Фиолетовые цветы

      Тони внимательно посмотрел на Питера. В нём, если честно, не было ничего необычного — он улыбался, когда разбирал очередную деталь, отвечающую за костюм, его глаза блестели этим детским щенячьим восторгом, курносый нос постоянно немного подёргивался от запаха машинного масла и металла, и он выглядел счастливым. Максимально.       Вот только Тони, иногда к своему огромному сожалению, мог подмечать детали. Питер постоянно старался спрятать запястья рукавами толстовки. И это с учётом того, как здесь было жарко.       Скорее всего, это были синяки, которые он получил на задании. Да, так и было. Не могло быть по-другому. Где его Питер ещё мог получить синяки? Мэй его любит, до физического насилия в его школе никогда бы не дошло; а если бы и дошло, Питер точно смог бы дать отпор.       — Мистер Старк? — он даже не вздрогнул, когда грязная рука Питера нарисовала на его щеке то ли кружочек, то ли сердечко. — Вы куда-то ушли.       — Я здесь, карапуз. В любом случае, ты отлично справляешься и без меня.       Следующей стала Ванда. Она внимательна к таким вещам, потому что сама иногда вынуждена прятать кое-что от других людей — никакая девушка не хочет, чтобы её шрамы, особенно если они были уродливыми, выделялись на лице. Это было, когда они готовили блинчики: размешивая тесто венчиком, Питер поднял руки так, что рукава рубашки задрались, и она увидела след, очень похожий на человеческие пальцы. Не такой сильный, уже сходящий, но достаточно болезненный.       — Выдался тяжёлый патруль? — спросила она с улыбкой на лице. Насколько Алая ведьма знала, он не был тем, кто вступал в слишком длительный контакт с противником, да и застать врасплох Человека-паука, который летал на паутине среди зданий, сложно.       Но Питер только приподнял брови и уставился на неё в недоумении.       — В смысле?       Ванда нахмурилась, но кивнула на руку Питера. На секунду она подумала, что увидела в его глазах стыд; возможно, это было потому, что он стеснялся самого факта, что кто-то мог причинить ему урон.       — А, это. Не волнуйся, скоро пройдёт, — он помахал той самой рукой. — Ускоренная регенерация и всякое такое.       — Тебе не нужно стесняться обращаться за помощью, ты ведь знаешь?       Питер фыркнул:       — Это всего лишь синяк.       Это было похоже на очень странный синяк, но Ванда промолчала. В конце концов, подростковую гордость слишком легко задеть, она знала по себе.       Следующей стала Наташа. Она любила тренировать Паучка — передавать знания кому-то, кто слушал тебя настолько внимательно, было одной из лучших вещей, которую она в силах сделать, — и он был великолепным умным ребёнком, который всегда всё схватывал на лету. Казалось, скажи она слово, он вытащит из неё фразу, чтобы понять целый абзац.       Но он был иногда слишком очевидным. До ужаса, если честно. Будь они в настоящей драке, она бы сразу пыталась бить в живот, потому что его блоки? Они слишком защитные в этой области, и при любом движении он слишком сжимает плечи и сгибается, будто боясь, что её нога прилетит именно туда.       — Чёрт, ребёнок, если у тебя есть какая-то супер-травма, с которой не справляется твоя регенерация, просто скажи об этом, — ну, Наташа не отличалась особым терпением, и наверняка бы Питер не понял того способа, которым она обычно сообщала Клинту, что ему надо позаботиться о себе.       — Это просто... небольшие порезы, они скоро заживут, честно, — он смущённо почесал затылок, отводя взгляд, и боги, он так откровенно не умел врать, что Нат хотелось просто вздохнуть от умиления, сжимающее её сердце.       — Только не говори мне, что тебя порезали ножом на твоём патруле, — Питер ничего не ответил, и Наташа ухмыльнулась. — Чёрт, Старк наверняка рвал и метал, когда узнал об этом. Как он тебя вообще на тренировку пустил?       — Мне не во всём нужно разрешение мистера Старка, — Питер недовольно поджал губу, становясь совсем похожим на надутого ребёнка, и Наташа сдалась. У неё самой часто были синяки после очередных заданий, хотя она всегда пыталась убить до того, как это станет опасным для её лица.       В конце концов, даже если Паучок что-то нарушил, она всё ещё будет на его стороне, потому что она Чёрная вдова. Они должны поддерживать друг друга.       