Водная гладь

      Дела плохи, ребят. До фестиваля осталось четыре дня, а пятый день я потратил, провалявшись дома.       После того случая с водопадом сенсей сразу же повез меня в ближайшую больницу на обследование причуды. Как оказалось, все было довольно плохо.       Как я и упоминал раньше, в зависимости от моего возраста, мой резерв воды в организме будет только увеличиваться. То есть, как я понял со слов специалиста по расследованиям причуд, с возрастом количество жидкости Аш два О должно сокращаться. Только вот этот случай ко мне не относится никаким боком.       Один из моих навыков «впитывания» воды дал о себе знать таким непредсказуемым способом, а именно — я почти полностью состою из воды. По подсчетам врачей, процент составляет 93%, а остальные 7% — это оболочки органов, мышц, волосы и другие важные клетки и вещества.       Они также упомянули то, что оболочка моих органов покрыта толстыми слоями сгущенной воды. Другими словами, эти слои слились внешней оболочкой органа, в итоге, чуть изменив свой состав.       Теперь к сути: мне, как носителю данной причуды, необходимо пассивно поддерживать контроль воды именно внутри себя. Вот что и произошло недавно на тренировке: я потерял контроль над собственным телом, в итоге дало то, что стенки гортани «растворились», а когда вернулся контроль над телом, то «срослись» между собой, перекрывая доступ к кислороду.       От одной мысли, что было бы, если бы «срослись» другие жизненно важные участки организма продолжали бросать меня в дрожь.       По наставлению врачей, они сказали, что лучше не затрагивать больше 50% процентов воды, а то пойдет и обезвоживание, и иссушение… что и произошло со мной во время атаки на U.S.J. А что будет в случае «переизбытка» даже предполагать не хочу… Как говорится: «Человек предполагает, а Бог располагает».       Вот на такой ноте и прошел пятый день и половина шестого.       ***       Оставшиеся дни тренировок прошли довольно спокойно, а занимались мы в секции, возле одного из бассейнов.       Сначала, сенсей говорил мне фигуру, и я в воздухе должен был ее материализовать за определенное время, а период зависел от сложности самой фигуры. К примеру, круг за пять секунд, а заяц уже за семь.       Поначалу я иногда не укладывался в срок, а фигуры выглядели дефектно. Концентрация.… Создавать фигуру именно в воздухе довольно проблематично. Во-первых, ты, для начала, должен мысленно держать нужный объем воды в воздухе, во-вторых, так же в уме начинать преобразование жидкости в нужную форму. А потом нужно было ее удержать…. И столько надо было совершить за определенные секунды. Голова уставала, а в сон клонило нещадно.       Потом, когда более-менее стало получаться, мы перешли к следующему «этапу». То есть, держать фигуру как можно дольше. Тут было очень сложно. Держать воду в воздухе и тратить силы на определенную фигуру… На это ушло два дня, пока не началась жесть.       Я бегал с фигурами.       Раньше, когда я ходил на плавание, мы бегали в день минимум километр, максимум — три. Но тут… я бегал весь день, с передышкой десять минут на каждый час.       Было очень сложно, ведь бег в таком огромном количестве для меня был очень непривычен. А держать фигуру во время бега, когда рядом с тобой тренер, словно какой-то надзиратель, который все время стоит над душой рабочего. Ладно, если бы просто стоял, но он читал все мысли, которые у меня возникали безустанно! — Можешь думать, значит, сможешь бежать!       Постоянно в такие моменты я терял контроль над фигурой, в итоге, «роняя» ее на асфальт.       Потом другой этап.       Хорошо, фигуры я научился держать, но управлять ими! Перемещать! Изменять форму?!       Ками упаси, я так измотался за эти несколько дней. Даже думать просто не было сил… — Сегодня последний день, Кано, — голос сенсея привел меня в чувство.       