Кукловод

В этой проде присутствуют два саундтрека. 1. http://www.youtube.com/watch?v=SL-f9o1-YUA 2. http://www.youtube.com/watch?v=eeRJJfQhGLA __________ Мы собрали все вещи, разбудили пса, который, ну, совсем не хотел просыпаться, и поехали к Эрике домой. Она оказалась очень милой девушкой. - Привет, дорогая, - Билл поцеловал сестру в щеку и зашел в дом, таща меня за руку. - Это мой парень - Том. Его пес Сириус. - Тот самый Том? - потрясающая реакция на меня. Девушка потрепала собаку по голове, а тот только довольно прикрыл глаза. - Почему "тот самый"? Я обычный. - Девушка пожала мне руку и очень тепло улыбнулась. Её улыбка такая же, как у Билла, я невольно посмотрел в его сторону. - Кого там черти принесли, Эрика? - послышалось откуда-то из комнаты. Кто это? Акцент ещё такой непонятный. - Коджи, оторви свой зад от компьютера и сюда иди! Задрал уже! - злобно крикнула Эрика. Из-за двери появился парень. Невысокого роста японец. Ничего себе! - Коджи, это Том, - представила меня сестра любимого, - это мой муж. - Парень только кивнул головой. Это они так здороваются? - Хотите чаю? - Да, мы не против, - ответил за обоих Билл. И мы пошли на кухню. Козел. - Как у тебя дела, сестренка? - спросил брюнет, усаживаясь за стол. Я в основном сидел молча, гладя пса, послушно сидящего около меня, и сжимая руку Билла. Любимый вел себя чересчур странно: то глупо улыбался, то развивал какие-то занудные темы разговора, то ложил мне руку на ногу, то играл косичками, то лез обниматься-целоваться. Нет, он мне, конечно, нравится, и я его даже уже люблю, но его поведение мне совсем не симпатизировало. Я снова завелся, когда Билл затронул больную тему. - Знаешь, сегодня мы занимались... - начал он. Ну, все. Опять за своё! Это уж слишком! Щас ты у меня получишь! - Билл! - прикрикнул на него я. - Что за цирк?! Мы, кажется, уже поговорили на эту тему! Или ты меня не понял? Ты мне за вот эти несколько часов своим поведением мозг затрахал! Перестань играть. Я тебя просил, не рассказывать о нашей интимной жизни, а ты меня не слышишь. Парень испугано смотрит, его сестра с мужем тоже бросили на меня офигевший взгляд. Думали, раз сижу тихо, значит все нормально? Нет. Я просто не хотел ссорится. - Прости, Том, - выдавил он, - я больше не буду. Я ничего не ответил. Мы просидели у его сестры почти до десяти вечера, а потом пошли пешком домой. - Ты извини, что я накричал на тебя, - легонько приобнял я за талию брюнета. - Ничего. Ты не будешь кричать по пустякам, я сам виноват. Не нужно было опять начинать эту тему. Прости, милый. - Забудь. Знаешь, я сегодня так устал! Мне просто необходимы теплая ванна и мягкая постель. - Я тоже очень устал. Но я не хочу откисать в ванне, мне гораздо приятнее просто принять душ. А мягкую постель мы как-нибудь да разделим, - улыбнулся он, целуя в уголок губ. - Ты не замерз? - прижимаю его ближе к себе. - Нет, нормально всё. Дойдя домой только к одиннадцати часам, мы уселись перед теликом, пока моя вода набиралась. - Ой, Господи! Я ног не чувствую, - сказал брюнет, падая на диван во всю длину. - Вот поэтому я и набираю себе ванную, - я чмокнул его в нос и, подвинув ноги чуть в сторону присел. Билл щелкал каналы, изредка останавливаясь. Мда, ничего путевого сегодня по ТВ нет, мне кажется. - Милый, я пойду, там вода набралась уже. - Угу, - безразлично ответил брюнет. Author`s POV Placebo – Protect me from what I want (ON). Том нежно поцеловал возлюбленного в макушку и, ни о чем не думая, пошуровал в душ. Билл так и сидел, безостановочно, листая каналы телевизора. Он остановился на каком-то интервью с Джаредом Лето, но тут же его