Миники для Бинго-феста

Задание: похороны. Краткое содержание: все началось еще в Бруклине. *** Первый раз Стива Роджерса похоронили, когда ему было двенадцать. Баки вернулся домой после лета, проведенного у бабушки в Миннесоте. Выскочив на улицу, он уже собирался пойти к Стиву, похвастаться летними подвигами и спросить, почему тот не отвечал на письма, как услышал разговор соседки с подругой. – Сарин постреленок-то того, Богу душу отдал. – Да что ты? Вот же бедняжка… – сокрушенно покачала головой миссис Уильямс, не отвлекаясь от развешивания белья. Баки замер, чувствуя, как от ужаса свело живот, а сердце забилось с перебоями. – Да, болел целый месяц, уж доктор к нему ходил, считай, каждую неделю. Все, отмучился мальчонка, да и Саре хоть облегчение. Ведь и так парень одной ногой в могиле был, с самого рождения хилый, в чем душа держалась, – как ни в чем ни бывало продолжила незнакомая тетка. Баки, сквозь душащие его слезы, ощутил острое желание врезать ей со всей силы, вбить обратно мерзкие, равнодушные слова. Вот почему письма оставались без ответа… – А что же Сара? Наверное, помочь надо? – обеспокоенно спросила миссис Уильямс. – Денег собрать немного, на похороны? У Баки в копилке был целый доллар и еще пятнадцать центов: что-то подарила бабушка, а что-то он заработал, помогая весной в дядиной лавке. – А она уехала, наверное, сразу, как ребенок преставился, и его увезла. Думаю, хоронить в своем родном городке будет, там же, где родители ее лежат. – А ты-то, Марта, как узнала об этом? – спросила миссис Уильямс, встряхивая мокрую рубашку и разглаживая ее на веревке. – Да мне доктор их сказал. Так и говорит, мол, до утра отъедет малец, – охотно поделилась тетка. – Я по кварталу нашему прошлась, мы и службу в церкви заказали, хоть Сара и уехала. Все равно проводить надо, а то не по-божески получится… Баки тяжело поднялся из-за бочки с дождевой водой, за которой сидел, вышел к женщинам, вытер кулаком глаза. – Миссис Сара любит… любила Стива больше жизни, и ей не будет никакого облегчения, а вас Бог накажет за такие слова! – хрипло сказал Баки. Женщины ахнули, но за Стива Баки был готов рискнуть недельным домашним арестом и выпоротой задницей. Только бы заткнуть эту тетку, так равнодушно-радостно рассказывающую про смерть Стива, будто это досужая сплетня. Баки развернулся, еще раз окинув их максимально презрительным взглядом, и ушел. Даже убежал. К дому Стива, чтобы самому убедиться, спросить мистера Пимса, их соседа, как все произошло. Всю дорогу Баки то тут, то там, от разных людей слышал краем уха обрывки рассказа о болезни Стива и ее печальном исходе. Баки, наконец, добрался до их дома и взлетел на лестничную площадку. Дверь, разумеется, была заперта, а мистера Пимса не было дома. Баки, на всякий случай, заглянул в почтовый ящик, где Стив обычно оставлял ему записки, если не мог выйти из дома или предупредить об отъезде. Вытащил ворох газет. Среди серых печатных страниц мелькнуло белое. Баки взял в руки конверт, подписанный знакомым почерком. Прощальное письмо? Дрожащими руками вскрыл его, развернул. “Баки, ты, наверное, меня не застанешь, когда приедешь, – Баки зажмурился, сморгнул слезы. Перевел дыхание и продолжил читать. – Я тут сильно заболел, но исправно отвечал на твои письма, честно. Ну может, парочку пропустил, когда совсем плохо было. В общем, мама договорилась с дальней родственницей, ей сто лет в обед, и мы утром уезжаем в ее дом, к морю. У нас ночной поезд, круто! Там климат какой-то нужный, который доктор посоветовал. Вернемся к концу лета, я даже знаю дату, мама заранее билеты купила. Может, мы встретимся уже на следующий день, как ты приедешь! Мама сказала, там почта работает медленно, только раз в неделю забирает письма, но я все равно буду писать, правда буду, а не как обычно, даю слово! А нет, так увидимся дома!” Баки глубоко вздохнул, закрыв глаза, и прижал к груди письмо. Первым делом, когда Баки увидит Стива, он даст ему хорошего тумака, потому что ленивый поганец не соизволил написать ни одной строчки за три месяца. На следующий день, когда миссис Сара и Стив приехали, Баки смог только