Уголок снимка

Саске раздраженно хлопнул дверью в участок. Это был то ли день не его, то ли месяц по гороскопу неудачный. Помимо мелочей в виде потерянного с утра галстука, подгоревших бутербродов и очередной психанувшей пассии, которая заявила что не может с ним жить, правда минус тут заключался в том, что она тянула с этим выводом слишком долго, а Учихе просто некогда было ее выставить, так вот помимо всего этого сегодня отпустили под залог гада, за которым он гонялся три месяца. Три месяца упорного рытья носом в поисках хоть одной зацепки, а эту ухмыляющуюся сволочь выпустили из зала суда. И Учиха не сомневался, что тот теперь сбежит в страну, где не выдают таких уродов, и все его труды пойдут в папку «в розыске». Саске вошел в общий зал, где сидели остальные детективы и придирчиво осмотрел его, практически ища, на ком бы сорваться. Подходящих кандидатур было полно. Видимо сегодня день был отвратителен у многих. Вся скамья у стены, где обычно держали особо буйных, была почти битком забита будущими или же рецидивными кадрами. Грязные, озлобленные, с фингалами или просто выглядящие отталкивающе. А те, что заискивающе улыбались и были одеты с иголочки – вызывали еще более мерзкие ощущения. Часть из этой разношерстной толпы с ненавистью пялилась на зашедшего. Немного меньшее количество ощупывало Саске липким взглядом, откровенно, с оскалом. Несколько – демонстративно, с отвращением отвернулись, не стесняясь, плюнув под ноги. И лишь один глянул в сторону Учихи с любопытством и неожиданно коротко улыбнулся, искренне. Парня оформляла Карин. Она выглядела раздраженной, хотя перед ней сидел очень симпатичный блондин, который вел себя как прилежный пай-мальчик. Одет просто – оранжевая футболка и джинсы. Харизматичный, эмоциональный, с отличной мимикой. И только насмешливые глаза выдавали. Он не воспринимал девушку всерьез. Если бы флиртовал – Карин реагировала бы иначе. Значит просто пудрил мозги. Саске ненадолго задержал взгляд на Карин, не понимая, что же она злится. Парень больше всего походил на случайного прохожего-свидетеля и скорее всего его должны были отпустить уже совсем скоро. Учиха поправил форменную фуражку кончиками пальцев и перевел откровенный заинтересованный взгляд на парня, подробнее осматривая его. Наверное Саске просто хотелось пообщаться с кем-то вменяемым, ну и симпатичным, а не с очередным неадекватом, даже злость куда-то ненадолго ушла, хотя в глубине души парень чувствовал эту злость, пусть та и притаилась, спрятав свои коварные когти. Полицейский был одет в форму, отглаженную, идеально сидящую. Темно синие брюки с отутюженными стрелками, белоснежная рубашка, галстук и синим мундиром со всеми знаками отличия, ведь он как раз возвращался из суда. Черные волосы, чуть длиннее классической стрижки, цепкий и до сих пор агрессивный взгляд после суда. – Узумаки! – истерично взвизгнула Карин на весь отдел. – Перестань ломать комедию! На громкий окрик блондин сильно внимания не обратил. Слегка поморщился и потерся левым ухом о плечо, не прибегая к помощи рук. С этим движением его корпус слегка развернулся и был слышен тихий звон наручников на его запястьях, до этого не видных. Саске еле сдержал ухмылку, пожалуй издеваться над такой жертвой было интереснее. – Я его заберу, – он положил руку на плечо Карин в успокаивающем жесте. – И сам оформлю. Девушка оглянулась, будто до этого не заметила появления Учихи. И уже через мгновение вся переменилась: буквально каждый жест выдавал в ней желание привлечь внимание мужчины и... легкое возбуждение. Это было просто распознать по вставшим соскам, прекрасно видным за белой блузкой – лифчик она не носила. – Саске-кун, – Карин улыбнулась, незаметно закинув одну ногу на другую, позволяя краю юбки скользнуть вверх. – Так быстро вернулся? Как прошел суд? – Не спрашивай, – Учиха забрал у девушки документы и личные вещи задержанного, а также протокол задержания. – Идешь за мной, – приказал он парню. Тот спокойно поднялся, всем своим видом показав, что он законопослушный гражданин. Карин провожала его недовольным взглядом. Столько времени сидел и как китайский болванчик твердил на все лады: «Камера моя, а фотографии не я делал». Еще и улыбался так невинно, как пятилетний ребенок. «Баран упрямый.» Раздраженно подумала