Сбежать к Солнцу

Сидя на лестнице, ведущей на второй этаж дачного домика, Кира пила только сваренный на печке глинтвейн. Через неё проходил теплый поток воздуха, по законам физики стремившийся на верх. Она честно пыталась готовиться к экзамену по анатомии, зубря по 1-2 темы в день, сдав всю практику без троек и получила полуавтомат, так что из 78 вопросов ей надо было сдавать только 20. Рядом лежали книги с очередными антиутопиями и тетрадь с учебником по анатомии. Что-то учить не хотелось от слова совсем, а свежие страницы манили запахом типографии и новыми историями, так что очень скоро девушка сдалась и бросила попытки подготовиться к сессии. Экзамен по латыни был в прошлом году и теперь от неё ничего не зависело, а очень часто пьяный информатик мог сделать что угодно, но ей, Ане и Лере вроде как пообещал автомат. Морозный воздух смешивался с ароматом мандаринов и вина с пряностями каждый раз, когда кто-то открывал входную дверь. На улице было абсолютное спокойствие, в радиусе нескольких километров не было ни души. Те немногие, тоже решившие справлять Новый Год на природе, разъехались на третий день праздников. Спустя неделю такой безмятежной жизни практически в полном одиночестве, не считая родителей и брата, девушка наконец-то определилась с примерным эскизом новой татуировки, которую собиралась сделать в перерыв между сессией и вторым семестром. Это должно было быть настоящее сердце в окружении цветов, скорее всего пионов, нанесенное на щиколотку в черно-белом варианте. -Мне эскиз не совсем нравится, цветы красивые, а сердце не очень,-честно сказала мама, после обсуждения. У Миралевских были мировые родители, практически не ограничивающие дочь, и она была очень благодарна им за это. Все вопросы, дела и планы спокойно обсуждались за столом с двенадцатилетия девушки, так что при всей свободе она никогда не ставила родителей перед фактом уже совершенного серьезного поступка. -Обычное четырех камерное сердце,-убеждала Кира,- как анатом, видевший настоящее сердце животного, заявляю, что общепринятое изображение символа любви- ванильная ересь, не имеющая под собой ничего реального. Больше на перевернутую задницу похоже. После этих слов папа фыркал в свой кофе, он вообще не лез в дела модификаций внешности Киры, потеряв им счет. Тем более все его аргументы против татуировок разбивались в дребезги об его собственные 3 наколки, сделанные в военном госпитале. В эти же дни на почту старосты пришли результаты экзамена по латыни. Не веря своим глазам, Кира чуть не слетела с лестницы, ведущей на второй этаж их небольшого дачного дома. Интернет ловил только под потолком и приходилось держать телефон как можно выше, походя на статую свободы или Рафики с Симбой. Торопясь вниз, она в последний момент ухватилась за перила и этим спасла целостность своей шеи, головы или спины, смотря на чем именно бы скатилась вниз. -Да, шикарно, не зря платье расшивала,- Кира кружиласьпо первому этажу под недоуменные взгляды родителей. Брат покрутил пальцем у виска и дальше уставился в телевизор,- 91 балл за семестр, это «5». Без костюма было бы на 3 бала меньше, это уже оценка ниже. Подлетев к столу и схватив кусок торта, девушка умчалась обратно на верх для оживленного обсуждения главной новости сегодняшнего дня в их группе. Оставалось 2 экзамена, но за информатику она не волновалась, не мог же препод прийти на экзамен после похмелья или бухой. Но вот анатомия… Каникулы пролетели метелью за окном и началась сессионная пора. Перед экзаменом по анатомии все жутко волновались. Миралевских казалось, что в её венах и артериях течет ртуть, тяжелая и вязкая. Усугублял настрой подвал ветеринарного корпуса, в одной из аудиторий которого и проходил экзамен. - Если сдам, начну учиться и не пропускать пары,- поклялся Макс. На это все в коридоре скептически хмыкнули, сомневаясь в исполнении обещания. Заходили по 6 человек, так что группа разбилась на 2 половины. Кире попалось строение и функции суставов, не самая сложная тема, и она получила «отлично», хотя в паре пунктов накосячила. В коридоре она столкнулась с таким же счастливым Гришей. Он сидел у деканата и разбирался со своими делами старосты. -По твоим эмоциям видно, что вопрос был легким,-Кира никуда не торопилась и решила хоть с кем-то обсудить прошедшее. Эмоции смешивались с огромным облегчением, но выплеснуть все было не на кого. Женя получила перезачет после колледжа и со спокойной душой свалила домой еще в начале, так что она все узнает из голосового сообщения, главное предупредить, чтоб громкость убавила, а то от счастливого визга уши заложит. -Даа, похоже, как и у тебя. Она у всех на небольшие неточности глаза закрывает или это мне повезло?