Boy meets what?

      Задрожала правая рука, левая. Пак ощупал свое лицо, оглядел руки. Он монстр? Как? Всю свою жизнь Чимин считался полубогом животных, но никак не нечистью. Может, ошибка возможна?       Нашел глазами темный угол, преодолел расстояние за два шага и медленно осел на кафельный пол. Это все меняет. Чимин крутил головой, стараясь убрать наваждение, убить тревогу на корню. Колени нещадно трясло. Что он делает первым в списке «Красных»?! Он по-лу-бог, жалкий полубог. Пака хандрило, все каким-то образом разрушилось за один миг.       «Прятаться?» — пронеслось в розовой голове. А некуда. Хрен убежишь, с осознанием, что ты какой-то монстр. С рождения, когда хены нашли его, Чимин постепенно исследовал свои силы, свое происхождение… Все это время парень просто не знал, что сраный бог трахнул какую-то псину в подворотне, родился Пак, и того выбросили чуть ли не в мусорку. Парень просидел бы там еще вечность, лихорадя, думал бы нескончаемо.       Что-то коснулось его плеча, а голову поднять неимоверно тяжело. Кто-то потряс его еще раз, тихо зовя по имени. — Чимин-ни. Что случилось?       Все же Пак поднял взгляд на синеволосого хена, что присел на корточки напротив парня. Тэхен положил большую ладонь на голову и нежно поглаживал взлохмаченные волосы раскрасневшегося Чимина. В ответ на вопрос прозвучало невнятное бормотание. — Чимин-а, скажи мне, что случилось? — Хен, похоже, я монстр, — он всхлипнул, — я зачислен в факультет «Красных». — Ну и что, это прекрасно, это ведь такая редкость! Только почему тебя нет в «Зеленых»? — Потому что меня приписали к твоему факультету, хен, — жалобно прохрипел себе в колени младший.       Тэ завис. Улыбка сползла с лица. А вот тут он не понял. Куда бы братья не поступали, Чимина всегда причисляли к слабым. Видимо, это правда лучшая школа. — Значит будет сложно, Чимин-и. Но ты же справишься, ты же такой сильный. Давай это останется нашей тайной?  — Успокаиваешь, как маленького. Хорошо, наша тайна. — Усмехнулся Пак. — Иди к остальным, Тэ-хен. Я сейчас подойду. — Давай, там практически все собрались. — Проговорил Ким, напоследок похлопав макнэ по голове.       Тэ ушел, а Чимин собирал всю новую информацию в кучку. После слов хена как-то на душе стало легче. Нелегкая ноша легла на плечи юного полубога. Теперь это станет секретом Пак Чимина от всего мира. Он точно спрячет свои «недостатки» на самом глубоком дне океана. Пока кто-то не нырнет за ними…       Пак встал, отряхнул пыльные джинсы, протер глаза и двинулся в сторону «Синих». Так или иначе, пока никто не узнает второй факультет парня. Ну, а сейчас натягиваем бодренькую полуулыбочку, приподнимаем голову и идем к его новому факультету «Синих».