девушка и крикнула следующего задержанного к себе. Саске закрыл дверь в кабинет и тяжело вздохнул, ему казалось, что каждый раз когда он заходит в офис, у всех девушек начинается течка, как у мартовских кошек. И что самое главное - романов на работе он не признавал, хотя ту же Карин иногда было бы не плохо завалить на стол и выебать, но потом же от этого светили одни проблемы. Так что любое поползновение он игнорировал или пресекал. Пока на него не обращали внимание, Узумаки не только огляделся в чужом кабинете, но еще и пошастал по нему. Он напоминал любопытного лиса, забравшегося в курятник, где лишь одна курица и ее следует найти, обойдя все насесты. Так и он прошел вдоль всего помещения, абсолютно не смущаясь ни присутствия детектива, ни наручников на запястьях, ничего. Посмотрел что в шкафчике за прозрачными стеклами, заглянул за стенку мебели. Затем двинулся по диагонали, рассматривая стол Учихи с другой стороны и даже отодвинул несколько ящиков, так же быстро задвинув их обратно. Причем абсолютно все дела и прочие бумаги с важной информацией – игнорировал. Зато очень заинтересованно разглядывал наличие вещей в тумбочке: банка черного кофе и обычная кружка в дополнение к нему; пакетик то ли с печеньем, то ли с сухарями, то ли с печеньем превратившимся в сухарь. – Сядь на стул, – приказал ему Саске, задвинув жалюзи на подоконнике, где были самые личные вещи. А вот все остальное только сугубо рабочее, сухое, словно его обитатель не часто рассиживал по кабинетам, а не смотря на высокую должность, проводил много времени на оперативной работе. На стол Учиха пристроил свою ношу совершенно свободно, лишнего там не было ничего, единственной личной вещью на поверхности была прикрепленная к монитору игрушечная мышка с куском сыра. Проследив, чтобы прозрачный контейнер с фотоаппаратом добрался до поверхности стола нормально, его хозяин послушно сел и поднял на Саске внимательный взгляд, вернув своему облику невинный вид. – Может просто расскажешь правду? – предложил Учиха. – Зачем? – Наруто наклонил голову в бок. – Просто чтобы не составлять нудные протоколы неделю... или больше. Ты же не хочешь, чтоб это, – Саске показал на фотоаппарат, – конфисковали на месяц как улику. – Не конфискуют. Лишь штраф заставят заплатить, – парень дерзко улыбнулся. – Если признаешься. Узумаки хмыкнул, рассматривая мужчину напротив. И то, что он видел – ему определенно было по вкусу. – Может и признаюсь, – тем же тоном ответил задержанный. – Ну и зачем же ты нарушал частную жизнь граждан? – Учиха нагло вынул камеру из коробки и стал просматривать фото. Снимки по стилю напоминали одного ушлого фотографа, которого уже не первый месяц ловили. Их публиковали сразу в нескольких желтых газетенках, спрятав создателя под псевдоним «Товарищ Лис». В основном это были пикантные фотографии мужчин и женщин – большинство из которых приходилось на звезд, известных политиков и прочих популярных личностей, новости о которых хорошо «продавались». Жили все эти люди в основном за здоровыми бетонными стенами и садами в несколько гектаров. На одном таком участке Наруто и задержали. – Я лишь заблудился там. Думал, это парк, вот и гулял, – парень невинно пожал плечами. – Парк. За забором который ты «случайно» перелез? – Он был оформлен в виде скалы. – И значит это не твои снимки, они случайно оказались на фотоаппарате? – Ну, да. – И если я их удалю, ты же не будешь возражать? – Конечно. Саске полистал документы. – Но вот в чем проблема, заявление подали именно на тебя, фотографирующего в том «парке». – Ага, – Узумаки только улыбнулся на это. – Ошиблись, бывает. Я не злюсь на них. – Тогда зачем у тебя с собой был фотоаппарат? – Люблю делать фото пейзажей, людей. Хобби. – И какие из этих фотографий твои? – А там в начале. Голуби на крыше. – Кто и на какое время забирал у тебя камеру? Насильственно или добровольно? – Не помню уже, у меня довольно короткая память на людей. – И когда ее тебе вернули? – К сожалению, не записал. Наруто поднял голову, глянув на часы. Эта заминка позволила рассмотреть его лучше. Четкие линии шеи и глубоких ключиц притягивали взор; черты лица были мягкими, будто слегка подтертые ластиком, делая парня моложе; губы чуть полные, уголки которых даже в спокойном состоянии были слегка