Потом был Хэппи. Не то чтобы Хэппи было действительно большое дело до Питера. Он просто, чёрт возьми, чуть ли не стал личным водителем пацана, когда тот оставался в здании Мстителей, и сам Паркер считал Хэппи просто великолепным чуваком (мужчина не знал, где логика этого паренька сломалась, правда).       Вот только в последнее время Питер был... не таким Питером. В его глазах всё ещё было много жизни, но он не подскакивал на месте, будто маленький ребёнок с СДВГ, увидевший первый раз нано-технологии. Теперь он сидел спокойно на заднем сидении, не доставал Хэппи лишними вопросами и, как любой нормальный подросток, утыкался в телефон всю дорогу, даже не меняя положение ног или рук.       Он был спокойным, собранным, легко улыбался. Казалось, даже в зеркале заднего вида можно было заметить, насколько увереннее стал в себе Питер. Возможно, он вырос.       Но Хэппи знал, в чём было дело. Он уже видел такое поведение. Яблоко от яблони.       Тони за эту информацию должен дать ему премию.       — Передай привет своей девушке! — на прощанье сказал он, и глаза Питера стали похожими на блюдца. В конце концов, он вздохнул и спокойно кивнул.       А может, он и правда вырос.       Потом был Стив. Он просто заметил, как Питер потирал постоянно запястья, и что его шея была словно покусана. Какой вор вообще кусает супергероев? И разве костюмы Старка могли допустить что-то подобное?       Стив с недоверием посмотрел на свой собственный костюм. Возможно, ему нужна была защита получше.       В любом случае, это было не то, с чем он мог бы действительно разобраться, поэтому, как добропорядочный друг семьи, он пошёл к Пеппер, чтобы рассказать об этом.       И Пеппер стала первой, кто действительно забил тревогу.       Это произошло не сразу, не после слов Стива. Она знала, что Роджерс иногда перегибал палку, потому что считал, что Пит ещё совсем ребёнок, которому не стоило находиться рядом с ними, совершенно забывая, что он рос. Затревожилась она после, когда, невзначай потрепав по затылку мальчика, нашла следы тонального крема у себя на рубашке.       Слишком сильного и слишком тёмного, чтобы он был её или кого-то из девушек. Она заметила всего через пятнадцать минут, когда решила сделать себе и Тони кофе, как в старые добрые времена. Пятно было не слишком большим, только самый краешек рубашки.       Она задела им шею Питера, когда трепала его по затылку.       Пеппер не заметила, чтобы он морщился, когда она прикасалась к его голове, так что это должна была быть шея. И она совершенно не заметила на вид это, значит, он делал это не первый раз. Или ему помог кто-то.       Прежде, чем запаниковать внутри ещё сильнее (потому что, возможно, ребёнок, за которого она отвечала, в опасности, и это не было угрозой вторжения инопланетян), она понаблюдала за мальчиком. Это было не так сложно. Питер привык, что обычно на него не сильно обращали внимания, потому что Мстители были заняты взрослыми разговорами.       Кроме того, как он внимательно вслушивался в каждое слово, несмотря на незаинтересованный вид, она заметила, как он не касался спиной спинки кресла, в котором сидел. В другие моменты он прятал запястья. В третьи он прятал шею и отшатывался от прикосновений как ужаленный.       Чёрт, да. Она должна бить тревогу.       — Тони, — его глаза сразу сузились, когда он заметил тот самый серьёзный и беспокоящийся тон, — ты замечал что-нибудь странное с Питером?       Они сидели в общей гостиной на диване, за барной стойкой Наташа со Стивом что-то обсуждали; это была хорошая, семейная атмосфера. Но только по тому, как Тони откинулся на спинку и как его глаза посмотрели вперёд, будто ничего не выражая, она поняла. Да, он заметил.       Если заметил даже Тони, посчитав это странным, это всё было очень плохо.       — Думаю, мне надо проверить все его патрулирования за эти полгода, — тихо сказал он, смотря, как пенка на кофе начинала растворяться.       — Эй, присоединяйтесь к нам. Ванда с Питером испекли великолепные блинчики опять и куда-то слиняли, так что всё досталось нам, — Наташа ухмыльнулась, зазывно подталкивая несколько тарелок к другой стороне стойки.       — Я буду занят ближайший час. Наслаждайтесь, — просто сказал Тони, поднявшись и уходя в свою мастерскую. Получив буквально через полчаса сообщение от жены «Наташа и Стив тоже заметили, кстати», он решил, что лучше ускориться.       