Intro
16 октября 2019 г., 01:07
Они верили в твоё воплощение…
Голос хотя и звучал ласково, казалось, и тихо, однако слова отчётливо различались в вое бури. Глаза слезились, лицо покалывало.
…и с каждой неудачей всё сильнее.
И они дождались.
А вот конечностями не пошевелить, не сдвинуться. И глаза не закрыть.
Потому что места кажутся знакомыми и одновременно чужими.
Тебе всё равно, почему тебя забрали из столичной тюрьмы. Ты всего лишь подчинился зову вновь обретённой плоти, смертной оболочке, которой суждено стать прахом. И наивно попался, не поняв, что нужно действовать осторожно.
Ты не понял, потому что было всё равно, куда и зачем повезли тебя в карете, зачем завели на судно, зачем заперли в трюме.
Потому что прошлого, как тебе кажется, нет и не было никогда.
В вихре послышался вздох. Мгновение – и голос стал ниже, но всё же различимым, будто некто хотел сказать то, что не должны услышать другие.
За короткое время ты обиделся.
Обиделся на заключённого из камеры напротив, насмехавшегося и говорившего мерзкие словечки.
Обиделся на себя, на собственную слабость и растерянность.
Обиделся на стражей, что не позволили сказать ни слова в собственное оправдание.
Не стоит!..
Последние два слова прозвучали надрывно.
От высокой горы не оторвать взгляд.
Как и невозможно не вслушиваться в казавшуюся ласковой среди бури, камня и покорёженных сухих деревьев речь.
…потому что, пойдя иным путём, ты мог заблудиться, уйти не туда, куда тебя позвали, потому что ничего не помнишь, поэтому растерян и норовишь свернуть и пойти лёгким путём.
Поэтому я говорю с тобой, чтобы ты знал – я буду следить за тобой.
А пока… Пока смотри.
И не хотелось таращиться на высокую гору, однако не отвернуться, не оторвать взгляд от унылого пейзажа, от казавшегося алым неба. И сердце не колотилось от страха перед неизвестностью, но от… Ликования? Радости?
От ощущения «на своём месте».
Такое чувство, наверное, появляется у тех, кто вернулся домой.
