Одиннадцать минут

Одиннадцать минут. То, на чем вертится мир, длится всего одиннадцать минут. «Одиннадцать минут» Пауло Коэльо

Soundtrack: «11 Minutes» — YUNGBLUD, Halsey ft. Travis Barker

      — Господин Лань, — тихо позвала она, — документы готовы, — Мейли Аи протянула ему небольшую стопку бумаг.       Лань Хуань тряхнул головой. Он был так сильно погружен в свои мысли, что совсем забыл о присутствии секретарши в кабинете.       — Да-да, спасибо, — сказал он и, не глядя, потянулся за протянутыми бумажками. Он сидел за своим рабочим столом, размышляя о завтрашней свадьбе. Это событие должно было стать самым счастливым в жизни, тогда почему на его душе так гадко?       — Ой, — она думала, что начальник уже взял договоры, которые она подготовила, поэтому разжала ладонь. Но действие оказалось преждевременным, и бумаги вихрем рассыпались по полу. — П-простите, — сказала она, слегка растерявшись от случившегося. — Я сейчас все соберу… — бормотала она, опустившись на корточки.       — Нет-нет, это моя вина, извини, — признался он, поднимаясь со своего места. — Я сам, — сказал он и присел возле нее, помогая собрать документы с пола.       — Спасибо, — она смущенно улыбнулась.       Он невольно отзеркалил улыбку, глядя на ее трепещущие ресницы. У Аи были очень большие выразительные глаза, обрамленные темными густыми ресничками. В остальном у нее была самая обыкновенная внешность — невысокий рост, обычная хрупкая фигурка и угольно-черные волосы, которые она обычно убирала в пучок на голове. Одевалась она тоже просто и соответственно занимаемой должности. Сегодня на ней была темно-серая юбка-карандаш, классическая белая рубашка и пиджак в тон юбке. Все пуговички рубашки были целомудренно застегнуты. Ее прекрасные длинные ноги выгодно подчеркивались черными лодочками на каблуке. Даже юбка длиной чуть ниже колена не могла скрыть того, насколько соблазнительными были ее ножки. Она вряд ли была из тех, кто двинут на ЗОЖе или спорте, и все-таки ее икры выглядели подтянутыми, а из-под рубашки не проступало ни грамма лишнего жира. В целом, она казалась вполне заурядной, ровно до тех пор, пока не увидишь ее кристально-голубых глаз. Ангельских и невинных, как и она сама.       Лань Хуань бросил взгляд на стену, где висели большие круглые часы. — Ого! Уже девятый час! — удивился он. — Прости, я задержал тебя, — в его голосе слышалось легкое сожаление. Рабочий день Мейли Аи закончился, она имела полное право уйти еще двадцать минут назад. Но она никогда так не поступала, всегда дожидаясь прямого указа от начальства.       — Ничего, — она потянулась за листиком, который улетел под стол директора, и ровно в этот момент Лань Сичэнь, тоже заприметивший его, наклонился к нему. Их руки соприкоснулись. — Извините, — она слегка покраснела и поспешно убрала руку.       Сичэнь покачал головой, скрывая улыбку.       — Ничего, — ответил он. — Иди домой. На сегодня это все, — он забрал у нее договоры и сложил вместе с теми, что собрал сам. Он бросил все на стол — сегодня ему не хотелось думать о работе. Тревоги, занимавшие его голову, касались личной жизни, от чего рабочая невольно отходила на второй план.       Лань Хуань отряхнул свой светло-голубой костюм и выпрямился. Почти всегда он одевался именно так: классический костюм, узкий галстук в тон, белая рубашка и бежевые ботинки. У него были длинные черные волосы, которые он всегда убирал в низкий хвостик. Сичэнь прислонился к своему столу и задумчиво смотрел прямо перед собой.       — Хорошо, тогда я домой, — случившееся смутило Аи, и она спешно собирала вещи со столика. — Желаю вам… — она замешкалась на полуслове, заметив на себе взгляд начальника. — Чтобы завтра все прошло удачно. До свидания! — попрощалась она, и взяв свою небольшую черную кожаную сумку, быстрым шагом направилась к выходу.       — Пока, Аи, — глухо сказал он, глядя ей в спину. Она тихонько стучала каблучками по полу, а потом, бросив на него кроткий взгляд, покинула помещение, беззвучно притворив за собой дверь.       Кабинет был большим и очень просторным, даже слишком. Здесь при желании могли бы разместиться еще десять-пятнадцать человек, совершенно не стесняя друг друга. Но такова уж была привилегия главы корпорации «Гусу Лань» — иметь отдельный кабинет на последнем этаже престижного здания в центре города с огромными панорамными окнами во всю стену и шикарным видом на столицу. Сейчас пейзаж, открывавшийся ему, был не менее мрачным, чем его настроение. Темно-синие краски с вкраплениями серого накрывали город, искрящийся неоновыми огнями, яркими вывесками и желтыми окнами.       Лань Хуань устало вздохнул и потер переносицу. Почему, имея столько влияния, он не властен над самым главным — возможностью выбрать себе спутницу жизни? Разве он многого просил? Он и так всю жизнь положил на благо «Гусу Лань»… Но он почти с рождения знал, на что идет. Родившись в известной и богатой семье, он знал, что у него не было выбора, кроме как продолжить дело отца. Когда тот умер, все управление перешло в его руки и руки его младшего брата — Лань Чжаня. Ванцзи был его заместителем и главным советчиком. И все-таки у Ванцзи было чуть больше свободы. Он имел право выбора. Лань Сичэнь искренне желал любимому брату другой участи, поэтому никогда ни в чем его не ограничивал. Пожелай тот послать всю эту корпорацию к черту и уйти, Сичэнь не стал бы его удерживать. Вот только у его брата было не менее сильное врожденное чувство ответственности, и он бы никогда не поступил подобным образом. Он бы не запятнал честь семьи.       Еще когда он был маленьким, его отец решил, что однажды они породнятся с другой, не менее успешной в бизнес-кругах семьей Ганг. Их дочка — Ганг Иинг — была на шесть лет младше старшего сына семьи Лань, но с самого своего рождения была обречена на замужество с Лань Хуанем. Они оба — Иинг и Сичэнь — с детства привыкли к мысли о совместном браке, понимая, что все это ради блага их семей и компаний, поэтому никогда даже не думали о том, что могло бы быть иначе.       И все же никаких чувств сильнее дружеских между Иинг и Сичэнем не было. Она вообще была не в его вкусе. Он предпочитал «натуральных» девушек — тех, кто не считал дни до очередной коррекции волос, ногтей, ресниц или что еще они там себе приклеивали. Ганг Иинг была слегка заносчивой, немного высокомерной и излишне самоуверенной. Все это легко объяснялось наличием богатой семьи и избалованностью.       Сичэнь же, при всех своих многомиллионных возможностях, вел довольно аскетичный образ жизни. Да, ему приходилось соответствовать своему положению в обществе, но на этом все заканчивалось. Он не любил лишних вещей, бессмысленных трат и лишнего внимания к своей скромной персоне. Зато ценил уединение, покой и уют.       Жаль, что он не мог жениться на ком-нибудь вроде Аи — скромной, доброй, но очень ответственной девушке. Она столько раз помогала ему и выручала из различных ситуаций. Занимая обычную позицию секретаря, она умудрилась проникнуть во все сферы его жизни. Когда он однажды заболел, она навещала его — готовила бульоны и каши, носила лекарства и фрукты. Когда он однажды перебрал на приеме, она помогла ему добраться до дома — в такси он задремал на плече Аи, слушая, как она приговаривала ему что-то ласковое, пока он боролся с тошнотой. На собрании, к которому он не успел подготовиться, она заменила его, выступив с презентацией. Аи никогда не нарушала своих обещаний и всегда была рядом, когда он в ней нуждался. Вот только вопрос заключался в том, осознавал ли он, насколько сильно и как часто в ней нуждался? Заметил ли он, как она стала частью его жизни? И не только рабочей, но и личной. Понимал ли, что его чувства к ней выходили за рамки отношений начальника и подчиненного?       