Страшно

      Когда Блум обнаружила Джима, сидящего у края здания, она не придала этому особого значения. Тот сидел, оперившись спиной об бортик, что-то рассматривая в своих волшебных часах, и явно не заметил приземлившуюся рядом Блум.       — Я не ожидала тебя здесь увидеть, — в голосе феи были заметны смесь из ноток удивления и даже радости, — патрулируешь?       Эти слова застали парня врасплох, отчего тот чуть не выронил часы, но крепко ухватился за них и начал торопливо прятать в карман.       — А я тебя! — Джим вскочил на ноги и начал отряхивать штаны от пыли. Блум задумчиво наклонила голову вбок. Ей показалось, или он выглядел… измученным? Как бы то ни было, фея рассеяла свой Дримикс и подошла к нему, улыбнувшись, и тот улыбнулся в ответ крайне… натянуто.       — Что-то не так? — спросила она, но Джим торопливо покачал головой:       — Нет, я просто на некоторое время ушел в свои мысли… А ты как? Что с талантами?       — Мы уже их всех вернули по домам, и теперь они могут спокойно спать, ничего не боясь, — Блум снова улыбнулась, и, поправив выбившуюся прядь волос, оглядела вид с крыши. — Сегодня выдался прекрасный вечер.       — Да, сегодня довольно тихо.       — Как сейчас мир Снов? Нашли, куда могла бы спрятаться Королева?       — Мы с командой пока работаем над этим, — Джим тем временем обернулся, и тоже наблюдал за городом, сложив руки на бортик, — но уже оглядели некоторые предполагаемые места, да только это ничего не дало.       — Если что, мы с девочками поможем вам в этом деле, не зря мы обещали спасти остров от Королевы и ее теней, — в глазах Блум блеснули огоньки решительности, с которых заметивший это парень усмехнулся, после чего перевел взгляд на кипевшую внизу жизнь. Только сейчас наконец приглядевшись, девушка увидела, что Джим и вправду выглядел крайне подавлено, особенно беспокоил пустой, почти безжизненный взгляд парня, который больше не следил за городской суетой, а скорее уставился в одну точку. Казалось, что даже необычный лиловый цвет глаз побледнел. Почуяв что-то неладное, она аккуратно прикоснулась к плечу Джима, проявляя немного, но осторожность.       — Тебя явно что-то беспокоит, — это не было вопросом. Парень медленно поднял взгляд на Блум, от которого ей стало не по себе — на этот раз, он был тяжёлым и уставшим.       — Мне страшно. Просто страшно, — чуть слышно произнес он. Фея не заметила, как её рука чуть сильнее сжалась на плече Джима. Что-то ей подсказывало, что то, с чем Винкс успели столкнуться в Нетландии были ещё цветочками. Всего пара фраз, но произнесенные с такой усталостью и отчаянием, отчего с приходящим ужасом мысли девушки привели к тому, что Королева для запугивания местных жителей одними тенями не обходилась.       — Что она устраивала? — только после этих слов она заметила, что уже приобняла парня, который снова перевел взгляд вниз, на улицу.       — Это долгая история. И это касается не только Королевы.       — Что ты имеешь в виду?       Джим глубоко вздохнул.       — Думаю, тебе надо присесть. Рассказ будет долгим.

