Даже дьявол когда-то ангелом был...

Просыпалась я одна, тело нещадно ломило и болело. Зато я завёрнута в одеялко, как в кокон. Может во сне завернулась? В комнате прохладно, да, я скорей всего, сама завернулась… Приподнявшись на локтях рассмотрела обстановку. Тихо. Это его комната, не думаю, что он ушёл бы отсюда. Меня выгнал, но сам бы не ушёл. Значит уехал. Скорее всего, ночью. Так даже лучше. Смотрю на настольные часы, что стояли на тумбочке рядом. Стрелки показали двенадцать двадцать, то ли два, то ли четыре. Встав с кровати, прикрываю свою наготу покрывалом, которым обычно заправляют кровать. Завязав как длинное платье, вышла из мрачной комнаты. Низ живота нещадно ныл, таблеточку бы скушать…. Проковыляв к своей комнате, на пороге скинула покрывало и прошествовала в душ. Нужно отмыть своё тело от его мерзких прикосновений. Тёплые струи, помогают расслабить мышцы и возможно, немного сознание. Здесь я точно не останусь! Немного, но я доверяла Владлену, а он воспользовался моей детской наивностью и доверием. Почему он так поступил? Он же терпел меня почти целый месяц. Да он невероятно богат, влиятелен, и может сотворить любую хрень и не будет наказан. Он ведь просто… хотел сломать меня? Втереться в доверие, использовать и предать? Нет, спасибо, предательств в моей короткой жизни, которую, я уже давно не ценю, слишком много. Что ж, он получил, что хотел, я свободна. Тру до одури мочалкой места, к которым он прикасался. Смываю. Снова тру и смываю. Я до сих пор чувствую его поцелуи, будто за ночь они въелись под кожу. Когда я почувствовала себя, более — менее, чистой, я вышла, заворачиваясь в теплое махровое полотенце. Зайдя в «Нарнию», достала свой рюкзак. Выбрав немного вещей которые понадобятся мне в пути, запихнула внутрь моего любимого рюкзака. Одев хлопковые джинсы чёрного цвета, чёрную футболку с жёлтой надписью на груди «Ooh la la». Зелёную кофту с крыльями свободы, в которой, я собственно и попала сюда, тоже одела. Собрав волосы в хвост, взяла рюкзак и направилась на кухню. Выхожу на улицу через гараж, в котором стоит пять разных машин. Медленно крадусь на задний двор. Можно было бы и через главные ворота уйти, охраны не так много, но это будет слишком палевно. На заднем дворе оказывается, у Громова сад есть! А я и не знала… Подхожу к большому кирпичному забору. Хоть забор и не новый и выступы немного есть, но их слишком мало. Так перелезть не получится… в гараже я видела толстую верёвку. Перевязав верёвкой лямки тяжеловатого рюкзака, перебрасываю через стену. Несколько раз подёргав, понимаю, что он за что-то зацепился. Что ж, так даже лучше. Как альпинист начинаю взбираться на высокий забор. Наступая на выступы как опору, что б не упасть назад. Надо будет флажок поставить. Как самый большой покорённый забор. Спрыгиваю с громадины и чувствую неприятное покалывание и боль в ногах. Морщусь. Потреся ногами в разные стороны, боли вроде больше не чувствую. Я свободна. Если конечно сейчас меня не хватятся и не найдут. В его комнате я оставила подушки, типа они, это я. Так, что думаю, поймут не сразу. Выхожу к асфальтированной дороге и решительно наступая на землю, на которой растёт зелёная трава, иду не зная куда, но точно подальше отсюда. *** Иду я уже долго, но вижу с одной стороны только хвойный лес или перелесок, с другой поля… но вдруг, в дали вижу машину. Если это Владленка, мне кранты. Опускаюсь на четвереньки, прячась в траве. Может меня не заметят. В груди чувствую странное чувство, будто ест меня кто-то. Хотя почему кто-то, я точно знаю, что это — сомнение и страх. Если это Владлен, то он меня на кол посадит за то, что ушла… Машина останавливается рядом со мной. Чёрт, пожалуйста, пусть