Человек-солнце

Мокрые волосы, пахнущие травяным шампунем пополам с едким табаком, распадаются на прядки и переливаются на весеннем солнышке. После ванной так хорошо, что совсем не хочется разговаривать и шевелиться, только наслаждаться теплом, разлитым по всему телу. Но вот чьи-то настойчивые руки крепко обнимают сзади за талию, и спина касается чужого торса. Такую вольность может себе позволить лишь один своенравный мальчишка. — Попалась? Несложно догадаться, что паренёк улыбается во весь рот, чрезвычайно довольный собой, придумывающий новую забаву, чтобы скрасить время до прибытия на следующий остров в поисках приключений и веселья. Наверное, он так и останется в моей памяти беззаботным и наивным, уверенным и тёплым, как солнце. Таким же ярким и недостижимым… — Так точно, Капитан, — не хочется его расстраивать своим молчанием. Он не виноват, что мы противоположности. Вечером я покину корабль. Мы не накама, а потому приказам Луффи я не подчиняюсь. Но если он попросит меня остаться, я не сумею отказать. Ребята помогут мне скрыться прежде, чем капитан узнает о моём решении. Фрэнки в два счёта починил мою лодку, во время шторма едва не разбившуюся о Санни около месяца назад, а потому мне есть на чём отплыть. Кажется, всё продумано до мелочей: во время ужина притвориться уставшей и уйти, на палубе уже спрятана сумка с моими вещами, с ребятами попрощалась ещё утром, пока Луффи спал, а перед ужином Фрэнки спустит лодку на воду. Нами подсказала направление, в котором следует плыть, чтобы не дрейфовать бесцельно в опасном океане и благополучно добраться до одного из островов. Без лишних колебаний. Закатные лучи мягко скользят по палубе лучшего в мире корабля, на борту которого на удивление приветливые пираты. Ветер колышет флаг: скрещенные кости, череп с соломенной шляпой. Знаменитая команда, успевшая стать мне почти родной. Так больно покидать их сейчас. Однако пути назад нет. Первая часть плана удалась, и я в последний раз наслаждаюсь закатом на борту Саузенд Санни, смахнув непрошеные слёзы и закусив губу. Я не хочу уходить, но на этом корабле я бесполезна. Мне ничего не остаётся. Внизу, качаясь на волнах, меня уже ждёт лодка. Сбрасываю в неё вещи и, собравшись с духом, в последний раз оглядываюсь, зная, что никто меня не проводит даже взглядом. Но тут на палубе возникает знакомый силуэт, и два карих глаза внимательно вглядываются в моё растерянное лицо. — А? Сердце колотится как бешеное, становится трудно дышать. Волнение захлестывает с головой. Остаётся только страх, что план провалился, что мугивары всё рассказали Луффи. Тишина обволакивает со всех сторон, только моё частое дыхание и шелест ветра. — Почему ты здесь? — Я-я… Я, — глубокий вдох, — решила подышать свежим воздухом, вот. А ты? — Не знаю, — такой простой ответ несколько обескуражил меня. — Это как? — Захотелось выйти на палубу и всё тут. Интуиция Луффи — страшная сила, ничего не скажешь. Нужно, чтобы он ушёл, вернулся к накама. Шарю по карманам штанов, извлекая на свет пачку сигарет. Движения рваные, выдающие меня с головой, нужно успокоиться. Зажав губами сигарету, достаю спички. Коробок выскальзывает из рук и падает на палубу. Сдавленно ойкнув, наклоняюсь за ним и едва не сталкиваюсь с Луффи. Он чертовски быстр, и когда только успел пересечь палубу и оказаться рядом?.. Протягиваю руку, и на мгновение тёплая ладонь Мугивары накрывает мою, передавая коробок. — С-спасибо. — Какая холодная! — парень хватает обе мои руки, так и не дав мне прикурить. Ледяные от волнения пальцы обдаёт жаром ладоней Луффи. Он так близко, что подгибаются колени. От тёплых прикосновений щёки предательски краснеют и горят. Как в трансе мягко освобождаю руку и провожу по его волосам. Пряди струятся сквозь пальцы. Под недоумённым взглядом паренька аккуратно веду ото лба к затылку, переходя на шею. Стараясь не отрываться, перехожу к острым