Судьбу не обманешь

      До самого дома Тилль не убирал ногу с педали газа, надеясь, что еще может успеть. Голова кружилась, разрываясь от пульсирующей боли. Воздуха критически не хватало.       Двери лифта медленно расползлись в сторону, являя воплощение кошмарного сна. Мужчину охватывает безнадежная паника: дверь сорвана с петель, в квартире словно погостил тайфун, оставив на память страшный бардак. Но на разгромленное и краденое имущество было плевать, ведь у него отняли самое ценное — семью.       Пятясь назад, он замирает и хватается за дверной проем, чтобы устоять на ногах. Никто больше не посвятит ему стихотворение и не будет продавать потом его строки за ириски, не согреет холодной ночью, не развеселит упрямством, не попросит приготовить блины, не уснет на груди, щекоча теплым дыханием. Тоффи стала точкой отсчета новой жизни, вернула на путь истинного предназначения. Ни с кем еще Тилль так легко и быстро не сближался.       Когда он впервые увидел ее, она казалась завянувшим цветком, который выращивали в сухой, лишенной любви почве. Тилль хотел всеми силами оживить его, и ему это удалось. Одаренный чуждой ранее заботой, цветок воскрес и засиял.       Теперь же он навсегда потерял девушку, потому что помещение борделя, встречавшееся по пути на студию, уже давно было продано. Бог знает, где удерживают ее эти черти. От безысходности Тилль яростно ударил кулаком стену в коридоре, отчего кто-то заперся на замок, а дом, казалось, содрогнулся в страхе.       Лифт электронным голосом оповестил о прибытии на этаж. Наверное, перепуганные соседи вызвали полицию. Но вместо команды поднять руки вверх раздался звонкий цокот коготков по кафельному полу.       — Что случилось? — спросил обеспокоенный голос за спиной Тилля. Развернувшись, мужчина не поверил глазам. Перед ним стояли они, его любимая семья, точно мираж, порожденный сломавшейся психикой. — Вы…в порядке… — бессильно прошептал он.       — Конечно, мы в порядке, чего не скажешь о тебе. — Тоффи обняла бледного Тилля, а Плюшик начал утешающе тереться об его коленку.       — Как же все-таки хорошо, что у нас есть собака…       Тоффи согласилась и рассмеялась, даже не представляя, что могло произойти, не реши она выгулять Плюшика.