Глава первая, неназванная
31 марта 2019 г., 19:34
Был самый обычный день из жизни Алфеи и ее обитателей. Весна была в самом разгаре, на улице было свежо, и лёгкий ветерок нежно щекотал молодую кожу. Ничего не предвещало беды, вечер обещал пройти на отлично — намечалось внеплановое мероприятие по случаю юбилея школы. Были приглашены мальчики из Красного Фонтана и даже некоторые начинающие ведьмы из Облачной Башни — как дань старой, до поры крепкой дружбы между учебными заведениями.
Флора очень спешила. Солнце клонилось к горизонту, а ей нужно было еще многое успеть до начала бала. Речь шла не только о внешнем облике, об этом пусть беспокоится Стелла, ей надо было успеть приготовить раствор для редкого болотного растения — анисомы выемчатолистной. Именно из-за этого фея находилась за пределами школы в столь поздний час.
Листья деревьев едва слышно шелестели. Для Флоры это был голос, голос который сопровождал ее всюду. Оставалось идти около пятнадцати минут, но юная фея ускорила шаг, чтобы успеть посадить растение с болота.
Вдруг она почувствовала всплеск магической энергии совсем недалеко от себя. Кожа покрылась мурашками, словно температура в один миг понизилась градусов на десять, хотя солнце продолжало обогревать землю своими последними лучами. Энергия явно не принадлежала феям, вблизи Алфеи, Флора бы даже не обратила внимание на магию других фей. В голову сразу пришла мысль, кто это может быть. Из-за деревьев показались силуэты троих. Флора хотела затаиться и переждать — она никогда не любила нарываться на конфликты. В данном случае это могло бы снова перерасти в конфликт между крупнейшими школами Магикса. Она сделала неуверенный шаг назад, но ощутила, как уперлась в какого-то человека позади себя.
Она повернула голову, но ответом ей была звонкая пощечина от рослой, с копной бордовых волос, торчащих в разные стороны, ведьмы. Сильная рука тут же схватила ее за запястье.
— Только посмотрите, кто тут у нас. Маленькая заблудившаяся феечка.
Ее голос был низким и мерзким, словно густая болотная жижа, с которой недавно пришлось бороться фее природы.
— Отпусти меня, ведьма. Что тебе надо? — это был скорее риторический вопрос. Ведьмам никогда ничего конкретного не нужно было от фей.
— Дай-ка подумать, может мне нужен твой горшочек? — с этими словами она выбила из рук Флоры начавшую вянуть анисому.
— Ой, какая жалость, сегодня останемся без букета! — пропищала другая ведьма, ей на вид можно было дать лет тринадцать, но темная матовая помада и откровенный вырез, который впрочем ничего не показывал из-за отсутствия хотя бы маленьких бугорков на месте груди, говорили о том, что это вполне половозрелая ведьмочка, которая отправилась охотиться на мальчиков.
Наша фея попыталась превратиться, но та, которая пару минут назад подошла к ней со спины, застегнула на ее руке некий браслет, больше похожий на половину наручников. Флора почувствовала, что ее силы оказались заперты, скованы этим самым ненавистным кольцом металла. И как такая вещь попала в руки к этим недоучкам?
— Нет, милашка, не так быстро, думаешь, ты одна хочешь повеселиться на балу с мальчиками? — черноволосая ученица облачной башни подошла вплотную к оцепеневшей фее. — Мы тоже хотим развлечься, только несколько иначе, — с этими словами она нежно провела по щеке Флоры, по той самой, которая подверглась удару тяжелой руки.
— Только мне кажется, что нам кое-что мешает, — задумчиво проговорила рыжая бестия, которая до этого молчала, — для наших игр она слишком хорошо одета…
Рыжая взмахнула в воздухе рукой, словно орудуя кнутом, и платье на внешней стороне бедра феи природы оказалось порвано, а вместе с ним до крови рассечена нога.
Флора изо всех сил старалась не закричать — так унижаться перед четырьмя ведьмами она не намерена. Две ведьмы прислонили ее к стволу дерева. Тут же последовал второй удар, который пришелся на плечо и спину, глаза наполнились слезами:
— Мерзкие извращенки! Вам это доставляет удовольствие?
Но ведьмам было весьма весело.
— Мне кажется, у тебя прекрасная грудь, дорогая фея, не стесняйся, мы хотим полюбоваться! — противная копия набоковской Лолиты подошла и грубо рванула платье у воротника, после чего принялась с упоением мять молодую нежную грудь.
— Убери свои поганые руки! — голос Флоры срывался на визг. — Тварь, иди найди себе другую игрушку!
— Ой, нашей гостье что-то не нравится, — рыжеволосая для наглядности еще раз ударила фею своим воображаемым кнутом. Однако боль от этого не становилась воображаемой. Удар пришелся на оголенную грудь и Флора упала бы на колени, если бы не жилистые руки двух ведьм, державших ее.
Что было после этого, Флора слабо помнит. Картинка перед глазами расплывалась. Она помнит, как рыжая подошла к ней и начала слизывать кровь с раненой кожи, как девка с бордовыми волосами заставляла ее стоять на ногах, пока другие исследовали ее тело в самых потаенных уголках, куда даже не проникали руки Гелии…
Гелия, ее горячо любимый Гелия, где же ты сейчас?
А потом мелькнула яркая вспышка фиолетового света и Флора провалилась в забытье…
Веки были свинцовыми, как впрочем и все тело. Стоило неимоверных усилий приоткрыть глаза. Но то, что она видела, никак не давало ответы на вопросы: кончился ли тот кошмар или это лишь перерыв? Потом глаза привыкли и распознали приглушенный бордовый свет, который лился отовсюду. Были приятно просто лежать и ни о чем не думать. Но потом вернулась боль, не такая острая, но довольно ощутимая — саднили раны от магического кнута, места ушибов, пострадавшая щека.
Хотелось провалиться назад, в царство снов, тем более, что было очень комфортно. Дальше Флора начала различать прохладные прикосновения к своим ранам. Любопытство взяло верх над усталостью, и она с трудом повернула голову и со стоном открыла глаза.