Обернулся на него, усталым взглядом разглядывая мужчину. Высокий, с каштановыми волосами, зелеными, выразительными глазами.… Заметил, как по шее стекала капелька пота, в итоге, скатившись за футболку…. Черт, не о том думаю! — Верно мыслишь, — усмехнулся Тетсуя, показывая ряд белых зубов, словно какой-то хищник, — В кое-то веки.       Чувствую, как кровь подливает к щекам, нервно, по привычке, зарывшись пальцами в волосы. Блин! Опять хвостик придется пересобрать!       Раздраженно поджал губы, свалив всю вину на сенсея, стягивая тоненькую резинку с волос. — Хм, — старался не обращать внимания на пристальный взгляд мужчины, пальцами чуть расчесав волосы, — Почему бы тебе их не подстричь? Бросил взгляд на шатена, отмечая, что фраза была сказана на полном серьезе. Подстричь волосы? Зачем? Посмотрел задумчивым взглядом на черную резинку на пальцах, чуть растопырив их, растягивая сей предмет. — Я тебе сказал не «побриться», глупый ученик, — словно маленькому ребенку стал объяснять мне мужчина. Еле сдержался, чтобы не фыркнуть. М-да, на пальцах мне последний раз объясняли, когда мне было шесть лет. Ага, что других нельзя бить. А вообще, разница в возрасте с сенсеем у нас около двенадцати лет… — Тебе не помешало бы подкоротить свои патлы, а то как девка, ей-Богу.       Закусил губу, отпуская руку, позволяя волосам растечься водопадом, касаясь плеч. Подкоротить? Даже не знаю…. Я уже как-то привык к такой длине, да и парикмахерские, скорее всего, уже начали закрываться. Уже семь вечера, темнеть начинает.       На мои раздумья сенсей обреченно вздохнул. — Я могу это сделать, — взглянул выразительно на мужчину, внимательно наблюдая за его эмоциями, — И нечего на меня как на сумасшедшего смотреть! Либо «да», либо «нет». — Зачем мне говорить, если вы и так знаете ответ? — попытался подколоть мужчину, довольно усмехаясь. — Действительно, — вторил мне мужчина, тут же портя всю атмосферу, — Время вышло! Побежал обратно! — и запрыгнул на велосипед, несколькими фразами подгоняя меня бежать быстрей.       ***       Внимательно разглядываю себя в зеркале, отмечая, что освещение здесь не очень.       Конечно, лучше место, чем старая душевая, где можно подстричься, сенсей не нашел. Хотя…. Все равно объясняться будет мужчина. — Я не буду объясняться перед кем-либо, если улики не найдут.       Если подумать, то эту фразу можно понять, как: «Ты тут уберешься сам, иначе нам обоим достанется». Иногда я сомневаюсь в том, что этого мужчину можно считать за взрослого. Кажется, будто я разговариваю с ровесником, пока не взгляну в лицо «собеседника».       Потерял момент, когда Танака-сенсей встал позади меня, начиная аккуратно расчесывать чуть мокроватые волосы. Расчёска не причиняла никакого дискомфорта, свободно скользя между локонами. Так, через некоторое время некоторые пряди спадали вперед, частично закрывая обзор на зеркало.       Тут, мужчина отложил сей предмет, ловким движением взяв в руки ножницы, пропуская длинные пальцы через кольца. Взяв в руки одну прядь, Тетсуя почему-то замешкался.       Что-то не так?       Внимательно через маленькие щели между волосами я стал наблюдать за движениями мужчины. Неожиданно, действие, которое он только что сделал, заставило меня не то, чтобы удивиться, а поразиться тем, что оно вообще случилось!       Он поцеловал мои волосы!       Чувствую, как к щекам приливает кровь, а в животе что-то начало переворачиваться. Черт…. Что творит сенсей?! И почему…. Это так.… Смущает?       Захотелось прикрыть лицо руками и потереть глаза, чтобы удостовериться, что я не сплю. Я же не сплю, верно?!       В голове, словно на автомате, стал прокручиваться этот момент… Снова и снова… То, как мужчина наклоняется надо мной, то, как подносит темный локон к губам, как прикрывает глаза, аккуратно касаясь кончиками губ к волосам…. Твою дивизию! — Будь осторожен на фестивале, Кано, — голос человека, который, словно ничего не случилось, говорит, отвлекает меня от раздумий, — Не переступай через черту, хорошо?       