***

      Подойдя к куратору, Чимин услышал, как тот проверял количество человек. Он поочередно говорил имена из небольшого листа бумаги в руках, ожидая реакции, подтверждающие присутствие. Прозвучали имена Тэхена, Юнги и Чимина.       Проверив всех, Чон Чонгук махнул рукой, в призыве следовать за собой, и пошел к главному подъему на этажи.       Куратор повел новобранцев к широкой мраморной лестнице, усыпанной разнообразными статуэтками различных известных личностей. Был расстелен красный бархатный ковер, прямо по середине пути. Новые «Синие» во главе с Чоном стали пробираться сквозь толпу на второй этаж.       Параллельно с ними шли новички «Красных». Различные существа недовольно смеряли взглядами полубогов, некоторые скалились и рычали, шипели, в хвосте потока можно было услышать угрозы. Казалось, куратор должен подавать пример для подражания, но Ли Джихён сам брезгливо озирался на Чонгука. Но похоже, он привык к подобным насмешкам и взглядам.       Поднявшись на третий этаж группа прошла по прямому коридору с массивными дверьми в конце. Чонгук лениво махнул кистью руки, и путь открылся.       Ученикам открылось больших размеров помещение, стены которого были покрашены в глубокий синий цвет, они казались бархатными и контрастировали с идеально белыми, как зимний снег, массивными шторами, повешенными над огромными окнами.       Это Северная башня, ее так все и называли, пристанище факультета «Синих». Место для сборов всех полубогов, или просто чтобы промять своей пятой точкой дорогущие диваны и кресла, обитые синей кожей, которых было тут немерено. На светлом полу расстелен мягкий белый ковер, повсюду в мраморных вазах стояли всевозможных видов цветы, видимо готовились к прибытию новеньких.       Но что самое главное, в этом помещении было множество полубогов, что расселись в предвкушении «свежего мяса». — Ну что ж, оболтусы, прошу любить и жаловать! — Громко проговорил куратор Чон, оглядывая нетерпеливых подопечных, что уже пожирали глазами новых однокурсников, ожидая ухода сурового Чонгука.       Куратор, бросив напоследок «не сожрите их», покинул комнату, оставляя «на съедение» новых подопечных. Он скрылся в коридоре слева, напоследок блеснув своей атласной мантией.       Только Чон скрылся из виду, все повскакивали с насиженных мест. Кого там не было: красивые и неприятной наружностью, парни и девушки. Наверно, только самые ленивые не пришли посмотреть на новых однокурсников.       Удивительно, но много внимания пришлось на Юнги и Тэхена, почему-то каждый мужчина посчитал важным подойти и пожать братьям руку. Ну, а Чимину досталась женская половина факультета и те, кто уже успел обмолвиться словом со старшими хенами.       Давно он не получал столько внимания, Пак слышал со всех сторон: «А как тебя зовут?», «А сколько тебе?», «Ты такой красивый!» и тому подобное. Розововолосый лишь успевал скромно улыбаться и ответить нескольким на рукопожатия.       После его выдернули из толпы Юнги с Тэхеном и повели туда, где раньше скрылся куратор Чон. Парни двинулись по длинному коридору, увешанному разнообразными картинами богов и известных людей. Пару белоснежных ваз с нежно-голубыми мелкими цветочками внутри, такой же мягкий ворсистый ковер положен на пол. Между картинами проскальзывали двери из светлой древесины, которые были украшены уникальными знаками. — «Снег», «Ураган», «Буря», «Зоря»… — перечислял названия комнат Тэхен. — Моя дверь «Ветер», а у Юнги-хена — «Водоворот». Такие необычные названия! Интересно, кто мой сосед? Вот Хену повезло, он с Югемом, тем высоким парнем, — пояснил синеволосый, поймав вопросительный взгляд младшего. — Юнги-я, твоя комната!       Увидев знак комнаты, Юнги лишь улыбнулся и кивнул головой братьям в знак прощания и, не сказав ни слова, зашел в помещение, скрытое за дверью «Водоворот». — Хен, а тебе не страшно? — Дернул за длинный рукав старшего Чимин. — Тут столько всего необычного… — Чимин-ни, ничего не бойся, ведь хен с тобой! Все будет хорошо, видел, как нас позитивно встретили, признай, девочки тут ничего. — Хен! — Донесся возмущенный крик Пака. — Да ладно тебе, не маленький, какая кстати у тебя дверь? — На лице Тэ появилась привычная квадратная улыбка, немного успокоившая нервного Чимина. — «Затмение»… — прочитал на помятом листочке в руках Чимин, тут же поджимая пухлые губы.

***

      Больше Тэхен ничего не спрашивал, полностью погружаясь в свои мысли настолько, что без чиминовой помощи пропустил бы комнату «Ветер». Хен, стоя перед самой дверью с рисунком голубоватых витиеватых линий, пробормотал: «Доберешься как-нибудь без меня?», на что Чимин улыбнулся и активно покивал головой в знак согласия. После Ким потрепал макнэ по розовой шевелюре и скрылся.       Комната Пака оказалась через три двери после тэхеновой. Дверь являлась последней на стене, и впереди уже был лишь герб факультета. В голове Чимина невольно проскочила мысль: «А какого черта так далеко?!», но возмущаться тут не давали, так что Розововолосый, глубоко вздохнув нажал на серебряную ручку «Затмения».       Комната представляла собой больших размеров пространство с двумя трехметровыми кроватями (Чимин так прикинул, что на ней человек пять поместится), застеленными темно-синими бархатными пледами, над которыми возвышался массивный, практически полностью скрывающий матрас, балдахин. Множество подушек аккуратно сложено возле изголовья из темного дуба, такие же ковры. По два приличных размеров стола с кучей полок и шкафчиком находилось по левую сторону от кроватей. А с правой стороны три панорамных окна, завешенных такими же плотными белыми шторами, что казалось бы невозможным, ведь как-никак они в башне. Пару кресел и гардеробные с прелестными полочками для обуви.       Пак аж рот приоткрыл от подобной роскоши и интерьера, все сдержано в определенном стиле, идеально смотрелось.       Чимин перевел взгляд на ложу своего соседа, покрывало которой уже было слегка помято, огромный чемодан, такой же как и у Пака, стоял неподалеку, а его обладатель склонился возле разбросанных вещей.       Чимин вежливо прокашлял в кулак, дабы привлечь внимание. Незнакомец (новый сосед) обернулся, немного отпрыгивая в страхе, ударяясь бедром о прикроватную тумбочку. Парень зашипел и недовольно потер бок, явно проклиная в этот момент всех богов, потом поднял глаза на розововолосого, и Чимин узнал в сожителе того самого внушающего страх куратора Чон Чонгука, что сейчас был в уютном махровом халате и мокрыми после душа волосами. — Ты кто такой?! — Крикнул Куратор, — ты что тут забыл, как ты вообще зашел?! — Можно было бы и повежливей, — пробубнил Чимин. На что Чонгук криво усмехнулся и сделал реверанс со словами: «Уж простите, принцесса». — Я… Видимо Ваш новый сосед, Куратор. Меня зовут Пак Чимин. — Сосед, говоришь. Мне обещали без этого. Как ты смог пройти «Затмение»? — Я не понимаю, о чем Вы. Я просто пошел туда, куда мне сказали. — Просто зашел, твою мать, это Академия Магии или пансионат для огров?! Не могли исполнить малюсенькую просьбу, так еще и после этого бесплатные услуги им предоставляй. Ироды! — Вскинул руками Куратор, пытаясь убить взглядом Пака. А тот вообще стоит и недоумевающе смотрит на разъяренного, краснощекого Чонгука. И тут не поймешь — смеяться или плакать-то надо. — Сука, всех там кастрирую, сосунка приставили в соседи! — Прошу прощения, Куратор Чон, но так получилось, что теперь мы соседи, а пустых комнат, насколько я знаю, нет. Надеюсь, Вы, точнее ты, будете отличным сожителем!

