Просьба

Весь стол перед ним занят деталями разобранного арбалета, руки автоматически натирают колодку самодельной смазкой. Пальцы слегка дрожат, как от холода. Диксон смотрит в стену перед собой, будто просматривая фильм, вспоминает ее взгляд - то, как она смотрела на него, как ее глаза наполнились слезами, но она не плакала. Просто не могла. Сколько нужно сил женщине, чтобы она сдержала слезы? А может происходящее вокруг них столько лет подряд: все эти столкновения, боль, потери - может все это заставило стать ее другой? Более безразличной, более равнодушной? Дэрил не сразу замечает, что не один в комнате. Слабый свет луны и нескольких прожекторов вдалеке достаточно освещают комнату, чтобы он снова увидел этот, почти безжизненный взгляд. - Можно? - тихо, хриплым голосом шепчет Пелетье, делая один нерешительный шаг к нему. Он кивает, убирает детали в сторону и двигается чуть дальше на скамье, приглашая сесть рядом. Женщина молча садится, разглядывая перед собой стол и разложенное на нем. - Мне не уснуть сегодня, - отвечает она, предугадывая его вопрос. Он снова кивает, убирая свои волосы за ухо. Кэрол делает глубокий вздох, наконец, поворачиваясь к мужчине. Как бы он сейчас хотел просто щелкнуть пальцами и забрать всю боль, хранящуюся у нее на душе. Нерешительно Дэрил притягивает ее к себе. Она расслабляется не сразу, стараясь восстановить дыхание. - Мне нужна твоя помощь... О, нет. Дэрила охватывает паника. Что может попросить мать, потерявшая сына у лучшего друга? Женщина, скорее всего, почувствовала бешеный стук его сердца и сразу двинулась назад, извлекая из кармана ножницы. - Кэрол, я, - голос Диксона не лучше, сиплый, будто он орал, чтобы привлечь стадо ходячих. - Обрежь мне волосы... Пару секунд он смотрит, не моргая, затем переводит взгляд на предмет в ее руках, затем снова на нее. - Генри настоял, чтобы я их отрастила, и теперь... - она всхлипывает, стараясь продолжить фразу. Но не может. Дэрил берет из ее рук ножницы. - Хорошо, - и, наверное, правильно, думает он, - повернись... Прядь за прядью, мужчина осторожно отстригает ее седые волосы. Это не слишком коротко, длиннее, чем он помнит. Ему кажется этого вполне достаточно. Когда одна из последних прядей падает рядом с ними, он слышит стон, полный боли. Как бешенный он разворачивает Кэрол к себе, притягивает и заключает в крепкие объятья, наконец, видя ручьи слез, стекающие по ее щекам. Она его отпустила.