Осторожно, горячий парень!

      Наступила суббота. Хару и Нозоми решили пройтись по магазинам и накупить еды на неделю. Погода была не слишком привлекательной: небо было серым, а ветер — пронзительным. Как только за Уэдой-младшей закрылись автоматические двери в супермаркет, она услышала гул дождя. «Ну вот… — с огорчением подумала она, взяв тачку. — Надеюсь, дождь закончится прежде, чем мы с Но-чан выйдем на улицу». — Братик, не бери чипсы! Маме это не понравится! — неподалеку Хару услышала громкий голос маленькой девочки. Возле нее стояла та самая девочка, которая на ярмарке упрашивала маму купить ей брелок. Уэда с удивлением обнаружила, что малышка с осуждающим видом смотрит на Такао. — Хорошо, Мао-чан, не буду! — Казунари лучезарно усмехнулся своей младшей сестре и не стал брать пачку. Посмотрев за Мао, он увидел знакомую светловолосую девушку с пучком на голове. — О, Хару-чан, привет! Вот так встреча! — Такао подошел к Уэде, улыбаясь. «Думаю, можно поболтать чуток. Нозоми пошла в рыбный отдел… Это надолго» — мелькнула в ее голове мысль. — Привет, Такао-кун, — ответила на приветствие Хару и пожала Казунари руку. Она была рада, что больше брюнет не пытался обнять ее. Пожимая руку друга, Уэда заметила изумленный взгляд младшей сестры Казунари. — О, привет! — она подошла к девочке. — Помнишь меня? Я продавала украшения в понедельник на ярмарке. — Привет, сестричка! Да, помню! — Мао перевела взгляд карих глаз с Хару на Казунари и обратно. — А что, вы встречаетесь? — Нет, мы просто друзья, — отмахнулась Уэда. Она заметила с удивлением, что Такао огорчился. — Ну ладно, я тут со старшей сестрой, так что… Еще увидимся! — Хару помахала рукой и поспешила в рыбный отдел. — Ты долго… Потерялась? — спросила Нозоми, увидев запыхавшуюся Хару. — Нет, просто школьного друга встретила… — Случайно не того, с которым у тебя как-то свидание под дождем было? — Уэда-старшая улыбнулась, в её ореховых глазах забегали огоньки. — Да, как ты угадала? Нет, это не свидание, — Хару посмотрела в тачку на продукты, взятые Нозоми. — Это все, или что-то еще? — Возьми еще бутылку молока, я пойду на кассу занимать очередь, — Уэда кивнула и поспешила выполнять поручение.       Встав на носочки, чтобы достать до верхней полки холодильника, Хару услышала знакомый голос прямо за спиной. Чья-то рука достала ту бутылку, которая и нужна была Уэде, и протянула ее ей. — Спасибо, Такао! — развернувшись, сказала Хару. — Не за что! — Казунари усмехнулся. — Кстати… — загадочным тоном добавил он. — Жди звонка, — на этом парень отошел к игрушечному отделу, в котором находилась Мао. «Мда уж… Возможно ли, что я ему нравлюсь?» — подумала Хару, ища глазами темную макушку своей старшей сестры. В итоге она ее увидела возле десятой кассы и поспешила к ней. Выйдя на улицу, Уэда разочарованно вздохнула. — Опять дождь… До остановки идти минут семь, — размышляла она вслух, наблюдая за тем, как пополняются водой лужи, стучат капли по крышам и снуют люди под зонтами. — Но-чан, может, побежим? — Побежим… — задумчиво повторила Нозоми. — Ладно, давай, все равно выхода нет. Только после этого сразу в душ, поняла? — Конечно! — ответила Хару, и они с Нозоми кинулись бежать. В автобус сестры зашли, заливаясь смехом. Обе они насквозь промокли, но наслаждаться жизнью им это ни капли не помешало: бег через лужи был экстремальным, но тем и веселым. В итоге дома сестер встретили удивленные мать и брат, которые ужаснулись тем, что они промокли до нитки. — Нозоми, почему вы побежали? Могли бы переждать дождь или купить зонтик в магазине в конце-концов… — возмущалась мать, женщина среднего возраста со строгим нравом. — Денег не было. А мы не знали, когда закончится дождь, — отвечала та с лукавым блеском в глазах. — Тебе же восемнадцать! Должна же быть какая-то ответственность… — продолжала бурчать женщина, но уже более спокойным тоном. Оставшуюся часть вечера Хару провела в кругу семьи, играя в различные настольные игры.       