сильно беспокоился за меня, когда я лежала в больнице. Спасибо, Джейк…       Она не успела договорить — мальчик упал в обморок, его нож со звоном ударился об пол. Убийца только усмехнулась и принялась рыться в вещах его родителей. Какова же была радость чокнутой, когда она нашла в их спальне в шкафчике БДСМ-атрибутику. — То что надо! — хихикнула психопатка, глядя на кляп и наручники, и уже спустя полчаса Джейк очнулся в этих девайсах. Он не мог говорить — рот заткнут кляпом, он не мог пошевелить ногами и руками — они в кандалах и наручниках. Оглядевшись, Джейк горько заплакал, так как увидел, что перед ним на полу сидят его мертвые родители, а также к этой молчаливой компании присоединился третий приятель, которого Джейку было жалко, наверное, больше всего, ведь у этого маленького тела могла бы быть еще вся жизнь впереди. Это был брат Убийцы. Джейк снова взглянул на мертвую мать и зарыдал еще сильнее. Он услышал шум приближающихся шагов, попытался повернуть голову и увидел ее. — Как видишь, на нашу вечеринку присоединился мой маленький брат, но он сейчас крепко спит.       Джейк рыдал и злобно посмотрел на свою соседку. — Так я ж не закончила! Еще раз, спасибо, что волновался за меня. Я очень ценю это, и именно поэтому я пришла, чтобы отблагодарить тебя, Джейк. — девочка внезапно показала ему канистру с бензином, которую прятала у него за спиной все время, пока он был без сознания. Джейк в ужасе распахнул глаза. — «Она уже побывала и в гараже моего папы? Но гараж же был заперт!» — подумал он, но сейчас это было уже не столь важно. Все, кто был ему дорог, умерли по вине той, которую он когда-то любил, но так и не осмелился и даже не успел признаться в этой любви, однако девочка все прекрасно понимала. Она знала, что зеленоглазый брюнет по имени Джейк волновался за нее и поэтому решила поступить столь благородно. По крайней мере она считала, что поступает абсолютно нормально, ведь она прекрасна, и хочет даровать такую же красоту тому, кто любит ее.       Она медленно и с наслаждением провела ножом по его щекам. Джейк рыдал теперь еще и от сильной боли и осознавал, что сейчас ему будет еще больнее — канистра с бензином не сулила ничего хорошего. Еще секунд десять, и у Джейка образовалась такая же улыбка. Он выплюнул кляп и крикнул: — Будь ты проклята, Нина Хопкинс!       Девочка лишь рассмеялась в ответ и снова, словно дразня, потрясла у него перед глазами канистрой. Джейк дергал руками, но попытки освободиться из металлических наручников не увенчались успехом. Тогда он запаниковал и снова заплакал. — Что такое, мой принц? Ты расстроен тем, что не выглядишь так же прекрасно, как я? Ну не волнуйся! Я тебе помогу! — сказала Нина и вылила на него бензин. Джейк закричал. Это был панический крик. Мальчику так хотелось обнять маму и папу и услышать слова, которые они обычно говорили ему в детстве, когда он чего-то боялся: — Не бойся, малыш. Это всего лишь страшный сон. Это нереально.       Но, увы, та, которая его так утешала, была сейчас мертва. Мама рядом, но она больше никогда не обнимет, не приласкает и не успокоит его.       Нина начала посмеиваться. В ее голосе были слышны истерические нотки. Она достала из кармана зажигалку и задумалась. Джейк смотрел на нее и пытался поскорее выбраться из наручников, но все тщетно — он в ловушке. — «Мой Король тоже сделал это со мной зажигалкой», — думала девочка в этот момент. Потом она снова радостно хихикнула и сказала: — Ты переродишься и станешь прекрасным, как и я… как мой Король… — Нина как-то печально взглянула на Джейка и нежно, ласково провела ножом по его разрезанной правой щечке. Джейк вздрогнул. Затем психопатка зажгла огонек и сказала: — За Джеффри Вудса!       И кинула зажигалку в соседа. Мальчик истошно закричал, катаясь по горящему полу. Одежда и волосы моментально вспыхнули, а лицо стало красным буквально в первые же секунды горения. Пламя охватило все тело мальчика, а заодно и перебиралось на его мертвых родителей. Нина взяла тело Криса и сказала Джейку: — Засыпай, мой принц! Ха-ха-ха!       Хопкинс покинула дом, а Джейк продолжал извиваться на полу. Веревки на ногах, которые соединяли кандалы, уже сгорели, и мальчик мог немного подрыгать ногами, но сил встать уже не было, тем более, что руки несчастного все еще заключены в наручники. Ему оставалось лишь истошно кричать, глядя на то, как сгорают останки его родителей.

