Лилия моей души.

Я определенно не знаю, как правильно писать письма. Но напишу просто то, что считаю правильным написать здесь. Марк, я попрошу Стива отдать это письмо, когда ты будешь готов к этому. Мне жаль, что у меня не получится узнать, каким ты вырастешь. Но надеюсь, ты добьешься, всего чего пожелаешь. Я пытался бороться, во всяком случае, за свою жизнь точно. Во всяком случае, последний год своей жизни я делал это только ради тебя. А теперь у меня просто нет выбора, кроме как сдаться. Слишком долго оттягивал этот момент. Не знаю, что тебе скажет твой отец. Честно, и даже не хочу. Просто ты должен помнить всегда, что он любит тебя. Скорее всего, ты единственный кого он любит сильнее себя самого. Просто так бывает, люди не сходятся…. Дописать Питер так и не успел. Его отвлек стук двери палаты, заставляя отложить листок, ручку и книгу на которой лежал лист. В палату вошла Пеппер которой, скорее всего, позвонил Стив. Молодой человек кожей ощутил жалость исходящую от Поттс. ― Стив и Баки забрали Марка к себе на ночь, ты можешь не волноваться… Она не знала, что должна была сказать еще, чтобы приободрить. Питер был бледный, хотя при правильном свете скорее даже синий. Пеппер вот почти три года задается вопросом, чего не хватает Тони Старку? *** Просто один момент. Течная омега и пьяный альфа. Как итог- нежеланный ребенок и свадьба. Но была проблема. Питер любил, а вот его нет. Итог: на протяжении двух лет он подавлял эту болезнь всеми возможными лекарствами. Парень старался добиться любви Тони, но все что слышал в ответ. ― Я не с тобой, а со своим сыном. Ты мне не интересен… Весь этот брак лишь вынужденная мера. Тони пил, изменял. Но хотя бы любил сына. Хоть за что-то ему можно было сказать спасибо. Затем Питер впал в апатию. Он пытался возненавидеть, разлюбить, чтобы тот тоже мучился и выплевывал цветы вместе с собственной кровью. Но времени в случае Питера было слишком мало. Теперь же для него оно подошло к концу. *** Если бы сейчас кто-то попался под руку Пеппер, этот человек прочувствовал бы на себе все муки ада. Женщина едва ли смогла поспать после того как она вернулась от Питера. Так еще и мужу не дала поспать из-за своих метаний по кровати. Когда она добралась до дома Старков, на часах было половина девятого утра. Дверь была открыта, в нос женщины ударил притворный сладкий запах. Кто-то будто искупался в феромонах. Пеппер быстро доходит до спальни Старка и морщится от картины, которая предстала перед глазами. Насколько же надо не уважать парня, чтобы притащить любовника в дом, где живут твой сын и папа твоего ребенка. Да возможно у мужчины и нет любви к Питеру, но мужчина должен был уважать его хотя бы за то, что тот подарил ему ребенка. Она подошла к вазе, которая стояла в нескольких шагах от нее, и уронила ее на пол. Ей было абсолютно плевать на то, сколько та стоила. Громкий звук заставил двоих спящих подскочить. ― Какого черта? ― прохрипел Энтони приподнимаясь. ― У тебя десять минут на то чтобы выгнать недоразумение, лежащее рядом с тобой и привести себя в относительный порядок. ― Прошипела женщина. *** Когда Тони проснулся от звука падающей вазы он, черт возьми, был удивлен, что находился дома. А когда заметил в спальне разъярённую Пеппер. Хотя скорее она была в бешенстве. Он и сам оплошал, притащив любовника домой. Тони выгнал свое развлечение, кинув тому одежду прямо на порог. Затем собирался зайти в спальню сына. Обычно в это время Питер и Марк уже играют. Но комната была пуста. Какого черта? Где Марк? Где Питер? Старк быстро спускается на кухню. Пеппер стоит за кухонной стойкой и наливает кофе. ― Где Марк? ― Марк у Стива с Баки, ― произносит Пепер, а затем берет папку лежащую с права от нее, и кидает ее перед Тони. ― Радуйся, скоро ты станешь отцом одиночкой. Этого ты добивался верно? *** Питер стоял перед раковиной, закашливаясь. На белом кровь смотрелась настолько ярко. Молодой человек сплюнул очередной бутон белой лилии окрашенных его кровью. Когда приступ сошел, на нет, молодой человек умылся и налил воду в стакан. Интересно сколько ему осталось? Врач вроде говорил месяц? Если повезет то два. Дурацкая болезнь неразделенной любви. Возникает лишь у тех, кто искренне любит. Судьба действительно отвратительно не справедлива к людям. Питер перевернулся на кровати на бок. Так дышать становилось легче. Его взгляд упал на письмо, которое он так и не смог дописать. Наверное, потому что понимал. Чтобы он не написал, этого будет недостаточно. Для ребенка, который вряд ли его вспомнит, когда вырастет, этого будет слишком мало. Молодой человек лежал спиной к двери. Он услышал легкий скрип двери, но даже не дернулся, потому что запах Тони почувствовал сразу. Питер даже не сомневался, что его привезла Пеппер. Потому что по-другому мужчину просто бы не пустили. Возможно, он и был его мужем. Но метки на шее Питера не было, по сути Старк не имеет на него никаких прав. Поэтому, молодой человек без труда вписал медицинский допуск Пеппер и Стива. Питер не двигался. Ему было нечего сказать. Он уже говорил не раз, а потом рыдал в подушку и кашлял лепестками. ― Ты хотя бы душ принял? ― насмешливо спросил Питер. Хотя уже даже насмешка в голосе звучала устало. Тони стоял и не мог пошевелиться. Просто не знал, что сказать и что делать. Мужчина подошел к Питеру и присел на край кровати, парень сам по себе не был большим и сильным, но казалось сейчас, он стал в два раза меньше. ― Мне так… ― Нет, помолчи. Знаешь сейчас тот момент, когда я могу сказать. Ты всегда меня привлекал. И я не пожалел о том что произошло. Хотя столько раз пытался это сделать. После всего, что ты делал, говорил, я пытался возненавидеть тебя. Хотел, чтобы ты был на моем месте и ощутил, что такое, когда у тебя внутри прорастают стебли. Но потом понял что это бесполезно. Знаешь, я просто хотел, чтобы меня полюбили, ― на Питера резко накатил приступ кашля. Парень взял салфетку и прикрыл ею рот. Старк дернулся, но дотронуться не решился, потому что не имел на это чертового права. ― Но видно не судьба. У меня нет больше сил, бороться, я слишком много времени бежал от этого ради Марка. Питер осторожно положил ладонь на руку Тони, которая была сжата в кулак. Мужчина вздрогнул. ― Питер ты не умрешь. Я говорил с врачом…еще… ― Это не так просто. Тони просто пообещай мне, что будешь лучшим отцом для Марка. Он, наверное, единственный кого…. Питер начинает дрожать и закашливаться. Старк быстро выбегает из палаты и зовет врача. Тони опускается на пол у стены и зажимает голову руками. Он, черт возьми, не достоин Питера. Старк чуть не с дрожью смотрел на дверь палаты… Письмо так и осталось не законченным.