По новому сценарию

Через пару месяцев Димка освоился в теле. Книги помогли если не закрыть все дыры в знаниях, то хотя бы максимально их залатать. Люциус, после очередного стихийного выброса стал более терпимым к проступкам сына. Да, Драко продолжал с завидной регулярностью косячить и если раньше на него прикрикивали и даже использовали телесные наказания... Кстати о них. У Малфоя-старшего была очень интересная схема наказаний. Каждый поступок сопровождался длительной лекцией сильным хлестким ударом по... Тому что наказывалось. В такие моменты внутренний Димка возмущался, злился, но все же, выполнял все, что говорил отец тела. Или его. Не суть. Удар по ладоням чувствовался необычно. Волшебная палочка взвивалась в воздух и мощная струя теплого воздуха охаживала сначала пальцы, а затем и чувствительную кожу ладоней. Не сразу становясь красной, чуть розоватая кожа затем пощипывала и только через пару минут, когда мужчина закончит очередную лекцию о правильном воспитании и т.д. ладони начинали гореть и на руках проступали темные полосы. И, как бы не было стыдно хозяину тела — задница мальчишки тоже наказывалась точно таким же методом уже раза три. При этих воспоминаниях Драко вздрогнул и неловко показался с одной половинки на другую, облегчённо выдыхая. Не больно. Кстати, вся жгучая боль и желание плакать существовали лишь на момент наказания. А затем, боль словно испарялась, но вот тонкие аккуратные шрамы — не исчезали очень долго. Но как бы не было это печально — вбитые именно этим способом знания не вылетали из головы очень долго. Заваленная история магии была уже через месяц с блеском сдана на лучший балл, а вот с квиддичем происходили просто колоссальные косяки. Мальчик боялся высоты. Или парень? В общем, студент театрфака не выносил ничего выше трехэтажки, а здесь же приходилось самому контролировать высоту и угол наклона при взлете и разных маневрированиях. Драко надеялся на рефлексы тела, но со скрипом провалил надежды, когда и на двадцатый раз не смог вскарабкаться на метлу. Почти месяц, чтобы взлететь и уже заканчивался второй — а тот все никак не мог научить пикировать вниз и грациозно приземляться. — Черт. Полеты для Поттера. И не мучили бы мои полупопия за то, чем меня природа не наградила, — сопел Малфой, хлебая из кружки чай. Да, с этим ему катастрофически не везло. И стихийные выбросы участились и с ними ребенок тоже ничего не мог поделать. Хотя, пожалуй, самой серьезной проблемой остался Снейп, которого Драко почти возненавидел за хамство, высокомерие и умения так красиво отбрить, что хотелось лишь удавиться опосля. — Драко вы не достойны. Вы не сможете. Прекратите ходить ко мне домой как к себе и захлопните дверь. Надеюсь, вы не снесли мою любимую дубовую? — кривлялся мальчик, изображая Снейпа, заедая провалы печеньем. Сколько раз ему сказали «нет» он уже и не считал. Знал, что все равно достанет вредного профессора, потому что даже в своем мире добился обучения на дополнительных подготовительных, удивив взрослого профессора наглостью и твердолобством. Отступать тогда, когда Димка решил во чтобы то ни стало научиться готовить зелья и однажды отравить вредного Северуса? Да никогда! — Ещё попляшу я на твоих костях. Из кухонного ящичка вылетела пара вилок и вонзилась по бокам двери. Малфой стоически перенес новый стихийный выброс, поднялся и быстро вышел из кухни, размышляя о бытие и прочей философской глупости.

