Сотня провалов Бакуго Кацуки

Каминари уверенно постучал в дверь, ведущую в обитель Бакуго. Весь день Денки провёл в размышлениях и исследованиях. Даже не поленился записать план для занятий с Бакуго. Полная боевая готовность! Поэтому сейчас Каминари бесстрашно стоял на пороге комнаты Бакуго и думал о том, как удобно жить всем вместе. Далеко ходить не надо. Когда же наконец-таки дверь отворилась, и на пороге возник злой и растрёпанный Кацуки в домашних штанах и растянутой синей футболке, Каминари без страха и разрешения прошёл мимо хозяина прямиков во внутрь. - И что тебе здесь надо? – сонным и рассерженным голосом спросил Бакуго, закрывая дверь. - С этой самой минуты этого дня я буду куратором твоих отношений, - с уверенным видом заявил Денки, присаживаясь на край кровати и открывая тонкую тетрадь, полностью исписанную кривым куриным подчерком. - Ты припёрся ко мне ночью только ради того, чтобы сказать такую херню? - поинтересовался Кацуки, сталкивая Каминари с кровати и занимая нагретое место. - Вот! С этого мы и начнём! Если ты хочешь завоевать чье-либо внимание, тебе стоит говорить красиво и… ну, знаешь… тебе надо перестать через каждое предложение желать смерти собеседнику, не посылать всех в кругосветные путешествия на поиски половых органов и забыть все ругательства, - начал перечислять Денки все проблемы речи Бакуго, загибая пальцы. - Может быть мне вообще заткнуться и молчать всегда, а? – начал кричать Бакуго, явно теряя самообладание. - Вот мы и подошли к моим бесценным советам! И так, Бакуго, запомни: в разговоре нужно говорить собеседнику как можно больше приятных вещей. Комплименты всякие вставлять, хвалить почаще, - со знанием дела продолжал Каминари, - вот попробуй сейчас сказать мне что-нибудь приятное. - С хрена ли я буду таким заниматься? – продолжал беситься Кацуки, пытаясь вытолкать гуру пикапа за дверь. - Но ты ведь хочешь привлечь внимание человека, который тебе нравится? – безразличным голосом поинтересовался Денки, даже не сопротивляясь. Каминари ходил по очень тонкому канату и прекрасно понимал это. Только вот в случае, если он оступится, у него не будет никакой подстраховки, а падать он будет долго-долго и прямиком в яму с дикобразами. Но, как оказалось, была-таки одна спасительная фраза, найдя которую, Денки может использовать как хлыст. Наверное, ему стоит подумать и о прянике, но в случае с Бакуго любой пряник может оказаться у тебя же в глотке, поэтому на первое время хватит только спасительного хлыста. Подумав минуту, Бакуго, тихо выругавшись под нос, оставил навязавшегося учителя в покое и вернулся на кровать. - Знаешь… иногда мне даже кажется, что ты не идиот, - сказал Бакуго после долгой паузы. - Это было так прекрасно. Я даже не знал, что ты способен на такие откровения, Бакуго! Конечно, есть над чем работать, но ты уже превосходишь все мои ожидания о тебе! - прослезился Денки, выслушав самый первый на его памяти комплимент от Бакуго. - Заткнись! – скорее рефлекторно, чем нарочно, крикнул Кацуки. - Но комплименты это только начало, азы искусства. Запомни, главное - внимание! Все девушки это любят. Когда ты будешь говорить ей комплименты, смотри прямо в глаза. Это добавит искренности. Ещё можешь как бы случайно коснуться её или обнять. Да, это было бы идеально! – и, подглядев в своём супер-плане подсказку, добавил, - ещё тебе нужно улыбаться. Ну знаешь, как улыбаются Киришима и Мидория. Искренне и дружелюбно. Бакуго передёрнуло от слов Каминари, особенно от упоминания Деку. Но в одном Кацуки был полностью солидарен с Денки: улыбка Киришимы бесценна и великолепна. Чёрт, да если бы в геройском обществе не давали номера только из-за популярности и продуктивности, но ещё и за очаровательность, то Киришима бы уже мог потягаться с профи. - Эй, Бакуго, ты меня вообще слушаешь? – начал маячить перед глазами Кацуки Каминари, упорно пытаясь докричаться до друга. - Чего ещё? – негодовал