Пятница просмотрела все камеры, которые были в доступе и засекли Человека-паука. Они искали именно те дни, когда у Питера точно были травмы, и, да. Ничего не было. На самом деле, Питер скорее выглядел более уверенным и спокойным; его техника боя стала гораздо лучше, и он атаковал с достаточно безопасного расстояния.       И он звонил в полицию, когда это было вооружённое ограбление. Хорошо.       Даже слишком разумно.       Тони абсолютно не понимал, что происходило, но что-то определённо было.       Это не были травмы с патруля, но он уверен, что это не могла быть Мэй. Мэй не такая. Она недавно открыла собственный фонд помощи, она обожала Питера как родного сына. Был ещё шанс, что его били в школе, но это тоже было бредом. За такое количество раз они бы попались на камеру и были как минимум отстранены от занятий на месяц; никто не захочет быть отстранённым в этой школе на месяц. Чёрт, да там учились одни ботаники. Навряд ли бы они смогли вообще прикоснуться к Питеру.       Возможно, это ухажёр Мэй? Или... он не хотел думать, но тема с каким-то психическим и, возможно, сексуальным насилием постоянно всплывала у него в голове. Возможно ли, что Питер вступил в какие-то нездоровые отношения и теперь боялся? Или...       В конце концов, окончательно накрутив себя чуть ли не до панической атаки, потому что его ребёнка регулярно кто-то бил, душил и, возможно, привязывал и резал, он понял, что сначала надо было просто поговорить. Пусть они не кровная семья, но они должны доверять друг другу. Это же так работает? Доверие.       Именно так они пришли к тому, что Тони просто запер Питера в своей мастерской, пока они работали над улучшением костюма, во время которого Старк убедился ещё раз, что никаких ножевых карапуз точно не получал.       — Ты отсюда не выйдешь, пока не расскажешь мне, как взрослый человек, что с тобой происходит, чтобы мы все не волновались, думая, дали твои генетические мутации сбой или у тебя есть крупные проблемы.       Голос мистера Старка отражался от стен мастерской, и Питер недоверчиво обернулся, пытаясь высмотреть что-то, что бы говорило «Шутка, шкет, просто шутка». Но нет: лицо серьёзное, взгляд строгий, будто родительский, даже руки на груди скрестил. Подросток не мог поверить своим глазам.       — Со мной всё в порядке, — заявил он, незаметно передвигаясь к выходу.       — Попытайся ещё раз.       — Слушайте, мистер Старк, со мной правда всё нормально. Ничего со мной не происходит криминального. В патруле разное бывает: и ножевые, и пули... не пытаюсь я же их пинцетом дома достать, верно?       На секунду Тони сбился с толку, думая, что раньше, наверное, такое действительно было, и Питер поймал этот момент. Тут же подбежал к двери, приложив отпечаток ладони и чертыхаясь под нос, услышав от Пятницы «Выход запрещён».       — Я прекрасно знаю, что сегодня ты не был в патруле с утра. А синяк на твоей шее свежий. Очень свежий.       — Я удалил все жучки, — Питер прищурился, обернувшись.       — Мои глаза везде, — Тони хмыкнул.       Паркер просто не мог в это поверить. Это было похоже на предательство. Неужели они совсем не доверяли его слову? Он же уже много раз доказывал, что он достаточно сильный, чтобы позаботиться о себе. Парень подошёл к столу, где были разбросаны детали, от которых его оторвала жажда.       — Вы правда хотите запереть меня здесь, пока я вам всё не расскажу? — Питер приподнял бровь, неверяще уставившись на кивнувшего Тони Старка. — Чёрт возьми, мне уже больше пятнадцати.       — Ненамного.       — Я достиг возраста согласия, могу водить машину, и вы не можете снова угрожать отнятием костюма. Мы уже это проходили.       Тони Старк лишь пожал плечами, и Питер понуро опустил голову вниз, вздыхая. По крайней мере, здесь был диван. Если Тони хотел быть упрямым, то, что же, подросток тоже был таковым. Это семейное.       — Тогда хоть пиццу закажите. Мы успеем проголодаться, — Питер про себя подумал, что можно было заказать полноценный ужин, завтрак, обязательно ещё кофе. Кажется, здесь был туалет?.. Если не был, он надеялся, что мистер Старк не опустится до такого. — Боже, я просто буду повторять, что это вас не касается, и тогда, я надеюсь, до вас дойдёт, — пробормотал он себе под нос, пододвигая увеличительное стекло поближе к веб-шутерам. Боковым зрением он заметил, как Тони дёрнулся на своём месте, но не сказал и слова.       