прервал звонок в дверь. "Неужели отец Тома отложил дела и приехал? Том так обрадуется!" - подумал парень, торопясь открыть двери. На радостях, брюнет даже не посмотрел, кто пришел в дом Каулитц. Когда тяжелая дверь распахнулась - улыбка Билла сползла моментально, а на лице смешались эмоции. Страх, ненависть, злость. Но самое главное его охватила паника. Ведь на пороге, прямо перед носом, стоял тот самый Чак. Что делать? Закрыть перед ним дверь или узнать чего он хочет? На глазах Билла появились слезы. - Ну, привет, любимый, - своим тихим голосом, так похожим на голос Тома. - Это слово больше ко мне не относится, - процедил сквозь зубы Билл, собрав всю волю в кулак. Он вышел на крыльцо, закрывая за собой двери. - Что ты хочешь? - Даже не пустишь в дом? - произнёс он, щуря карие глаза. - Я не имею права пускать людей чужой дом. Ещё раз повторю свой вопрос: что тебе нужно? Будь добр ответь, - он сложил руки на груди. – Иначе я захлопну дверь перед тобой. - Чего я хочу? - парень лукаво улыбнулся и начал перечислять: - яхту, трех этажный дом, машину "Dodge Dakota", престижную работу в Голливуде и, конечно, тебя. У меня есть все это, кроме тебя. От такой наглости рот Билла приоткрылся. Он был в смятении, не знал, что ответить. - Я больше никогда не вернусь к тебе, чертов извращенец! - Билл хотел сказать это более или менее равнодушно, но голос предательски дрогнул, выдавая его с потрохами. Парень, было, сделал оборот на 180 градусов, чтобы зайти обратно в дом, но тяжелая, сильная рука Чака развернула его. Его затрясло от черных глаз бывшего возлюбленного, в которых, прижатый к двери за запястья Билл, читал дикую нежность. Нет, это была не теплая нежность. Брюнет видел в Чаке хищника, готового разодрать его на части, при первой же возможности. Билл боялся его до такой степени, что, когда Чак опалил шею брюнета горячим дыханием, чуть не закричал. - Будь со мной, Билл! Я хочу любить тебя. Я хочу быть рядом с тобой. Я хочу дарить тебе тепло. Слышишь? - Но я не хочу, - сквозь слезы, которые вот-вот хотели выйти наружу. - Почему? У тебя ведь будет всё, чего ты только пожелаешь: модная одежда, спортивная машина, отдых на Мальдивах. Чего ещё нужно для счастья? - он смотрел в глаза брюнета, пытаясь донести до него своё представление слова "любовь". Он с каждым словом крепко сжимал руки Билла. - Что нашел в этом мальчишке? - Я нашел в нем то, чего не смог найти в тебе. Человечность. Он - мое счастье. Пойми, что счастье не в деньгах, Чак. Счастье - это, когда ты чувствуешь тепло просто смотря в глаза; это, когда ты видишь в безобразном прекрасное; это, когда твой ребенок бегает по дому. Ты никогда этого не поймешь, потому что ты не имеешь никаких чувств, потому что счастье - не во благах, Чак. Для счастья нужна любовь. - Я знаю об этом парне всё! Знаю о его дочери, где она сейчас. Я могу сделать с всё что угодно, - зло говорил парень. Он бил по больному месту - Элизабет. Бедного брюнета передернуло. - Её мамаша вышла второй раз замуж за Артура Виардо. Знаешь, кто это, детка? - брюнет мотнул головой, а Чак отпустил его. Очень зря. - Не знаешь... Этот человек обладает даром убеждения. Он может сделать с её матерью всё, что хочет. Я не подвластен ему, у меня специальная защита. - Мразь, - прошипел Билл, со злости ударяя в челюсть бывшему так, что последнего кидануло в сторону. - Если хоть тронешь её пальцем - сам лично убью тебя, сука! - но Чак лишь рассмеялся, словно сумасшедший. - Ты, видимо, неровно дышишь к малышке Элизабет, - тут Билл осекся. Он подтвердил своим поведением, что Чак правильно мыслит и выбирает место для удара... - Если