приподняты в легкомысленной улыбке, а дерзкий синий взгляд он не отвел ни разу, не прерывая контакта, будто гипнотизировал все это время. Атмосфера вокруг сгущалась, заставляя бежать напряжение между ними. – Может, свернем это дело? – неожиданно произнес парень. – Ты же все равно отпустишь меня. К чему тянуть? – Отпущу, – спокойно подтвердил Учиха, снимая фуражку и кладя ее на край стола. – Но с фотоаппаратом и штрафом или без него. Так Саске выглядел моложе, а может просто менее серьезно. Хотя именно фуражка добавляла ему сексуальности, прибавляя к и без того идеальным чертам особенную изюминку. Узумаки скользнул взглядом по нему, улыбнувшись своим мыслям. Что ж, от ситуации следовало получить лучшее, если уж ему не видать денег. Альтернатива же была даже более… аппетитной, чем зеленые купюры за несколько снимков, место которым в мусорке. Следовало бы даже пойти и поблагодарить тех «жертв», что вызвали копов. Теперь у него был в руках самый сексуальный коп в мире и упустить такой шанс – вот что было бы настоящей глупостью. Наруто глупым не был. – Ладно, я заплачу, – согласился он, по-лисьи прищурившись. – Выпиши квитанцию, оплачу в банке. Саске размашистым почерком выписал положенную квитанцию, оформил показания и пододвинул к парню вместе с ручкой. Затем обошел его и снял наручники. – Тогда подписывай. – Конечно, сейчас. Узумаки встал, когда Учиха с него снимал наручники. И стоило только этому случиться, как он ловко вывернул руки, обхватывая запястья полицейского и защелкивая уже на нем эти наручники. – Неправда ли, у меня ловкие ручки? – насмешливо произнес парень. А в следующую секунду резко двинул коленом, сбивая Саске. Удержав за цепь, Наруто позволил копу свалиться на стул и сделал быстрый шаг за его спинку, следом срывая с ремня мужчины уже его личные наручники. Еще один щелчок и цепь первых была перехвачена новыми, соединяя со спинкой и удерживая на одном месте. Все это было проделано настолько продумано, будто так было запланировано, как по сценарию. Неожиданно, успеть среагировать оказалось сложно. Хотя среагировать бы должен был – но слишком расслабился. – У меня не только руки ловкие, – горячо шепнул бывший арестованный на ухо Учихе. – Чего ты добиваешься? За дверью полно полицейских, никуда не денешься, – Саске говорил спокойно, но на самом деле был весь напряжен, проверяя руками крепость своих же наручников. – Что? – Узумаки игриво заглянул ему в лицо, улыбнувшись. – А, ты об этом. Да не вопрос. Выпрямившись, он отошел обратно к столу и спокойно расписался, где было положено. И штраф забрал, тем самым согласившись на оплату. Учиха вопросительно приподнял бровь, не понимая зачем тогда весь этот спектакль. – Ну, учитывая, что я не только не получу оплату, но еще и в минусе, мне же нужна небольшая компенсация, как считаешь? – Наруто дерзко улыбнулся. – Компенсацией была прогулка по чудесному закрытому от всех парку. Парень насмешливо фыркнул. – Да плевал я на всех этих певцов и актеров. Это всего лишь временный способ быстро и просто заработать. – Фотографии откровенно хренового качества, халтура. – Сам знаю, – Узумаки лишь плечами пожал. – Через пару недель это не понадобится больше. – Значит одной головной болью меньше. Так что же тебе требуется в качестве компенсации, что ты решил меня связать? – Если скажу, будет неинтересно. Наруто сделал шаг обратно к копу, слегка наклоняясь, и начал неспешно развязывать галстук. Делая это, он продолжал все так же очаровательно улыбаться: – И еще я знаю, что чтобы не делал сейчас с тобой здесь, ты никого не позовешь. Это мне на руку. – Думаешь не позову? Почему это? – Такой крутой парень как ты никогда не позволит своим коллегам видеть себя в… хм, проигрышной ситуации. Или нелепой. Кто как посмотрит на это. – А если мне наплевать на это? Учиха ухмыльнулся, внимательно следя за задержанным. Сейчас ему много было не совсем понятно, а в особенности не ясны причины так сильно сбившегося у самого себя дыхания. – Тогда, ты бы уже давно позвал кого-нибудь, – произнеся это с мягкой интонацией, Узумаки плавно потянул за язычок галстука, стягивая его с мужчины. – Ты решил в виде компенсации украсть мой галстук? Наруто рассмеялся, откинув ненужную вещь на стол. – Нет, хотя мысль неплоха, – усмехнувшись, он так же