И, что же, молчащий Тони Старк? Это было сильно.       Атмосфера давящая и тяжёлая, и Пит слышал каждый вдох и выдох, которые были его. Он слышал, как дышал Тони, слышал, как капала вода из крана, слышал, как ехал лифт на пять этажей выше, слышал, как...       Он остановился, чтобы случайно не поджечь свою руку, и вдохнул. Что он видел? Питер видел свои пальцы, Питер видел кнопку веб-шутера, Питер видел свой паяльник, Питер видел стол, Питер видел стену. Отлично. Да, он не только слышит, он и видит. Что он ощущал? Питер ощущал, как давил воротник рубашки, Питер ощущал, как затёк большой палец на левой ноге, Питер ощущал гладкость паяльника в руках, Питер ощущал давящий ремень на тазовых косточках, Питер ощущал скатившуюся каплю пота сзади шеи. Отлично, он может чувствовать.       Что он мог услышать носом? Питер слышал запах машинного масла, пота и... металл, точно, металл. Что ещё? Должны быть ещё вещи.       Больше не было вещей.       Блять.       Он ведь практически справился.       — Карапуз, что происходит?       Он мог справиться с сенсорной перегрузкой. Он мог взять самостоятельно себя в руки. Ему просто чертовски не нравилось, когда кто-то вмешивался в его личную жизнь, настолько личную, что там больше никто не должен быть. Наверняка никто не вламывается в туалет к Старку, заявляя, что он должен идти спасать мир.       ...Хотя, возможно, Баки мог бы. Питер не был бы удивлён. Или Вижен. Эти люди не очень понимали, что такое личное пространство.       Смешной образ в голове снял остатки нервозности, но Питер резко ощутил усталость, навалившуюся на разум. Он достал наушники, чтобы включить айпад, послушать какую-нибудь попсовую жизнерадостную мелодию, отвлекаясь от всех этих звуков. Когда нет основного источника шума, когда он не мог сосредоточиться на чём-то, все эти паучьи чувства определённо доставляли проблемы.       Но:       — Ты серьёзно хочешь закрыться от меня наушниками? Питер, просто скажи мне, что с тобой происходит, чтобы я смог помочь тебе.       И тогда Питер не выдержал.       Бросил наушники на пол и стукнул по столу изо всей силы, что тот прогнулся, и гневно повернулся лицом к Тони, чуть ли не скалясь.       — Ничего страшного со мной не происходит! Эти синяки на мне с моего согласия, чёрт возьми! Да, мы с ЭмДжей иногда немного увлекаемся, но мне нравится, ясно? Да она ещё б́о́льшая мамаша, чем вы. Постоянно перепроверит по сто раз, переспросит раза четыре, помню ли я стоп-слово, будто я какой-то идиот. Я знаю, что такое безопасный секс. И вас это не касается, будьте уверены.       Питер поймал себя на том, что слишком активно размахивал руками, и попытался успокоиться. Вдохнул поглубже и наконец посмотрел на мистера Старка.       Ой.       — Что? — спросил он с таким лицом, будто вообще не понимал, о чём сейчас говорил Питер.       — Что? — переспросил он, чувствуя, как кровь смертельно быстро приливала к его лицу, шее и даже плечам, выдавая неземной стыд. — Блять.       Он даже не услышал предупреждение, что надо было следить за языком. Понимая, что, кажется, выдал что-то совершенно ненормальное по мнению Тони Старка, ему захотелось спрятаться под стол и никогда оттуда не вылезать.       — Я думал... вы знаете...       — Откуда? — сипло спросил Тони.       — Хэппи знал, что я встречаюсь с ЭмДжей... я думал, он сказал вам... И вы так уверенно говорили, что у вас везде глаза... — голос Питера совсем затих, превращаясь в какое-то писклявое подобие.       — Окей! — спустя минуту воскликнул Тони, садясь на диван и сжимая переносицу, зажмурив глаза. — Не мне читать тебе лекции о... безопасном сексе, потому что, очевидно, время слишком упущено. Я понимаю, подростки и всё такое, хочется экспериментов. Я просто буду надеяться, что вы знаете, что делаете.       Питер кивнул, медленно пробираясь к выходу, надеясь, что теперь-то можно было уйти, сбежав от этого максимально неловкого разговора. Чёрт, наверняка теперь картинка Питера с ЭмДжей в голове у Тони в разных вариациях. Питер просто надеялся, что мистер Старк сможет это... игнорировать, да, это подходящее слово.       — Но как ты вообще к подобному пришёл?       — Мистер Старк!