хочешь, чтобы она осталась невредима, то будь моим. Я люблю тебя, Билл. Будь со мной. - Запомни одно, когда человек любит он не угрожает смертью дорогих и близких, - выпалил Билл на одном дыхании. - Ты согласен? - У меня есть время подумать? - Да. Час с лишним. Ровно в 12, ты должен сказать решение. Но! Еще одно условие: ни слова никому, понятно? - брюнет послушно кивнул головой. Вдруг, у него возникла идея, как вспышка молнии. - Подари мне такую защиту, как у тебя... - Забирай, - Чак сорвал с шеи плоский прямоугольный медальон и положил на ладони Билла. - Пока, Чак, - тихо шепнул он, наконец, входя в дом. (OFF) - Что ты там делал? - нежные руки обвили тонкую талию брюнета. Он вздрогнул от такой неожиданности, но тот час успокоился. - Курил, - он сказал первое пришедшее в мозг. Парень запрокинул голову назад, ложа на плечо Тома. - От тебя не пахнет табаком, а чем-то таким сладким, вкусным, - Каулитц потерся кончиком носа о шею, вызывая у Билла мурашки по всему телу. - Пусти меня, пожалуйста. Я тоже хочу принять душ, если ты не возражаешь, - он выкрутился из рук Тома и спокойно пошел наверх. Он включил воду, закрыл дверь, сползая по ней на пол, Билл закусил кулак и горько заплакал. Он не знал, что ему делать. Мысли смешались воедино, и, казалось, завязались в тугой узел. Брюнета била дрожь, он обязан принять решение: отдать себя или беспомощного ребенка любимого человека. Оба варианта заканчивались плачевно. Вновь собрав всю свою силу, Билл прекратил истерить и стал мыслить трезво. Если что-либо случится с малышкой Лизи - он не простит этого себе. Да, парень за такой короткий срок успел влюбиться в Тома, его прекрасную, милую дочь. Расставаться с ними всё равно, что оторвать кусок сердца... В то время как Билл боролся с эмоциями, Лизи сидела, забившись в угол комнаты, прижимая к себе игрушечного медведя. Ей казалось, что внизу мама и отчим ругаются. Да, действительно, именно так и было. - Сволочь! - девушка запустила в Артура тяжелой тарелкой? Но, к сожалению, промахнулась. И тарелка разбилась о стену. - Только попробуй что-нибудь сделать с ней! - Села! Закрыла рот! Сейчас говорю я! - заорал он, перекрикивая жену. Его черные глаза внезапно посветлели, они стали янтарного цвета. Лэсли повиновалась, она, молча села. - Ты не сможешь сделать ничего! - парень больно взял её за подбородок и, смотря в глаза, продолжил: - Ясно? Ты же любишь меня? - Да, я люблю тебя, - сказала девушка, её очи стали стеклянными на какое-то мгновение. - Вот и прекрасно, - улыбнулся Артур и поцеловал Лэсли в губы. - Собери осколки посуды и иди наверх. Девочка, скорее всего, напугана - успокой её. Я буду сегодня поздно. - Да, милый. Я всё сделаю, как ты сказал... *** - Эй, Билл, ты там не уснул случайно? - послышался голос любимого за дверью. И брюнет спохватился, ведь он сидит на полу, в кровь, кусая кулак, уже больше получаса. - Что? Что говоришь? Вода шумит. Я выхожу скоро! - прикинулся парень и, поспешно раздевшись, стал под успокаивающую, ласковую, теплую воду. Он любил воду, потому что она всегда помогала ему расслабиться, забыть о проблемах, принять важное решение... "Если умрет Лизи - мы больше не будем вместе, - рассуждал Билл, - я не смогу смотреть ему в глаза. А я так люблю это делать. В них тепло, которое греет меня изнутри… Том не простит себя за смерть единственной дочери. Будет жить болью, воспоминаниями... Я не хочу так. А, если уйду я? По сути, ничего не изменится. Если он любит меня, то ему будет больно, неприятно. Но тогда я предам его. Может быть, он простит меня когда-нибудь? Не знаю". Боже, каким сложным было его решение! Парень, обмотавши