это будет не он! Я буду хорошей, буду пытаться помочь всем и вся! Даже в бога верить начну! Буду подкармливать бездомных людей, животных я давно подкармливаю… Пусть это будет не Громов! — Неслышно молила я, зажмурив глаза. — Девушка! Вы что здесь делаете?! Это частная территория! — недовольно сказал незнакомый голос. Облегчённо выдыхаю. Это не он! — А чья она, территория? — Спросила я, садясь на землю. И тут же напела песенку из мультика. — Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса… — Вот вы, девушка, сейчас шутите, а потом вам не до шуток будет… Владлен Евгеньевич, с вами церемониться не будет, — Возмущённо сказал парень, что сидел на месте водителя, а после тихо добавил, скорей уж для себя нежели для меня. — Вы не его принцесса, с которой он всё время таскается. Если у этого Евгеньевича уже есть принцесса, я ему накуя? я ж не икуя. — Прошу прощения, я тут случайно, не очень приятная история если честно,— Прикрыв рот рукой, сделала грустную гримасу. - но я не могу найти фамильное кольцо. Оно слетело с пальца, а без него... — Я уже говорила, что я чудесная актриса? Парень подозрительно оглянулся назад, и вышел из машины. А он не чё такой. Брюнет, в чёрном костюме с карими глазами. Тело у него подкаченное. Аж прям ащ-ащ. Просто пэрсик! Блин, персиков захотелось. Он сел на четвереньки и приветливо мне улыбнулся. О, теперь он хороший, а минуту назад, плохим был. Он начал рыскать в траве, ища выдуманное кольцо. Отвернувшись от него, я достала телефон и включила первый попавшийся рингтон. Делаю вид, что я удивлена смотря на дисплей телефона. Говорю парню, что это важно, и я отойду. Он кивает, продолжая попытки найти, то, чего нет. Отхожу к его машине и осторожно сажусь в салон. Тихо закрываю дверцу автомобиля и ставлю на блокировку, параллельно закрывая открытые окна. Повезло, что этот дурачок оставил ключи в зажигании. Глянув на парня, что не обращает на меня никакого внимания, я завожу авто и только сейчас замечаю три педали… Механика. Чёрт! Так успокоиться! Вдох-выдох. Братик жадина учил ездить на автомате, а братик извращенец учил на механике. Правда скорей рассказывали чем учили… Но проктика же была? Была! Нажимаю на сцепление и на тормоз, плавно отпускаю тормоз и надавливаю на газ. Аллилуйя! Эта крошка сдвинулась с места и я медленно, но верно еду к свободе. Переключаю на третью скорость и разворачиваю машину. Парниша выпрыгнул из кустов и пугливо смотрит на меня. Правильно делает, ведь я сила, я мощь! Ну и немного хитрая… Вжимаю в педаль газа и еду к городу, в котором куплю себе билет и уеду в … куда? А к батику Похоти и поеду. *** Еду я еду, и тут, с заднего сиденья раздается непринуждённый кашель. Неверующе поворачиваю голову назад. На заднем сидении сидит Владлен Громов. Злой и раздражённый. Кто-то в ярости… Когда машину ведет влево, быстро реагирую и возвращаю все внимание к дороге. Сбавляя скорость, осторожно разворачиваю автомобиль, чуть не съехав с дороги, разворачивать так транспорт передвижения не люблю с детства — всегда страшно, и еду назад. В обитель зла. Похоже меня на кол все же посадят. В прямом и переносном смысле… В салоне авто давящая тишина. Он молчит, и от этого ещё хуже… Та-а-ак, успокоилась тряпка! И не такое переживали! Как говорил Лелейный: « …В трудном положение, оберни ситуацию в свою пользу…» — Я думала, ты обрадуешься, если я встречу тебя. — Пролепетала с обидой. — Правда? А мне показалось, ты в город ехала…— стальной голос, злое лицо и в глазах читается, что он хочет со мной сделать… — Конечно нет! Как ты мог такое подумать?— Решительно сказала я и сжалась от того взгляда, что увидела в зеркале заднего вида. — Да ты что? — насмешка в его голосе действует отрезвляюще. Я не боюсь его! Хочет убить? Я за свою жизнь не особо держусь. — Да.