***

      Знаете, наверно и правда жизнь издевается над бедным розововолосым парнем как хочет. То нежданчики подсовывает, то ворчливого куратора Чона абсолютно не запланировано в соседи предлагает. «Не жизнь, а сказка, твою Мать!» — все крутилось в голове Чимина, пока он наблюдал за медленно краснеющим Чонгуком, да ведь Чон все цвета радуги поменял в своем настроении, да и на лице тоже… Сначала Куратор явно истощал пурпурный, практически фиолетовый цвет, потом к нему наверно пришло осознание, что в этом году он точно не будет в спокойном одиночестве ютиться: полубог принял цвет своего факультета. А Пак все стоял, густыми ресничками хлопал и все больше и больше раздражал тагиана. Не был бы Пак Чимин учеником, так еще и ценным экспонатом, эти реснички бы уже все попадали на грязьку уличную, оставив на лице лишь беззащитный глаз с большим таким красивым фиолетовеньким фингалом(что так бы радовал Куратора), прям как лицо Чонгука сейчас.       Как только розовая голова прошла через заколдованную дверь со странным названием «Затмение», Чон почему-то сразу невзлюбил этого паренька, не излучал Чимин надежность. Но сколько Чонгук не фыркал, сколько не проклинал каждого в этой академии, этот Пак Чимин будто бы специально не исчезал. А все стоял рассматривал «радужную» красоту нового соседа и неловко перебирал массивные кольца на аккуратных небольших пальцах.       И, закусив практически до крови нижнюю губу, Чимин сделал небольшой шажок к тагиану, неловко протягивая руку для рукопожатия. Чонгук брезгливо осмотрел складочки на ладони, поднял левую бровь и перевел взгляд на парня. Что этот подозрительный паренек от него хочет? А если сейчас резко возьмет и душу из Чона вытянет или что похуже? Мозг явно не желал иметь хоть что-то общее с этим… полукровкой, а сердце вдруг знать о себе дало, из-за чего-то вырваться хотело, да к необычному полубогу прикоснуться.       Снова опустив взгляд на протянутую руку, а затем и на ее обладателя, Чонгук принял решение идти в ногу с разумом своим: — Мы не станем хорошими соседями, Пак Чимин. Я сделаю все, чтобы «Затмение» было лишь для одного человека, полукровка, — не сказал Куратор, он буквально выплюнул в лицо пропитанные гневом и неприязнью слова. Чимин опустил руку, ведь предчувствовал, что ничем хорошим это не закончится. Чонгук разозлился, сильнее, чем до этого, тагиан бушевал, что было абсолютно не свойственно ему. Что давало повод знающим людям бежать за километр. И странное дело, Куратор всегда был хладнокровен, а тут просто шквал эмоций с пустого места.       Осознание ситуации очень долго доезжало до Куратора Чона. С этим парнишкой что-то не то. Надо будет разузнать все про новоиспеченного соседа. Тут явно не без тайн, у него же наверняка досье по анализам крови есть, там все написано. Молодец, Чонгук, правильно мыслишь, только сверни назад…

***

어두워져 가 내 미래의 빛 치기 어린 사랑에 잃은 꿈의 길