ключицам и заканчиваю лёгким прикосновением к ярёмной впадине. Луффи вздрагивает, но не стремится смахнуть мою руку или отстраниться. Вопреки всему, он смотрит чуть ли не с интересом. Неизвестно, что таится в глубине широко открытых невинных глаз. Без труда освободив вторую руку, касаюсь его щеки. После этого движения он будто приходит в себя и отходит на шаг назад. Так и не поняв, что на меня нашло, быстро прикуриваю, едва не закашлявшись, и выпускаю струю дыма в сторону. — Прости. — Всё путём, — усмехается паренёк, но вопреки всякой логике остаётся стоять на месте. Почему он не уходит, а смотрит, как я неспешно затягиваюсь, пуская колечки дыма к тёмному небу? Солнце село, похолодало. Докуриваю и бросаю бычок за борт, наблюдая, как маленький огонёк, прожив столь короткую жизнь, погибает, упав в океанские волны рядом с лодкой, погружается на мгновение в темноту, чтобы потом безжизненно плыть в никуда до своего полного разложения. Незавидная судьба. Луффи тоже смотрит вниз. Он уже всё понял, а потому я, повернувшись спиной, просто собираюсь уйти. Крепкие руки обнимают меня сзади, как сегодня утром, только без прежней беззаботности и уверенности. Мугивара отчаянно держит меня за плечи, прижавшись щекой к моему затылку, и где-то над ухом, подобно шелесту ветра, раздаётся его «не уходи». А я и не могу. Ни пошевелиться, ни остаться стоять на месте. Не зная, как мне поступить, аккуратно разворачиваюсь, чтобы взглянуть в карие глаза. Почему он так встревожен? Почему просит остаться? Я ведь не нужна здесь, на Саузенд Санни. Нас так мало связывает. Просто я дурочка, которая однажды была согрета тёплым и открытым капитаном мугивар. — Почему ты уходишь? — паренёк обижен, а я не нахожу, что сказать. — Мне здесь не место. — Останься. — Не могу! — Но почему? Ты не хочешь? — Очень хочу! Больше всего на свете… Поняв, что наговорила лишнего, пытаюсь объяснить: — Потому что ты притягиваешь, как магнит. Такой тёплый и солнечный, что к тебе устремляется всякий, кто видит тебя. Но услышав главное, Луффи прерывает меня, зажав ладонью рот: — Ты хочешь остаться и уходишь? Это неправильно. И одними губами добавляет, убирая ладонь: «Я не хочу, чтобы ты ушла». Я могла бы и дальше с ним спорить, препираться, даже приводить аргументы, но он хочет, чтобы я осталась, и у меня лишь один вопрос… — Почему, Луффи? Парень ерошит волосы и на мгновение теряется. — Мне хорошо, когда ты рядом, — так просто и бесхитростно, что мне становится неловко под его внимательным взглядом. Не знаю, что он увидел, всматриваясь в моё лицо, но в следующую секунду он улыбнулся. На душе стало тепло. Вся гнетущая атмосфера вечера и моей нелепой попытки ухода рассеялась, будто её и не было. «Человек-солнышко, куда я без тебя?» Покраснев от собственных мыслей, опускаю голову. Сказать мне нечего. — Луффи. — А? — Если я останусь, то буду лишь помехой для вашей команды. Меня всё время придётся защищать… Мугивара близко-близко наклоняется к моему лицу: — Защитим. Его необъяснимое упрямство ставит меня в тупик. Не найдя больше, что возразить, киваю: — Угу. Вряд ли ещё у меня будет такой шанс, и едва ли в другой раз я решусь на это, но, удержав парня за рукава футболки, дотягиваюсь до его губ, краду у него аккуратный, медленный, но короткий поцелуй. В первый и последний раз. Моё «прости меня, Мугивара Луффи». Отстранившись, избегаю взгляда карих глаз, боясь осуждения, неприязни и… отвращения, но ни о чём не жалею. Будет больше поводов уплыть отсюда и никогда, никогда не возвращаться. — Чего ты боишься? Мы оба знаем ответ на этот вопрос, а потому через мгновение я оказываюсь в тёплых объятиях. Сейчас Луффи надёжный и абсолютно серьёзный. Вся моя неловкость улетучивается. — Будь моей накама. — Да. Капитан? Он счастливо улыбается мне, человек-солнце, а затем, не спрашивая разрешения, наклоняется и легонько касается губ своими: — Просто Луффи.