- парень был не прочь поговорить. -Ну и не на только небольшие,- широко улыбаясь и немного закусывая губу, протянула девушка. -Ага, то есть святые тоже косячат?- с небольшим намеком уточнил Романовский. -Боги, давай без таких ярлыков, пожалуйста,- Кире не нравилось, когда её так называли, это как будто обязывало быть идеальной во всем и давило,-меня вообще уже давно должны были от церкви отлучить за все мои грехи, а за мысли, татуировки и цветные волосы сжечь на святом костре инквизиции. -Говоришь, будто ты демон и все мировое зло в одном флаконе,- рассмеялся парень, даже не подозревая, на сколько близок к правде, еще плохо зная девушку. Если бы у неё были силы и разрешения, на несколько человек в этом городе стало бы меньше (а может и на не так уж и несколько, кто знает...),-думаю, в сентябре на картошке мы все грехи отработали, собрали же в 2 раза больше, чем монастырю нужно. О, шутки про сентябрь не исчерпают себя до самого выпуска. -Моим косякам нет счета и конца, а список смертных грехов иногда смахивает на недельное расписание. Хотя нет, дневное,-посмеявшись, Миралевских, решив пока не углубляться в подробности и не разрушать иллюзию ангельского человека. -Если ты такая великая грешница, то некоторые мои знакомые пали ниже дна. -Ну у меня в планах захват трона нижнего царства, так что со всеми встречусь. Распрощавшись с Романовским девушке только показалось, или он хотел обнять её, но резко передумал и одернул себя? "Возможно на радостях от оценки, эндорфина в крови на сутки хватит"- думала Кира, идя по коридору. Там же ей добавили этого самого гормона, сказав, что зачет по латыни (если оценка устраивает) можно проставить сейчас, чтоб потом не кататься ради минуты в универе. Оценка очень даже устраивала девушку, тем более выше то некуда, и она пошла к кабинету менее удачливых однокурсников, группа которых уже пыталась исправить свои баллы. Преподаватель, которого она до сих пор немного побаивалась, после своих фирменных шуток про сорвавшееся отчисление поставил ей свою подпись в зачетке и отпустил Киру на все четыре стороны. По дороге она специально погуглила список этих смертных грехов. -Гордыня бывает, алчность- да к у меня немного еврейской крови, зависть полностью искоренит только круглый банковский счет, гнев- сорян, что люди иногда тупые, чревоугодие три раза в день, лень вообще постоянно, уныние всю зиму, а похоть редко, но это просто парня нет. В принципе неплохой план выходного дня,- ей понравися этот религиозный чек-лист. Дома она уже подыскивала тату-студию и мастера, хотя её выбор изначально склонялся к салону, где полтора года назад она второй раз прокалывала ухо. Договорившись с девушкой-мастером на ближайшее свободное время и внеся предоплату, Миралевских со спокойной душой села за сериалы. Теперь оставалась только информатика, но о ней можно было не беспокоиться, а дальше шли 2 недели послесессионых каникул. Заходя в салон, девушка была в нетерпении. Вспоминая прошлые ощущения от проникновения игл в кожу и жжение как от ссадины на месте рисунка, она ждала возвращение всего этого. Час они составляли эскиз, и, хоть рисунок получился чуть больше запланированного, Кира была в восторге от него. Для неё татуировки были не просто рисунками, каждая несла смысл. Сейчас это была любовь к биологии в виде вершин эволюции двух миров- животного и растительного. Четырехкамерное сердце, позволившее организмам быть теплокровными и цветы- высшая ступень развития зеленых, самая важная и красивая их часть. Прошлая татуировка в виде сине-зелено-фиолетового пера была олицетворением фразы из книги, прочитанной еще в детстве. «Летать, чтобы жить». Это делают абсолютно свободные птицы, и именно перья помогают им, являясь ближайшей ассоциацией для девушки, хотевшей быть такой же независимой, без ограничений и рамок. Два с половиной часа Кира читала книгу и переписывалась с подругами, волновавшимися за неё, будто она на жизненно важной операции. -Вы переживаете больше, чем я сама,- успокаивала их Миралевских,- мне просто несколько раз в секунду тыкают иголкой с краской, пока я пишу вам и читаю Оливера Сакса. По вашему волнению, мне буд-то сердце пересаживают, хотя в принципе теперь у меня всегда будет запасное. Выйдя счастливой из салона, но измотанной, Кира решила зайти в магазин за шоколадкой, пока папа едет за ней. Углеводы везде рекомендовали как источник восстановления сил, а их почему-то не осталось, хотя лежать все это время не было уж так тяжело. Дома все удивились размеру, но девушка убедила родственников, что так было надо для четкости линий и деталей. Брат, правда, только на третий