полотенцем талию, вышел из душа. Том сидел, увлеченно разговаривая с дочерью по телефону. Может быть, он слышит её в последний раз? Малышка рассказывала о её новых рисунках. О том, как странно ведет себя мамочка и как она скучает за ними. Билл быстро натянул на влажное тело боксеры и, надев фальшивую улыбку, уселся на кровать, рядом с Томом. - Ты не хочешь чая? Или кофе? - неожиданно спросил Том. Билл даже не слышал, как он попрощался с Лизи. - Да. Я буду чай. Сделаешь? Я очень устал, - брюнет устало потянулся и лег на кровати. - Отдыхай, любимый, - поцеловал Том в шею парня и ушел на кухню. Любимый? Да. Теперь брюнет был уверен во взаимности его любви. Он грустно улыбнулся, взяв в руки телефон. - Какой ты будешь чай? - уточнил голос Тома снизу. - Фруктовый, - моментально выпалил брюнет, а в трубке уже тянулись гудки. - Уже сделал выбор, любимый? - спросил Чак. Билл начал ненавидеть этот голос. - Будь ты проклят, сукин сын! - прошипел он, в сердцах сжимая телефон крепче. - Да, я согласен. - Что ж, прекрасно! - Но, ты дашь мне один день. Всего лишь день. Прошу. И сразу приеду. Пожалуйста, Чак. - Хорошо, - сдался он. - Только один день заката до 17 числа. Ясно? Пиши мой адрес, - он быстро записал его на первую попавшуюся бумажку, брюнет небрежно бросил "спасибо" и положил трубку. Как же ему хотелось сейчас подбежать к Тому, обнять и рассказать всё! Но ему нельзя этого делать... От злости и бессилия парень рыкнул, сильно ударив по стене кулаком. Его костяшки на руке разбились в кровь... Lifehouse – Everything (ON) - Ты в порядке? - за спиной послышался голос Тома, он действовал успокаивающе. Брюнет вытер слезы, которые подступили, и повернулся лицом к парню. На лице Тома застыло недоумение. - Если что-то случилось, ты можешь мне рассказать. Вот твой чай, - Билл бесшумно опустился на кровать, забираясь под одеяло. Он не ответил ни слова, а Том полусел - полулег рядом. - Иди сюда. Брюнет подвинулся и лег на плечо возлюбленного, последний приобнял его за талию. Сейчас Билл слышал стук сердца живого, любящего, искреннего, теплого, а на душе кошки скребли глубокие раны. Так мало времени осталось до конца… - Том, скажи, - он отпил глоток чая, - ты бы простил предательство со стороны любимого человека? Том задумался, он чуть было не ляпнул: "а ты что мне изменил?" но решил промолчать и серьезно ответить. - Да, но если бы этот человек, действительно, любимый. Зачем ты спрашиваешь? - Как-то стало интересно. А если мы расстанемся? Что ты будешь делать? - Не говори глупостей. Мы не расстанемся. Понял? - он поставил пустую чашку на тумбу рядом. Расспросы брюнета показались Каулитцу странными. Он взял его за руку, она была в чем-то липком и вязком. Одним движением Том подтянул кисть ближе к лицу и стал рассматривать. Костяшки были разбиты в кровь, но брюнет даже не пискнул, когда Том коснулся пальцем раны. Он лежал на его груди, слушая биение сердца и рассматривая каждую черточку лица, которое, по его мнению, было идеальным. - Что с рукой? - тихо спросил Каулитц, но Билл только мотнул головой в ответ, мол, ничего. - Это нервное, - шепнул он, спустя несколько минут. - Я выключу свет. Билл выключил свет и зашел в ванную. Всё-таки костяшки на руке неприятно щипали, и он решил обмотать раненую часть бинтом. Пока он разбирался с аптечкой и лег обратно, Том провалился в легкую дрему. - Спит, - тихо улыбнулся Трюмпер, и сел рядом с возлюбленным. Его тело освещал призрачный свет луны, придавая какой-то призрачности, - ты такой красивый, Том. Нежный. - Парень едва коснулся его длинных и пушистых ресничек кончиками пальцев, провел линию по