hidden desires

— Пиздец, — лаконично констатирует Момо, глядя на лоб Урараки, — ещё даже восьми утра нет, эта фраза у него что, вместо «доброго утра»? — Хватит изображать сочувствие, я же вижу, что ты еле сдерживаешься, — тоскливо произносит Очако, бросая быстрый взгляд в зеркало, — смейся. — Тебе повязку одолжить? — Яойорозу прыскает, больше не пытаясь сохранить серьёзное выражение лица, — у меня осталась с фестиваля. Очако падает лицом в подушку.

***

«Ебучий Деку» В день своего пятнадцатилетия Урараке казалось, что эта фраза перечеркнула не половину её предплечья, а всю её жизнь. Два слова. Десять букв. Одно имя. Очако часто задумывалась о том, что она не самый удачливый человек в геройском мире, но в тот день она окончательно убедилась в том, что фортуна её ненавидит. Да, конечно, каждой твари по паре, но насколько сильно она должна была нагрешить в прошлой жизни, чтобы в этой в соулмейты ей достался Кацуки Бакуго? Они даже не разговаривали никогда толком, если не считать «не пялься, щекастая, а то пырилки выпадут» или «тебе пиздец, мисс столовая» брошенных Кацуки в её адрес, когда они попадали в пару во время тренировок, а после ситуации в апреле он вообще стал избегать её общества. Честно говоря, Урараке следовало заподозрить неладное ещё тогда, когда в свой день рождения Бакуго неожиданно вынес дверь в её комнату взрывом и ворвался внутрь с криком «ты совсем охуела, круглолицая, и что мне с этой хуйней, блядь, делать», а потом так же внезапно ретировался, увидев совершенно отрешённое лицо Очако, мирно собиравшей пазлы в компании не менее шокированных Асуи, Деку, Яойорозу и Ииды. Вообще, любой бы на её месте давно бы уже догадался, глядя на то, как щемится от неё Кацуки при любом удобном и неудобном случае, но не Урарака. Помимо отсутствия удачливости Очако также всегда страдала от невнимательности к деталям, так что с замиранием сердца ждала заветной фразы в свой день рождения, в то время как буквально весь класс предвкушал начало чуть ли не атомной войны.

***

Ситуация кардинально меняется, когда до Бакуго доходит, что из любой ситуации можно извлечь выгоду, а Очако просыпается с фразой «моя жопа — моя гордость» на всю ногу в день тренировок в бассейне. Злой и смущённый соулмейт — обезвреженный соулмейт, а значит никаких раздражающих вопросов и минимум контакта. Единственный факт, который не учёл Кацуки: Урарака, может, и не самый внимательный человек в академии, но она целеустремлённая, ранимая и (немного) злопамятная, поэтому на следующий день Тсую обнаруживает её на пробежке ещё до официального подъёма. — Я люблю гей порно, я люблю гей порно, я люблю гей порно, я люблю гей порно, я люблю гей порно, я любл… — Очако останавливается и закашливается от отсутствия воздуха в легких, — гей порно. -…что ты делаешь? — Мщу.

***

— Почему ты в маске и кепке? — Каминари приоткрывает рот в изумлении. — Съебись. — Как ты вообще натянул на свои вихры кепку? А маска что, вместо намордника? — Добивает Киришима, — показывай! — Не трогай нахуй, или я тебе глаза на жопу нат… — Бакуго не успевает закончить предложение прежде чем Тодороки примораживает его к полу, а Минета ловко сдергивает ненужные атрибуты с головы и лица. — Ваааааа, Урарака, респект! — Актив или пассив, Бакуго? — Сдохни! — Кацуки поворачивает искривлённое гримасой лицо к группе девчонок, сгрудившихся вокруг Урараки, — круглолицая, ты же в курсе, что я нахер сломаю тебе ебало, как только освобожусь из этой ледяной хуйни от двумордого? Урарака быстро ретируется, победно улыбаясь.