***

— Драко! — Нарцисса недовольно поджала губы, когда увидела мальчика рядом со служанкой. Те пили чай на кухне, о чем-то перешептывались и вообще вели себя по-дружески. Чего, разумеется, женщина не могла допустить. Аристократ с этой... Мальчик вскинул на нее глаза и волшебница замолчала, в который раз утянутая какой-то спокойной непоколебимостью. Ребенок менялся. Очень медленно, но уже как полгода было заметно, что ребенок будто повзрослел. Вся мальчишечья упрямость если не исчезла, то уменьшилась в несколько раз, а сам Драко не просто, как раньше, уподоблялся отцу и перенимал его черты характера и привычки, но вырабатывал свои. Хотя, упрямство Малфоев в его крови было по-прежнему в огромных дозах и очевидно, ее маленький сын не собирался проламываться под отца и это немного радовало. Пусть, как одному из рода Малфоев, некоторые его действия были недопустимы, но как мать она гордилась тому, как рос Драко. — Ма, она рассказывала мне о взаимоотношениях Блэков с Малфоями, — уже давно вошедшая привычка красиво пить чай в маленькой чашке. Мизинчик отставлен, спина идеально ровная, взгляд из под длинной взлохмаченной чёлки. — И все же. — Хорошо. Драко отставил чашку, очень сдержанно поблагодарил Софию за чай и с грацией истинного аристократа вышел из кухни следом за матерью. — Ты хотела со мной поговорить, мама? — к холодности женщины мальчик привык и не обращал внимание на каменное лицо. Красивая игра стоило часто слишком много и иногда, если сильно войти в образ — в нем можно остаться навсегда. И Драко этого немного опасался. Почти год он проживал в особняке Малфоев, идеально играя роль послушного мальчика. Вечно балансируя между красивой воспитанной куклой и живым человеком. Грань между двумя ролями была столь тонка, что иногда она скрипела и пыталась рассыпаться на части. Мальчику было очень сложно. Но он старался. Учился на собственных ошибках и осознавал, что если он когда-нибудь вернётся в свой любимый университет — свалит оттуда к черту. То, что ранее казалось невероятным даром, через некоторое время превратилось в каторгу. Манипулировать не только своими, но и чужими эмоциями, играть чувствами на глазах у стольких зрителей. Акт за актом он проигрывал каждое действие, изучая повадки семьи, свои дозволенные границы неповиновения. — Да. Северус решил посетить наш особняк лично и спрашивал как ты поживаешь. Мальчик удивлённо посмотрел на мать и та благосклонно глянула на сына. Драко, вообще-то, уже как вторую неделю не ходил к профессору, решив сделать передышку и придумать новые пути проникновения в дом и в мысли мужчины. Впринципе, прогресс был уже на лицо — Северус давно перестал встречать его с палочкой у виска и даже начал отвечать на некоторые вопросы. Если не подходить к слишком занятому преподавателю слишком близко! Поэтому, вопрос явно озадачил и люстра, вспыхнувшая и погасшая, была явным подтверждением искереннего недоумения. — Нормально я, — буркнул Драко, а потом, словно спохватившись, добавил, — я понял, что Северус придет и буду к ужину в обеденном зале. — заметив приподнятые идеальные бровки, даже слегка улыбнулся, — без опозданий, мам. Нарцисса сдержанно кивнула, обняла, и поспешила прочь от сына, вспомнив о каком-то важном фуршете в доме одной старой знакомой. Малфой-младший проводил ее задумчивым взглядом, а потом замер на месте, не зная, куда бы ему податься и что делать. Последнее время книги не успокаивали бушующее внутри пламя, а полеты на метле только больше загружали проблемами. Хотелось какую-то отдушину. Что-то, что будет его держать в рамках и учить делить эмоции. Чтобы он контролировал все вспышки треснувшей личности! — Был бы дома, напился и вызвал какую-нибудь шлюху, — проворчал Драко, усаживаясь на диван. Нафантазировав это времяпрепровождение сейчас, он фыркнул. Да, о таком ему мечтать и мечтать ещё как минимум десять лет. Ничего не придумав, он быстро переоделся в выходную мантию, переобулся в ботинки и вышел из дома, осторожно прикрыл дверь. На улицу он выходил редко, так как боялся заблудиться или сказать что-то лишнее в адрес одного из снобов, проживающих на параллельных и диагональных улицах. Если по книге казалось, что дом чуть ли не на отшибе один единственный стоял, то здесь же оказалось, что район вообще-то, заселён чистокровками. Разумеется, расстояние от одной резиденции к другой было колоссальным. Чтобы дойти до ближайшего большого двухэтажного особняка, необходимо было идти двадцать минут быстрым шагом. Или бежать. Без интернета, телефона и других благ цивилизации ломки, конечно, не было, но все равно осадок оставался. Утром пальцы автоматически пытались нащупать мобильный аппарат, однажды ночью он даже искал Вай-фай! В общем, привыкал... Запахнувшись посильнее в мантию, почти пропустил тот момент, когда рядом оказался высокий мальчишка. — Малфой! Драко вскинул глаза, рассматривая незнакомца. Вот из-за чего он так не любил выходить. Не знал никого, а все знали. Дебильное ощущение. — А. Привет. — Снова. — мальчик вперёд руки в бока. — М... — блондин промычал нечто нечленораздельное, даже не пытаясь привлечь внимание неизвестного. — Ты последние полгода забывчив на лица. Забыть Дафну, вылить на дорогую мантию Крэбба сок, свалить с ног Гойла и это лишь малые твои заслуги! — А ты... — он хмыкнул и парень закатил глаза, совершенно не заподозрив в Драко чужого человека. Как-то все метаморфозы в поведении происходили настолько медленно, что все решили, что блондин меняется. — Да-да, вот о чем я и говорю. — Угу. А через несколько минут они уже разошлись в противоположные стороны и Драко, выдохнув, пошел дальше вдоль особняка каких-то там богатых снобов. — Драко, вы стали непредсказуемы. — А вы просто вредный профессор, — пожал плечами мальчик, замечая впереди себя знакомую черную мантию. Темные глаза прожигали насквозь, а потом остановились на лице и жёсткие губы тронула искривлённая полуулыбка. — Идём домой. Скоро начнется дождь. Малфой кивнул и молча развернулся к своему дому, запихивая руки в карманы. — Как вижу, ты перестал прятать мои запасы зелий, рушить двери и даже более того, выпивать мои редкие чаи? Драко кивнул. Ну а что? Спалили же. Защищаться в заведомо проигранной войне не хотелось. Бесполезно. — Ладно. Мне надоело каждый день убираться после твоих погромов. Завтра придёшь и мы начнем с азов. Малфой хмыкнул, а его глаза заблестели победным огнем. Все же, иногда стоит задалбывать до такой степени, чтобы уже к тебе бежали и отвечали на твою просьбу положительным ответом. — Хорошо.