щеке, и остановился на губах. Он провел пальцем по площади нижней пухлой губы, задевая пирсинг. - Знаешь, я люблю смотреть, как ты спишь, ешь, даже просто сидишь, ничего не делая. Люблю слушать биение твоего сердца, успокаивающее, монотонное, родное, но больше всего на свете я люблю тебя и твою дочь. С первой секунды полюбил. Прости меня за то, что я сделаю. Так нужно. Это к лучшему. Правда, я боюсь терять тебя. Ты нужен мне, как воздух. Нужен твой голос. Я люблю тебя. За всё люблю. За радость, удовольствие, страсть, нежность. За родинки на шее и щеке, за сильные руки, за шепот на ушко, за поцелуи... Люблю. Тебя. Билл прижался к парню всем телом. На душе было спокойно, как никогда, он закрыл глаза, обняв Тома за талию, и мигом уснул. Парень был уверен, проговорил с тишиной, что его не слышал Том, но он ошибался. Каулитц все слышал и, когда понял, что брюнет спит, открыл глаза, посмотрел на чудо, подаренное ему Всевышним, и легко поцеловал в макушку, вдыхая запах атласных волос. Том прижал его сильнее к себе, не желаю больше отпускать ни на секунду. В его груди порхали бабочки, пытаясь вырваться наружу. (OFF) Tom`s POV - Доброе утро, именинник! - меня разбудил легкий чмок в губы. Ой, Боже... Чего ему неймется? Всегда же спит до обеда. - Вообще-то, я планировал поспать подольше, - не раскрывая глаз, на ощупь нахожу брюнета и тяну на себя. Парень, упал прямо мне на грудь. - Сделай одолжение: ляг рядом, поцелуй нежно и спи со мной, как обычно. - Иди в задницу, Том! - прошипел Билл, встав. - Не хочу я спать! Уже 2 часа дня. Я, якобы ничего не слыша, залез с головой под одеяло. Если его игнорировать, может быть он сделает, как я сказал. - Ладно, попробуем по-другому! - проворчал парень и, судя по всему, удалился из комнаты. Ну, теперь я высплюсь! Улыбнувшись этим мыслям, я задремал. - Давай, вставай, соня! - проорали мне на ухо, стягивая с меня одеяло. - Билл, ты что рехнулся?! Отдай мне одеяло, - обиженно буркнул я, уже садясь. Сна как небывало! - Ага! Щас! Уже бегу, - возмутился Билл и сел на край кровати, подогнув под себя ноги. - Я тебе подарок приготовил... Только сейчас я увидел в его руках коробочку лимонного цвета, повязанную бантиком в тон. - Эй... Зачем? Не нужно было. - Бери же. И не строй из себя мать Терезу: тебе это не идет, - я взял подарок и стал развязывать бантик. Нифига себе! - Билл... Ты сошел с ума? Это же куча денег. Зачем ты купил его? - я взял в руки кулон. Красивый, плоский и прямоугольный, с древними буквами по всему периметру. - Зачем? Ты же хотел кулон,- он ласково улыбнулся. - О, Билл! - я мягко поцеловал его в сладкие губы. - Мне очень нравится. Спасибо. Но ты, наверняка, потратил много денег на него... - Господи, утихомирься. Для тебя мне ничего не жалко. Author`s POV На столе стал звонить мобильный, разнося по дому песню знаменитого немецкого репера Sido. Том ответил на звонок - это был не кто иной, как Лизи. Билл слегка улыбнулся, отдаленно услышав голос дочки парня с косичками. - С днем рождения, папуля! - весело произнесла она. - Желаю тебе...- девочка задумалась, - желаю тебе...