Зов Сердца

Ньют не знал, как так могло случиться. Не знал, с каких пор его стало так тянуть в тот одинокий, непримечательный дом в Лондоне, как магнитом. Ньют побывал там лишь однажды… но после этого часто возвращался. Быть может, знание того, что там его всегда ждут, в любой момент готовы принять — приятно грело душу Ньюта, ещё не оправившегося от тяжёлого расставания с Тиной. Ему, как никогда, сейчас была необходима поддержка... А, оказалось, Геллерт Гриндевальд был единственным, кто мог ему её обеспечить. Кто бы мог подумать, что тёмный маг, вселяющий страх во многих волшебников, согласится взять юношу себе под крыло. Даже не верилось… А Ньют хорошо помнил тот день, словно это произошло вчера. Когда его, сидящего на своём чемодане под проливным дождём, насквозь промокшего, несчастного — встретил Гриндевальд. Ньют ожидал чего угодно… но не того, что его отведут в тёплый дом, обогреют и помогут прийти в себя. Даже от Тесея Ньют не получал столько тепла и поддержки, сколько он получил в ту ночь от Геллерта. И доверился… Гриндевальд никогда не винил его ни в чём, не принуждал его ни к чему, и никогда не прогонял — он лишь давал магозоологу то, в чём тот сильно нуждался. И в этом он был невероятно щедр… что тоже казалось чудом. С каждым разом Ньют чувствовал, что привязывается к нему всё сильнее, и что уже не может жить без этих недолгих часов, которые они с Геллертом проводили наедине. Ньют не испытывал вины за свои действия; он лишь хотел немного ласки, участия… Он наслаждался каждой минутой своего пребывания в доме тёмного волшебника, сидя с ним на одном диване и прижимаясь щекой к его мерно вздымающейся груди; он почти забыл о Тине, нежась в объятиях Гриндевальда. Конечно, в глубине души Ньют смутно осознавал, что Геллерт просто-напросто играет с ним, притворяясь чутким, нежным и понимающим, а на самом деле Саламандер не значил для него ровным счётом ничего. Все его слова были красивой ложью, а ласка — лишь коварной манипуляцией… Ведь Гриндевальд даже Абернэти должным образом не ценил, и в конечном итоге того несчастного постигла смертельная участь. Но даже несмотря на это… Ньют не мог заставить себя забыть тёмного мага, не мог прекратить их странные отношения, не мог вырваться из этой клетки, в которую по собственной воле же и угодил; и при этом что-то подсказывало ему, что именно Геллерт — его настоящая судьба, а не Тина. Возможно, это был зов сердца… а Ньют взял, и послушался его. Да и не мог он не послушать. Лишь рядом с Гриндевальдом ему было так хорошо, так тепло и спокойно. Ньют просто хотел быть ближе к Геллерту. Чтобы тот снова прижал его к своей груди…