Ему не было смысла ломать голову над подобными вопросами — они все равно никогда не смогли бы быть вместе. Она была из самой обычной неполной семьи, а он — глава корпорации, которая входила в пятерку самых влиятельных в стране. Аи не могла похвастаться ни глубокими знаниями этикета, ни одеждой дорогущих брендов, ни знаменитыми друзьями. Все, что у нее было — это честное и открытое сердце, которое умудрялось оставаться чистым в таком грязном корпоративном мире.       В дверь тихонько постучали. Лань Хуань невольно бросил взгляд на часы — было 20:31, всего одиннадцать минут с тех пор, как Аи ушла. Кто это мог быть? Все сотрудники уже должны были давно разойтись по домам.       — Да-да, — ответил он, стараясь звучать бодро.       — Простите, — в кабинет заглянула Мейли Аи, — я, кажется, оставила здесь свой телефон… — тихо сказала она извиняющимся тоном.       — О, конечно, — он тряхнул головой, приходя в себя. Аи наверняка сочла странным, что застала босса ровно в той же позе, в которой он стоял, когда она уходила. Если бы она только знала, что все эти одиннадцать минут он не переставал думать о ней.       Мейли Аи подошла к белому столику, что стоял возле дивана. Она слегка наклонилась в поисках потерянного предмета, и Сичэнь помимо воли уставился на ее ягодицы, обтянутые плотной серой тканью. Если долго всматриваться, то можно было заметить следы стрингов под ней — кто бы мог подумать, что такая консервативная девушка предпочитает такое откровенное белье.       — Хм… Где же он? — расстраивалась секретарша. Она бросила неловкий взгляд на начальника, который продолжал стоять у своего стола, прижимаясь к нему пятой точкой. — Похоже, он на вашем столе.       Лань Хуань сделал жест открытой ладонью, приглашая ее подойти проверить.       Она неуверенно потопталась на месте, крепко сжимая в руках сумку, а потом все же сделала несколько шагов, вплотную подходя к деревянному столу молочного цвета.       — Нашла, — счастливым голосом сказала она. Телефон лежал в бумагах на столе.       Когда Аи оказалась так близко, он уловил тонкий аромат ее духов — это было что-то сладкое, но не приторное… Жасмин… Ваниль… Орхидея… Он точно не знал, что именно, и невольно повернул голову, придвигаясь поближе к ее волосам, принюхиваясь. Она была на добрых пятнадцать-двадцать сантиметров ниже его, поэтому ему пришлось немного наклониться. Увлекшись изучением запаха ее духов, он не сразу заметил, что она повернулась и посмотрела ему в глаза. Когда их взгляды встретились, по телу прошел странный электрический импульс.       — Я пойду… — неуверенно проговорила она и, опустив голову, сделала шаг в сторону.       — Нет, — он схватил ее за тонкое запястье раньше, чем понял, что сделал. — Не уходи, — попросил он. Свои губы Лань Хуаню стали казаться чужими — иначе почему он говорил все эти вещи? Почему остановил ее? Почему не отпускал?       Аи молчала и лишь смотрела в его ореховые глаза, часто-часто моргая. Сичэнь держал большой палец на ее пульсе, поэтому прекрасно чувствовал, как тот ускорялся с каждой секундой. Чего он не чувствовал, так это того, что скорость циркуляции его крови по венам была не менее быстрой, а сердце билось отчаянно часто, отдаваясь болью в грудной клетке и звоном в ушах.       — Аи… — тихо позвал он. Лань Хуань и сам не знал, что собирался сказать. Ее имя — как сладко оно звучало на его устах. Как приятно ему было просто звать ее. Повинуясь внутреннему порыву, он резко притянул девушку к себе. Та, не ожидая от начальника подобного, потеряла равновесие и оказалась прижатой к широкой и горячей груди Сичэня. Аи выронила из рук сумку, которая с глухим стуком упала на пол. Чтобы придать себе равновесия, она положила правую ладонь поверх рубашки, выпрямляя спину. Теперь ее рука оказалась прямо напротив его сердца, отчего то начало биться еще быстрее. Почувствовав это, она с удивлением посмотрела своими прозрачно-голубыми глазами на Лань Хуаня. Ее губы невольно приоткрылись.       Зачарованный ее глазами, он прижал Аи к себе еще чуть крепче, усиливая хватку на талии. Она не была готова к такому и издала тихое удивленное «ох». Его взгляд упал на ее губы — слегка пухлые, ровные и покрытые прозрачным блеском. Ему вдруг сильнее жизни захотелось узнать, какие они на ощупь, какие на вкус…       Не давая себе времени задуматься, Лань Хуань сократил расстояние между их лицами и накрыл ее губы своими в робком поцелуе, прикрывая глаза. Он целовал ее нежно и аккуратно, будто боясь спугнуть. Когда он снова открыл глаза и посмотрел на девушку перед собой, то увидел в ее взгляде нечто новое — яркий блеск, которого он не видел в ее глазах никогда прежде. Более того — она не выглядела испуганной или недовольной. Она податливо прижималась к нему, позволяя обнимать ее хрупкую элегантную фигурку.       Сичэнь снова поцеловал Аи, на этот раз проникая в ее рот языком. Их языки плотно сплетались между собой, нежно лаская друг друга. И хотя ему приходилось наклоняться к ней, все это ощущалось так правильно и естественно, что в голове оставалась только одна мысль — почему он никогда не делал этого раньше? Снова и снова целуя ее под разными углами, Лань Хуань чувствовал, как внутри него — из самых глубин его существа — поднимались различные чувства. С каждой минутой контролировать себя становилось все сложнее — ему хотелось большего. Хотелось чувствовать Мейли Аи каждой клеточкой. Вожделение постепенно формировалось в нижней части живота.       — Аи… — прошептал он. Этот тон радикально отличался от того, с которым он обращался к ней обычно. Он был намного мягче, но в нем слышалась вполне конкретная просьба.       Девушка глянула на него из-под полуопущенных ресниц, словно размышляя, решаться или нет, а потом, прикусив нижнюю губу, все-таки кивнула. Они понимали друг друга без слов.       Когда Сичэнь осознал, что его желание взаимно, внутри него будто что-то щелкнуло. Он сделал шаг в сторону и, продолжая одной рукой придерживать Аи, второй смахнул с ближайшей половины своего рабочего стола все вещи. Бумаги, ручки, записки и прочие канцелярские мелочи тихо приземлялись на пол вокруг них. Одним легким движением приподняв девушку — та весила в половину меньше его — он усадил ее на освободившуюся поверхность и принялся покрывать ее лицо короткими мокрыми поцелуями. Ему самому не верилось, что он мог кого-то желать с такой силой.       Сколько бы он ее ни целовал, ему хотелось еще и еще. Стянув с плеч Аи пиджак и отбросив его куда-то в сторону, он принялся медленно расстегивать пуговицы на ее рубашке. Из-под белой ткани стали появляться очертания ее прелестной груди. Сколько раз он мечтал о том, чтобы взглянуть на нее вот так — не через слои тканей, а напрямую на гладкую ровную кожу, которая так и манила к себе. Под рубашкой скрывался очень милый белый кружевной лиф. Повинуясь своим желаниям, он опустился ниже и провел языком по ее сатиновой коже.       Что же с ним сегодня такое? Чем больше он получал — тем больше ему хотелось. В горле пересохло, а думать было все сложнее. С трудом сдерживая желание разорвать на девушке рубашку, он все же расстегнул все перламутровые пуговички, количество которых казалось ему бесконечным. Любое промедление вызывало в нем легкое раздражение. Аккуратно отбросив рубашку Аи на стул, он снова поцеловал ее в губы.       