— говорю спокойно, как будто это не меня потом закапывать на заднем дворе будут. — Хватит врать. — Рыкнул он. Упустив то, что я водить не умею и вообще мы сейчас разберёмся…— Останови машину! А я уже к приключениям готовилась, верни мою решимость... слышь? — Я не знаю, как остановить … Я вообще не умею ездить. — Вижу его удивленный взгляд. Нагло вру. Даже голубь знает, что нужно просто нажать на тормоз. - Я импровизирую. И как взрослая девочка не жму на все кнопки подряд. — Саша отдай руль! — Он не прекращал рычать так ещё и на переднее сидение полез, голубь недоношенный! А в глазах столько злобы, что утонуть можно. Отпускаю баранку, и машина почти в кювет улетела, но Владленка схватил бараночку, и вырулил на прямую. Опускаю кресло в положение лёжа, ложусь и откатываюсь назад. Голубоглазый пересел за водительское. А сам он машину остановить не хочет? Вон даже скорость прибавил. Въезжая на территорию дома, мне становиться не по себе. Нервно сглатываю, когда мы заезжаем в гараж с ещё пятью крутыми авто. Вытащив ключи из зажигания, он раздражённо выдохнул. Ах, не дожить мне до рассвета… — Ко мне в комнату. — Стальной голос, и на меня даже не смотрит. — И только попробуй выкинуть ещё какую-нибудь хуйню.- запускает пятерню в длинноватые каштановые волосы, собранные в небрежный хвостик. Думаю нужно попрощаться с шестью грехами, которые знают, что я жива, кстати. Завещание тоже надо написать… Медленно иду по длинным коридорам. Хм… У Владлена всё длинное, если бы я не знала, подумала бы что у него комплексы. Поморщившись, достаю свой телефон. И пишу прощальные записки моим шести друзьям. Начиная с Гриши — похоти. Подойдя к лестнице, пишу последней Аделине — сестрице завести. Медленно поднимаюсь по ступенькам. Просыпается паника и боязнь за свою шкуру. Стоп! Что? Страх за собственную шкуру? Я не та мерзкая тварь, что будет трястись за себя любимую, и думать: «Почему я?! Почему не кто-то другой, а я?!» Если вся эта фигня происходит, то это только моя вина, и самобичеванием я не занималась и заниматься не собираюсь! Люди смешны, называя судьбой последствия своих действий. Большинство людей: эгоистичны, алчны, завистливы, горды. И это отвратительно. Да все мы эгоистичны, нет того человека, что хотя бы иногда сначала не подумает о себе, а потом о других. Но даже животное ведёт себя человечнее, чем человек. И притворяться, тоже уже надоело. Я не дружелюбная, я не добрая, Я ПУСТАЯ зануда. Эмоций нет.Я давно потеряла смысл жизни, потеряла желания и мечты. Не живу, а просто существую, и по привычке хожу куда-то… Качаю головой из стороны в сторону, прогоняя наваждение. Глупые мысли глупой девочки. Так сказала моя мама... а значит так и есть... Грустно улыбаюсь, смотрю вверх, вдох-выдох. Вернув равнодушие и слетевшую маску на место. Поднимаюсь по оставшимся ступенькам. Захожу в его комнату. Подхожу к уже заправленной кровати, и падаю лицом в пуховую подушку. Ну здравствуй, депрессия… Снова улыбаюсь. И гусеницей заворачиваюсь в покрывало и катаюсь из стороны в сторону. Кровать у него большая, места много. Интересно, а он куда ушёл? Через дрёму слышу тяжёлые шаги. Поворачиваюсь на спину, и падаю на пол, больно ударившись сидячем местом и спинкой… — Ат-та-та-та-та- тихо шиплю пытаясь встать, но не могу, так как я заточенная в кокон. Интересно, а когда меня выпутают, потому что я уверена, что сама я не распутаюсь, я стану красивой? Как гусеница — бабочкой? Или так и останусь гусеницей… Слышу громкий хлопок двери. Кто-то всё ещё не остыл. Тихо выдыхаю. Всё таки, мне хана. Похоже не увидев меня на кровати или где либо в спальне, подумал, что