Крысиный Король

      Нина Хопкинс сидела в своей пыльной комнатке и сильно переживала из-за глупой ревности, но поняла, что волнуется напрасно. Хопкинс точно знала — Аркенсоу никогда не простит Вудса, следовательно это не счастливые Король и Королева Крипипасты, а Нина, получается, третий лишний; это, наоборот, Король и Королева двух враждующих государств, а Нина может помочь одному из них и в то же время сильно помешать второй. Они вроде бы находятся на одной территории, но вечно выясняют отношения и дерутся друг с другом, как кошка с собакой. Это довольно иронично, весело, но в то же время грустно и опасно. Кто победит в суровой схватке — остается лишь гадать, а ведь на Джеффа охотится еще она Джейн. Бессмертная Джейн. Убийца Джейн.       Нина с облегчением выдохнула, глядя на портрет своего кумира, и поняла, что на самом-то деле надо волноваться из-за другого… — Эта тупая готическая дама хочет прикончить моего Короля! — рассердилась Нина и злобно топнула ногой. Нет, она — преданная фанатка, и она не позволит какой-то выскочке убить того, кто помог ей встать на «путь истинный». Но с другой стороны, если уж убивать Джейн, то сделать это должен именно Джефф, ведь Аркенсоу — его враг. Девочка сидела на диване и, упершись лбом в коленки, держала свою куклу-Джеффа. Она продолжала размышлять о войне Короля и Королевы, а еще из головы никак не вылетал Джейк Вечный… этот мальчишка ее вроде бы развлекает время от времени, как Джейн Джеффа, однако ж Нина не видит в Джейке повода для ревности, а в Джейн видит! — Сумасшедшая! — где-то в глубине души крикнет Смертоносный Крис, и окажется абсолютно прав.       Но сейчас у Нины есть дела поважнее — из-за слепого фанатизма она создала вторую Джейн Вечную, то есть Джейка Вечного, и теперь он стал ее заклятым врагом. Они оба не убивают, но при этом поклялись убить Джеффа и Нину. Челкастая ощутила на себе это жуткое чувство, когда ты идешь по темной улице и чувствуешь, что кто-то так и норовит вонзить тебе в спину свой острый и холодный нож. Джефф так живет уже много лет и не боится, а, наоборот, радуется появлению Джейн, но вот Нина никак не может понять причину этой безудержной радости. — Как можно беззаботно общаться с человеком, который хочет тебя убить? — шептала Нина своему плюшевому Джеффу. Со временем Убийца подрастет и поймет, что Вудс просто издевается над Джейн, всячески троллит ее, и, возможно, сама начнет точно так же глумиться над Джейком, но сейчас Нина не видит ничего веселого в том, чтобы злить и без того яростного врага.       Ей больше нравится гулять по ночному весеннему парку Висконсина и убивать всех, кто попадется ей на глаза. Нина стала безжалостной. Ее совершенно не волнует, что у людей есть семьи, которые их очень любят и ждут… но после встречи с Ниной человек не вернется к своим родным и близким уже никогда. Он будет страдать и молить о пощаде, а потом взмолится о скорой кончине…       А сумасшедшая девочка лишь рассмеется в ответ и шепнет свою сладкую фразу: — Засыпай, Мой Принц.       И, нелепо быстрым махом разрезав щеки, скроется в кромешной тьме, оставив «принца» или «принцессу» умирать на голой земле.       Вот так и любит жить Нина Убийца.

* * *

      Жительница в домике напротив Вудса устроила генеральную уборку. Теперь ее жилье чистое, ни единой пылинки в нем нет, но при этом все в каком-то похоронном и готическом стиле. Впрочем, и настроение этой дамы соответствует жуткой атмосфере. В конце концов, ее же не просто так причисляют к Крипипасте. Если уж не убивать, то выглядеть нужно страшно, а криповости у Джейн Аркенсоу хоть отбавляй — лысая дама с шершавой коричнево-красной кожей напугает кого хочешь. Да и имя взяла себе такое необычное и важное — Вечная, будто бы она пуп земли. Но все проще, чем кажется. Это вечная обида, это вечная боль, это вечная жажда мести Джеффри Вудсу Убийце… это Вечная Джейн.       Зеленоглазая девушка сидит на стуле, сжав в руках свой черный парик. Такого же цвета длинные элегантные перчатки и белая маска с черными губами и глазницами лежат рядом с ней на полочке, а сама Джейн с горечью смотрит в зеркало и, видя там лысую уродину с кожей словно у Фредди Крюгера, озлобленно шепчет, словно черная и гладкая змея: — Ненавижу Джеффа Убийцу! Убью этого сранного НедоДжокера! Вудс поплатится за все!       Ее мысли прервал не менее готический мальчик. Стук в дверь заставил девушку обернуться и увидеть ребенка в черном костюме, парике и в белой маске, но цвет глаз оттуда виднелся — тоже зеленый.       Джейн и Джейк подружились, так как заметили друг в друге родственную душу. Хотя, наверное, это даже больше не дружба, а сотрудничество, объединение общих сил. — Джейн, когда ты его убьешь? — спросил Джейк измученным голосом. — Не знаю. — спокойно ответила она, медленно вонзая нож в фотографию Джеффа и издавая нервный смешок. — А я мечтаю убить Нину. — так же спокойно добавил Джейк. Он только и думает о мести Нине Убийце. — А для них это просто игра. Им плевать на то, что их хотят убить. Для них вообще больше не существует понятия «умереть». Они называют это «уснуть», и не понимают, насколько это страшно. Они считают, что помогают людям уснуть, но в то же время осознают, что люди-то на самом деле не засыпают, а… «засыпают», понимаешь? — на втором слове «засыпают» Джейн изобразила пальцами двойные скобочки, а-ля кавычки, чтобы лучше донести до своего оппонента смысл сказанного. — То есть после визита Джеффа или Нины они «уснут» и уже никогда не проснутся. Вот что творит Вудс, а теперь к нему присоединилась еще и Хопкинс. — Согласен. Они веселятся каждый раз, когда видят нас. Мы их совсем не страшим. И они не понимают, что убивают, но ведь в то же время они знают, что они — Убийцы… все зашло слишком далеко. Джейн, что же мне делать? Как убить эту челкастую? — Надо уметь ждать и много тренироваться, Джейк. Надо уметь следить за ней. Ты должен мыслить, как убийца-психопат, чтобы устроить ей ловушку. Я тебе говорю это каждый день, Джейк. — Но на это уйдут годы, а я хочу ее убить прямо сейчас! — Ох! Ты еще слишком молод, Джейк. Не стоит так торопиться. Всему свое время. Ты с ней сразишься еще не раз. Поверь мне.