***

      Как оказалось, Джим, Сми и пираты-зомби изначально были одной командой, которых однажды занесло на их корабле «Весёлый Роджер» в Нетландию после особо яростной бури. Поначалу, они обрадовались, найдя после утомительных и долгих часов пугающе тихого штиля землю. Но были немало удивлены, обнаружив, что этот остров оказался обитаем: первое, на что они наткнулись, было поселением индейцев, от которых они еле унесли ноги. Затем, найдя на другом конце острова — кто бы мог подумать — лагуну с настоящими русалками, чуть не пошли к ним на дно. Проблуждав немного, уставшие и голодные, они наткнулись на золотое древо, где их не очень-то дружелюбно встретили феи. Однако, одна из них все же решила им помочь. Её звали довольно забавно — Динь-Динь, которая на удивление оказалась единственной из всех фей, что понимала речь пиратов и сама могла говорить с ними, так как остальные могли только звенеть как колокольчики. Она рассказала им про остров многое, включая и то, что на него возможно попасть, но почти невозможно покинуть, что банду конечно серьезно расстроило. Кто-то в это не верил, и после небольшого конфликта, часть банды пиратов решила попытать счастье: взяв пару шлюпок и немного еды и воды из остатков провизии, они уплыли в сторону океана… и так не вернулись. Смогли ли они покинуть Нетландию, или же нет — увы, этого, никто так и не узнает. В итоге, на корабле остались капитан Джеймс Крюк, старпом Старки, боцман Сми, да дюжина верных капитану ребят.       Команда решила изучить остров поподробнее, чем и занялись на долгое время, составляя свою карту острова и отмечая важные места: вот туда идти нельзя, там много ядовитых растений и скалы, вот здесь можно ловить рыбу, а вот там хороший и чистый ручей, где можно набрать воды. Остров оказался богат причудливыми и незнакомыми им растениям и животными, но разобраться в них помогла та самая Динь-Динь. Со временем, банда смирилась со своей судьбой — быть на этом острове до конца своих дней, и жизнь пиратов стала размеренной и тихой и даже настолько скучной, что Крюк разрешил азартные игры. На удивление, никто друг другу за жульничество руки не отрубал: поняли, что лучше быть целым. Высадки на острове чтобы просто прогуляться, стараясь не натыкаться на индейцев, и не подходить близко к Русалочьей лагуне. Да и к феям лишний раз не соваться. Дни сменялись такими же солнечными или дождливыми днями, теряя свой счет, затем терялись и недели, месяцы, годы… Пока окончательно не потеряли здесь свое значение и важность, и часы просто отсчитывали время суток без привязки к тому, какой сегодня был или будет день. Но вот что странно, пираты не менялись. Точнее, они не старели, все оставались такими же, какими они прибыли в Нетландию, но и эта странность прижилась — чему уже удивляться после того, как был обкусан феями и чуть не был утоплен русалками? Разве что задуматься, а не является ли это место потусторонним миром, и что на самом деле они погибли там, во время шторма? Неужели их души застряли здесь, и они не могут попасть ни в ад, ни в рай? А что если их не было вовсе? И эти мысли могли тянуться так же вечно, как и их жизни здесь…       Но однажды, произошло нечто, что изменил порядок острова навсегда.       Все началось с того, что на острове появился один необычный мальчик, который умел летать и понимал язык фей. Затем, он привел с собой несколько детишек, которые прозвали себя «потерянными мальчишками», и каждый день занимались тем, что находили себе всякого рода приключения. В основном, они просто доставали всех на острове, включая и пиратов: сколько раз они стреляли в них камнями из рогаток, летая вокруг корабля и вызывая их на бой, сколько раз они выбивали стекла в каюте капитана, сколько раз они развязывали и портили паруса, вырезая из них куски и потом летали в них, строя из себя привидений — собьешься со счета, но больше всего доставалось, как ни странно, капитану Крюку: Питер Пэн, тот самый мальчик, что умел летать без волшебной пыльцы фей, нашел в нем идеальную игрушку для своих глупых игр, и поэтому изводил бедного капитана настолько, что тот не выдержал, и объявил мальчишкам войну. Одно было «хорошее» в этой войне: стало не так скучно жить. Пираты ставили ловушки, пытались осадить Древо, в котором мальчишки и зажили, придумывали хитроумные планы по ловле этих несносных потеряшек! А те в ответ обманывали немытых варваров, заманивая их уже в свои ловушки, и многие их проделки приводили в летальным исходам. Пираты могли наконец преподать им урок, но есть только одно «но»: Динь-Динь. Она обожала этих мальчишек, особенно Пэна, который, собственно, дальше своего напыщенного эго ничего не видел. Но ей было все равно. Она готова была лично порвать тех, кому когда-то помогла освоиться на этом острове, и игнорируя смерти тех несчастных остатков прежней команды, что Джима изрядно бесило. Он ненавидел Пэна, он ненавидел мальчишек, и он желал Динь наконец-то вправить свои запудренные пыльцой мозги на место. Но он ещё не знал, что ему уготовит будущее.       Он думал, что хуже этих детишек ничего не будет. Но то была прелюдия, а дальше начался ад.       Вы могли когда-нибудь подумать, что ребенок, маленький ребенок может отрезать руку взрослому мужчине и бросить на съедение крокодилу, при этом задорно хохоча, словно это просто невинная игра? Нет? Джим тоже не думал об этом. Но это произошло. Хватаясь за то, что осталось от руки, и глядя на смеющихся детей, в капитана прокрался… нет, не страх, а ужас, от которого холодеет все. Нетлнадия открылся ему со своей другой, истинной сущности: для него страна Кошмаров открыла свои ворота раньше, чем кому-либо другому на этом острове.       Следующие годы были пропитаны страхом, Джиму казалось, что смерть кусает его за пятки, и что среди тиканья часов окажется тот роковой, что оповестит о прибытии его конца в глотке крокодила, которому уж сильно понравилась его рука. В кошмарах ему снились смех детей, что словно смеялись в такт тиканья часов, чей звук медленно приближался, и от него было невозможно убежать, ноги словно наливались свинцом, и где-то в глубинах разума нарастала ужасающая мысль того, что это может произойти в реальности, здесь, в Нетлнадии. Место, которое также прозвали как «миром Снов», где детские мечты становятся явью. Но он становится сказкой только для детей и наивных мечтателей, а его вечных пленников, что по чистой случайности занесло сюда, ждет здесь ничего, кроме ужаса и страха…