меня здесь нет, и … мне даже страшно немного стало, от того , что я только что услышала. — Я здесь! — произнесла, чтоб меня точно нашли, начала кататься по полу. Слышу медленные шаги в мою сторону, а после вижу перед собой ноги в чёрных носках. Перевернувшись на спину вижу его недовольное лицо. — Меня взяли в плен, но я не сдавалась до последнего. — прерывая нагнетающую тишину, нервно хихикнула, когда шатен сел на корточки напротив меня. Грубо подняв меня с пола, Владлен скинул меня на кровать, поставив свои мускулистые руки по обе стороны от меня. Ну вот я опять жертва… — Как ты посмела сбежать?! -рычал он мне прямо в губы. Чёрт, слишком близко! — Да не убегала я! — захныкала я, отстраняясь назад, медленно ложась на кровать. — У меня в запасах чупа-чупсы кончились, вот я в город и потопала, потому что там, магазины есть в которых чупа-чупсы и продаются! А тебе не сказала, — перевела дыхание и снова продолжила. — Потому что знала, что ты не купишь.  — Если ты так хочешь сосать, тот я тебе вполне могу помочь. Тебе надо лишь хорошо попросить. — Хмыкнул он, одной рукой расстегивая пряжку на ремне. — Нет, нет, нет. Нет! Сосут шлюхи, минет делают от большой любви, да они различаются, даже я это знаю… — фыркаю я и продолжаю. — А чупа-чупс КУШАЮТ. — Прокричала я ему в лицо. И закрываю глаза, чтобы не видеть, что там у него ниже пояса. — Смотри на меня! — держа меня за подбородок двумя пальцами, прорычал мужчина. — Кто давал тебе разрешения покидать территорию дома? Возмущение с раздражением разливаются по всему телу. Разрешение? — Разрешение?! — Подобно животному взревела я. Сжимаю челюсть, яростно глядя на него. Разрешение блять? Кем он себя, чёрт возьми, возомнил? Ебаным богом Олимпа? — Да кто ты такой, чтобы давать мне, МНЕ, разрешение и ставить запреты? — рычу я, на что он, собака страшная, лишь гаденько усмехается. Ну всё, сука, сам напросился! Напрягая мышцы пресса, которого у меня, кстати нет, резко подаюсь вперед ударяя головой его по переносице. Живой не дамся! Когда он хватается чуть выше носа, перекатываюсь на спине, сбрасываю одеяло, которое этот пингвин озабоченный мне развезал. И бегу к двери, захлопывая её прямо у него перед носом. Надеюсь ему и от двери попадёт. Бегу по коридорам, но меня резко хватают и перекидывают через плечо. — Я ведь по хорошему хотел, блять, но ты по-видимому мазохистка. Всё что тебе нужно, попросить прощения, — шипит он. Открывая двери моей комнаты. Ещё чего! Мне не за что извиняться! Подходит к кровати и сбрасывает меня. Выглядит он более раздраконенным, чем раньше. А ещё кровь из носа хлещет... немножко, чу-чуть совсем... водопадом. — А по моему, это ты Владленушка — Садист. — выплевываю я, замахиваясь ногой, чтобы нанести ещё один удар, но этот, звероморда, перехватывает её сильно сжимая и потягивает меня к себе, так, что он оказался у меня между ног. — Миллионы девушек, мечтают провести со мной хотя бы одну ночь, а ты получаешь это просто так. Довольствуйся этим. - Не прекращаю сопротивляться, но Громову это видимо надоело, поэтому он, всё же сняв кожаный ремень, завязал мне руки. — Да я счастью своему поверить не могу! По мне разве не видно? — И без особой нежности, когда мне удалось отползти от него и встать, он толкнул к столу нагибая. Вот же уёбок! Пренебрежительно смерив меня взглядом. — Я даю тебе последний шанс, сделать всё по обоюдному согласию. -Придавливал меня своей грёбаной рукой и не давал разогнутся. Сука. Блять, за это тебя моя гордость не простит! Что бы тебя метеором уебало! - Проси прощения. — Да что б тебя титан поимел! — Продолжая держать меня одной, другой сдёргивает с меня джоггеры, оставляя лишь в сиреневых трусиках с белой