Dragon's place: MobPsycho100

      – Вам не страшно?       Рейген издаёт изумлённо-вопросительный звук.       – Страшно? – учтиво переспрашивает он, невозмутимо глядя на пожилую клиентку. В голове проносится мимолётное предположение: «Она о работе спрашивает?..», за которое его язык решает зацепиться. – Нет, что вы, я же уже не первый год в этой сфере, я...       – Я о мальчишке, – обрывает она и указывает перстнем в направлении Моба, заканчивающего обряд экзорцизма. Рейген непонимающе бегает глазами от лица женщины к её ярко-красному ногтю, от ногтя – к Мобу и обратно. – Не страшно жить с пониманием, что кто-то столь неуправляемый и сильный влюблён в вас?       Рейген мысленно считает до десяти, прыгая с девятки на семёрку, с четвёрки на двойку и запинаясь на пяти с половиной. Клиентка прожигает его взглядом, через глазницы проникает в мозг из соображений чистого женского любопытства, и Рейген не уверен, кажется ли ему или она и в самом деле уже активно перебирает содержимое его головы большой погнутой ложкой.       – Нет, – небрежно пожимает плечами Рейген, не теряя лица, и отвечает ей спокойным взглядом. – Это всего лишь Моб.       Женщина щурится и кривит иссохшие губы в подобии улыбки.       – «Всего лишь»?.. – заискивающе вопрошает она, но ответа не требует – отходит к мальчишке, чтобы поблагодарить его за хорошо выполненную работу, и тот, наивный, сияет, обрадованный неожиданной похвалой, принимает из морщинистых рук пару цветных конфет.       – Ведьма, – в сердцах изрекает Экубо, подкравшийся за плечо Рейгена.       Рейген медленно задумчиво кивает. .       – Моб… – Рейген делает глубокий вдох, отсчитывая про себя от десяти до нуля. – …что это?       Посреди рабочего стола Рейгена красуется скромный букет переплетённых подсолнухов и ромашек, погружённый в стеклянную прозрачную вазу, которой – мужчина уверен – в его офисе никогда раньше не было.       – М? – откликается Моб с дивана, на котором сидит, по грудь зарытый в книги и бумажные листы, и его тон столь небрежен, словно не он виновник переполоха в голове учителя. Отчуждённые глаза поднимают свой взгляд на застывшего мужчину. – А.       «А»? Что ещё за «А»?       – Минегиши-кун помог мне подобрать для вас букет, – воображаемый счётчик доходит до нуля и возобновляет смену цифр, идя на увеличение. – Вам не нравится?       Счётчик трескается, засбоив на семи.       – Подарить вам в следующий раз комнатное растение?       Рейген нелепо моргает и отмирает.       – В следующий… – выходит неожиданно сипло, и Рейген поспешно откашливается, скрывая смущение за внезапным обострением простуды. – Нет, мне всё нравится. Довольно мило. Передай Минегиши-сану мою признательность.       Моб едва заметно улыбается. .       – Шигео сохнет по тебе, ты же понимаешь это?       Дым на полпути к лёгким сотрясает грудную клетку в желании вырваться наружу. Рейген заходится в приступе кашля, от неожиданности роняет себе под ноги зажжённую сигарету.       – Мог бы ты поделикатнее говорить об этом? – хрипло шипит он, искоса глядя на многозначительно закатывающего глаза Экубо, и поспешно топчет потерянный окурок. Числа мелькают перед глазами, но нужного эффекта не производят, и Рейген на полном серьёзе думает, не закурить ли ему вторую.       – Констатация факта, – небрежно бросает дух, делая вид, будто ситуация его совершенно не колышет. Рейген прекрасно знает: всё, что касается Моба, беспокоит слишком сильно абсолютное большинство друзей самого Моба.       Мужчина шаркает подошвой туфель об асфальт и берёт курс на свой дом вне зависимости от того, что там себе запланировали всякие зелёные надоедливые призраки.       Экубо хватает ровно на два чирка заевшей зажигалки.       – И что, ты даже с этим ничего не собираешься делать? – выразительно любопытничает дух, когда Рейген наконец прикуривает новую сигарету.       – Не понимаю, на что ты намекаешь, – флегматично парирует тот, затягиваясь, и с деланным интересом рассматривает сорванную с ближайшего столба рекламную листовку.       – Всё ты прекрасно понимаешь, Рейген, – огрызается Экубо, материализуясь прямо перед носом мужчины и уворачиваясь от взмаха руки. – Помнишь, что было с городом в последний раз, когда он пытался признаться? Я аж с того света вернулся!       Рейген останавливается, мрачно глядя на Экубо.       С секунду они молчат.       – Это дело прошлое, – отрезает мужчина тоном, сквозящим раздражением, и ускоряет шаг. – Моб уже не ребёнок.       Мысли играются с его нервами, выводя крупным планом цифры от одного до десяти вновь в спутанном порядке, и методика, которая раньше всегда работала и помогала держать себя в руках, неожиданно оборачивается для Рейгена огромной неразрешимой головной болью.       – Я тебе больше скажу: Шигео уже взрослый.       И нечто, закравшееся в голосе Экубо, заставляет ровную десятку в сознании Рейгена расти в геометрической прогрессии.       – От себя бегаешь… – вязкие слова липнут на стены переулка, – от клиентов бегаешь…       Рейген сглатывает, и тлеющий фильтр вновь утопает в темноте улицы.       – От кого угодно сбежать можешь, – глухо подводит Экубо.       И вздыхает:       – Но не от Шигео.       Рейген, долго и нечитаемо, смотрит себе под ноги, туда, где кончила свою жизнь очередная сигарета.       У него под веками – фейерверками схлопывается многонулевое число до абсолютной элементарной единицы.       Он утвердительно кивает. И поднимает взгляд на Экубо:       – Тогда я должен сделать это первым, – решительно произносит он и уносится вперёд, крича призраку через плечо сумбурные слова благодарности.       Экубо только закатывает глаза и бормочет себе под нос что-то об идиотах и нелепых парочках, направляясь домой к братьям Кагеяма. .       На следующий день Рейгену даже не приходится считать до десяти – пригласить Моба на свидание, на самом деле, оказывается куда проще, чем он мог себе представить.