Поверь мне

Джун подошел к Сокджину. Намерения были самыми добрыми, но выглядело неуклюже и странно. Поздоровавшись с Хосоком, он увел Джина в другую комнату. Оставив Чона наедине. Ему было уже всё равно на то, что возможно выглядело это не самым лучшим образом, но определенно эффективно. Он согласился с Шугой, сейчас или никогда. И он не упустит этот шанс через своих тараканов в голове и наконец-то попытается, вернуть то, что так глупо упустил. Джун давно свесил все за и против. Ведь так больно, когда тот, кого ты боготворишь, встречается с другим. Дарит улыбки и влюблённые взгляды не тебе. Желает хорошего дня, кому-то другому. А почему? А потому, что идиот. Сам ведь виноват. - Что ты делаешь! - крикнул Джин, когда был прижат к стене. Но Джун лишь устало выдохнул и закрыл его рот ладонью. Увидев, как его руки задрожали, Джин затих, но все же возмущение никуда не делось. Ему надоело, что Джун ставился к нему как к игрушке. Хей, у него тоже есть чувства! Он чувствует боль, разочарование и гнев. Хотелось хорошенько ударить по личику с этой милой улыбкой, чтобы наконец-то отплатить за боль сполна. Но разве эти чувства можно назвать лишь болью. Когда он каждый раз дожидался глубокой ночи, когда лидер задерживался. Хоть он и встречался с Хосоком, но всегда волновался, когда Джуна долго не было в общежитии. Готовил еду особенно для него и ставил в холодильник в надежде, что парень увидит и съест. Он уже не плакал, каждой ночи. Слёзы высохли, а боль начала понемногу уходить, но чувства никуда не делись. Он их невыносимо ненавидел, но в то же время любил. - Во-первых, - он попытался отдышаться. По Джуну было видно, как он нервничал, - я хочу, чтобы ты выслушал меня. А потом говори, сколько влезет, а во-вторых. Не убегай. Не убегу... - Я хочу сказать, - он смотрел Джину просто в глаза и все слова, которые он хотел сказать, просто исчезли, а в голове сплошная пустота. Только Джин и его пухлые губы... Почему, как только он собрал все свои силы в кулак, он собирается вновь всё разрушить? - ты очень красивый... Спасибо... - И к чему это? - Просто так, - ответил Нам и прикоснулся до его розовой рубашки, вспоминая как всегда, когда было скучно, делал так. Брал и по какой-то неизвестной причине мял. А потом выслушивал от Кима, что ему вновь и вновь нужно гладить свою одежду, - ты же слишком красив для этого мира, верно? - ... - А где же твоё, "я сам знаю, что да?" - но прикоснулся к его волосам и нежно погладил по скуле. Он мог бы смотреть на него вечность. - Я сам знаю... - неуверенно повторил Сокджин и неуверенно отвел взгляд. Ему было жутко неудобно. Почему он не может оттолкнуть его? Ударить? Уйти? Неужели он всё же смог его простить и просто забыть тот день, когда ему просто взяли и плюнули в душу? Я когда-то ненавидел его по настоящему? Лидер резко приблизился и поцеловал парня. Нежно, неуверенно и медленно дожидаясь дальнейших действий старшего. Ожидая, что его отпихнут или чего хуже. Но как же он удивился, когда блондин начал ему отвечать. Напористо и полностью отдаваясь в ответ. - Я тебя очень люблю, - шепотом сказал он находясь на очень опасном расстоянии между ними, - поверь, я не лгу, - и вновь поцеловал. Если не сейчас значит никогда. Он решил для себя. Губы Джина были такими мягкими и сладкими, что Намджун вновь захотел себя ударить или убить, за то, что так жестоко поступил по отношению к нему. Как он только мог упускать такой шанс. Как он мог допустить, что эти губы целовали кого-то ещё кроме него. Как... как... - прости меня... Между ними не химия, а что-то в миллион раз крепче. Они не понимали что творили, изводили друг друга до придела. Хотели взять ещё больше чем есть. Намджун был нежным как никогда, шептал на ушко разные нежности, разрывался на множества кусочков, а Сокджин таял от каждого прикосновения. И не мог оттолкнуть. Помнил, сколько слез пролил, сколько ночей не спал. Но поверил. Сам не понял почему. Просто захотелось. Захотелось наконец-то стать счастливым. Хосок стоял за дверью и увидел достаточно, что бы понять, что он здесь определенно лишний. Ему не было ни больно, ни весело. Он просто помог другу, но горький осадок все же остался. Чего он хотел. Помочь? Помог. А теперь хотелось завалиться до Шуги с Чимином и бухнуть и так хорошенько. Чтобы вся эта дурь вышла с его головы и он смог, наконец-то зажить той жизнью, которой жил до этого и вновь цеплять девчонок.

***

- Ты больше никогда из-за меня не прольешь слезы, - прошептал на ушко Джину Нам, - обещаю. Залившись краской, блондин отвернулся от такого любимого и родного лица, посмотрев в окно, и как последний дурак не переставал улыбаться. - О как, и откуда же мне знать, что ты меня не бросишь? - Джин почувствовал, как их пальцы переплелись и тихо засмеялся. Не верил он такому счастью. Вдруг это очередная ложь? Но почувствовал теплое дыхание на своей шее, не заметил, когда эти мысли всё до одной исчезли. - А ты просто поверь...