Лучше бы она этого не делала. Увиденное заставило ее думать, что это продолжение кошмара, только во сне. Или наяву? Кто сейчас что разберет. Глаза смотревшего на нее мужчины выглядели не менее ошеломленными. Когда они виделись в последний раз, у Флоры было одно желание — убить этого красноволосого демона, каким-то образом выбравшегося из преисподней.
Но сейчас первым в ней пробудился страх — от Огрона по отношению к ней ничего хорошего ждать не приходится. Бежать, бежать, бежать, куда глаза глядят! Она попыталась резко отползти подальше, но боль в конечностях сделала эту попытку похожей на шевеление дождевого червя.
Наконец, до мага дошло, что девушка очнулась:
— Тише, не так быстро, дорогуша, ты еще совсем слаба.
Он сидел в руках с кусочком материи, пропитанной чем-то травянисто-пахнущим.
При этих словах он придержал ее за плечо и с усмешкой посмотрел в ее охваченные паникой глаза:
— Ну и куда ты собралась? Здесь ты в безопасности, отлежись, дай ранам зажить, а потом возьмешь чистую одежду и сможешь уйти.
Тут до феи из Алфеи дошло, что на ней совершенно ничего нет. Мало того, что она вынуждена лежать слабой и беспомощной перед темным магом, так теперь выяснилось, что еще и голой.
Заметив ее смущение по покрасневшим в один момент щекам, Огрон накрыл ее легким покрывалом бордового цвета, которое лежало у нее в ногах.
Флора все еще смотрела на него глазами загнанного зверя. В ее уме не укладывалось то, что происходило. Как она оказалась в этой мрачноватой, но уютной комнате на бордовой постели? Что это за место? И почему рядом с ней сидит ее злейший враг и помогает залечить ей раны? Эти вопросы посыпались из нее один за другим:
— Где я? Что со мной? Как я тут оказалась? Что происходит? Где те ведьмы? — быстро выпалила она, тяжело дыша.
— Я случайно оказался рядом во время твоей встречи с ведьмами, — на счет случайности он самую малость лукавил, — собственно, благодаря мне ты и относительно цела. Правда, твоей одежде повезло меньше, — он мотнул головой на кучку тряпья в углу комнаты, в которой Флора с трудом узнала свое платье и нижнее белье. Это заставило ее вновь покраснеть.
— Так где я? И сколько времени прошло с того праздничного вечера? — поборов смущение, снова спросила фея.
— Ты у меня дома, я принес тебя сюда чуть больше суток назад. Надо сказать, вовремя успел — те девочки как раз начали входить во вкус, — его губы вновь тронула знакомая ухмылка.
Флора вспомнила грубые шаловливые ручки ведьм на внутренней стороне бедер. Сейчас ей было ужасно стыдно и больно. Стыд зарождался глубоко внутри нее и заполнял все тело едким ядовитым тягучим веществом. Слезы медленно потекли по ее щекам.
Огрон не был готов к такой реакции, он совсем не знал, как успокаивать девушек, тем более, что девушка считает тебя своим врагом. Но, подумав, он все-таки придвинулся поближе и неуверенно наклонился к ней, рука скользнула по ее спине и легонько притянула к мужскому торсу.
Флора в этот момент не думала кто перед ней, она была морально и физически раздавлена. И обнимающий ее маг Черного круга казался тем, кто сможет защитить. Она сжалась в комочек, уткнулась носом в его плечо и заревела. Она давно так не плакала.
Не отпуская ее, Огрон прилег рядом и еще крепче прижал фею к себе. Он не мог найти подходящих слов, поэтому они просто лежали, пока Флора не засопела.
Огрон, убедившись, что она спит, отстранился.
Сейчас он сильно жалел о том, что подоспел так поздно, позволил этим жалким ведьмам надругаться над его феей. Чувство ярости наполнило его до краев. Хотелось рвать и метать. Но, посмотрев на обнаженную, нуждающуюся в помощи ученицу Алфеи, он одернул себя и, поправив сползшее покрывало, вышел из спальни.
Он пошел прочь отсюда, на вершину одной из башен замка, к свежему воздуху. Голове нужно отрезвиться. Он не знал, что делать дальше. Принести фею сюда было глупой, но необходимой прихотью. Ее наверняка будут искать, а лишние проблемы ему с братьями ни к чему. Нет, он не собирался насильно удерживать ее в этом старом замке, в котором большая часть комнат использовалась только тараканами, но и отпускать ее сейчас было бы глупо. Она очень слаба, раны от кнута черной магии заживают долго и мучительно. Они никогда не затянутся до конца. Эти ведьмы оставили шрамы Флоре на долгую память.
К тому же и братья не в восторге от феи в их доме. Он, конечно, сможет с ними поговорить, и Флору не выставят за дверь в таком состоянии, но и на помощь от них рассчитывать не приходится. Гантлос так вообще рассвирепел прошлым вечером.
И самое главное: самого мага тянуло убить Фею природы. Этого требовала сущность Черного круга, которая давно не получала жертв. Он вчера отдал Черный круг Думану в надежде, что его влияние ослабнет, отчасти, так и вышло. Но, когда его придется вернуть, следует держаться от Флоры подальше.
Маг вглядывался в темную чащу, надеясь найти ответы в глубине леса. Ветер, на высоте казавшийся ледяным в ночное время суток, обжигал лицо, но одновременно помогал думать. Постояв на ветру еще несколько минут, Огрон отправился в импровизированный бар в другой комнате выпить.
На следующее утро Флора проснулась от чувства голода. Она все также лежала на багровой постели, а тело ныло. Она осмотрела себя: жуткие порезы украшали ее левое плечо, ключицу, грудь, она чувствовала ранения на спине, видела уродливую запекшуюся кровь на бедре. Кроме того, все тело было в синяках, особенно голени и руки. К щеке невыносимо было прикасаться — от удара кожа покраснела, разбухла.
Потом она огляделась: ничего не изменилось со вчерашнего вечера, который она старалась не вспоминать, считая его продолжением кошмара. У кровати стоял столик, на котором находилась настойка для обработки ран. Слабые лучи всходившего солнца еле пробивались через зашторенные темно-зеленой тканью окна.