Мейли Аи дышала все быстрее. Она неуверенно протянула к нему руки, желая снять его пиджак. Угадав ее мысли, он сам стянул с себя голубой пиджак и, не глядя, кинул его на пол. Ее пальцы тем временем принялись расслаблять галстук. Успешно справившись с ним, она сняла галстук с Сичэня через голову и бросила к своей рубашке на стул. Ее руки сильно дрожали, когда она попыталась расстегнуть пуговицы на его белоснежной рубашке. Это было так мило — ее волнение вызвало на лице Лань Хуаня теплую улыбку. Он перехватил ее пальчики и поднес ко рту, ласково поцеловав.       — Ты хочешь этого? — еле слышно спросил он, внутренне напрягшись. Лань Хуань так внезапно поддался своим чувствам, что теперь засомневался, насколько его желание взаимно.       — Да, — ответила Аи. В голосе слышалась не присущая ей уверенность. Словно в доказательство своих слов, она обвила руками его шею и притянула к себе, чувственно целуя.       Сомнений оставаться не могло, они хотели одного и того же.       — Держи меня крепче, — с придыханием попросил он, и она послушно обвила ногами его талию.       Лань Хуань осторожно поднял Аи со стола, поддерживая руками и плотно прижимая к себе. Он отнес ее на светлый диван, что стоял возле столика. Сичэнь держал ее так, словно она была самым ценным, к чему он когда-либо прикасался. Хотя, скорее всего, так оно и было. То, как он смотрел на нее, с каким трепетом гладил ее кожу и мурашки, которые бегали по его телу — говорило о нем больше, чем все слова.       Лишь ненадолго отлучившись от дивана, он подошел к своей сумке, что стояла возле стола, и достал из внутреннего кармашка блестящую серебряную упаковочку с презервативом. Лань Хуань отложил кондом на край дивана и снова посвятил все свое внимание Аи. Он снял с нее юбку и бюстгальтер, теперь Мейли Аи лежала перед ним в одних кружевных трусиках, которые тоже мало что скрывали. Желание заняться с ней любовью было непреодолимым. Он навис над ней и страстно поцеловал в губы. Но, несмотря на всю горячность его действий, в его жестах не было ни капли грубости. Только желание и немного нетерпения.       Мейли Аи потянулась руками к его талии и медленно и не очень ловко расстегнула его ремень и молнию на брюках — ею все еще владел легкий мандраж. Лань Хуань помог ей, самостоятельно скидывая на пол брюки и носки. Теперь их разделяло только белье. Сичэнь упирался локтями в диван, заботясь о том, чтобы не давить на девушку своим весом.       — Ты так прекрасна, — прошептал он, обжигая ее губы своим горячим дыханием. Лань Хуань был абсолютно искренен, ему казалось, что перед ним самое идеальное создание на планете. Он опустил руку на ее грудь, ласково массируя и чувствуя, как возбуждены соски Аи. — Я хочу тебя, — его дыхание было прерывистым, а грудь поднималась и опускалась быстрее положенного. Впрочем, он был уверен, что Мейли Аи и так знала, как сильно он ее хочет — его член беззастенчиво терся об ее бедро через тонкую ткань боксеров.       Вместо ответа девушка кротко кивнула. На ее щечках проступил легкий румянец, что вызвало у Сичэня очередную улыбку. Он чмокнул ее в порозовевшие щечки — сначала в правую, потом в левую. Постепенно продвигаясь от щек Аи к губам, шее и груди, он опускался все ниже — к ее животу. Обведя кончиком языка вокруг ее пупка, он принялся покрывать поцелуями нижнюю часть ее живота. Зубами опустив пониже стринги, Сичэнь провел языком по самому чувствительному бугорку на теле Аи, что заставило ее слегка прогнуться. С удовольствием отмечая, что девушка уже вся влажная, он продолжил пробовать ее на вкус, водя языком по клитору. От его действий кожа Аи покрылась мурашками. Она накрыла рот рукой, видимо, чтобы не позволить себе издавать какие-либо звуки.       