Закусил губу, чувствуя в словах нотки волнения. Это приятно… — Хорошо.       ***       Когда я вышел из здания секции, время уже перевалилось за восемь. Нужно идти домой…. Я так устал, а завтра еще и фестиваль!       Так страшно осознавать, что столь знаменательное событие произойдет так скоро! Живот от этого скручивает, а дышать неосознанно становится все желаннее.       Зарылся пальцами в волосы, пропуская их, пытаясь успокоиться. Волосы стали короче…. И теперь видно черные гвоздики в ушах! Но, с какой стороны не посмотреть, мне такая длина волос шла…       Черные волосы, кончики которых стали чуть витиеватыми. Челку сенсей тоже укоротил, и теперь можно было получше разглядеть мои голубые глаза.       Такая открытость немного смущает и теперь волосами нельзя прикрыть покрасневшие щеки!       Положил ледяные ладони на щеки, стараясь отогнать смущение. Как тут… — Неужели ты?       Голос, рассерженный и неверующий отозвался с правого боку, заставляя обратить на себя внимание.       Надо же… — Добрый вечер, Каору.       Он тоже сильно изменился. Волосы, вместо тускло русых стали нежно розовыми, виски были выбриты, а оставшиеся пряди были чуть прилизаны назад. Цепкий взгляд карих глаз словно ощупывал все тело вдоль и поперек, задерживаясь на некоторых точках по несколько секунд. — Какая встреча, — хохотнул парень, ленивыми шагами подходя ко мне. Рефлекторно отступил назад, напряженно смотря за его действиями, — Я то надеялся, что больше тебя не увижу.       Это взаимно, Каору. — Дай пройти, — стараюсь говорить спокойно, чтобы не показать свое волнение.       Я помню тот вечер несколько лет назад, и то, как он, безумным взглядом бил своих же друзей из-за моего участия в соревнованиях. Тогда еще Шинсо был… — Зачем так торопиться? — задал он вместо ответа на вопрос, быстро оказавшись рядом со мной, резко взяв мою кисть, — Неужели не хочешь пообщаться, а, Каппа Мизуки?       Вздрогнул, услышав в его словах это обращение. Отвратительно… — Отпусти… — прошипел сквозь зубы, чувствуя напряженную атмосферу.       Но хватка на руке только усилилась. — Повтори-ка, — наслаждаясь от сложившейся ситуации, довольно потянул Каору.       Что ему нужно? Я ведь ушел из плавания! Неужели хочет отомстить?!       Закусил губу, не зная, что делать в такой ситуации. Он меня так просто не отпустит.… Кости мне сломает и не отпустит. — Он сказал тебе «отпусти», — раздался голос позади Каору, привлекая и его, и мое внимание к нему.       Неужели…       Не веря своим глазам, я стал вглядываться в чуть размытую фигуру перед собой, которую из-за света фонарей сложно было разглядеть.       Прямо как и тогда… — Чего тебе надо? — буркнул Каору, застыв, как вкопанный, ослабив хватку на кисти.       Облегченно вздохнул, ощущая облегчение. Это все-таки он…       Аккуратно вынул руку из хвата, боясь, что парень от любого толчка вернет контроль тела обратно себе. Когда рука была на свободе, я обогнул парня по дуге, встав напротив своего спасителя.       Я не знаю, что мне делать. Вот он, человек, занимавший мои мысли почти все время. Парень, который, даже находясь вдали, отвлекал меня от всего.       Ноги сами словно направились в сторону, словно я ими не управлял. Но власть над собственным телом все еще находилась у меня в руках…       Парень не двигался, внимательно наблюдая за моими движениями.       Когда я оказался к парню вплотную, то просто устало положил свою голову ему на плечо, благо, рост позволял. — Прости, Хитоши.       Вместо ответа он зарылся пальцами в короткие завитки, притягивая меня к себе. — Извини, что так поздно, Мизуки.       Ками, как же мне тебя не хватало…       Радостно улыбнулся, аккуратно обхватывая руками довольно крепкий торс парня, прижимаясь к нему сильней.       Как мне не хватало этого тепла…       Этого чувство защищенности. *** Один: Давай встретимся.