день заметил повязку на ноге и узнал про татуировку, хотя дома это обсуждалось еще до января, но отношения с ним у Миралевских были как холодная война, бессмысленны и беспощадны. В детстве драки и лего, подброшенное в кровать и разложенное на ковре, сейчас полный игнор друг друга. На консультацию перед экзаменом по информатике Кира поехала чисто для галочки. Весь семестр они просто повторяли все действия за преподом, не особо вникая в суть матриц в Exel, и к концу декабря пожилой мужчина понял свою ошибку, но было поздно. На замотанную щиколотку еле натянулись джинсы, но прошло всего дня четыре и это было слишком мало, чтоб уже начинать шоркать кожу совсем не стерильной тканью. Они час практически впустую просидели перед компьютерами, пытаясь сделать задание, хотя мало у кого что получалось. В итоге некоторые, справившиеся хоть с чем-то, фотографировали таблицы с нужными формулами и скидывали в беседу группы. В итоге на консультации препод махнул рукой на студентов. -Кого устраивает 4, зачетки на стол,- устало сказал он, видимо желая быстрее вернуться к себе и открыть очередную бутылку. -Аха, устал с нами и только и мечтает о рюмочке другой,- тут же появилось в их беседе от одной из Даш. -Думаю минимум о стакане,- тут же отозвался Макс. Киру вполне устраивал такой поворот событий с преподавателем, четверка по истории все равно перекрывала повышенную стипендию. Если бы она только знала тогда, в октябре, при сдаче рефератов, оценка за который и шла как зачетная, что вытянет остальное на «отлично», подкорректировала бы эти несчастные пару страниц… Посмотрев на девушку, её зачетку, преподаватель что-то нахмурился и сердце Киры пропустило пару ударов. -Миралевских, так вы же на 5 претендуете. У вас и работы все выполнены хорошо,- сказал он, что-то просматривая в своем компьютере. -Ну повышенной стипендии все равно не будет, так что 4 вполне устраивает,- стараясь говорить спокойно, ответила девушка. -Эхх, ладно, ставлю вам «отлично»,- махнул рукой мужчина после пяти минут нотаций о стремлении к высшему, упорстве и так далее, и написал свои закорючки в зачетной книжке. После Киры такое же пытались проделать и Аня с Лерой, но преподаватель взбунтовался и в итоге они минут 10 его уговаривали и убеждали, приводя различные аргументы. Лера в это время иногда сверлила взглядом Миралевских, стоящую в коридоре напротив двери и ждущую Женю из деканата. Каждая предвкушала еще один двухнедельный отдых и полное безделье. В принципе, так оно всё и было, все отдыхали друг от друга, от автобусов и пробок, конспектов и банок с формалином. Лень, чревоугодие и прочее. Кира, заколебавшись сидеть дома и терпеть стычки с бабушкой и братом, решила навесить своих на тренировке, и пришла в самый разгар, когда зал был полон народу. Никогда она не обнималась с таким количеством людей так долго, со столькими криками радости. С Полиной, единственной знавшей о её визите, они договорились все подробно обсудить в кофейне без лишних ушей (где они, кстати, просидели около полутора часов, изливая друг другу души и все накопившееся, непередаваемое через экран смартфона). Все остававшиеся после ее прихода два часа тренировки не стихали разговоры. Тренер в своей шуточной манере отругала за татуировку, но девушка поняла, что именно этой атмосферы ей не хватало, этих высот стен и потолков, на которых зависаешь один на один с мыслями. Шутливых криков тренера, что кто-то воспитывает мелких, читая нотации о нужности сменной обуви или дисциплине, криков о подаче веревок, карабинов и прочем снаряжении, висящей в воздухе магнезии для рук. На стене было чувство полета и абсолютной свободы, где все зависело именно от тебя и твоих сил. Кире был нужен не сам спорт, а окружение в нем, неповторима атмосфера буд-то одной большой семьи, собравшейся на праздник в одном месте. -Боги, ребят, я так скучала по вам и всему этому,- обнималась она на прощание со всеми, когда зал начали покидать первые люди, закончив растяжку. Кира даже была готова пустить слезу, на столько эмоциональным выдались последние 3 часа. Дома все захлестнуло с головой, и ностальгия по самому счастливому времени в ее жизни не отпускала. Оставшиеся дни каникул она пересматривала старые фото и видео, моменты и события, накопившиеся за 5 лет, которые всегда будут занимать особое, большое место в её сердце и жизни. Порой было невыносимо трудно и тяжело, но люди и атмосфера были неповторимы, такого уже никогда не будет. Сборы, соревнования в других городах, тренировки, праздники вместе, общие шуточки и очень много смеха и веселья. Ничего их этого даже близко не смогла дать ей школа, оставаясь серым фоном утра для яркого дня.