Нам нужен ребёнок

Эдди решил, что он ослышался. — Веном… повтори, пожалуйста, что ты мне только что сказал. Симбиот мастерски закатил глаза. Будь он поближе, Эдди попробовал бы сам вкрутить их ему в голову подальше и поглубже, но Веном стоял в самом дальнем углу спальни, а она здесь была огромная — чтобы вместить ту самую кровать, от которой Веном был в полном восторге. Эдди до последнего момента, в общем-то, этот восторг разделял, но слова Венома его просто подкосили. Вот и сейчас он лекторским тоном повторял ранее сказанное: — Симбиоты могут родить ребёнка только вместе со своей парой, истинной парой. Ты моя истинная пара, милый, и нам нужен ребёнок. — Веном… — обманчиво мягко начал Эдди. Нет, ну а что? Все знают, что с психами надо говорить спокойно и ласково! — Как ты себе это представляешь? Я мужчина, а ты… — "Чёрная зубастая клякса-тентакль!" — …инопланетное существо с совершенно нечеловеческой физиологией. Так как вообще… — О, это очень просто, — оскалился Веном. — Почти все пары симбиот-человек однополые, это для нас норма. А насчёт ребёнка тебе не придётся заморачиваться: мы размножаемся вроде как… э-э… забыл слово. — Он глубоко вздохнул, на выдохе низко опустив плечи и голову, чем вызвал на лице Эдди невольную улыбку: ему по-прежнему казались милыми моменты, когда Веном путался в человеческом языке или эмоциях. — Короче, ребёнок сформируется как бы как часть меня и только потом отделится. — Почкование? — Да-да, точно! — оживился Веном. — Тебе не придётся ничего делать для зачатия, и сперма твоя мне не нужна… — А что нужно? — насторожился Эдди. Не просто ж так Веном решил ему о своём отцовстве торжественно объявить — а то бы по квартире уже давно полдюжины мини-Веномов ползало. Эдди аж плечами передёрнул — бр-р! Его одного-то с головой хватает, а если несколько, да ещё детёныши… — Хм. — Веном возвёл глаза к потолку, а потом снова уставился на Эдди. — Нужна будет твоя энергия, твоя сила. Я создам ребёнка сам, но после отделения от меня он будет вынужден прикрепиться к тебе. То есть в тебе одновременно будут два симбиота: я и наше дитя. — Я… я что, его вынашивать буду?! — Нет. Не так, как это делают ваши женщины. Он просто будет в тебе — так же, как и я. Эдди аж выдохнул. Фуф, вот это облегчение! — Так, допустим. И в чём подвох? Веном моргнул озадаченно, а потом его морда лица осветилась пониманием. — А-а, вот что ты имеешь в виду. Хм. Ну, ребёнку надо расти и набираться сил. И энергию он будет черпать из тебя. Ребёнка нельзя отделять от родителя-человека, пока он не вырастет, иначе его взросление остановится, а это никого не обрадует. Дети-симбиоты плохо себя контролируют. То-то у тебя самоконтроль железный, маньяк ты мой шоколадный. Каждую неделю сотня баксов на шоколадки уходит, разве так можно? Стоп, ЧТО?! — Погоди-ка… Ты хочешь сказать, что во мне помимо тебя заведётся ещё один паразит, которого ты полностью создашь сам, а он не сможет себя контролировать и при этом будет тянуть из меня силы? Охуительное предложение, Веном, — я отказываюсь! — Мы не паразиты! Я твой кха-наяр, а он будет твоим ребёнком! — Каким моим?! Ты же сам сказал, что тебе от меня ничего не нужно будет для зачатия! Мало тебе было меня своим костюмчиком сделать, так теперь ещё и в инкубатор хочешь превратить?! — Не инкубатор! Ты его родитель-человек, его отец. Я же в тебе живу — мне не нужно из тебя сперму для него выкачивать или ещё что-то: он и так будет похожим на тебя. И на меня, и на тебя — как у людей! — Да нахер тебе вообще вдруг дети сдались?! И что это за формулировка такая — "нам нужен ребёнок"! Кому "нам"? Почему "нужен"? Мы что, помрём, если не заведём детей? — Нет, не помрём. Нужен потому, что дети сильнее скрепляют связь симбиота и его кха-наяра. Ты моя истинная пара, Эдди, и я не хочу тебя потерять. — Да я никуда и не ухожу, — озадаченно