крепко обнять его, не в силах произнести ни слова, пока живой и здоровый Стив удивленно обнимал Баки в ответ. Тем же вечером Баки подкинул дохлую крысу этой Марте в почтовый ящик, пришив сверху записку: “Разносчице сплетен разносчика заразы”. Баки потом неделю с трудом садился на задницу и месяц провел дома, выходя только в школу, а Стив исправно таскал ему домашние задания и торчал под окнами, обмениваясь с ним записочками. Тогда Баки еще не знал, что это только начало. *** Второй раз Стива Роджерса похоронили после знаменитого полета на “Валькирии”. Шествие скорбящих растянулось на несколько миль. Капитан Америка, сражавшийся за свою страну, спасший миллионы жизней ценой своей собственной, задел сердце каждого человека. Пустой гроб провожали сотни и тысячи людей, а президент произнес речь, рассказывая про “Великого, самоотверженного человека”. Рядом с обелиском, воздвигнутым в честь Стива, устроили и могилу Баки, чтобы “и после смерти не разлучать лучших друзей”. На этом настояла его мать, которой пришли сразу две похоронки. Каждый год четвертого июля к обеим могилам приносили огромную гору цветов, мягких игрушек, свечей. Паломничество продолжалось вплоть до две тысячи одиннадцатого года, когда Стива нашли замороженным и, неожиданно, живым. *** В следующий раз новостные СМИ протрубили о трагической гибели Капитана под обломками разрушенных хелликериеров, в две тысячи четырнадцатом. Сразу нашлось множество очевидцев, которые своими глазами видели, как Капитана сначала завалило кусками авианосца, потом разорвало пополам, а потом боец в черном с металлической рукой выстрелил Капитану в голову, грудь и живот. Только через несколько дней напечатали опровержение, и скорбящий народ вздохнул с облегчением. *** Когда до широкой общественности дошли слухи о смертельном сражении Железного Человека и Капитана Америки в каком-то заброшенном бункере в России, никто не спешил объявлять Стива погибшим. Несмотря на то, что Тони Старк вернулся на базу Мстителей один. И хотя многие люди говорили, что “Третий раз – алмаз!” и теперь-то Роджерс точно мертв, в целом, и поклонники, и ненавистники Капитана воздерживались от категоричных высказываний. Особо предприимчивые устроили тотализатор и принимали ставки, мотивируя сомневающихся словами: “Очередной конец света уже не за горами, и тогда Капитан точно появится. Выиграете кругленькую сумму. Хватит на восстановление жилья, которое обязательно пострадает от Мстителей или пришельцев.” *** После щелчка Таноса половина вселенной развеялась в пыль, а Стив Роджерс попал в списки пропавших без вести. Оставшиеся Мстители сочли это отличной идеей в ходе грядущей войны. Однако народ было уже не провести. И только для вражеских сил явление живого суперсолдата оказалось неожиданностью. *** Еще через пару лет. Баки методично выровнял небольшой холмик земли. Украсил его самыми красивыми цветами, что смог найти в Ваканде. На изголовье, около небольшого камня, положил несколько белых лилий. – Целых сто пять лет… так много… так долго… – грустно сказал Баки. – И как я не свихнулся до сих пор? Стив рядом вздохнул, неловко переступил с ноги на ногу. – Это как-то слишком, Бак. А если кто увидит? – Порадуются за нас. На плоском красивом камне с прожилками, у подножия которого Баки разложил лилии, красовалась надпись: “Здесь пала смертью храбрых девственность Стива Роджерса”. *** Выдержка из “Нью-Йорк Таймс” от 4 мая 2088 года. Вчера ночью скончался Стивен Грант Роджерс, Капитан Америка, в свое время ставший первым супергероем. Он ушел из жизни в преклонном возрасте, оставив после себя неизгладимый след в истории. Похороны величайшего героя Земли состоятся на Арлингтонском кладбище. Баки свернул голограмму утренних новостей и принялся доедать свой омлет. – Людям действительно лучше не знать, что у наших сывороток нет срока годности, – задумчиво сказал Стив. – Зато теперь можем пожить инкогнито, без этих дурацких старящих масок. – Ага, – невнятно ответил Баки с набитым ртом. – А лет через семьдесят еще раз тебя похороним. Давай выбирать новые имена. Только чур, теперь я буду Стивом. Конец. Но не для них...