И тут она увидела его. Того, перед которым было больше всего стыдно — мага Черного круга с красными волосами. Он лежал на диванчике около погасшего камина с полуоткрытым ртом и мирно посапывал. Диванчик был явно мал для него, отчего ноги и одна рука болтались в воздухе. В таком положении он казался безобидным, но Флора решила не рисковать — она осторожно опустила ноги на дубовый пол, что сразу дало о себе знать болью в мышцах, и, закутавшись в покрывало, попыталась пройти к двери.
Она пыталась превратиться, но и силы оставили ее, и что-то в этом здании сдерживало магию фей. Так или иначе, она решила бежать. Половицы слегка скрипели, но она ступала медленно и осторожно, боясь пробудить своего спасителя. Когда она протянула руку к двери, сзади, совсем рядом, раздался знакомый низкий голос:
— Не советую этого делать, — его рука легла на ее предплечье и повернула девушку к обладателю, — в замке действует защитная магия против фей, ты ничего не сможешь сделать, к тому же, будешь объяснять Анагану, что ты делаешь, шатаясь по замку.
— Но мне надо уйти, меня ищут, отпусти меня, - Флора попыталась слабо вырваться, но эти жалкие попытки лишь приподняли уголки губ Огрона.
— Ты ведешь себя как несмышленый ребенок, Флора. В таком состоянии, без сил и одежды ты максимум дойдешь до лестницы, — с этими словами он отпустил ее и мотнул головой в сторону кровати. — Вернись, завтра или послезавтра я позволю тебе уйти, а пока подумай, что ты скажешь своим подругам, чуть позже мы с ними свяжемся, — он старался говорить ободряюще, но его внутренний зверь рвался наружу, хотелось наброситься на девушку, удовлетвориться ее нежным телом и убить, как он убивал фей много раз до этого.
Флора задумчиво посмотрела на мага. Сейчас он совсем не выглядел зловеще — с заспанными глазами, в помятой футболке и запутавшимися алыми прядями волос он не был похож на профессионала в своем деле — охоте на фей.
Делать было нечего, кроме как подчиниться, Флора поплелась назад. И, словно доказывая слова Огрона про ее возможности ходить, на полпути она споткнулась и точно бы полетела на пол, если бы не руки мага, подхватившие ее сразу после начала падения. У нее голова пошла кругом, и до кровати довел ее уже Огрон.
— Ложись, — приказал он и чуть погодя добавил, — пожалуйста.
— Что ты хочешь сделать? — в ее глазах снова промелькнула паника, так как Огрон начал разматывать покрывало, служившее ей защитой от всех внешних опасностей.
— Хочу обработать раны, а после принесу тебе завтрак, — спокойным поучительным тоном объяснил маг, забирая у нее остатки ткани, за которые она так отчаянно цеплялась.
— Я и сама могу это сделать, — упрямо сказала Флора, стараясь прикрыть свою наготу.
— Не лишай меня удовольствия, — он нагло и довольно усмехнулся, а потом слегка надавил руками ей на плечи, принуждая лечь на подушки. — Думай сейчас, что я твой лечащий врач, а не похотливый самец.
Флоре оставалось лишь с испугом наблюдать за действиями «не похотливого самца».
Ватный диск скользил по ее ранам, заставляя порезы слегка пощипывать, но в целом ощущения были приятные. Пару раз они встретились глазами, но Огрон тут же отводил взгляд, хотя видно было, что процедура правда доставляла ему удовольствие. Он немного задержался, протирая порезы на груди, пару раз «случайно» задев эрогенную зону.
Потом он взял баночку с чем-то более густым, и воздух наполнился чарующим ароматом. Этот запах был Флоре знаком, но так сходу она не могла вспомнить, что это. Этим веществом Огрон с большой осторожностью обработал синяки и след от пощёчины. Обрабатывая последний, он низко наклонился к фее, и она ощутила на себе его горячее дыхание. От мага пахло выпитым ночью виски, крепким кофе и, на удивление, травами.
— Ну вот и все, а ты боялась, глупышка, — Огрон поднялся на ноги и оглядел тело феи издалека, при этом Флора вновь залилась краской, а губы мага тронула напряженная улыбка.
— Я надеюсь, теперь мне можно укрыться? - ученица Алфеи торопливо замоталась в покрывало.
— Теперь — да, и вот, одежда, которую смог найти, — он протянул ей заботливо свернутые бежевую хлопковую футболку и серые спортивные штаны. — Я скоро вернусь с едой, а ты, пожалуйста, не делай глупостей, — с этими словами он вышел, оставив Флору наедине со своими мыслями.
Как она могла дойти до такого? Что скажет на это Гелия, ведь даже ему она не позволяла так прикасаться к себе? И что ей делать сейчас? Огрон ясно дал понять, что ей отсюда быстро и незаметно не уйти. И какой ему прок держать ее у себя? Шантажировать фей? Это глупо… Да и не похоже это на похищение и пытки. Может, это маги Черного круга натравили на нее тех ведьм? Откуда еще у них могли появиться такие сильные предметы?
Слишком много вопросов возникало сразу, Огрону она не могла верить — раз они уже послушали подлых магов и потеряли близкого друга.
Двое суток назад все было прекрасно, а теперь фея не знала что ей делать. Маг сказал, что они свяжутся с Винкс, а пока ей нужно придумать, как предупредить их так, чтобы этого не заметил маг. Она сильно сомневалась, что ее просто так отпустят.
По коридору шел человек с подносом на руках, его красные волосы выглядели зловеще в тусклом свете магических факелов. Шаги гулко отдавались в длинных коридорах большого замка. На подносе стояла кружка, от которой шел густой пар, запах травяного чая и круассанов разносился далеко вперед благодаря легкому сквозняку.