кошечкой и бантиком спереди. — Говорила, хорошей девочкой будешь. Врать не хорошо, — качая головой, наиграно ласково сказал его голос. — Но ты обманываешь снова и снова ай-я-яй. А плохих девочек надо наказывать. Вмиг перестаю извиваться и вырываться, а точнее делать попытки, поворачиваю голову, прижавшись щекой к столу, и с решительным гневом и возвышенностью смотрю на него. Я презираю таких людей как ты. В его глазах отражается лишь злая усмешка и ещё больше надменности. плотно прижавшись к моей промежности грубо толкается. Сука, да он трахает меня в одежде! Пнуть бы этого грёбанного педофила, только вот, эта тварь фиксирует мои ноги и " обезоруживает"... Видемо решив растянуть своё садисткое наслаждение, не переставая тереться о мою промежность своей затвердевшей плотью, вызывая предательскую отдачу, к счастью ещё закрытой брюками и боксёрами, рвёт мою футболку. Да он блядски силён! Он провал ткань футболки так же легко, как я рву бумажные салфетки! И с ним-то я задумала бороться!? Откинув назад мою бывшую футболочку, прижимается вплотную и шепчет в ухо. — Ты же не думала, что сможешь просто уйти от меня, - Несмотря на ситуацию, его шёпот будоражит... Ты! Грёбаный змей-искуситель! вот ты кто! Скользнув рукой в чашечку от лифчика, сжимает грудь, схватив сосок указательным и среднем пальцами, параллельно расстёгивая лифчик. Чуть отдалившись, он явно довольный собой оглядывает меня и... резко отстраняется... — Что это? — отчуждённо спрашивает мужчина. О чем он? Проводит пальцами по двум шрамам на лопатках. Ясно. Этим шрамам уже год и два месяца наверно. — Кто это сделал? — Молчу. — КТО? — Кто сделал, тебя волновать не должно. — Выплёвываю хрипом. В горле пересохло. Слёзы на глазах. Чувствую себя униженной... Он резко отстраняется с меня и… уходит. Просто уходит. Так даже лучше. Когда он меня толкнул я о стол ударилась правым бедром... и локтём... теперь синяки будут... А этот Владлен... псих какой-то... *** Просыпаюсь от неуютного ощущения... приподняв сонную голову, оглядываю комнату, которою я, испугавшись шизанутого, закрыла. Только сейчас понимаю, что этот самый шизанутик сидит рядом. Да ладно это... он трогает меня! (Тронула, тронула! она меня тронула!) Убери от меня свои пакли, сейчас же! Дёргаюсь пытаясь сбросить его руку. Однако, лучше бы я этого не делала, а слиняла по тихому. Он видимо думал и задумался, а я, такая плохая, отвлекла его. — Не дёргайся. — хриплый баритон и нежные касания. — Расскажи, Откуда они. — Снова проводит по шрамам на лопатках. Но я молчу. — Скажи хоть что-нибудь. — Тихо просит мужчина. Я тоже просила. Вроде просила. Но ты же не остановился! — Малыш, Я обещаю, что больше никогда не сделаю больно. — Голос ласковый и… искренний что ли? — Честно говоря, я сожалею о том, что сделал вчера — Осторожно проводит по спине. — Вчера я был в ярости. Дурочка, мы не в твоем родном городе, а в двух тысячах келамметров от него, в компании были некоторые непорядки, я был на взводе, так ещё и ты... Эти шрамы оставленные какой-то гнидой. — обводит две полоски, что остались от ножа.- Как только думаю, что я могу стать точно такой же... — гладит по волосам. - Но ты сама виновата.- Строго добавляет голубоглазый. А я уже подумала, что ты хороший.- Я не хочу делать тебе больно. — То есть, такого больше не повторится? - Что это за глупая надежда? поворачиваю голову и смотрю на прекрасного мужчину, которого эта ночь похоже поимела. Под глазами появились мешки от недосыпа. Волосы растрёпаны. На него смотреть как-то жалко. — Нет. — Качает головой он. — … если расскажешь что случилось… — Улыбается он, смотря на меня как-то странно. Резко отворачиваю голову. Да ну нах. Вот сейчас, правда страшно…