Утром Хару проснулась от жара. — Ну и ну, я заболела… — произнесла она вслух, смотря на градусник. Он показывал тридцать восемь. Рассказав об этом маме и приняв жаропонижающее, Уэда нырнула к себе в кровать и проспала до одиннадцати. Сидя на кровати и читая книгу, Хару вспомнила о том, как Такао собирался позвонить ей. «Еще так и не позвонил… — подумала она, листая телефонную книгу. — Ладно, завтракать пора». Остальную часть дня Уэда провела с братом, так как все остальные, включая лучших подруг, были заняты. Старший брат Уэды был высоким парнем, с каштановыми волосами и серо-карими глазами. Сейчас он сидел на кровати у своей младшей приболевшей сестры и внимательно следил за ходом Хару в карточной игре под названием «Уно». Она положила последнюю свою карту, синюю «шестерку», и игра закончилась ее победой. — Я выиграла! — радостно сообщила Уэда. — Ичи-чан, давай еще сыграем! «Ичи-чан» кивнул. Ему нужно было идти на ночную смену в восемь часов, и парень прикинул, сколько еще времени он может провести в компании сестры и когда ему собираться: уже стукнуло полседьмого. У Ичиро редко выпадали полностью свободные дни: по будням он учился и работал, а по выходным — только работа. Сейчас ему предстояло идти на ночную смену, а завтра утром у Ичиро была прекрасная возможность отоспаться. Думая о ней, он быстро оделся и, попрощавшись с сестрой, вышел из дома. Хару осталась в полном одиночестве. Она уж собиралась было уснуть, как раздался телефонный звонок. На экране высветилось: «Такао Казунари». — Алло, Хару-чан! Привет! — не успела Уэда ничего ответить, как раздался энергичный голос друга. — Привет, Такао-кун… Как дела? — Все хорошо, а у тебя? Не хочешь, кстати, сходить в кино вместе? — в его голос добавилась нотка смущения. — Извини, но я немного приболела… — с огорчением ответила Хару. Она была бы только рада куда-то сходить и развеяться, но болезнь не давала этого сделать. Помимо небольшой температуры, у Уэды болело горло. — Тогда… Можно тебя навестить? — Хару удивленно раскрыла глаза и задумалась. «Возможно, я ему все-таки нравлюсь?» — навязалась мысль. — Да, — согласилась девушка. Такао сказал, что придет через сорок минут. Хару начала лихорадочно убирать дом, расчесала волосы и умылась, нанесла на ресницы тушь и поставила кипятиться чайник. Стоило ей это закончить, как в дверь постучали. Уэда торопливо подбежала к двери, сердце ее бешено колотилось. — Привет, Такао-кун! — произнесла Хару, открывая дверь. Перед ней стоял раскрасневшийся то ли от бега, то ли от чего-то ещё, Казунари. Волосы у него были растрепаны, губы его расплылись в мягкой улыбке. — Привет, Хару-чан. Как твое здоровье? — спросил он обеспокоенно. — Более-менее. Горло немного болит и небольшая температура, — Хару улыбнулась, чтобы смягчить обстановку. — Проходи сюда, пожалуйста, — она провела его в свою комнату. «Боже, у меня в комнате парень!» — крутилась в ее голове мысль. Такао с интересом рассматривал небольшую, но уютную комнату Хару. Из мебели там были кровать, письменный стол, шкаф и тумбочка. Его внимание привлек альбом в синей обложке, стоящий в шкафу. — Это случайно не альбом со средней школы? Очень похож. Можно? — Казунари повернулся и посмотрел на Уэду, которая сидела на кровати. Она кивнула, и Такао открыл альбом. — Это ты, Хару-чан? — Казунари подсел к Уэде и пальцем указал на фото одной из девочек. В голосе парня звучало восхищение: распущенные волосы Хару всегда шли больше, чем пучок. — Да, я. А что, не очень похоже? — Такао перевел взгляд на Хару. В тот