Огрон тоже находился в замешательстве. Как объяснить этой упрямой фее, что он не желает ей зла, или, по крайней мере, его часть не желает? Он красноречиво доказал обратное совсем недавно, погубив мага Андроса. Как сделать так, чтобы она поверила ему и перестала жаться в угол кровати и трястись по ночам от ужаса. Он видел это на протяжении двух ночей, проведенных Флорой здесь. Можно было бы подумать, что она напугана четырьмя воспитанницами мисс Гриффин, но он знал, что это не так. Окружающая энергетика старинного замка, где все пропитано Черным кругом, на подсознательном уровне вызывает у нее страх. Огрон не понимал сам себя с тех самых пор, как вернулся из своего недолгого заточения, а тут еще нужно, чтобы его, своего опаснейшего врага, поняла фея природы.
За своими размышлениями он не заметил, как подошел к двери спальни. Придерживая поднос одной рукой, другой с силой толкнул дверь, которая со скрипом, но все же поддалась.
— А вот и завтрак, — сказал он, подходя к столику у кровати.
— Спасибо, — поблагодарила фея, глядя исподлобья, и, немного засомневавшись, обратилась. — Огрон, зачем тебе все это? — ей было непривычно называть мага по имени, как будто они были друзьями или хорошими знакомыми.
Огрон присел рядом с ней близко, но на таком расстоянии, которое бы не нарушало ее личное пространство.
— Неужели мне нельзя помочь человеку, попавшему в беду? — очень серьезно спросил он.
— По-моему, ты не из тех, кто бескорыстно будет помогать первому встречному. Ты ведь преследуешь иные цели? — хоть разговор был и не из легких, голод брал свое, и девушка начала есть бутерброд с сыром, сделанный наспех.
— Если ты думаешь, что я хочу чего-то добиться, держа тебя здесь, кормя и пытаясь вылечить, то только твоего выздоровления. В противном случае, у тебя бы были переломаны несколько косточек, поверь, у меня была такая возможность, — было видно, что Огрон начинал злиться, он был вспыльчив и зол на нее за такие вопросы.
У Флоры побежали мурашки по коже. Она уже пожалела, что затеяла этот разговор, пожалуй, не стоило вести себя так прямолинейно, но фея не могла и не хотела иначе. Кружка с чаем в руках у девушки начала подрагивать, и Огрон понял, что переборщил:
— Я не хочу тебе зла, Флора. Пожалуйста, перестань меня бояться.
— Очень сложно перестать, я тебе не верю. Откуда мне знать, не ваши ли подружки те ведьмы?
— Тогда зачем же я прервал их развлечения? Зачем не дал им еще поглумиться над тобой? — его голос резко повысился, а лицо при этих
словах перекосило от гнева. — Да если хочешь, мы найдем их, и Анаган немного поиграет с ними. Молодые ведьмочки как раз в его вкусе! — маг вспомнил, как казалось, беспричинную злость на тех ведьм, пристающих к фее природы. Кто она ему такая, чтобы за нее заступаться? Разве сам он не проделывал такие операции с феечками ежемесячно? Подумаешь, следил за Флорой с самого возвращения из ледяной тюрьмы, но это чисто интерес охотника к вкусной дичи. Ничего более, но почему-то ему захотелось еще и приволочь ее домой, оставить и помочь. Хотелось где-то в глубине души, хотя при их раннем знакомстве он испытывал только страсть, съедающую его изнутри.
Что-то подсказывало Флоре, что в этот раз Огрону стоит поверить. Но воспоминания о ведьмах сделали свое дело — стыд вновь наполнил ее, и кружка с чаем начала ходить из стороны в сторону, грозясь выскользнуть и разлететься на осколки. Огрон придержал ее, взяв руки Флоры в свои, на удивление теплые и твердые. Конечно же просто, чтобы сберечь имущество.
Флора впервые за долгое время встретилась с ним глазами и тихо, так, что скорее можно было догадаться или прочитать по губам, прошептала:
— Извини.
В этот момент что-то переломилось в Огроне. Именно этим нравилась ему Флора — скромная, слабая, честная фея. Это не было лишь страстью, это было желанием защитить, стать полезным, обезопасить юную фею. Ее глаза, полные боли, смотрели на него открыто, храня в себе росток доверия. Разве можно было сейчас растоптать эту зародившуюся надежду? Не сдерживаясь, забыв о том, что все тело феи было изранено, он крепко прижал ее к себе, прикоснувшись губами к нерасчесанным волосам.
В первое мгновение ученица школы Магикса попыталась вырваться, вспомнив о злодеяниях Огрона и доставив себе боль, а потом обмякла в руках мага. Она чувствовала, что в это время поддержка была нужна не только ей. Сознание Огрона приводило доводы «за» и «против», стараясь принять правильное решение. Но правильного решения не существовало, был лишь выбор сердца.
Хотелось ни о чем не думать и забыть о том, что в этом замке живут ее противники, а ей совсем скоро предстояло объяснение с подругами и, скорее всего, с Гелией, чувства к которому она предавала.
Они просидели в такой далеко не дружеской позе минуты две, пока маг не вспомнил, чьи раны так старательно обрабатывал утром.
— Прости, тебе, наверное, было больно, — он убрал руки от феи и отстранился, опуская глаза. — Похоже, завтрак не задался…
— Ничего страшного, — рассеянно ответила Флора, — бутерброды были вполне сносными, думаю, что и круассан окажется съедобным, — она одобрительно улыбнулась и отломила половинку хрустящей булочки.
— Ты думала, что скажешь своим подружкам?
— Позову их на помощь и скажу, что нахожусь в плену у магов Черного круга.
— А если серьезно? На всякий случай сообщаю, что это место они вряд ли найдут меньше, чем через полгода, — он посмотрел на нее с жутковатой ухмылкой.
— А если серьезно, то надо придумать объяснение побоям и тому, где я сейчас нахожусь… я не знаю, - девушка в раздумьях продолжила жевать круассан.
— Скажи, что у тебя возникли проблемы на своей планете, и это требовало немедленного отъезда, ну, а про раны можно и не врать — ведьмы есть везде, пусть не переживают и ты скоро вернешься. Это будет оптимальный вариант, — уверенно сказал маг, убирая с лица алые пряди. — А с теми ведьмами мы сами разберемся, — заявил он, и его глаза резко потемнели.
— Я плохая актриса, — с горечью сказала Флора.