* * *

      Сумасшедший фанатик возвращался домой, таща на своих хрупких плечах тело мертвого брата, которое уже стало твердым и довольно тяжелым. Радостная Нина вернулась в дом, но ее ждал довольно неприятный сюрприз. Девочка почти всю ночь провела у Джейка, убивая его семью, пугая его самого, ожидая, когда он придет в себя и, в конце концов, сожгла его и решила вернуться к себе, однако пока Нина веселилась, соседи во время поздней вечерней прогулки заметили в ее доме открытую дверь. Заглянув в дом семейства Хопкинс, они увидели на пороге труп Моники и пришли просто в ужас. Соседи вызвали полицию, и вот теперь, когда одиннадцатилетняя девочка вернулась в свой дом с трупом брата на руках, копы ее сразу же схватили и начали допрашивать. — Откуда и зачем ты тащишь мертвого мальчика?       Полицейский посветил фонариком в лицо Нины, та поморщилась от внезапного света, ведь он словно врезался в ее глаза, которые уже привыкли к темноте. Затем коп крикнул: — Господи, девочка, что у тебя с лицом? Ты поедешь с нами в участок.       Нина начала капризничать и сопротивляться. Ну, возраст такой. Что ж поделать? — Еще чего?! Никуда я с вами не поеду! Засыпай, мой… — она вытащила из кармана нож, и на нее тут же наставили пистолет. — Бросай оружие!       Безумная девочка даже не испугалась пушки, но нож все-таки интуитивно опустила — инстинкт самосохранения все же сработал, но теперь ее мигом схватили, надели наручники и силой потащили к полицейской машине. Девушка кричала на всю улицу, чем только разбудила соседей. Люди в ужасе повыскакивали из своих кроватей и побежали на улицу, чтобы посмотреть, что же там такое происходит. Весь район стал свидетелем этого легендарного события — некогда скромную и милую Нину Хопкинс арестовывают, вызывают «скорую помощь» и увозят трупы Моники и Криса в морг.       Всю дорогу Нина злилась и требовала, чтобы ей вернули брата. — Но этот мальчик мертв. — сказал один из полицейских. — Он не мертв, он просто спит! Мой принц спит, вы, тупые придурки! — кричала Нина. Полицеские ей ничего не ответили, лишь переглянулись и решили во всем как следует разобраться в участке.       В три часа ночи Нину привезли в полицейский участок, чтобы провести допрос. Девочка уже шла спокойно — все-таки за полчаса поездки смогла угомониться, но до сих пор она злилась, ведь психопатка думала, что Крис все еще жив и что их разлучили, возможно, уже навсегда. — Я даже не попрощалась с братом. Зачем вы меня сюда привезли? — спросила Нина весьма спокойным голосом. Копы молча привели ее в кабинет, посадили на стул, наручники все еще были на Нине.       Девочка посидела еще минут десять. Она взглянула на настенные часы — три часа и пятнадцать минут. Скоро рассвет. Хопкинс не спала всю ночь. Она немного устала, но сейчас уже спать не могла. — Мистер Ларсон, с этим ребенком что-то не так. — говорил один из копов, арестовавших Нину. — Да? И что же с ней не так? — спросил глава отдела, допивая свой горячий кофе. — Мы подозреваем ее в тройном убийстве. В том доме мы нашли труп ее покойной матери, а через некоторое время девочка вернулась с трупом своего брата. Когда мы пытались арестовать ее, она вытащила из кармана нож, но потом убрала его. — Вообще в нашем районе давно уже творятся страшные вещи. Не так давно в местной школе на фотосессии какая-то безумная девочка убила трех старшеклассников. Свидетели, школьники, в панике толком и не запомнили, как выглядела убийца. Говорят, что драка началась в здании, а убийства уже произошли на улице. Девочка убила их острием. Думаете, эта девчонка к этому причастна, или же у нас завелось двое убийц? — Мы не знаем ничего. Соседи рассказали, что девочка не так давно сгорела заживо и выписалась из больницы буквально вчера вечером, а уже сегодня они заметили в ее доме два трупа: ее мать и еще какая-то девочка-подросток. И, да, мистер Ларсен, вы бы видели ее лицо! — Я должен задать ей несколько вопросов, чтобы все разъяснить. — теперь мужчина окончательно заинтригован.       Прошло еще какое-то время, и в комнату зашел пухлый мужичок в полицейской форме. — «Он здесь типа главный», — подумала Нина, глядя на его суровый взгляд. Сотрудник органов порядка сел за свой стол, напротив Нины, поразился ее лицу и начал вести беседу. — Ну-с, мисс Хопкинс, мне рассказали весьма жуткие вещи. Давайте разберем все по-порядку. Вы только не нервничайте, ладно? Мы изучили ваши документы. Вам ведь всего одиннадцать лет, у вас погибли мать и брат, так? Соболезную. Прошу, ответьте на несколько моих вопросов. Что случилось с вашим лицом? — Я сгорела заживо. — Как это случилось? — Он пришел ко мне и сделал это со мной. — Кто? — Мой Король.       