пробормотал Эдди. Веном кивнул. — Знаю. Но ты можешь. А я — уже нет. — В смысле? — Это особенность нашей биологии. Когда мы находим истинную пару, мы уже не можем с ней разлучиться. Если ты решишь бросить меня, изгнать меня из себя, я буду очень сильно страдать. И почти наверняка не выживу. Понимаешь? Мне после тебя уже не подойдёт другой. Может и подойти, конечно, но это большая-большая редкость. — А при чём тут дети? — Если мы с тобой заведём детей, наша связь станет крепче. Мы станем ближе друг другу, мы сроднимся. И ты меня точно не бросишь. — Почему это звучит как описание грёбаного рабства? — Не знаю. Но я уже в нём. Ты со мной? — Веном протянул ему руку. Она постепенно удлинялась, пока наконец Эдди не смог бы её коснуться. Дальше тянуться Веном не стал и застыл на расстоянии полуметра от Эдди. Он потёр лоб. — Так. Если я всё правильно понял, то тебе нужен ребёнок, чтобы скрепить нашу связь и я тебя потом не выгнал. Но ты сказал "нам". Так зачем же это нужно мне? — Связь — дело двоих. Если ты не хочешь скрепить её, значит, это всё не имеет смысла. — Ладно-ладно. Допустим, я согласен. Допустим, ты сделаешь ребёнка, я его поддержу своей энергией, он вырастет… А потом что? — Он найдёт себе носителя. — И что, будет в нём сидеть как ты во мне? — Ты мой кха-наяр — нашему ребёнку может сразу так и не повезти. Но ему нужен будет человек, чтобы выжить и иметь возможность передвигаться. — Так, погоди! Но когда ты был в Марии, она умерла — наш ребёнок что, будет убивать людей, пока не найдёт подходящее тело? — Подходящих тел не особо мало — трудно найти именно своего кха-наяра. У меня ситуация была другой. Вокруг меня было мало людей, выбора у меня не было. А наш ребёнок будет волен обойти хоть весь город и найти того, кто сможет его держать. — Так, ладно, допустим, он нашёл. И что дальше? Он что, будет жрать людей так же, как и ты? — Да. Мы умрём без человеческой плоти. Но это наше общее дитя, и ты можешь научить его действовать как мы — есть только плохих людей и как можно реже. — Ты предлагаешь мне дать жизнь новому людоеду? Веном повёл плечами. — Так уж мы устроены. Но разве тебе не всё равно? Когда я убивал направо и налево, защищая тебя, ты что-то не очень был против. Не делай вид, что ты хороший человек, Эдди. Моё имя Веном — хороший человек не смог бы стать моей истинной парой. Эдди хотел было возразить — и не смог. Вздохнул тяжело и стал расстилать постель. — Не хочу об этом больше говорить. Давай спать. Веном склонил голову набок. — А ребёнок? — Никакого ребёнка. Я не собираюсь помогать тебе плодить людоедских тварей. — Несмотря на то, что ты трахаешься с одной такой? Эдди замер. Веном смотрел на него, сложив руки на груди. Закрытый жест. И очень человеческий. Веном в принципе постепенно начинал вести себя всё более по-человечески. — Не говори так, — тихо сказал Эдди, забираясь в постель и протягивая к Веному руки. — Мы не "трахаемся" — мы любим друг друга. Ты тот, кто ты есть, Веном. Я люблю тебя такого, но выпускать в мир подобных тебе… я не готов. Веном вздохнул, и плечи его поникли. — Я понимаю. Ты не хотел меня обидеть. — Не хотел. Прости, если так вышло. — Не вышло. — Веном помотал головой. — Всё нормально. — Иди ко мне. Когда его любимый симбиот лёг рядом и привычным движением обнял Эдди (хотя скорее "обтёк"), он, ощутив себя в тёплом коконе, улыбнулся. — Хочу всю жизнь так. Чтобы ты был рядом со мной. Во мне. Я тебя не оставлю, любовь моя. Веном коснулся лбом его макушки. — Это всё, что у меня есть, Эдди. Всё, что у меня есть… ↈ ↈ ↈ С того вечера Веном больше не заводил разговоров о детях. А Эдди пытался справиться с остатками ревности к Энн: на носу была её свадьба с Дэном, и Эдди непременно нужно было изобразить по этому поводу всю радость, на которую он только был способен: Энн пригласила его в качестве гостя со своей стороны. Дэн — хороший парень, но даже он от этого вряд ли был в восторге — он-то не знал, что бывший жених Энн нашёл себе новую любовь. "Вот пусть и дальше не знает", — думал Эдди, выбирая костюм на свадьбу подруги. Веном сразу отверг три варианта из пяти, а между оставшимися сам завис в размышлениях. "Не могу выбрать, тебе оба идут". "И я не могу выбрать". "Иди голым. Ты так красивее всего". "А может, тебя надеть? Фурор ведь произведу!" Веном захихикал. Да, он так умел. "Бери в полоску". "Почему?" "Нипочему. Считалочку рассказал, и последнее слово выпало на этот костюм". "Хороший аргумент". "А то!" Энн сияла так, что Эдди на миг всерьёз пожалел о том, что потерял такую женщину. Тут же спохватился, испугавшись, что его может слышать Веном, но тот сидел тихо-тихо и, скорее всего, мыслей его сейчас не воспринимал. Оно и к лучшему. Сразу после церемонии Энн и Дэн уехали в Европу на две недели, а Эдди с головой зарылся в работу. Вскоре он почувствовал, что что-то было не так — но что?.. В очередной раз погружаясь в объятия Венома, он понял. — Веном? — Да? — А почему мы больше не занимаемся сексом? — А ты хочешь? Эдди чуть отодвинулся от него и приподнялся на локте, чтобы удобнее было смотреть Веному в глаза. — Почему ты вдруг стал в этом сомневаться? Я всегда тебя хотел — даже до того, как по-настоящему это осознал. — Но я думал… — Гримаска Венома сейчас очень походила на хмурящееся лицо. — Я думал, тебе будет неприятно заниматься со мной сексом после того разговора… — Которого именно? Мы с тобой о многом говорим. — О ребёнке. — Оу… — Эдди не ожидал такого ответа. На самом деле он был безумно рад, что Веном не пытался поднять эту тему вновь, и теперь невольно напрягся. — Но почему я должен был разлюбить секс с тобой из-за этого разговора? — У вас, у людей, секс означает деторождение. — Я не женщина. И ты же сказал, что секс не имеет значения для размножения вашей расы. — Не имеет, — согласился Веном. — Но ты человек, а то, что мы с тобой как бы одного пола, неважно для моей расы. Эдди потёр лоб. — Я вообще ничего не понял. Разве у вас может появиться ребёнок без вашего на то желания? — Нет. — Тогда при чём тут моё якобы нежелание секса? Я хочу тебя, Веном. Не меньше, чем прежде. — Правда? — Он удивлённо округлил глаза. Эдди фыркнул и погладил Венома по щеке. — Правда. Я очень скучал по твоему большому чёрному… Договорить не успел — рот заткнули. ↈ ↈ ↈ Когда Эдди доказал Веному, что он его не расхотел (полночи доказывал, чтоб его! Ишь какой недоверчивый стал…), их жизнь вернулась в привычное русло. Особенно Эдди любил просыпаться под запах бекона или оладий, ведь Веном ради него даже немного готовить научился и с недавних пор стал каждое утро сервировать ему завтрак. И сегодняшний день ничем не отличался от обычного. Но когда Веном, оглянувшись через плечо, спросил Эдди, сколько оладий ему класть, а потом сел за стол напротив него и, подперев лицо ладонями, с умильным выражением стал наблюдать, как Эдди ест, он вдруг сам неожиданно для себя выдал: — Я согласен. Веном моргнул. — Я же тебя ни о чём не спрашивал. — Спрашивал, только не сейчас. Ты просил у меня ребёнка. — А… — И я говорю тебе: я согласен. У Венома из плеч две дополнительных руки образовались — с ним случалось такое, когда он нервничал или сильно радовался. — Ты серьёзно? — Более чем. — Эдди отправил в рот очередной кусок оладьи. — Я даю тебе разрешение — делай ребёнка. Тебе для этого ещё что-то от меня нужно? Веном уставился в стол. — Хм, вообще-то да. Эдди закатил глаза, не прекращая при этом облизывать липкие от сахара пальцы. Веном фыркнул. — Не это от тебя понадобится. Мне надо хорошо… поесть. Я не могу зачинать дитя, будучи голодным: у меня сил не хватит. Рука Эдди замерла в воздухе на полпути к тарелке. — Что? — Мне надо съесть как минимум трёх людей. — Увидев что-то у него на