***

      — …Когда Пэн улетел вместе с очередными детьми, но на этот раз навсегда, все стало намного хуже, — Джим рассказывал тихо, сдерживая дрожь в голосе. — Вместо Динь появилась Королева, а остров и вовсе накрыла тьма. Это место стало страной Кошмаров, но я уже был готов к этому, в отличие от остальных, включая мою команду…       Парень мрачно усмехнулся.       — Королеве почему-то взбрело голову похищать талантливых людей со всего мира, и поэтому она заставила меня, и мою команду искать их и доставлять к ней, — продолжил он. — Она дала нам молодость, чтобы у нас было больше сил для этой работы…       Взгляд парня упал на правую руку, что была в перчатке, и интуитивно её сжал. Блум, всё это время сидевшая рядом и молча слушавшая рассказ Джима, пыталась переварить услышанное и пыталась унять шок вперемешку с ужасом.       — Мне не хотелось этого делать, но меня душило желание жить. И только когда упала бдительность, я под шумок убежал сюда и старался больше не возвращаться туда.       Между ними повисла тишина. Долгая, тяжелая, и полная мыслей.       — Сколько в итоге ты провел на острове? — наконец решилась спросить фея.       Джим ответил не сразу, и что-то высчитывал на пальцах.       — Почти четыреста лет.       — Ох…       — Зато в мире ничего не изменилось. Не изменяют своим традициям, — Джим поднял взгляд на небо. — Даже звезды те же.       Блум посмотрела туда же. Четыреста лет… девушке было трудно представить, каково это: жить в одну эпоху, и потом оказаться в совершенно иной, и совсем незнакомой.       — Тебе страшн, что Динь… то есть, Королева еще отомстит тебе за предательство?       Парень вздрогнул. Видимо, она угадала.       — Ну… Мы же смогли ее прогнать, верно? — он слабо улыбнулся. — Так и до окончательной победы недалеко.       Блум улыбнулась в ответ, а Джим откинулся на стенку бортика, и продолжал глядеть на звезды. Больше они не говорили, а просто сидели и молчали, наблюдали за небом, и думали о своем. Девушке казалось, что они провели тут вечность, но придя в себя обнаружила, что парень заснул на её плече. Интересно, продолжают ли его мучить кошмары, или ему наконец приснился спокойный сон? А может, что вовсе ничего и не приснится, что тоже всяко лучше кошмара.       Фея задумчиво опустила пальцы в его волосы, что забавно их щекотали.       «Мы обязательно вам поможем. Я обязательно помогу тебе.»