— Я заметил. При желании все получится, — он настойчиво смотрел на нее, пока она отряхивала крошки с футболки.
— Когда мы сможем связаться с ними?
— Да хоть сейчас, только отнесу посуду назад на кухню — сказал он и, прихватив поднос с собой, вышел. Маги старались большинство вещей в доме делать своими руками, по крайней мере трое, за исключением Анагана, которого одолевала лень по любому поводу.
В отсутствие Огрона Флора поняла, что вроде не так уж все и плохо. Маг правда собирался ее отпустить, как ей казалось. И, если даже чернокруговцы задумали какую-то подлость, у фей будет возможность встретиться и все обсудить.
Чтобы сильно не пугать девочек своим неважным видом, Флора сходила в ванную и привела себя в порядок. Была бы у нее магия, кровоподтек на лице можно было бы ликвидировать за минуту для хорошей картинки. И если во время общения не заниматься прыжками на скакалке, то ломоту в теле тоже удастся скрыть.
Она не переставала думать о Гелии, который тоже наверняка места себе не находил от волнения, но связываться с ним в присутствии Огрона, как подсказывало ученице Алфеи шестое чувство, было плохой идеей.
Вскоре вернулся ее спаситель и вместе они вызвали голограмму прямиком из Алфеи. На время разговора маг вышел за дверь, но Флора ощущала, что он стоит за дверью и все слышит. Беседа на удивление прошла без проблем, хотя Флора пару раз сбилась в своем «слаженном» повествовании. Избежать вопроса про синяки конечно же не удалось, но она ограничилась кратким ответом и обещанием того, что при встрече все расскажет в подробностях, и они вместе наваляют тем ведьмам. Сославшись на то, что она еще очень слаба, фея попросила передать Гелии, чтобы он не волновался, и на этом связь прервалась. Девушка была даже разочарована такой безответственностью и доверчивостью своих однокурсниц. Но общение с девочками придало ей немного больше сил и уверенности — голограмма с лучшими подругами все же лучше, чем целый день, проведенный с темным магом, пытавшимся тебя убить.
Скрипнула дверь, и вошел Огрон, сказав:
— Вот видишь, врать не так уж и сложно, — он присел рядом с ней, но при этом его спина оставалась прямой, как натянутая струна. Не только девушка чувствовала себя некомфортно, но у мага, несомненно, скрыть это получалось куда лучше. — Ты не сильно утомилась?
— Нет, — соврала она, и, хотя одно слово получилось намного лучше, чем полилог, Огрон уловил ложь.
— Ладно, уже можешь не врать, — как будто расслабленным голосом сказал он. — Ну раз ты все-таки не хочешь отдохнуть, может тебя интересуют еще какие-то вопросы, касаемо меня, конечно, в пределах разумного? — это была еще одна попытка завоевать доверие Флоры и разговорить ее.
— Как вы оказались тут? При нашей последней не очень приятной встрече вы оставались в измерении Омега… И Думан, он же погиб, не сумев совладать с собственными силами?
— Ну скажем так, нам помогли, более сказать не могу, так как это уже не мой секрет, — Огрон лишь беспомощно развел руками, — и насчет Думана… маг Андроса не убил его, а лишь также заточил в магическую тюрьму, из которой он при нашей небольшой помощи выбрался.
Флора не была удовлетворена ответом, но решила сменить тему:
— А ты не боишься, что отпустив меня, вы раскроете себя?
— Я думал на счет этого, Гантлос вообще выступал за то, чтобы стереть твою память, но остальные воздержались от таких кардинальных мер. Скоро о нас все равно узнают, так как Черный круг не может долго находиться без питания…
— То есть скоро начнут исчезать феи?
— Да.
— И ты хочешь, чтобы я молчала?
— Ну мы подстрахуемся, ты не будешь знать, где мы сейчас находимся.
Флора поежилась: Черный круг так и оставался врагом всех фей, так что же она делает сейчас здесь, в их убежище, сидя на одной кровати с главарем этой банды?
Какой-то шальной огонек мелькнул в глазах Огрона, он улыбнулся, но как-то неуверенно, словно прочитав ее мысли, что неудивительно, ведь в таком состоянии Флора не контролировала себя и, наверняка, все было написано на ее лице, и начал объяснять:
— Черный круг, как ты знаешь, древний и сильный артефакт, он не только частично отдает нам силы, забранные у фей, но и является нашим проклятием, как бы бравадно это не звучало.
На этих словах фея забралась под покрывало и устроилась поудобнее на подушке — ее клонило в сон, слишком много информации свалилось на нее за последние часы. Она поняла, что хуже уже не будет, а без своих сил она даже не может защититься и от одного мага, не говоря о четырех. Так что причин бодрствовать дальше в ущерб себе она не видела. Огрон тем временем продолжил свой рассказ:
— Черному кругу периодически нужно питаться, иначе он черпает ресурсы с наших организмом. Пищей же ему служат феи, которых мы ему так любезно поставляем. В особых случаях, для увеличения его мощи, требуется какая-то конкретная фея, как это вышло с Рокси. Больше всего он мучает своего обладателя, и в моменты голода лучше феям не приближаться к магам Черного круга…
Сейчас голос Огрона казался таким приятным, он обволакивал фею и уносил в страну снов. И несмотря на то, что этот рассказ мог сослужить ей какую-то пользу в будущем, вскоре Флора провалилась в сон.
Заметив, что аудитория в количестве одного зрителя отправилась в опочивальню, темный маг поднялся, поправил покрывало, повинуясь сиюминутному порыву заботливости, и отправился в общую гостиную, где должен был находиться Анаган.
— Ну что, как там твоя феечка? — заметив его, поинтересовался развалившийся на бежевом диване маг быстрых передвижений. Он был увлечен тем, что переписывался сразу с тремя миловидными ведьмочками, на которых у него были планы на сегодняшнюю ночь. Скорее всего, не со всеми сразу, но там как повезет. — Плачет по своему симпатичному мальчику?
— Завалилась спать, но вообще нормально держится, — проигнорировав ехидство в голосе брата, ответил Огрон, шумно садясь на другой край дивана.