лице, Веном исправился: — Плохих людей. Зато потом я долго есть не буду. — Спасибо, утешил, блин. — Извини. По-другому никак. Эдди пожал плечами. — Никак так никак. Только, Веном… — Да? Эдди поднял на него взгляд. — Я не хочу этого видеть. — Ну разумеется. Как скажешь. Наверное, это было трусостью и нежеланием принимать реальность, но вот уже пару месяцев Эдди просил Венома закрывать его на время, пока он питался, отключать Эдди от себя настолько, насколько это было возможно. Эдди уходил куда-то в тёмные глубины сущности Венома, а когда возвращался, тот уже был сыт и доволен. И никакой крови и остатков трупов вокруг. У Эдди никогда не было иллюзий насчёт того, кем является Веном. А теперь не осталось иллюзий насчёт себя самого. ↈ ↈ ↈ Веном не обманул — он уже неделю сидел тихо, ответив на удивлённый вопрос Эдди кратким: "Зачатие". Он понял и отстал от симбиота. И начал снова готовить завтрак сам. "Пиздец как непривычно", — думал он, отдирая лопаткой яичницу от сковородки. На восьмой день Веном сказал: — Он появился. Это мальчик, если тебе интересно. — Интересно. — Сидевший на диване Эдди обернулся поверх спинки. — А когда я его увижу? — Когда он сам решит. Но он уже в тебе. — Эдди недоумевающе нахмурился, а Веном, оскалившись, указал чернильным пальцем вниз — на тонкую нить, что их связывала. Эдди поднял брови. — Так я что, типа беременный? — Вроде того, — кивнул Веном. Эдди усмехнулся. — Ну всё. Теперь буду капризничать, а ты мне будешь руки целовать. — Я тебе и так руки целую. И не только руки. Эдди схватил было подушку, чтобы любовно кинуть ею в Венома, и вдруг замер. — Погоди-ка… А раз он уже во мне, значит, нам не стоит пока заниматься сексом? Получится же, что ты во мне и он тоже во мне… — Эдди резко уткнулся лицом в подушку и глухо простонал: — Ох, чёрт, как же сложно-то теперь, блять… — Что сложно? Эдди выглянул из-за подушки. — А ты не понимаешь? Как мы сможем заниматься сексом, если во мне ребёнок? Веном снова сделал очень человеческий жест — недоумённо почесал затылок. — Но человеческие самки занимаются сексом, когда ждут ребёнка. — Это не дети, а зародыши — они ничего не понимают и не осознают. Наш ведь не такой. Ты рассказывал мне, что детёныши-симбиоты с момента зачатия начинают многое понимать. А это значит — никакого секса. — Эдди тяжело вздохнул, и Веном фыркнул. — Зря я тебе это рассказал. Не рассказал бы — мы бы трахались как и раньше. — И он бы всё это ощущал? Веном отвёл взгляд. — Отголоски, — наконец ответил нехотя. Эдди махнул рукой. — Никаких отголосков! А что, для симбиотов это нормально — ощущать, как родители занимаются сексом? — Да. Крепкая связь родителей помогает ребёнку стать сильным. — Веном снова посмотрел на него и вдруг выпалил: — На самом деле, если мы не будем заниматься сексом, пока Контакт в тебе, он может вырасти слабым! — Это ты сам только что придумал? — усмехнулся Эдди. — Погоди-ка… Контакт? Веном кивнул. — Так его зовут. — Ты дал имя нашему ребёнку, не посоветовавшись со мной? — Нет. Симбиотам не дают имена — каждый из нас определяет своё сам. И оно зависит от состояния связи между родителями на момент зачатия. — И наш сын определил себя как "связь"? — Ага. — А почему тогда ты назвал себя "злобой"? Веном пожал плечами. — Какие отношения между родителями — такое и имя у ребёнка. — Не завидую я тебе. — Ты о чём? Они оба сдохли давно, а у меня есть ты — истинная пара. И скоро будет ребёнок. Да я самый везучий симбиот за всё время существования нашей расы! — Ладно, поздравляю. А когда Контакт появится на свет? — Точно сказать не могу: развитие симбиотов индивидуально. Но примерно через месяц-два. Эдди присвистнул. — Шустро вы. Веном улыбнулся во все тридцать две тысячи. — Ну уж не как вы, людишки-тормозы. Девять месяцев дитё носить — это ж когда жить-то?! Эдди рассмеялся, а Веном продолжил говорить, постепенно