Мистер Ларсон посмотрел на Нину удивленным взглядом и спросил: — Что, прости? — полицейский подумал, что ослышался, но Нина повторила: — Это прекрасное лицо мне даровал мой Король. — Так… Нина, что случилось вчера вечером, когда ты с мамой вернулась домой? — Я решила стать еще прекрасней. — И? — коп чувствовал себя неловко. Он нервно теребил в руках ручку. Нина ответила: — Я разрезала улыбку и прижгла свои веки, после чего обработала рану. — Боже мой! Нина, зачем ты это сделала? — Чтобы стать такой же прекрасной, как мой Король. — Это ты убила девочку-подростка и свою мать? Мои коллеги говорят, что застукали, как ты вернулась в свой дом с трупом младшего брата. Ты его убила? — Я никого не убивала. Моя мама, Крис и даже та блондинка, которая издевалась надо мной в школе, крепко спят. — Нина, что значит спят? Они все мертвы. Издевалась над тобой в школе? То есть, был какой-то повод, чтобы совершить убийство? Давай разговаривать по-взрослому. Дело же серьезное.       Но Нина не могла разговаривать по-взрослому, в общем-то, как и ее Король. Для них обоих убийство стало веселой игрой. И самое ужасное — никто из них не видел в этом ничего страшного. — Я вам тоже серьезно говорю. Я спросила своего брата, хочет ли он пойти со мной. Он кивнул головой, и тогда я ответила, что для этого он должен просто заснуть. — И что ты сделала дальше? — Уложила спать моего маленького принца.       По лбу мистера Ларсена прошел пот. Он не знал, как еще заставить эту девочку отвечать ему адекватно. Теперь он точно убедился, что эта убийца — она, но нужны были еще весомые доказательства к таким обвинениям. А пока их нет, приходится беседовать со странным ребенком. — Нина, что для тебя означает фраза «уложить спать». Мои коллеги донесли до меня, что когда ты достала при них нож, то тоже сказала что-то вроде «засни». Что все это значит? Какой смысл ты вкладываешь в это? — Очень глубокий смысл. Мой Король только этим и живет. — Кто этот Король? — Он самый прекрасный парень на земле. Кстати, это именно он мне сделал это лицо. — Нина, кто тебя сжег? — Мой Король. — Да какого человека ты, черт возьми, называешь Королем?! Ты, что, издеваешься надо мной, партизанка хренова?! — Я объясняю все достаточно ясно! Я живу только во имя Него!       Мистер Ларсен так и не добился ясного ответа от Нины, зато спровоцировал жуткую истерику. Хопкинс резко встала со стула и пыталась шевелить руками, которые были в наручниках. Девочка тихо рычала, словно озлобленный тигренок, а потом начала пинать ногами стол. — Ты чего? А ну угомонись. Живо сядь!       Но Нина не слушала, а, наоборот, еще больше продолжала биться об стол теперь уже головой. В порыве ярости она снесла со стола все бумажки, документы, папки и прочие канцелярские мелочи. Все это мигом оказалось на полу, а Убийца продолжала избивать стол. Мистер Ларсен в панике вызвал неотложку. Нина все это время дергала ногами и билась об стол или пол, при этом крича: — Мой Великий и Прекрасный Король сделал со мной это!       Ей так хотелось произнести имя Прекрасного, но на подсознательном уровне она понимала, что в полиции этого делать ни в коем случае нельзя, иначе Великого Короля тоже быстро поймают и арестуют. Девочка мучалась, извивалась, требовала, чтобы с нее немедленно сняли наручники. Так незаметно прошло минут двадцать, и примчались врачи из психиатрической лечебницы. Нину быстро схватили и потащили в машину. Она неохотно шла по коридорам полицейского отделения и кричала о том, что будет вечно служить своему Королю. Другие арестованные люди с любопытством смотрели на челкастую девочку и посмеивались над ней. Нужно было пройти психологический тест, но мистер Ларсен и остальные его коллеги уже и безо всяких психологов и психиатров поняли, что девочка — душевнобольная. — То-то я смотрю она бред какой-то несет: «Я никого не убивала — они просто спят!». Или: «Мой Король сделал мне это лицо!» — Да уж. Тяжелая сегодня выдалась ночь. — сказал коп, глядя на настенные часы в коридоре — уже без пятнадцати пять утра.