медленно потянул рубашку снизу наверх, вытаскивая край из штанов и слегка оголяя живот мужчины. – Ну ка, что у нас здесь… Напряженные рельефные мышцы лишь слегка показывали дыхание, кожа у мужчины была белоснежной и на ощупь оказалась гладкой и теплой. – Ты ведешь себя как те течные сучки в общей комнате. Узумаки неожиданно широко усмехнулся, отпустив его рубашку. Ни снимать, ни расстегивать одежду он не стал. Пока. – Видишь, ты ответил себе на все вопросы сам. – А если у меня встает только на девушек? – жестко спросил Саске. Арестованного это совершенно не смутило. Он молча придвинулся к лицу Учихи, не разрывая их зрительного контакта, и лишь в последний момент чуть повернул голову, чтобы губы оказались рядом с его ухом: – Я сделаю так, что у тебя встанет на меня. Поверь. Голос парня завораживал, как и действия. Это скорее напоминало эротический сон, чем реальность. Такую странную, дикую фантазию. И кстати – для самого Узумаки так и было. У него был фетиш на форму и особенно – красивых мужчин в ней. А этот коп безусловно был самым божественным существом, которого он когда-либо встречал. Аж в горле пересохло, когда увидел впервые. И маленький план назрел сам собой, как и фантазия… о-о-о, у Наруто внутри все переворачивалось, когда он начал расстегивать штаны мужчины. – Ну, попробуй, – Саске перестал взламывать наручники и демонстративно расслабился. Член мужчины даже в спокойном состоянии очень впечатлял - ровный, тяжелый, чуть длиннее чем стандартные объемы, покоящийся сейчас на внушительных яйцах, среди черных чуть вьющихся волос. Само совершенство, спрятанное под узкой строгой формой. – Ого… класс. Узумаки медленно провел подушечкой указательного пальца по всей длине члена, от лобка и до головки, напоследок дразняще царапнув дырочку на конце. И все это время он не отводил голодного взгляда, непроизвольно чуть приоткрыв рот, выдавая собственное возбуждение. Нелепым от этого он совсем не выглядел – скорее наоборот, был еще более притягательным из-за столь ярких, откровенных эмоций на лице. – Должен признать, у тебя лучший член, который я когда-либо видел. А, как можешь понять, благодаря последней подработке, видел я не мало, – парень улыбнулся кончиками губ, подняв глаза на копа. Саске оставался абсолютно спокойным внешне, не было и намеков на возбуждение. – У тебя наверняка руки грязные. В столе на третьей полке дезинфицирующие салфетки, – прокомментировал он. – А ты мудак оказывается, – Наруто широко усмехнулся. – Обойдешься. – Ты собирался меня возбудить или заставить думать о тех вирусах, что засели на твоих руках? – О чем хочешь думай, меня это не волнует, – фыркнул парень. Он снова с удовольствием оглядел Учиху, как кусок какого-нибудь вкуснейшего и редчайшего десерта. Портить собственное впечатление поганым характером – было бы по-идиотски. Коп мог язвить сколько угодно, его слова бились в глухую стену игнора. – Мне интересно, а ты везде такой идеальный? Или есть какой-нибудь недостаток? – задался вопросом задержанный. – Например, кривые ноги? Опустившись на колени, Узумаки обнял одной рукой правую ногу Саске, медленно двинувшись ладонью снизу вверх по лодыжке. А вторая рука легла на левое колено мужчины, скользя в противоположную сторону. И было в каждом из таких – вообще-то простых движений – что-то дико сексуальное и возбуждающее. Или же все дело было во взгляде парня, который манил и затягивал. – Брюки мять тоже не обязательно, – Учиха недовольно нахмурился, все эти стрелки приходилось отпаривать самому. И да, мужчина был везде более чем идеален. Сильные прямые ноги были тому доказательством. – Значит, у тебя всего лишь один недостаток, – вздохнув, спокойно сделал вывод Наруто, как-то невинно положив подбородок на его колено. – Что ж, к счастью твой отвратительный характер меня не волнует. – Ты играешь или тебе действительно потрахаться не с кем? – начал гадать Учиха. – Первое, – блондин положил ладони теперь на оба колена мужчины, уверенно разводя их в стороны и уже удобней устраиваясь между его ног. – А какая тебе разница? Это ведь совсем неважно. – Но неприятно. Я довольно-таки брезглив и общественными шлюхами не пользуюсь. Да и чтобы возбудить меня у тебя отсутствует грудь размера хотя бы второго. – Проверим? – Узумаки широко улыбнулся, придвинувшись