— Нет, я не понимаю, как ты решился на это, фигурка у нее конечно ничего, но неужели надо было настолько все усложнять?
— Я ее притащил сюда не из-за фигурки, — Огрон оскалился, потом, немного успокоившись, добавил:
— Не ты ли говорил ей, что не будь мы врагами, она бы была твоей любимицей?
— Ну во-первых, игру в охотников и уток еще никто не отменял, а во вторых, ее замечательная попочка нравилась мне больше всего из их компашки, — у Анагана в данный момент намечался секс вечером, и поэтому он просто не мог не перевести разговор в пошлое русло.
Главарь чернокруговцев щелкнул пальцами и у Анагана замерз язык. Он судорожно замахал руками, стремясь сокрушить все вокруг. Вдоволь насмотревшись на это зрелище, Огрон вернул ему способность говорить, чем тот незамедлительно воспользовался:
— Ты с ума сошел что ли? Я же пошутил, — на одном дыхании проговорил он. — Сразу бы сказал, что тебе не нравятся шутки про твою бабу.
— А ты думать умеешь? Я считал, на это твоих рыбьих мозгов хватит, — зло процедил Огрон, — ну вообще, я к тебе сейчас по другому вопросу, — его тон несколько смягчился. — Ты там, кажется, разбираешься во всех молодых ведьмочках? Сможешь отыскать четырех?
Флора проснулась уже ближе к вечеру, солнце уже клонилось к горизонту. Она была в комнате одна и порядком замерзла. На столе лежало спелое яблоко, стояли тарелка с котлетой и стакан с соком. Она незамедлительно принялась за трапезу, а потом за исследование комнаты. В дальнем углу притаился большой старинный сундук, отделанный серебром. Замок на нем, к счастью, был самый обычный, металлический, который бы не мешало лишний раз смазать маслом. В поисках ключа она заглянула в шкафчики комода, стоявшего рядом, но нашла там только какие-то безделушки, не все из которых даже обладали магической силой. Расположившись на четвереньках на полу и вызвав приток боли к коленям, она все же обнаружила ключ прямо под этим самым сундуком.
Пришлось довольно сильно надавить при повороте на ключ, чтобы замок поддался. В этом доме все было рассчитано на мужские руки. Из сундука вырвалась наружу ожидавшая своего часа пыль, но увиденное стоило этого. В сундуке располагались несколько написанных маслом натюрмортов, вовсе не плохих, имевших свой стиль. Они могли бы вписаться в интерьер этой комнаты, но отчего-то живописец спрятал их. На дне, среди многочисленных кисточек, коробочек с красками, карандашных набросков на выдранных листах, находились маленькие куколки. Флоре они сразу не понравились, она не знала чем. Вроде бы и ничего страшного в них не было, но они не выражали никаких эмоций, при этом создавалось впечатление, что они за тобой следят. Это несколько нагоняло жути на молодую фею.
Поспешно захлопнув сундук, Флора поняла, что больше в комнате ничего интересного нет, только шкаф с вещами Огрона. Но копание в мужских шмотках доставляет весьма сомнительное удовольствие.
Немного поразмыслив, фея решила выйти в коридор. Убить ее не убьют, а остальное она как-нибудь переживет. Любопытство брало вверх над осторожностью, которая во второй половине дня значительно притупилась.
Скрипучая дверь снова поддалась ей с трудом, и в один миг она оказалась в просторном коридоре, хозяином которого был сквозняк. Справа за поворотом угадывалась лестница, ведущая и наверх, и вниз, а налево коридор продолжался до тупика. Флора, поежившись от холода, неуверенно ступая, пошла налево по коридору. Пол был слегка сыроватый, так как коридоры в замке не прогревались. По левую сторону располагались спальные комнаты, четыре, вместе с комнатой, откуда она вышла. По количеству пыли на порогах Флора поняла, что коридор дальше спальни Огрона был нежилым.
По правую руку находились два небольших помещения непонятного происхождения, что-то типа чуланов или кладовых, и, как оказалось, огромная ванная комната, что было понятно по потрескавшейся от времени табличке.
Флора собралась вернуться назад, в комнату не продуваемую ветром, господствующим на этих широких пространствах.
— По-моему, тут слишком прохладно для девушки в тонкой футболке, — неожиданная фраза заставила ее подскочить на месте. Сердце ушло в пятки, так как, хотя она вроде и не делала ничего противозаконного, магам вряд ли понравится их гостья, свободно гуляющая по замку.
Она резко обернулась. На ее счастье, это был Огрон.
— Ну уж что дали, в том и хожу.
— Вот на этот случай я и принес тебе свитер, — сказал он протягивая ей темно-зеленую кофту крупной вязки. — Пойдем, вернемся назад, нужно как раз разжечь камин, — крепко взяв за плечо, он направил ее идти впереди себя по направлению к месту ее временного заточения.
— Я могу завтра уйти? — напрямик спросила фея, боясь, что ее собеседник передумал.
— Да, — немного погодя, ответил маг, — как раз один-два раза сможем обработать порезы, чтобы они не беспокоили тебя настолько сильно.
При упоминании этой процедуры щеки феи вновь залил яркий румянец, который раз при общении с Огроном, и это, конечно, не укрылось от прозорливых глаз мага.
— Можно один очень нескромный вопрос? — нагло ухмыляясь, спросил он, чем вогнал фею в еще большую краску.
— Ну давай, — неуверенно ответила фея, думая, что пожалеет об этом.
Они зашли в спальню, и маг закрыл за ними дверь, оставив их в изолированном пространстве, что еще больше напрягало фею. Но Огрон, казалось, этого не заметил или, что скорее, сделал вид, что не заметил. Он остановился напротив нее и, смотря ей в глаза сверху вниз и продолжая ухмыляться, спросил:
— Вы с твоим парнем занимались сексом? — из его уст такая формулировка вопроса прозвучала еще вполне прилично.
— А какое это сейчас имеет значение? — Флора опустила глаза, не в силах смотреть на улыбающееся лицо Огрона. Она чувствовала, что из нее вскоре можно будет приготовить отличный кетчуп.