меняя тему. Уже через полчаса он сумел убедить Эдди, что ничего он не придумал и им правда нужно срочно заняться сексом ради здоровья их же ребёнка, и… И не сказать бы, чтобы Эдди особенно возражал. ↈ ↈ ↈ Через неделю Энн и Дэн вернулись из свадебного путешествия. Эдди решил, что прилично будет позвонить и поздравить молодожёнов, расспросить, как там погодка в Венеции… ну и, короче, всякое такое. Заколебался на мгновение, испугавшись, что трубку возьмёт Дэн, но потом махнул рукой, шумно выдохнул и набрал номер. Длинные гудки прервались довольно быстро: — Алло? — Энн, привет, это Эдди. — О-о, ты решил мне позвонить, это так мило. Эдди смутился, но Энн сказала, что шутит, и напряжение спало. Они хорошо поговорили: Энн рассказывала о красотах Венеции и невероятных итальянских закатах и ни о чём не спрашивала его самого — идеально! Они уже попрощались, когда Энн вдруг выпалила вдогонку: — Кстати, Эдди, — я жду ребёнка! Он моргнул. — О, а я тоже. — Что? — Что? … Господи, я это что, вслух сказал?! И что мне теперь ей ответить — "Энн, дорогая, ты всё не так поняла"?.. — Эдди, что там Веном опять натворил? А, нет, всё так она поняла. — Видишь ли, это очень длинная история… — У меня полно времени, — ледяным голосом отчеканила она. — Я могу заехать к тебе или… — Не надо! Энн, у меня работы по уши, и всё у меня нормально, поверь мне! Просто у нас с Веномом будет маленький симбиот, только и всего… В трубке повисло молчание. Даже дыхания не было слышно. А потом Энн выдавила неохотно. — На самом деле… Ох, ты прав, пожалуй. И я не уверена, что хочу выслушивать объяснение всего этого… всей этой ситуации. Не уверена, что хочу знать, каким образом на свет появляются дети симбиотов. Надеюсь, у тебя действительно всё под контролем. — Вот-вот, — улыбнулся Эдди, надеясь, что его голос звучит не слишком нервозно. — У нас с Веномом всё в порядке. И я обязательно познакомлю тебя с ребёнком, когда придёт время. — А… это будет человек или симбиот? Или какой-то гибрид? — Симбиот. — А. Наверное, это к лучшему. — В нашей ситуации — определённо. Энн скомканно попрощалась и повесила трубку. Эдди нажал "отбой" и призадумался. Кажется, он сильно выбил её из колеи и напугал. Как бы она сюда и вправду не примчалась. И — ох, чёрт, она же беременна, аккуратнее с ней надо быть! — Какой же у меня длинный язык, — пробормотал Эдди. И тут же услышал радостное: "Да-да! Это очень, очень удобно!" "Да замолчи ты! Я тут Энн сболтнул лишнего и волнуюсь теперь". "Не бери в голову. Слышал я ваш разговор и страхи твои прекрасно вижу. Энн, конечно, баба деятельная, но вряд ли она сюда примчится в ближайшем времени. Что она сделать-то может? Межгалактический аборт, что ли?" Эдди прыснул. "А что, такое возможно? Чисто теоретически?" "У других рас, может, и не теоретически. Но не у симбиотов. У нас дитя скорее убьёт обоих родителей, чем позволит себя уничтожить. Это ж не как у вас. У вас-то безмозглая куча клеток, и рождение ей не особо помогает — когда там ваши детёныши более-менее осмысленными и самостоятельными становятся? Во-во. Если б наши такими были, их бы предки заживо сжирали не глядя. Вот они и зачинаются сразу разумными и довольно сильными. Контакт зачат и теперь точно на свет появится — и неважно, хотим мы этого или нет…" Эдди новые откровения Венома ни капли не испугали. Он уже привык к жестоким нравам симбиотов, да и жизнеспособность будущей дитятки его порадовала. Всех убью — а сам останусь. Не самый плохой жизненный принцип, а?.. ↈ ↈ ↈ Ноги подкосились, и Эдди упал на колени возле кресла. Поняв, что падает, он невольно схватился за занавеску и сдёрнул её вместе с карнизом. К счастью, Веном вовремя поймал карниз чернильными лапками, так что на голову Эдди ничего не свалилось. — Прости, Эдди, пора. — Что пора? Голова Венома змеёй выползла из тела Эдди, чтобы заглянуть