а чего я тебе желаю? Любви. Счастья и чтобы ты всегда был здоров. И забрал меня поскорее! Элизабет рассмеялась самым чистым смехом. - Спасибо, детка! Ты пожелала мне всего, чего я хотел. - Да, я знала, что хочешь услышать именно это. Когда ты меня заберешь, пап? Я очень скучаю по тебе и дяде Биллу. - Последний, услышав эту фразу, одними губами прошептал, что скучает тоже. Он скучал на самом деле и одновременно радовался, что с девочкой все нормально. - Милая, он тоже по тебе очень скучает, - улыбнулся парень с косичками. - Я тебя больше люблю! Ну, ладно. Целую, - он провел по экрану большим пальцем, будто девочка сможет почувствовать нежный жест у себя на щеке. А Билл выпал из реальности, думая о вчерашнем происшествии с Чаком. - Билл? Ты меня слышишь? - Том взял его за руку, точнее, он уже давно его держал, но Билл только сейчас это ощутил. - А? Конечно, - очнулся он. - Так что ты скажешь? - Прости, я всё прослушал. Можешь ещё раз повторить? - виновато улыбаясь, попросил брюнет. - Говорю, не хочешь сходить куда-нибудь? - Нет, Том! Сегодня я тебя развлекаю, ясно? - хитро улыбнулся Билл. - Да? Ну, давай-давай! - Том усмехнулся. Почему - знал только он. Мало ли, что могло взбрести в брюнетистую голову? Кто его знает! - Брысь в ванную! - сказал Билл, шутливо. Том послушно, хоть и лениво, встал с кровати. Поправил трусы, что залезли между половинок и шумно зевнул, хлопая себя по животу, Билл громко засмеялся. - И за ушами помой, - добавил он, когда Каулитц скрылся за дверью. Парень поспешно застелил постель, сбегал на кухню, взяв ключи от машины, которую выпросил на день у японца. Он нашел какую-то повязку у Том, которой собрался завязать ему глаза. Да, брюнет приготовил любимому сюрприз. Надев на себя вещи попроще и сделав макияж ярче, Билл поднялся наверх. И как раз Том вышел из ванной комнаты, одевая не очень широкие джинсы. - Ммм, ты такой сексуальный, - Билл поцеловал своего парня в шею, подходя сзади. Ощутив касание губ, по телу пошли мурашки. Каулитц наклонился вперед и, схватив Билла под коленками, посадил на спину. - Ааа! Том!!! - визжал брюнет, крепко держась за плечи Тома. Он испугался до ужаса, но обхватив любимого за талию, весело засмеялся. - Я люблю твой смех! - сказал Каулитц, поставив его на ноги и, наконец, обнял. - А ты мое счастье! - в губы прошептал парень, нежно целуя. Его губы трепетно касались губ Тома, Билл целовал с огромной нежностью, любовью, будто этот поцелуй был последний. - Ну, всё, одевайся пока. Я на кухню. Будешь сок или другое что-то? - Я хочу есть, - вынес вердикт Том. - Эх! Ладно, - парень тяжело вздохнул и почесал шею. - Сейчас что-нибудь придумаю. Только я готовить не умею. - Скажешь тоже! Яичницу сделай и не парься. - Постараюсь не спалить. Билл не соврал, он на самом деле не дружил с печкой и сковородой. Совсем. Любой поход на кухню обязательно заканчивался испорченной едой и либо порезанными пальцами, либо обожженными руками, либо разбитой тарелкой. Однажды он едва не спалил кухню, забыв о варившемся картофеле. Так что как приготовить элементарную яичницу он не имел понятия. Парень спустился на кухню, открыл холодильник, достал оттуда яйца, масло и колбасу. Дальше он позвонил сестре, которая диктовала ему, что нужно делать. Если бы не она - брюнет бы испортил завтрак возлюбленного. Никаких несчастий не случилось, пока он готовил. На его удивление, яичница, а точнее омлет, выглядел очень аппетитно. Когда парень убрал всё и накрыл на стол, он решил позвать Тома и сам поднялся наверх. Парень надевал на руку часы, и уже было собрался выйти, как наткнулся на Билла, стоящего на пороге. - Я сделал. Но тебе не понравится, - заверил он, а Том взял его пальцами за подбородок и сказал: - Все что бы ты не сделал, даже если ты сотворишь такое дерьмо, что просто не мыслимо я посчитаю правильным. Это будет твой выбор, - он поцеловал его в губы, сразу проникая языком, а Билл едва сдерживался, чтобы не заплакать от ноющей боли изнутри. Страшно понимать, что скоро его облако в раю, по которому он идет, закончится. Его крылья, подаренные Томом, переломаются, словно сломанная ветка, а их начало останется бессмысленно