Оникс
21 апреля 2019 г., 11:34
Чуя с непередаваемым удовольствием уплетал самую обычную пересоленную дазаевскую яичницу с беконом и запивал всё это до ужаса сладким чаем:
— Дазай, ты только попробуй, он же такой сладкий и вкусный. — было начал диалог Накахара.
— Чу-тян, ты так себе сахарный диабет заработаешь… — ошарашенно произнёс Осаму.
— И яичница потрясающая… — торопился коротышка, жуя и разговаривая одновременно.
— Я так понимаю, что мне придётся учиться готовить, иначе ты никогда не вспомнишь, что такое нормальная, человеческая еда.
Закончив свою чудаковатую трапезы, тон Накахары стал серьезнее:
— Дазай, будь так любезен, принеси завтра мои чертежи — как-то чересчур официально, будто обращаясь к незнакомцу произнёс рыжий.
— Что ты хочешь сделать? — поинтересовался шатен, даже не задумываясь над планами Чуи.
— Открыть с их помощью портал в иной мир и работать.
***
Прошёл год после благополучного вызволения рыжеволосой, дышащей в пупок прекрасному принцу мадмуазель, сидящей далеко не в башне. Дазай замял ту историю с Чуей, сказав, что пациент Накахара Чуя был переведён поздно вечером в пансионат на другом конце города по инициативе родственников, на всякий случай у Осаму на руках были поддельные документы о переводе. Но после этого шатен недолго продержался в психиатрическом пансионате. Поработав ещё пару месяцев, сразу после рождества Дазай уволился и отправился на переквалификацию. Он хотел лечить детей, значит будет лечить детей. Но у него и в мыслях не было сожалеть о, работе в пансионате. Где бы он ещё нашёл эту рыжую бандитскую морду с отличными актерскими навыками? Уж явно не в детском отделение частной клинике. У Чуи тоже всё прекрасно, сейчас он работает сам на себя в ювелирной мастерской, что устроена прям под владельца. Выставочный зал, конечно не огромен, да и выглядит не уютно, но представленные украшения завораживают приходящих покупателей и пленят с первого взгляда. А вот рабочее место находящееся в этом же здание, действительно просторное, там можно такой разгуляй замутить, мало не покажется никому.***
Сегодня 25 декабря — Рождество. У Осаму выходной, а рабочий день Чуи почти подошел к концу. Раздался звук колокольчика — пришёл посетитель, Чуя выглянул из-за одного из полупрозрачных стеллажей: — О, Дазай это, ты. Привет, я уже заканчиваю. — говорит Накахара. Осаму поспешно закрывает двери, стараясь не впускать холод в тёплое помещение. — Как дела? — спрашивает шатен, рассматривая всевозможные кольца за стеклянной стеной. — Сегодня приходил Кобаяши-сана. Он был крайне удивлён, а охуел короче, когда увидел меня предлагающего ему серьги для жены. Пришлось сказать, что меня выписали ещё семь месяцев назад и он отнёсся к этому факту немного скептически, но спустя пятнадцать минут спрашивал меня, что лучше топаз или изумруд. — надевая пальто делился коротышка.***
— И что же лучше топаз или изумруд? — спрашивал Дазай уже находясь дома и разливая " Вдову Клико» по бокалам. — Оникс… — Что? — переспрашивает Осаму, услышав незнакомое слово. — Оникс. — медленно говорит Чуя, беря за руку Дазая и надевая на палец красивое кольцо прямоугольной формы с чёрным камнем. Выполненное из лучших материалов, оно сверкало на свету и красиво переливалось. Оникс находящийся в массивном кольце, подчёркивал некий престиж, да и в целом просто потрясающе выглядит. — Это мой рождественский подарок… — начал Накахара. — Я тебя люблю… — говорит Осаму целуя голубоглазого в золотую макушку. — Да? И за что же? За мои прекрасные глаза или за актёрское мастерство, а может за великолепный… — За то, что ты есть, малыш-Чу. — Я надеюсь это не намёки на мой рост? — с наигранной угрозой в голосе сказал Накахара. — Конечно нет — отвечает шатен, вовлекая рыжика в нежный французский поцелуй…