Бакуго, надеясь, что это мучение скоро закончиться. - Я же попросил тебя улыбнуться. Представь, что будет, если ты улыбнёшься своей второй половинке, а от твоей улыбки захочется повеситься на люстре, - продолжал мучить своего юного и неопытного ученика Денки. Такое задание могло бы заставить Бакуго прямо на месте подорвать Каминари, закопать его где-нибудь под деревом и забыть о Денки, как о страшном сне, но, к своему собственному удивлению, Бакуго глубоко вздохнув, попытался улыбнуться дружелюбно. Каминари же, подавляя порыв сфотографировать этот исторический момент, сидел в шоке напротив неуверенно улыбающегося Бакуго и, выронив тетрадку, начал пристально пялиться на своего друга. - Что, блять, снова не так? – таки не выдержали нервы Бакуго. - Да я вот просто задумался, какого ангела ты решил себе забрать, если согласился даже на это, - с удивлением отметил Каминари, поднимая тетрадь и перелистывая обратно на первую страницу. - Сейчас ты согласишься пойти в пешее эротическое, - кричал Бакуго. - Ого, ты уже начал бороться со своими ругательствами. Это прогресс! Ты так быстро учишься. Я горд тобой, мой юный ученик, - Каминари был тронут до глубины души послушанием Бакуго и едва сдерживал слёзы счастья. *** Минета, спустившись в гостиную, и заметив воодушевлённо о чём-то болтающих Мидорию и Тодороки, решил попросить у них помощи. - Вы не видели Каминари? Его нет в комнате, а мне нужно было с кем-то обсудить все прелести Яойорозу! Но его не оказалось в собственной комнате, а мне нужно с кем-то поговорить! – начал изливать душу Минета, рассказывая о своей проблеме, как о катастрофе мирового масштаба. - Каминари нигде нет? Это странно. Может быть что-то случилось? – забеспокоился Мидория, моментально подрываясь со своего места, - Давай я помогу тебе его найти? - Мидория! Это было бы неплохо! Давай проверим в женском крыле, вдруг он там? – сразу перестав волноваться и нервничать, предложил неплохое место для начала поисков Минета. - Я думаю, что нужно спросить, не видел ли кто Каминари, - задумался Мидория, перебирая в голове варианты, куда мог пропасть Денки и какова вероятность нового похищения. - Может спросите у Киришимы? У них комнаты вроде как рядом, - посоветовал Тодороки, крича вслед поисковому отряду. - Да, спасибо, Тодороки. Доброй ночи, - донёсся голос Мидории где-то со стороны лестницы. - Всегда пожалуйста, - тяжело вздохнул Шото. *** - Отлично, Бакуго! Так держать! – показав большой палец, хвалил друга Каминари, - А теперь самое важное: представь, как бы ты признавался в любви. Если ты отрепетируешь этот момент, то тебе не придётся волноваться о том, что что-то пойдёт не так. - Что? Я не собираюсь ничего такого говорить тебе! – взбунтовался Бакуго, который терпел приставания Денки уже по меньшей мере час. - Когда я буду уверен, что ты в такой ответственный момент не напортачишь, я отстану, - с честным видом заявил Каминари, откладывая свою спасательную тетрадь. Бакуго сначала злился и во весь голос кричал ругательства, которые мог вспомнить, потом попытался угрозами выставить Денки за дверь. Но поняв, что даже применив силу, не сможет окончательно избавиться от назойливого свидетеля, Кацуки пообещал себе, что в последний раз делает нечто настолько унизительное. Подойдя вплотную к Каминари и посмотрев прямо в глаза, Бакуго, криво улыбаясь, сказал: - З-знаешь… я прекрасно к тебе отношусь! Не так, как к остальным. Я считаю тебя прекрасным человеком и… согласен ли ты… И тут дверь комнаты Бакуго распахнулась, впуская во внутрь Киришиму и Мидорию, которые были вовлечены в поиски пропавшего без вести Каминари. - Бакуго, ты не видел…, - с обеспокоенным лицом начал свой вопрос Киришима. -... встречаться, - закончил фразу по инерции Бакуго, после чего обернулся к незваным и нежданным гостям. - Каччан? – побледнел Деку, осмыслив услышанное. - Я был прав. Всё-таки они из этих, - подытожил Минета, ставя крест на дружбе с Каминари.