— Ну просто честно ответь на вопрос, — попросил он, и фея почувствовала, что его улыбка стала шире. — Я предупреждал, что вопрос очень нескромный, — продолжал настаивать он, беря Флору за запястье.
— Нет, — тихо ответила она, глядя в пол, на что маг уж подозрительно довольно хмыкнул. Но она была благодарна ему за то, что хоть не заржал, иначе бы она была вынуждена провалиться сквозь пол.
— То есть ты еще девственница? — продолжал выяснять он, несмотря на то, что тут было все ясно.
— Да, — так же односложно отвечала фея.
На этот раз он не удержался от смешка.
— Ну и что тут смешного? — впервые за долгое время Флора приподняла глаза.
Ответом ей были демонические искорки, блеснувшие на радужке Огрона.
— Твой паренек-специалист многое теряет, — при этих словах он оглядел Флору с головы до ног.
— Ну все, давай закроем тему — жалостливо попросила она, — пожалуйста.
— Хорошо, раз ты так просишь, — настроение у мага значительно поднялось, из-за чего Флора была обеспокоена.
Мало ли, что творится в голове у противника волшебного измерения. Вдруг и ему не чужды простые плотские радости, и он не захочет ждать разрешения, чтобы удовлетворить свои пошлые желания?
Огрон направился растапливать камин, и вскоре полешки уютно затрещали, обогревая комнату. Флора в это время натянула мешковатый свитер и села на диванчик, который этой ночью облюбовал маг Черного круга, в надежде быстрее согреться.
Огрон отлучился ненадолго, а вернулся с двумя чашками горячего какао и черничным пирогом. Перетащив столик к камину, он оставил там еду, взял плед, сел рядом с девушкой и укрыл обоим ноги. В этот момент они вполне бы сошли за пару хороших друзей, если бы не больше, образу мешали только испуганный взгляд Флоры и напряженная спина Огрона. Солнце в это время садилось за горизонт, равно как и прошлая жизнь феи природы.
После непродолжительного молчания, маг вновь начал диалог. На этот раз они поднимали самые невинные темы: особенности магических растений, обучение в школе для фей и его сложности, слушая про которые Огрон не переставал смеяться. Это был первый момент, когда он просто смеялся, без лишних эмоций, обычно сопутствующих его хохоту: без презрения, насмешки. В этот раз все выходило естественно, что даже Флора была удивлена произошедшим переменам. Темный маг рассказал ей больше о внутреннем устройстве этого замка, его планировке.
Первый раз за день время пролетело незаметно. За окном была непроглядная ночь, темное небо казалось плотным и упругим. Какао было давно выпито, и даже весь пирог был съеден.
Неожиданно из коридора стали доноситься громкие женские повизгивания, шлепки и шумный гогот одного из магов. Флора узнала в нем Анагана, и по спине снова побежали мурашки.
— Темные маги частенько развлекаются с ведьмочками из Облачной башни, — ответил Огрон на немой вопрос в ее глазах. — Особенно любит это дело Анаган, он сегодня весь день организовывал себе ночные приключения, — на это маг улыбнулся Флоре, вполне уверенно и открыто.
— Вы с ними крутите романы? — бровь феи удивленно поползла вверх.
— Нет, с ними нельзя заводить отношения, скорее так, эскорт услуги, это тебе не феечки из Алфеи, — ухмыльнулся он, чем снова вогнал Флору в краску.
Где-то под ними вспыхнула и быстро погасла темная энергия.
— Думан и Гантлос вернулись с работы, — проговорил Огрон, и Флора поняла, что про данную работу расспрашивать не стоит.
— Я тут тебе кое-что нашел, — маг протянул девушке две небольших коробки, сиреневую и желтую, до этого мирно стоявшие около кровати.
— Что это? — Флора с недоумением глядела на неожиданный подарок.
— Открывай, — подтолкнул он. — Я подумал, что ты не можешь возвращаться в школу в таком виде.
Флора оглядела себя и только сейчас задалась вопросом, что скажут подруги и учителя, увидев ее в просторном мужском свитере и серых спортивных штанах. Можно бы было попытаться прокрасться в свою комнату незамеченной, но чуткая Стелла уловит этот стиль на расстоянии. При воспоминании о подруге губы Флора тронула улыбка, и она решительно открыла коробку. В первой оказались черные брюки, не строгие, украшенные вышивкой в виде виноградной лозы в области карманов, и светло зеленая водолазка, очень кстати прикрывавшая шею и руки.
— Надеюсь, с размером я угадал, -прокомментировал Огрон.
— Спасибо, вроде да, но я примерю это утром?
— Да, конечно, посмотри, что во второй, — он как-то странно настаивал открыть скорее другую коробку.
Флора аккуратно распечатала ее, приподняла крышку и ее глаза округлились от удивления. В коробку было упаковано черное кружевное белье, при взгляде на которое Флора подумала, что только в таком и стоит соблазнять мужчин. Она перевела удивленный взгляд на мага.
— Ну на что ты рассчитывала? Что будешь фигурять перед профессором Палладиумом без лифчика? — он вновь усмехнулся.
— Спасибо и за это, — Флора быстро признала правоту Огрона и торопливо убрала коробки под кровать. — У меня к тебе еще одна просьба, достань, пожалуйста, косметику к утру, ну… знаешь… что-нибудь для работы с кожей.
— Хорошо, — сказал он, вмиг оценив поле для работы на лице феи природы, — я, правда, не очень в этом разбираюсь, но что смогу, то достану. А сейчас давай приступим к нашей главной задаче — твоему лечению, — маг мотнул головой, приглашая Флору прилечь на постель.
Поняв, что имеет ввиду Огрон, фея сделала еще одну попытку проявить самостоятельность:
— Может, я все же справлюсь сама?
— Ну нет, так не годится, — он отрицательно покачал головой. — Обещаю, я буду нежен в твой первый раз, — наглая ухмылка расползлась по его лицу. — Да пошутил я, пошутил, насиловать тебя никто не будет, — заметив неподдельный ужас на лице девушки, добавил он.