Лань Хуань постепенно отстранился и убрал ладонь Аи подальше от ее лица.       — Я хочу тебя слышать, — сказал он, чувствуя, как член нетерпеливо пульсировал в трусах, желая поскорее принять непосредственное участие в процессе.       — Г-господин Лань, вы уверены? Что хотите… со мной?.. — в ее глазах читалось сомнение.       Если и было что-то, в чем он сейчас был уверен — так это в том, что хотел Мейли Аи сильнее всего на свете.       — Да, — серьезно ответил он, желая передать девушке вместе со словами частичку своей уверенности.       Услышав такой ответ, Аи приподнялась с дивана и мягко толкнула начальника в грудь, так, что тот уперся спиной в диван. Они окончательно избавилась от белья перед тем, как Аи села поверх Лань Хуаня. Размер его достоинства был настолько внушительным, что девушка не могла не удивиться — длинный, ровный, набухший и с проступающими прожилками вен. Такая эрекция была лучшим свидетельством того, как сильно он ее хотел.       Мейли Аи взяла с края дивана маленькую серебряную упаковку и, надорвав краешек фольги, вытащила оттуда беловато-прозрачный презерватив. Она опустила взгляд и на какое-то мгновение залюбовалась открывавшимся ей видом идеального пресса и пениса, о котором можно только мечтать. Ее руки слегка подрагивали, когда она раскатала латексный кондом по всей длине члена Сичэня, едва ощутимо притрагиваясь к нему пальцами. Но все эти полувзгляды, полумеры и застенчивые жесты распаляли его еще сильнее — это все было так в характере Аи.       Лань Хуань осторожно ввел головку внутрь Аи, придерживая член одной рукой. Ему не хотелось сделать девушке неприятно. Он плавно погружался внутрь и двигался намеренно медленно в стремлении продлить ощущения подольше, но, учитывая, как давно у него не было секса, вероятность того, что его хватит надолго, все равно была мала. Внутри нее было так хорошо… Так туго и горячо…       — Ах… — девушка не могла сдерживать стоны, двигая бедрами и следуя заданному Сичэнем ритму. Они оба постепенно ускорялись, двигаясь в абсолютной синхронности. Мейли Аи стянула с его волос резинку, и длинные гладкие черные пряди рассыпались по его широким мускулистым плечам, заставляя ее восхищенно ахнуть. Залюбовавшись, она не сдержалась и принялась поигрывать локонами Лань Хуаня, попеременно наматывая на свои пальчики. Восхищение и обожание в ее взгляде подстегивало Сичэня.       Его руки крепко сжимали ее бедра, поэтому ему не составило труда, приподняв Аи, подмять ее под себя, бережно уложив на диван. Ему хотелось доминировать, чувствовать Аи под собой. Видеть, как колышется ее грудь от его толчков. Как приоткрывается ее рот во время тихих стонов. Ощущение, как его кожа терлась об ее, было очень приятным. Все его тело горело огнем, хотя ощущения сходились в одной точке — точке, в который сливались их тела, временно делая единым целым. Пусть ненадолго. Пусть хотя бы на один раз, но сейчас они принадлежали только друг другу.       Его волосы, рассыпаясь полукругом вокруг их лиц, отделяли от внешнего мира, создавая иллюзию, что они одни во всей вселенной. Что есть только здесь и сейчас. Есть только жар их тел, приглушенные постанывания и капельки пота, неторопливо проступающие и стекающие по их коже. Они двигались все быстрее, подгоняемые природным инстинктом.       — Господин Лань… — шептала она в полубреду, до боли впиваясь своими коготками в его сильную спину.       — Сичэнь, — ответил он, задыхаясь. Меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы Аи проводила между ними какие-либо границы — отделяла их должностями, происхождением или положением в обществе. Какое все это имело значение? Он бы хотел быть с ней вечно. Если бы он мог выбирать, то выбрал именно ее. — Назови меня по имени, — попросил он. Ему хотелось, чтобы Мейли Аи усвоила урок.       — Сичэнь, — позвала она, приоткрывая глаза, чтобы проверить его реакцию. На его лице сразу расцвела довольная улыбка — он и сам не думал, что будет так счастлив от подобного. — Сичэнь… Сичэнь… — Мейли Аи тоже невольно заулыбалась. — Ах… Сичэнь… — она вжималась в него настолько, насколько это было возможно. Аи растворялась в ощущениях, пока, наконец, не кончила с его именем на устах.       Слышать свое имя, так беззаботно слетающее с ее губ вперемешку со стонами, было безумно приятно. А то, как стенки сжимались вокруг его пульсирующего члена… Это было слишком… Волна экстаза быстро подступала, не давая шанса оттянуть момент.       — Аи… Я… — слова любви застряли где-то посреди горла. Лань Хуань не имел права их говорить, поэтому замолчал, оборвав себя на полуслове. Несколько раз с силой толкнувшись, он излился в кондом, все еще оставаясь внутри и почувствовал пелену чистого оргазма, которая охватила все его тело. После резкого сокращения всех мышц, он почувствовал сильное расслабление, а по телу разлилось тепло. Сичэнь обессиленно ткнулся лбом к влажной груди девушки. Как бы неправильно все это ни было, он был рад случившемуся. Если бы только у него хватило смелости сделать нечто подобное в реальности…       Но жизнь не похожа на прекрасную сказку. Здесь Сичэнь не мог убежать от обязательств и своего долга перед семьей и корпорацией «Гусу Лань».       В дверь тихонько постучали. Лань Хуань невольно бросил взгляд на часы — было 20:31, всего одиннадцать минут с тех пор, как Аи ушла.       — Да-да, — ответил он, стараясь звучать бодро.       — Простите, — в кабинет заглянула Мейли Аи, — я, кажется, оставила здесь свой телефон… — тихо сказала она извиняющимся тоном.       — О, конечно, — он тряхнул головой, приходя в себя. Аи наверняка сочла странным, что застала босса ровно в той же позе, в которой он стоял, когда она уходила. Если бы она только знала, что все эти одиннадцать минут он не переставал думать о ней.       Мейли Аи подошла к белому столику, что стоял возле дивана.       — Хм… Где же он? — расстраивалась секретарша. Она бросила неловкий взгляд на начальника. — Похоже, он на вашем столе.       Лань Хуань сделал жест открытой ладонью, приглашая ее подойти проверить.       Она неуверенно потопталась на месте, крепко сжимая в руках сумку, а потом все же сделала несколько шагов, вплотную подойдя к столу босса.       — Нашла, — счастливым голосом сказала она. Телефон лежал в бумагах на столе.       — Хорошо, — кивнул он с легкой улыбкой. Сичэнь невольно бросил взгляд на ее запястье — Аи была так близко. Он мог бы дотянуться, схватить ее за руку и никуда не отпускать…       — Я пойду… — сказала она и, внезапно смутившись странного взгляда начальника, пошла в сторону двери.       — Аи, — позвал Лань Хуань, не удержавшись.       — Да? — Аи посмотрела на него с удивлением.       Что он мог сказать? Что он мог сделать? У него не было выбора, он должен поступить правильно. Именно поэтому уже завтра он станет мужем Ганг Иинг, делая ее Лань Иинг.       — Будь осторожна по пути домой, — мягко сказал он, — уже поздно.       — Хорошо. До свидания! — сказала она и, бросив на него прощальный взгляд, вышла из кабинета.       Ему показалось, или в ее голубых глазах была грусть? Убеждая себя, что это были лишь блики света и его разыгравшееся воображение, он подошел к столу. Нужно было собрать вещи — он опаздывал на предсвадебный семейный ужин. Ванцзи наверняка уже ждал его у входа. Сичэнь тяжело вздохнул, но не жалел о том, что не торопился. У него были прекрасные одиннадцать минут, пусть лишь в его фантазии.