торчать, и он начнет терять высоту, когда станет падать. Он упадет, но не разобьется, а будет жить со сломанными крыльями... - Идем, - опять первым прервал поцелуй Билл. Он резко схватил любимого за руку и потащил завтракать. *** - Лизи, ты меня слышишь? - пыталась достучаться до дочки Лэсли, но та никак не реагировала. Только сидела, сжав в руке тигренка, что подарил дядя Билл. - Нет, Артур, - девушка разговаривала по телефону, расхаживая по комнате. Она была в платье от Валентино, которое надела для благотворительного вечера, что отменили. - Она молчит после разговора с Томом. - Значит, сделай так, чтобы она заговорила! Иначе нас всех убьют. Слышишь? - орал муж. А Лэс не на шутку испугалась. Нет, не за себя - за дочь. Со вчерашнего вечера она вела себя довольно странно. То смеялась, будто её смешили, то рыдала, словно увидела ужас. - Дядя Билл, - тихо произнесла она, а по щекам скатывались слезы. - Что? Билл? - мать села на колени перед ней. Лэс было, мягко говоря, насрать во что она сейчас одета - её ребенок чах на глазах. Потухал и тлел, словно искорка, случайно вырвавшаяся из костра. - Билл Трюмпер, - девочка посмотрела в глаза матери. У последней ещё немного и сердце откажет от столь сильного напряжения. - Его заставляют что-то делать. Дядя. Большой и злой. Он хочет причинить ему боль. О, нет! Папочка, - Лиз зарыдала, уткнувшись в колени мамы. - Солнышко, нарисуй, - попросила бывшая мисс Каулитц. - Нарисуй того дядю... Девочка быстро намалевала портрет парня. Сощуренные глаза, полные ненависти, злости, на них малышка сделала акцент. - Чак, - рассмотрев рисунок, выдавила девушка, поднимая ребенка с пола. Ее переполняла злость. Да, Лэсли знала, кто это. На него работает Артур, который, судя по всему, сейчас отшивается у него. Посадив Лиз на кровать, она села рядом. - Бедная моя девочка, это я виновата во всем, - гладила Лэс дочку по волосам, прижимая к груди. - Через тебя проходит вся боль, которую испытает человек. Ты хочешь предупредить, но не получается. Я плохая мать… *** - Можно уже открывать глаза, Билл? - спрашивал Том, переминаясь с ноги на ногу. Уже полчаса парня мучили догадки, куда его везет Билл. И что вообще за сюрприз такой? - Да открывай уже! Нетерпеливый ты мой, - улыбнулся Билл, снимая повязку. - Парк развлечений? - не понял Том, а брюнет, даже не услышав его, тянул за руку к аттракционам. - Я обожаю этот парк. С самого детства я сбегал сюда, - шепнул Трюмпер на ухо, обходя Тома кругом. - Я решил, что тебе понравится это. - Чудесный сюрприз, Билл. Пойдем на горки? - Да! - Ой, мой телефон звонит! - сказал Каулитц, доставая аппарат. Его успели поздравить, наверное, все родственники. Дяди, тети, папа, дедушка, бабушки-все! На дисплее высветилось "Лэс", и Том, не раздумывая, взял трубку. Но было слишком шумно. - С днем рождения, родной! - Спасибо, - проорал он. Больше он ничего не слышал. - Ты сможешь приехать? У меня к тебе разговор есть. Наша дочь тревожит меня. - Алло? Лэсли, тут не слышно. Я позвоню тебе вечером, пока! - больше их никто не тревожил. Весь день мальчишки дурачились, вели себя по-детски. Они покатались на всех аттракционах по несколько раз. На американские горки скорость, которых достигала 100 км/час, парни возвращались пять раз, садясь в разные места и крича, как девчонки. Башня свободного падения встречала их ровно восемь раз, а водные горки - десять, с лавки они вообще не слазили! До этих не совсем детских качелек они хорошенько выпили коньяка. Из Билла он сразу же вышел после похода на карусель, что переворачивалась вверх тормашками и задерживалась в таком состоянии. В конце концов, к