Bring Me to Life

— Мама! А-Хуин дразнит Лань Мэй! — А-Хуин, не дразни Лань Мэй, — автоматически сказал Вэй Усянь. — А-Мэй, А-Хуин — твой старший брат, да? Разве ты не должна называть его старшим братом? И начните использовать личные местоимения. — Мама! А-Сяо перевернул меня! Я не могу пошевелиться! — Ты все равно не двигаешься, ленивая ты черепаха. Какая разница, перевернут ты или нет? Вэй Усянь вздохнул и перевернул Вэй Аоцзяна на ноги.  — А-Ао, тебе действительно нужно больше двигаться. А-Сяо, не издевайся над своим старшим братом и не обзывайся. Тихий смех эхом отозвался в его голове. —Теперь ты признаешь, как хорошо я себя вела, мама? —Да, А-Бао. — Я тоже себя хорошо веду, старшая сестра! — Вопрос о поведении возникает, только когда ты что-то делаешь, А-Ао. Ты вообще не двигаешься, так что вопрос спорный. — Лань Мэй хорошо себя ведет, старшая сестра! —сказала птица. — Как ты можешь вести себя хорошо, если отказываешься правильно говорить? — А я мамин сын, и я змея, так что мне не нужно хорошо себя вести. — А-Хуин, даже мама может вести себя хорошо, когда нужно… На самом деле, почему бы тебе не попробовать подражать папе? — Хм. Все вы глупые. Я самый пушистый и симпатичный, я мамин любимец! — А-Сяо, веди себя хорошо. Я первенец и, следовательно, я любимица мамы. Между ними вспыхнула потасовка. Вэй Усянь потер виски и посмотрел на своего возлюбленного, который молча наблюдал с небольшой улыбкой на лице. —Лань Чжань, Лань Чжань! Помоги мне, Лань Чжань! — Вэй Усянь закричал и бросился к Лань Ванцзи. — Чем же? — Дети! — По-моему, с ними все в порядке. — Мама! Старшая сестра ударила меня! — А-Бао, не бей А-Сяо, — устало сказал Вэй Усянь. Вэй Сяоран прыгнул на него и устроился у него на коленях. — Мама. Обниматься. Лань Мэй и Лань Циньян устроились у него на плечах. —Обними нас тоже, мама. Не желая остаться без обнимашек Вэй Аоцзян и Вэй Канхуинин также прилепились к Вэй Усяню. Вэй Усянь застонал.  — Дети, что на вас нашло? Никто из вас раньше не был таким прилипчивым. Пять пар щенячьих глаз уставились на него.  — Мама больше не хочет нас видеть? Мама собирается отослать нас? — Конечно, я хочу тебя видеть! Я никогда не отошлю вас! — Вэй Усянь плакал, прижимая каждого из них. — Вы мои драгоценные малыши. — Папа. Обними. Снисходительно улыбясь, Лань Ванцзи обнял Вэй Усяня за плечи и подошел ближе. Прошло несколько месяцев с инцидента в Илине, и от Вэнь Жоханя ничего не было слышно. Не то, чтобы Вэй Усянь жаловался. Госпожа Юй, как и обещала, обучила его самообороне. Если этот Вэнь Жохань попытается притронуться к нему… Вэй Усянь мрачно улыбнулся. Он посмотрел на прекрасное лицо Лань Ванцзи и почувствовал, как его собственное лицо растянулось в невольной улыбке. Лань Ванцзи вернулся с ним в Пристань Лотоса и остался там. — Лань Чжань, как долго ты можешь оставаться тут? — Сколько пожелаешь, Вэй Ин. — Если так, Лань Чжань, я хочу, чтобы ты остался здесь навсегда. —МММ. —Что это значит? — Я иду туда же, куда и ты. — Но разве ты не нужен им в Облачных Глубинах? — МММ.  — Ответь мне нормально, Лань Чжань. Когда ты вернешься? — Когда ты пойдешь со мной. — А если я не захочу? — Тогда я останусь здесь, с тобой. — В этом нет необходимости, Лань Чжань. Я в порядке. — МММ. — Значит, ты вернешься. — Нет. — Почему? —Я иду туда же, куда и ты, Вэй Ин. — Ты не параноишь? Я в порядке, правда. У тебя есть обязанности и в Гусу Лань, не так ли? Складка рассекла лоб Лань Ванцзи, разделив его. — Моя компания напрягает тебя, Вэй Ин? Ты хочешь отослать меня? Ты устал быть со мной все время? — Нет! — сразу сказал Вэй Усянь. — Я просто чувствую себя виноватым, что держу тебя подальше от твоего клана и обучения. Я не хочу, чтобы Гусу Лань обвинил меня в том, что я нарушил прекрасное образование великого Ханьгуан-цзюня. Лань Ванцзи пожал плечами.  — Все в порядке. Вэй Усянь покачал головой. — Возвращайся в Облачные Глубины, Лань Чжань. Для Лань Ванцзи это звучало ужасно похоже на «отвали» из прошлой жизни. Он встал и ушел, прежде чем Вэй Усянь смог заметить пораженное выражение на его лице. Лань Циньян и Лань Мэй полетели за ним, но не раньше, чем Лань Циньян бросила многозначительный взгляд на своих братьев. Вэй Усянь вздохнул. — Это для его же блага, — пробормотал он.  — Неужели? Тебе не скучно, мама? — прошипел Вэй Канхуинин. «Было ли ему скучно?» — спросил себя Вэй Усянь. Правда, последние несколько месяцев после инцидента в Илин были вполне мирные. У него даже не было особых авантюр, он просто спокойно жил со своим парнем, детьми и друзьями. Ни кровожадных нападений, ни жутких психопатов, ни предсмертных переживаний… Неужели он жаждал опасности и возбуждения? Неужели ему мало спокойной, счастливой жизни? — Может, я все-таки больной извращенец, — пробормотал он. Его метка души горела. Цзян Чэн ворвался в комнату, выглядя встревоженным. — Что случилось? С тобой все в порядке? Вэй Усянь зажмурился.  — Конечно. Почему нет? — Мы с Вэнь Нином только что столкнулись с Лань Ванцзи. Обычно у него каменное лицо, и мы подумали, что с тобой случилось что-то серьезное. Вэнь Нин пошел за ним. — Цзян Чэн нахмурился. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? Лань Ванцзи теряет свое каменное лицо только тогда, когда с тобой что-то происходит. — Я сказал ему, чтобы он вернулся в Облачные Глубины, — сказал Вэй Усянь. Цзян Чэн уставился на него.  — Какого черта ты это сделал? Ты хоть представляешь, как он умолял дядю и отца разрешить ему остаться с тобой? По-видимому, есть какое-то правило Гусу Лань, которое гласит, что пока вы не закончите обучение, вы не можете оставаться вне Облачных Глубин больше двух месяцев разом. Ему пришлось пообещать не отставать от учебы и тренировок, и вдобавок он даже предложил принять удар дисциплинарного кнута за каждый лишний день, проведенный здесь сверх двух месяцев в качестве наказания. Глаза Вэй Усяня сверкнули красным. — Что он сделал?! — Не сходи с ума. Они, конечно, отказались. Они, наконец, смягчились после того, как все мы поклонились и умоляли за него, а затем отец вмешался и пообещал им, что он научит Лань Ванцзи некоторым секретным методам Юньмэн Цзяна в обмен на эту услугу, это убедило старейшин Лань закрыть на это глаза. Лань Цижэнь изначально хотел забрать вас обоих обратно в Гусу через два месяца, но Лань Ванцзи сказал, что этого будет недостаточно. И он был прав. Прошло пять с половиной месяцев, а ты все еще не совсем в порядке. — Он никогда мне об этом не рассказывал.