* * *

      Утром девочку доставили в местную психиатрическую лечебницу Мэдисона, штат Висконсин. Наконец-то с нее сняли эти железные наручники. Нина уж было обрадовалась: — Спасибо. Мне в них было очень больно. — Рано радуешься. Если будешь буйным пациентом, на тебя наденут смирительную рубашку.       Хопкинс злобно посмотрела на юного санитара. Ему не понравился этот взгляд, поэтому он предупредил старших и более опытных коллег. Те уже готовы были в любой момент сменить фиолетовую толстовку девочки на белую смирительную рубашку.       Нину вели в кабинет психиатра. Она шла по белоснежному полу и думала: — «Вот бы здесь устроить кровопролитие! Красный цвет так хорошо сочетается с белым!»       Никто еще не знал, что девочка с прядью волос цвета фуксии настолько безумна, но врачам предстояло вскоре это выяснить. Нина знала, что останется здесь надолго, возможно, даже навсегда, ведь долго врать и выкручиваться не сможет — обязательно что-нибудь да и ляпнет про Короля, а ее рассказы обычно воспринимают за бред сумасшедшей, и именно поэтому она сейчас идет вдоль белых стен и слышит ненормальный хохот таких же умалишенных, как и она сама.       Девочку привели в кабинет главного врача, который скептически ее осмотрел и спросил: — Сколько тебе лет? — Одиннадцать. — девочка в черно-красных чулках старалась выглядеть нормальной. Она посмотрела на бейджик доктора, имя ее лечащего врача — мистер Джон Беннет. — И что же в столь раннем возрасте ты натворила со своим лицом? Или тебя кто-то другой так изуродовал? — «Изуродовал?!» — пронеслось в голове у Хопкинс, и она снова не смогла сдержать своих эмоций. — Изуродовал? Да вы себя хоть слышите! Взгляните на меня — я улыбаюсь всегда! И мой кумир тоже вечно ходит с улыбкой! — Улыбка? Это какое-то проклятие нашей лечебницы, ей Богу! У нас тут лежал как-то в 2007 году четырнадцатилетний юноша с точно такой же рожей, но ему удалось сбежать. В 2009 году, когда пациенту было уже шестнадцать лет, мы снова его поймали, так он опять умудрился сбежать! — Как его звали? — голубые глаза Нины блеснули. — Да от этого Грозы Висконсина уже весь Мэдисон шарахается. Кажется, его имя Джеффри Алан Вудс. — главврач не успел договорить, как Нина развела руки и закричала на весь его кабинет: — О мой Великий Король! Я не могу поверить своему счастью! — Что такое, мисс Хопкинс?! — доктор Беннет даже испугался такой внезапной и бурной реакции Нины. Больше его напугал ее звонкий голос, нарушивший тишину. — Я лежу в той же дурке, что и ОН! — Нина схватилась за голову, слегка взъерошила свою челку и залилась истерическим смехом. Мистер Беннет щелкнул пальцем, и тут же подбежали санитары, которые замуровали Нину в смирительную рубашку. — Эй! Что вы делаете? Я же просто порадовалась за кумира! — Твой кумир половину города убил, детка. Нельзя поклоняться таким людям, как Джеффри Вудс. Зуб даю, ты не случайно, а специально сгорела заживо ради него.       Нина забыла об обещании, которое дала сама же себе — пытаться быть хоть чуть-чуть адекватной. И, будучи вся на эмоциях, она крикнула: — Да! Я хотела выглядеть, как он. Что в этом такого? Для вас улыбки — это дикость, но у нас в стране свобода самовыражения.       Мистер Беннет нашел и в этот раз нужные слова: — Но изувечить себе тело — это ненормально, Нина. Послушай: сначала ты хочешь выглядеть, как кумир, но как только добиваешься этой цели, у тебя тут же появляется другая и более серьезная цель — ты хочешь действовать, как кумир. Однако твой кумир — серийный убийца, так что, прости, но ты вышла за рамки разумного и сделала очень много ужасных вещей за последнюю ночь. Я буду твоим лечащим врачом и постараюсь сделать все возможное, чтобы помочь тебе.       Нина стала немного адекватной, но ее не освободили. Доктор Беннет велел санитарам отвести ее в палату и там запереть. Так маленькая фанатка Джеффа Вудса с ужасом осознала, что ее прекрасная жизнь закончилась… или нет?