— Ты умеешь быть достаточно жутким, Огрон, — сказала Флора, стягивая с себя кофту и футболку за раз.
— Я даже еще не пытался, — тихо проговорил он, помогая фее избавиться от одежды. Уж это у него довольно хорошо получалось.
— Я надеясь, штаны останутся при мне, — с мольбой в глазах сказала ученица школы Магикса.
— Вряд ли, — заметил он с усмешкой, — у тебя серьезный порез на бедре, если ты не забыла, но можешь чуть прикрыться уголком покрывала, я смотреть не буду, — и он зажмурил глаза. — Хотя стесняться тебе нечего, — со знанием дела добавил он.
У феи невольно поползли вверх уголки губ. Гелия никогда не позволял себе никаких пошлых комплиментов о ее фигуре, а ей это нравилось, ей льстило, что ее тело вызывало у взрослого мужчины восторг.
Флора и сама не знала, что заставляло ее подчиниться, Огрон подавлял все ее попытки сопротивляться. Она легла на спину и закрыла глаза. Маг понял, что она готова, и Флора почувствовала прохладные прикосновения шероховатой кожи на ключице, плече, молочных железах и близ ребер.
Движения мужских рук в точности повторяли очертания полученных ран, но не позволяли себе ничего лишнего. Она изумлялась его выдержке. Зачем ему нужно себя раззадоривать обнаженным молодым телом, если продолжения не будет? Потом пальцы переместились к бедру и лодыжкам и продолжили свой танец. Флора к своему стыду поняла, что ей это доставляет удовольствие. Страх, который сковывал ее с утра, частично ушел, оставив ей небольшой комочек былого испуга, который только обострял восприятие. Ей захотелось чтобы эти руки ласкали ее, проникали во все уголки, исследуя тело девушки.
Вот этого Флора действительно испугалась. До чего же она опустилась, лежа на кровати перед чернокруговцем, да она же сходит с ума! Но она никогда не чувствовала такого при прикосновениях Гелии… Фея отогнала от себя непрошеные мысли. Как только она покинет этот замок, все вернется на круги своя. Она действительно любит своего специалиста.
Флора резко распахнула глаза и тут же встретила удивленный взгляд Огрона.
— Я уж думал, ты заснула. Сядь на край кровати, я намажу твою спину, — он помог ей приподняться и повернуться.
Теперь Флора была лишена возможности встретиться с ним глазами…
В тот вечер девушка легко заснула, а Огрон отправился поговорить с вернувшимися братьями. Им предстояло найти задиристых ведьмочек.
На следующее утро Флора на удивление легко встала. Радости ей придавал и тот факт, что сегодня она должна была выйти на свежий воздух, а силы вернутся к ней. Она не увидела в комнате мага, но на столе находились еще теплый кофе, тосты и арахисовое масло — она вчера обмолвилась, что обожает его. Хоть мелочь, а приятно.
Она направилась в ванную, обнаружила там свежее полотенце, что позволило ей быстро принять душ. Там же, на столике фея нашла всевозможную косметику, начиная от очищающего лосьона и заканчивая лаком для ногтей. Да уж, в этом он и правда не очень разбирается.
Приведя себя в надлежащий фее вид, она оделась в вещи, которые ей вчера принес Огрон. Пусть белье и было для нее слишком эротичным, но выбирать не приходилось. Тут же, рядом с кроватью стояли закрытые черные туфли на небольшом каблучке, еще один презент от мага. Она аккуратно уложила распущенные волосы и села ждать.
Очень хотелось верить, что он ее не обманул, и она вернется сегодня к девочкам. Когда ее волнение по поводу какого-то подвоха со стороны магов Черного круга начало нарастать, в комнату вошел Огрон. С его волос капала вода, и они приобрели кровавый оттенок, под глазами стали более заметны синяки, и одет он был в плотную куртку.
— Ты уже собралась, Флора? Возьми с собой настойку и мазь, они хорошо помогают, мы кое-что смыслим в медицине, — он мотнул головой в сторону столика.
Раз уж он решил отпустить фею обратно, надо было сделать это быстрее. Он торопился, боясь передумать. Последнее время он совершенно не понимал себя. Всегда едкий и жестокий, он не мог вести себя также с ней. Она была лишь маленькой хрупкой феей, которую было легко сломать, что морально, что физически, но Огрон, противясь своей черной сущности, стремился защитить ее. Он наблюдал за ней долго, с тех самых пор, как вернулся из недолгого заточения во льдах. В возникновении какого-то чувства к ней он бы никогда не признался даже самому себе, максимум — в симпатии. И тем страннее было для него собственное поведение: пару раз он даже думал убить фею природы, чтобы никого не мучить, в первую очередь эго самого мага. Где это видано, чтобы темный волшебник, гроза Магического измерения бегал за феей, которая еще и не выучилась толком?
Флора быстро схватила обе баночки и подошла к магу. Тот протянул ей коричневый дождевик, и они направились вон из комнаты.
— Начиная со второго этажа заклинание телепортации не работает, — пояснил он. — Я перенесу тебя в то место, где нашел три дня назад, и надень сразу дождевик, сегодня погода во всем Магиксе не жалует. Твои силы вернуться к тебе сразу после прибытия.
Флора молча следовала за ним по пустым темным коридорам. Они спустились на два этажа, и тут маг остановился и подошел к ней вплотную.
— Если тебе понадобится помощь или просто захочешь заглянуть на чашечку кофе, позови меня, я наложил небольшое заклятие на нас обоих, — глаза хитро прищурились, — и я услышу, где бы ты ни была.
— Хорошо, и… спасибо большое, Огрон. Я не думала, что ты способен на что-то подобное, — Флора как-то грустно посмотрела в глаза магу, словно хотела что-то добавить. — Давай, начинай телепортацию.
Их моментально охватила вспышка насыщенного фиолетового цвета, уж в чем в чем, а в испарении на виду у всех у магов не было равных. Внутренности Флоры прошли небольшую проверку на прочность, но вот она уже опустилась на землю в лесу недалеко от Алфеи.
Моросил мелкий дождик и одинокая фигурка быстро зашагала по мокрой траве по направлению к школе.