ему в глаза. — Пора ему появиться на свет. Контакт созрел и хочет выйти и осмотреться. — Да ты что, блять! — Эдди, опираясь о сиденье, с трудом уселся в кресло. — И как это будет происходить? Стрёмно, знаешь ли, рожать, когда ты даже не баба! — Не бойся, тебе ничего делать не придётся. — Веном начал обволакивать его и, когда Эдди запротестовал, сказал шёпотом: — Так надо. Как во время моих последних кормёжек. Я должен захватить над тобой полную власть, чтобы вытолкнуть из нас Контакта. Ты мне доверяешь, Эдди? "А у меня есть выбор?" — подумал он. Но вслух сказал: — Да, конечно. Веном закрыл ему обзор полностью, оплёл всё его тело, заключив Эдди внутри себя. Он невольно закрыл глаза: смысл держать их открытыми, если вокруг всё равно темень? И где-то там в этой тьме — его сын. Его и Венома. "Уму непостижимо". И всё же он там есть. Веном объяснял ему разницу: сначала ребёнка зачинают, потом он некоторое время уже существует, но неотрывно от отца-симбиота, а потом вроде как "рождается" — но при этом остаётся прикреплённым к отцу-человеку и некоторое время растёт и крепчает. Вплоть до тех пор, пока не найдёт своего личного носителя-человека. Веном говорил, что детёныши симбиотов после зачатия "зреют" внутри примерно месяц-два. Контакт был точен как часы: ровно шесть недель. И Эдди за всё это время ни разу не ощутил ничего особенного. "Наверное, так и надо было", — подумал он, чувствуя, как глаза начинают слипаться. Так спать хотелось, так сильно хотелось спать… Может, это Веном его укачивает? Или Контакт последние силы вытягивает? Неважно. Спать. Как же хочется спать… ↈ ↈ ↈ Их разбудил запах жарящегося бекона. Эдди открыл глаза и поднял голову от подушки. Он лежал в своей постели, на животе, абсолютно голый, укрытый простынёй по плечи. А с кухни доносился отчётливый аромат еды. В животе противно заурчало, и Эдди вздохнул: пора было вставать. — Привет, папа! Он подскочил на кровати, неловко встав на четвереньки и в ужасе оглядываясь. — Кто здесь?! Рядом тут же оказался Веном. — Эдди, ты что, не помнишь? Эдди глянул на него. Почувствовал, как по правой руке что-то ползёт, и медленно повернулся. Аккурат из локтевого сустава торчала длинная тонкая шейка, а на ней — небольшая круглая голова. Ну да, Веном частенько так делал. Только не из локтя. И голова с шеей были куда крупнее. А ещё он не тёмно-фиолетовый с блёстками, форма головы у него более вытянутая, и глаза крупнее и шире. И белые. А на Эдди сейчас смотрели глазки поуже, и были они светло-сиреневого цвета. — Привет, папа, — повторило существо. Оно говорило хрупким юношеским голоском, словно бы это был тринадцатилетний подросток. — Я Контакт. — Привет, Контакт. — Эдди оглянулся на Венома и выдохнул ошарашенно: — У нас получилось! Он, блин, и правда есть, он правда здесь! — А ты сомневался? — фыркнул Веном. И указал зажатой в руке лопаткой на кухню. — Айда за стол, завтрак готов. А ты, мелкий, скройся и не мешай родителям разговаривать. Контакт без единого возражения юркнул обратно в Эдди. Тот слегка потряс головой, поднялся на колени, а потом уселся на пятки. Не слишком удобная поза, но сейчас ему было плевать на некоторый физический дискомфорт. — Поверить не могу. Мы и правда родители… — О, любовь моя, — у тебя ещё много времени будет, чтобы в это поверить. — Веном подошёл к кровати и взял Эдди за подбородок. — А знаешь, что самое главное? — Что? — Что мы теперь связаны так крепко, как только можно. — Веном провёл пальцем по нижней губе Эдди. — И ты теперь никуда от меня не денешься. — Как и ты от меня, — заметил он. Веном улыбнулся. — Верно. С рождением малыша нас. Когда Веном поцеловал его, Эдди страстно ответил, обхватив его за плечи. И только потом вспомнил, что в нём теперь существует ещё одна отдельная личность. "Веном, блять!" "Папа, ты нехорошие слова думаешь…" … "Помоги мне, господи".