день он впервые увидел ее с распущенными волосами. Про себя Казунари заметил, что новая прическа ей идет больше. Да еще и этот милый румянец на щеках… — Очень похоже! Особенно когда ты с такой прической. Тебе очень идет, Хару, — Такао даже не заметил, как упустил префикс. -…чан. — Спасибо, — Уэда выглядела смущенной. — Будешь чай? — Да, спасибо, — на этом Хару направилась на кухню. Такао с интересом рассматривал комнату, пока в комнату не зашла Уэда с двумя кружками чая. Следующие два часа они болтали о разных мелочах и настолько увлеклись этим, что и не заметили, как прошло время. Внезапно Казунари вспомнил о том, что в кармане его джинсов уже неделю лежит кольцо, которое он хотел подарить Хару давно. — Кстати, а у вас вчера тренировки по баскетболу не было? — спросила внезапно Уэда. — Нет, тренер заболел… — Такао собрался с силами и вытащил из кармана кольцо. — В общем, держи. Это тебе. Хару моментально покраснела и решила спасти эту неловкую ситуацию своим чувством юмора. — А, большое спасибо! — весело ответила она и натянула кольцо на палец. — Очень миленько, — Уэда оглянула руку. Казунари смущенно улыбнулся. Через несколько минут они прошли в коридор. Пока Такао обувался, воцарилась тишина, которую Хару решила нарушить. — Спасибо большое за то, что ты пришел. Мне очень приятно было провести с тобой это время. Казалось, Казунари молча что-то обдумывал некоторое время, пока он не произнес следующее, глядя Хару прямо в глаза: — И тебе спасибо. Я зашел, потому что соскучился, — он улыбнулся, а у Уэды уже который раз кровь прилила к щекам. И, казалось бы, на этом все, но не тут то было. В двери повернулся ключ. «Хоть бы Нозоми!» — мысленно сказала Хару, скрещивая пальцы. Ее пожелание сбылось. Вошла Нозоми, и на ее лице застыло удивленное выражение. Девушка быстро взяла себя в руки и улыбнулась Такао. — Привет! О, у нас гости, — сказала она, с любопытством рассматривая Казунари. — Это мой друг со школы, Такао Казунари, — представила донельзя смущенного Такао Хару. — А я — старшая сестра Хару, Нозоми. Рада познакомиться, Такао-кун. — Я тоже рад, — казалось, что Такао старается придать голосу храбрости. И, что греха таить: у него это получалось. Кое-как проводив друга до улицы, Хару облегченно вдохнула. — Извини, что так получилось. Я не думала, что Но-чан придет так рано… — с неловкостью пролепетала она. — Нет, все в порядке! Я рад, что познакомился с твоей старшей сестрой. Вы с ней похожи, — Такао улыбнулся. — Тогда, до завтра? — он обнял Хару. На мгновение у нее будто отняли дар речи. — До завтра, — Уэда улыбнулась и помахала рукой. Смотря на отдаляющуюся спину брюнета, Хару размышляла. «Он же друг, правда?» — убеждала себя она. «Да, не более» — твердо решила Уэда и зашла обратно в дом, готовясь к словесной тираде Нозоми. Между тем Мэрико размышляла, сидя среди кип бумаги за письменным столом. Она выполняла одновременно должность и менеджера баскетбольного клуба, и капитана клуба плавания, и разрывалась между двумя обязательствами. Было сложно совместить и то, и другое. Внезапно зазвонил телефон. Мэрико взяла трубку. — Алло! Мэгу-чан? Приветики! — ее голос звучал радостно. — Что, у Рю-куна девушка? Юкари? — Мэрико задумчиво постучала пальцем по голове и нахмурила брови. — Мне жалко тебя, но я ничего не могу поделать. Да-да, понимаю. Это все в прошлом, дорогая, забудь его. После долгого разговора с подругой, Мэрико устало потянулась. — Мне, конечно, жаль Мэгу, но она сама виновата в том, что у Рю появилась девушка, — громко сказала каштановолосая, обращаясь к молчаливым стенам. — Кстати, как там Хару? Я слышала, что она подружилась с парнем из баскетбольного клуба. Это здорово, — сказала девушка, и обратно прильнула к кипам бумаги. Работа не ждет.