…  — Конечно, нет. Он из тех стоиков, которые молча страдают, и, кроме того, ты такой неудачник, что берешь всю вину на себя, даже если он не захочет. — Цзян Чэн вздохнул. — Послушай, почему бы тебе просто не отправиться с ним в Облачные Глубины? Вам обоим лучше, когда вы вместе. И вы гораздо меньше подвержены бедствиям. Вэй Усянь встал.  — Мне нужно найти его. Цзян Чэн улыбнулся.  — Конечно. В этот момент они почувствовали, что один из барьеров активировался. — Гусу Лань, — сказал Вэй Усянь, его глаза расширились от страха. — Это Гусуланский барьер, Цзян Чэн! — Мы должны активировать и наши? — спросил Цзян Чэн. — Дай мне минутку, — сказал Вэй Усянь, и заговорил с Лань Цинъян и Лань Мэй. — А-Бао, А-Мэй, где ты? Где Лань Чжань?  — Мы на пути к Облачным Глубинам, мам, — ответила Лань Мэй. — Возвращайся немедленно. Гусуланьский барьер только что поднялся. Лань Чжань, должно быть, тоже это почувствовал. Вернитесь сюда, и мы активируем барьер Юньмэн Цзян, как только вы окажетесь в пределах досягаемости. Следующей заговорила Лань Цинъян: — Папа говорит, нужно активировать барьер. Он отправится в Гусу Лань. Он хочет, чтобы мы с А-Мэй вернулись в Пристань Лотоса. Вэй Усянь выругался.  — Я иду за ним, — сказал он Цзян Чэну. — Активируй барьер, как только я выйду за пределы досягаемости. — Я иду с тобой, — сказал Цзян Чэн. — Сестра поставит барьер, как только мы выйдем. Мы заберем Вэнь Нина по дороге. Он повернулся к божественным зверям. — Племянники, давайте с нами.  — Мы не возьмем детей! — протестовал Вэй Усянь. — Ты что, идиот? Эти дети — самые могущественные существа на свете, когда они вместе! За пределами барьера, пока дети вместе, никто не может проникнуть через их защиту. Глупо разделять их перед лицом опасности, — закричал Цзян Чэн. — Дядя Чэн прав, — спокойно сказал Вэй Аоцзян. — Пойдем, мама. Мы теряем время. Нам нужно немедленно идти к папе. Как только они вышли из комнаты, они увидели Вэнь Нина, бегущего к ним. К этому времени барьеры Цинхэ Не и Ланьлин Цзинь тоже поднялись.  — Сестра ставит барьер? — спросил его Цзян Чэн. Вэнь Нин кивнул, тяжело дыша. Вэй Усянь поднял Вэй Сяоран и запрыгнул на его меч. — А-Ао, А-Хуин, идите к вашим дядям. Вэй Аоцзян устроился на плече Цзян Чэна, а Вэй Канхуинин на шее Вэнь Нина, и они взлетели на максимальной скорости. Цзян Яньли с беспокойством смотрела им вслед и активировала барьер, как только они оказались вне зоны досягаемости.  — Мама! — паникующий голос Лань Цинъян раздался эхом в ушах Вэй Усяня. Папа надел на нас талисманы, и тащит нас к тебе! Папа в опасности! Там группа псов Вэнь с иностранными наемниками! — Мы в пути, А-Бао. Скажи Лань Чжаню отступить. — Он не слушает меня, мама! Вэй Усянь увеличил свою скорость, оставив Цзян Чэна и Вэнь Нин позади. Через несколько минут он нашел своих дочерей и, не останавливаясь, сорвал с них талисманы. Он добрался до Лань Ванцзи как раз вовремя, чтобы увидеть, как его пронзил мечом странного вида иностранец. Красный цвет расцвел на белоснежных одеждах Лань Ванцзи, когда его противник отвел меч. Лань Ванцзи увидел, что Вэй Усянь летит к нему и улыбнулся. — Я рад, что увидел тебя в последний раз, Вэй Ин, — сказал он. — Позаботься о наших детях. А потом он упал, и Бичень последовал за ним. Метка души Вэй Усяня взорвалась от боли, пока из глубин его души вырывался крик. — ЛАНЬ ЧЖАНЬ!