половине первого ночи, они добрались домой в состоянии "не стояния". Причем оба. Трюмпер и Каулитц нализались так, что чуть не трахнулись на лавочке в самом парке. Если бы не маленький мальчик, который засмотрелся на разбушевавшуюся парочку, то они бы сделали это! Но, видимо, не судьба. С диким ржанием, они переступили порог дома. - Шшш, - шикнул Билл на дверь, - не надо нам тут шуметь! - пьяно произнес он, снимая туфли. - Ой, я падаю, - сказал брюнет и завалился на своего парня, который стоял раком, пятаясь развязать шнурки. Но благодаря Биллу оказался лежащим на полу. - Я, кажись, тоже упал, - не понимая, что произошло и почему он прижат щекой к грязному паркету. - Каулитц, давай поднимайся. Я секса хочу! А он тут разлегся, понимаешь ли! - возмутился Трюмпер, поднимая парня на ноги, сам едва стоя. - Слышь ты, сексахотельщик! - отозвался Том, сразу же начиная ржать, как конь. - Я тебя...тебя сейчас до сумасшествия затрахаю, хочшь? - предложил Том, ложась на кровать. - Хочу! - согласился он, слюняво целуя возлюбленного. Да и поцелуем это было сложно назвать, скорее, просто обменивание микробами. - Тода ложись, а я пока схожу в тубзалет. Ссать хочу! - промямлил он, ибо язык совсем не слушался, заходя в туалет. - Билл? - А?! - В жопе нога! - совсем не смешно пошутил Каулитц, но обе пьяные личности зареготали. - У нас че дома света нет? Я не понял? Жму-жму, а он не включается, гад. – На самом деле, парень просто нажимал на освежитель воздуха. Брюнет потянулся к лампе, и включил свет. - Все есь, любимый, - снимая штаны с кофтой проговорил Билл. И тут внезапное озарение: - В тубзалете свет снаружи включается. - Дэ? А че я жал, тода? Похуй! - еле доковыляв до кровати, она завалился на голого Билла. - Ой, ой, больно! - взвыл брюнет, вытаскивая поврежденную вчера руку. - I'm so sorry, dear! - произнес Том, целуя бледное тело. Он спустился до самого паха, вылизывая всё попутно. Когда Каулитц закусил сосок и немного оттянул зубами, Билл застонал, стягивая с первого всю одежду. Том присосался к его шее, оставляя красные отметины. Брюнет обхватил член Тома прохладными пальцами и, складывавшихся в тугое кольцо, начал движение вверх-вниз. Вскоре пьяный именинник, сам стал толкаться в руку Билла. - Быстрее, Том. Хочу тебя! - брюнет укусил своего парня за губу, прокусив. Без всякой растяжки и подготовки, Том резко вошел, шлепнувшись лобком о бедра Билла, который взвыл от боли, тут же меняющейся наслаждением. Дикий кайф и сумасшедшие эмоции. Кусая, облизывая, и снова кусая шею Трюмпера, он нещадно трахал его, борясь со сжимающимися мышцами. Билл орал и впивался одной рукой в спину Тома, а другой сжимал постель. Резкие толчки нарастали и поначалу Биллу было хорошо, затем очень хорошо, а потом настолько хорошо, что даже плохо, в один момент ему показалось, что он теряет сознание, потому что перед глазами пошли темные круги. И, наконец, он кончил с громким хрипением, ибо его голос сел. Но видимо другой парень и не думал останавливаться. Он долбился в бедного Трюмпера ещё минуту. И за неё задница Билла начала болеть и неприятно ныть. С криком "о, да, детка!" Каулитц излился в брюнета и поспешно завалился на бок. - И как тебе? - На высоте. Я чуть сознание не потерял, - признался Билл, перекатываясь сверху Тома к двери ванной. - Искупаюсь и спать. - Я люблю тебя! - опять пьяным голосом признался Том, и через несколько минут отключился. P.S. Извините, дорогие) Это пока все. И, если вы прочитаете и не отпишитесь - не буду я больше писать. Ясно? Спасибо. день рождение Тома было взято из реальной жизни - не было фантазии придумывать что-то новенькое.