На грани дружбы

      По возвращении из Киркволла Кейр был спокоен, улыбался и мягко шутил о городе, который «даже спустя сотни лет выглядит как задворки Тевинтера». Слушая его короткие, но емкие истории, все посмеивались. Все словно было хорошо.       Но Сайлас слишком хорошо знал своего друга — и за внешней мягкостью видел его потухший взгляд. Кейр шутил и смеялся, но глаза его ни разу не сверкнули счастьем, как бывало обычно.       Не говоря уж о том, что, отчитавшись о делах Адвену, он молча ушел куда-то. Сайлас даже не сомневался, что обнаружит друга в винном погребе.       Он сидел, задумчиво побалтывая эль в кружке. Лицо его было… равнодушно. А равнодушие было Кейру свойственно так же, как Сайласу — доверчивость и желание открыть душу первому встречному. То есть вообще не свойственно.       Сайлас осторожно присел рядом и спросил:       — Не задалось там что-то, да?       — С чего ты взял?       Кейр даже изобразил удивленный тон — но не взгляд.       — По глазам вижу.       Он тяжело вздохнул.       — Настолько заметно?       — Ну… мне заметно. Что случилось-то?       Повисла пауза. Кейр зачем-то уставился на кружку с элем, отпил оттуда, заглянул внутрь — и наконец отозвался:       — Если вкратце, то я самый безнадежный идиот в мире.       — А если не вкратце? — Сайлас обеспокоенно придвинулся поближе. — Ну чего ты, а? Думаешь, я сейчас над тобой смеяться начну или что? Ты же знаешь, я это никогда не…       — Знаю. — Кейр несильно сжал пальцами его ладонь. — Извини. Я от тебя никаких секретов не держу. Просто… чувствую себя странно. Сам не верю, что все так получилось.       Сайлас придвинул с другого конца стола бутылку и кружку, налил себе эля и пихнул друга в бок:       — Говори как есть.       Кейр сделал глоток, расслабленно прикрыл глаза и заговорил:       — В общем, у нас случилась размолвка с Бетани. Сначала все шло отлично. Мы осмотрели Киркволл, зашли в имение Хоуков, я свел знакомство с… ладно, потом расскажу.       — Почему потом? Давай сейчас.       — Нет, я же про Бетани рассказываю, не хочу сбиваться.       Сайлас не понимал, как можно вот так придерживаться одной истории и ни на что не сбиваться. Когда он принимался о чем-то рассказывать, то мимоходом упоминал кучу других вещей: воспоминания были объемными, каждая деталь казалась важной, хотелось передать их все… где уж тут уследишь за тем, о чем говорил изначально. А Кейр вот как-то умел себя осаживать. Надо бы у него поучиться, что ли…       — Так вот, все было хорошо. Мы были счастливыми влюбленными. А потом вдруг… знаешь, ситуация из анекдота: я вхожу во двор крепости и вижу Бет в объятиях какого-то мужика.       — Ох ты.       — Да нет, я не расстроился. Наоборот, я такое облегчение испытал. Я ведь всегда чувствовал себя виноватым: думал, она мне хранит верность, а я ей изменяю направо и налево.       — Ох, — Сайлас махнул рукой, — подумаешь, пару раз…       — Ага, а потом еще пару раз. И еще. И я бы еще повторил. — Покачав головой, Кейр продолжал: — В общем, я попытался тихонько уйти, но Бет заметила меня и смутилась, потом нагнала и начала извиняться — а я успокаивал ее и говорил, что все нормально, она свободная женщина и может обращать внимание не только на меня, но и на других мужчин.       — Ну правильно.       — И она вроде бы успокоилась, но… — Он вздохнул. — Потом вдруг Бет принялась то и дело целоваться с тем мужиком, Беном. Причем у меня на глазах. Специально, чтобы я заметил и начал ревновать. — Кейр поморщился. — А я не начал. Конечно, неприятно было видеть, как она надо мной издевается, но она была в своем праве. И ее это так взбесило…       — Э… — Сайлас озадаченно посмотрел на него. — Ее взбесило то, что она тебе мстит?       — Нет, то, что я не возмущался. Потом Бет начала на меня кричать, обвинять… она ждала, что я начну ревновать ее к Бену и заставлю держаться от нее подальше. А я не начал — и она решила, что мне все равно.       — Бабы… — покачал головой Сайлас. Запоздало сообразил, что стоило сказать: «Женщины…», и Кейр сейчас его поправит — но тот не реагировал. — Но тебе ж не все равно.       — Конечно. Я ей об этом сказал… — Кейр отвел глаза. — Потом пришлось признать, что я не был ей верен. Но я ведь и от нее ничего не требовал…       — А она что?       — А она… Она сказала, что раз мы все равно видимся так редко и не храним друг другу верность, к чему вообще быть вместе. — Он сглотнул. — В общем, она меня бросила.       Сайлас сочувственно приобнял друга. Спустя полминуты тот положил голову ему на плечо и расслабленно выдохнул.       — Ты знаешь, — проговорил Кейр, — я ее понимаю. И расстроен не столько тем, что она меня бросила… сколько тем, что это моя вина.       — А что, лучше было скандал закатить?       — Лучше было сразу дать ей понять, что не стоит ждать от меня верности. Хотя… — Он тоскливо усмехнулся. — Я тогда считал, что Бет будет моей единственной, мне ничего другого и в голову не приходило… и я ведь до сих пор ее люблю. И никогда не переставал.       — Значит, она перестала тебя любить?       — Нет, не похоже.       — Ну, — Сайлас пожал свободным плечом, — значит, еще сойдетесь потом. Вы ж хорошая пара.       — Да.       Судя по голосу Кейра, он в это не верил.       — Почему я всегда сам просираю все, что мне дает жизнь? — безысходно поинтересовался он. — И что мне еще остается просрать?       — Ну хорош, — похлопал его по плечу Сайлас. — Разве ж вы оба могли предвидеть, что оно так обернется. Когда любовь с первого взгляда в башку ударит, тут не до размышлений.       — Наверное.       Хотя голос друга звучал убито, прикосновения его пальцев оставались все такими же нежными.       — Боги, до чего ж вы милые.       Они резко отпрянули друг от друга и огляделись. В дверном проеме, довольно улыбаясь, стояла Хела с бутылкой в руке.       — Предупреждать надо, — недовольно буркнул Сайлас, потянувшись за кружкой.       — Зачем? Так куда веселее.       Нимало не смущаясь, авварка плюхнулась рядом с Кейром и спросила:       — Ну и почему ты такой кислый?       — Можно я потом перескажу? — вздохнул тот.       — Нельзя. Хотя я и так догадываюсь. С женщиной своей что-то не поделил, да?       — Она меня бросила.       — Почему?       — А то ты не знаешь, — зло отозвался Кейр. — Я ведь изменял ей в том числе с тобой.       — И ты ей об этом сказал? Вот дурак. — Хела отпила из горла. — Мог бы уже сразу бабу с собой привести. — Она с хитрецой глянула на Сайласа. — Или не бабу.       — Да хорош уже, а, — прошипел тот.       — Чего «хорош»? Вы, низинники, как дети, честное слово.       — Хела, — Кейр вздохнул, — я рад, что у вас в горах более свободные нравы, но мы сейчас не там. И… я хотел бы побыть вдвоем с Сайласом, если ты не против.       — Ну хоть кто-то из вас двоих может признать очевидное.       Сайлас недовольно вздохнул:       — Ты нарочно, что ли?       — Конечно, нарочно. — Поставив бутылку на стол, авварка поднялась на ноги и потрепала обоих по голове. На губах ее появилась игривая улыбка. — Куда ж без этого, когда у меня планы на вас обоих…       — Ну не одновременно же.       Сайлас уже слышал от Хелы нечто подобное — правда, наедине. И уж точно не ожидал, что она опять поднимет эту тему, да еще при Кейре. А если еще кто-нибудь услышит… Но авварке все было нипочем.       — Я бы вас хоть сейчас утащила куда подальше, — усмехнулась она, — да настроение не то. Так что придется мне обождать.       — Стой… ты же не…       — Ухожу и не мешаю.       Так она и сделала, хищно сверкнув глазами напоследок.       Не сумев договорить фразу до конца, Сайлас осторожно покосился на Кейра. Тот выглядел на удивление спокойно для человека, которому только что предложили переспать с его лучшим другом и бабой втроем.       — Вот только этого сейчас не хватало, — вздохнул он.       «То есть все остальное тебя не смущает?» — хотел было спросить Сайлас, но удержался. Обсуждать предложение Хелы было бы дико, да еще сейчас.       Они долго молчали — несколько минут, не меньше. Затем Кейр вдруг спросил:       — Сайлас, у вас ведь что-то было с Хелой, да?       — Ну, было, — неохотно признался тот.       — Ты ей нравишься. — Заметив смущение Сайласа, он улыбнулся: — Я не в обиду. Она хорошая женщина. Просто… не всегда понимает, что не стоит переходить границы.       — Это мягко сказано.       Повисла очередная пауза в разговоре. Наконец Сайлас слегка сжал пальцами ладонь Кейра и проговорил:       — Слушай, не убивайся ты так насчет Бетани. Ну да, повздорили, с кем не бывает — но вы наверняка опять сойдетесь. Тем более вы друг друга любите.       — Любим, — эхом отозвался Кейр.       — Ну вот. Так что не вини себя. Ты ж не мог все эти три года — или сколько вы там не виделись — хранить ей верность и ни на одну бабу не смотреть. Скверна же свое берет, тут попробуй хоть полгода без бабы обходиться…       — Ну да. — Тот покачал головой и вдруг, посмотрев на Сайласа, улыбнулся. — Тут дело даже не в этом — а в том, что я не могу выбирать. Да, я люблю Бет — но я не меньше люблю свою семью. Тебя. — Сайлас еле смог молча кивнуть на этих словах, внутренне дрогнув. — Друзей-Стражей — тех же Хелу, Асаару, Аду. И что, я должен выбирать, кого я люблю больше? Я не могу — и не собираюсь. И, — он неловко усмехнулся, — наверное, дело было бы проще, не будь в этом списке столько женщин.       — Может быть, — рассеянно отозвался Сайлас. Ему хотелось спросить, а не проговорился ли друг насчет них двоих Бетани — но тоже, пожалуй, не стоило. От этого точно не стало бы легче.       Улыбка вдруг пропала с губ Кейра.       — Я даже самому себе не могу доказать, что я прав, — вздохнул он.       — Ну…       Но ничего возразить Сайлас не успел. Кейр молча прильнул к нему, сжав в объятиях. Сайлас начал поглаживать его спину и плечи, касался коротких волос… Ему вдруг захотелось крепко поцеловать Кейра, чтобы хоть немного вытрясти из него эту тоску — но он сдержался. Сейчас все равно не до этого.       Его хватило только на то, чтобы легко прикоснуться губами к виску Кейра и шепнуть:       — Все будет нормально.       Тот сжал объятия, давая понять, что услышал.       — Спасибо, — выдохнул он спустя полминуты.       — Да было бы за что.       Светлая голова, словно с повинной, уткнулась Сайласу в грудь.       — Поверь, есть за что. Еще как есть.       И Сайлас ему поверил.