к нему ближе. – Я тебе отсосу. Ты не только возбудишься, но и кончишь. – И дальше что? – Секрет. Слова Саске не задевали прямо сейчас. Наруто его практически не слушал. Его мозги уже переклинило на этого копа, поэтому не вписывающийся характер в общую картинку – он вычеркнул. Вредный, ехидный, резкий и грубый – да, абсолютно не подарок. Но все это было неважно, ведь парень дорвался до заветного тела. И плевать, что будет потом. Решив так про себя окончательно, Узумаки склонился к Учихе и игриво потерся щекой о его член, вновь напомнив зверя. Улыбнувшись своим мыслям, он повернул голову, теперь касаясь ствола губами, и провел языком мокрую линию до головки. Это было совсем легкое касание, пробное. Но даже от этого по телу бежали мурашки, предвкушая дальнейшее. – Банально, ты и правда думаешь что у меня на такое встанет? – Учиха говорил насмешливо и с издевкой, не отрываясь смотря на него. На удивление в этот раз – арестованный не среагировал никак. Он был настолько поглощен процессом, что слова долетали с опозданием. Вместо ответа, Наруто мягко обхватил губами крайнюю плоть, слегка потянув ее. Это было как негласное предупреждение, что его положительный настрой может смениться и тогда Саске получит отпечатки чужих зубов на своем члене, а не удовлетворение. Но угрожать и шантажировать такого как Учиха было бесполезным, и догадываясь об этом, Узумаки приступил к делу дальше, поглаживая кончиком языка уретру мужчины, раздразнивая. – Дилетант, – Саске с демонстративной скукой отвернулся к окну, ну по крайней мере так Наруто точно не мог увидеть прикушенной с внутренней стороны щеки. Не слушая его надменных комментариев, парень упрямо и с завидным трудолюбием продолжил его возбуждать. Он никуда не торопился, пока сосредотачивая все свое внимание на головке члена Учихи. Ласкал губами, обхватывая ее, втягивал в себя и выпускал, повторяя так по нескольку раз. Игриво цеплял зубами крайнюю плоть на головке, но делал это намеренно, придавая остроты ощущениям. Не было неприятно, скорее даже наоборот – короткие вспышки боли были сравнимы с быстрым током, который бил и отпускал, заставляя по всему телу бежать возбужденные мурашки. Но член мужчины упорно не возбуждался, словно и впрямь был равнодушен к таким ласкам. Саске еле удерживал лицо невозмутимым и не позволял открыться тому, что его слегка потряхивало. По вискам, лбу и шее текли большие капли пота, пробираясь все ниже. Но видимо какой-то барьер еще остался, чего-то не хватало. Подняв ладонь, Узумаки скользнул ей под рубашку копа, не удержавшись. Кубики пресса манили еще и до этого, но позволить себе касаться их он решил лишь сейчас. Кожа Учихи была гладкой, обалденно приятной. И блондин теплой рукой стал нежными движениями наглаживать живот и торс мужчины. Одновременно с этим Наруто плавно спустился короткими поцелуями по члену Саске. Остановился он лишь у яичек и сначала по очереди облизал каждое, а затем втянул одно в рот, посасывая чуть грубо, создавая контраст действий. Учиха застонал глухо, еле слышно, чуть подаваясь назад от его прикосновений. Видимо Наруто как-то умудрился затронуть его слабое место. И эта реакция на свои действия, возбудила самого блондина сильней, невольно заставив стараться еще больше. Так что второму яичку было уделено не меньшее внимание. Так он делал еще несколько раз: втягивал их по очереди, посасывал, гладил языком и снова обхватывал губами. Он бы с удовольствием взял их сразу оба, но положение подобного не позволяло. Так что приходилось довольствоваться малым и в тоже время – этих ощущений было отнюдь не мало… Но Саске следил больше не за его губами, а за рукой, все еще скользившей по его животу. Предварительные легкие ласки, именно касаниями, были самым большим и самым тайным его фетишем. И пока Узумаки не просек этого – у Учихи был шанс сохранить секрет и дальше, хотя парень и продолжал скользить ладонью по его телу, иногда чуть ощутимо царапая, больше из озорства. А вместе с этими движениями стал подниматься по члену обратно вверх к головке, скользя по нему губами. Единственным отличием было то, что теперь он решил понаблюдать за реакцией Саске, не сводя с его лица внимательного взгляда. Блестящая капля пота скатилась вниз по шее Учихи, обходя сосок и падая на руку Узумаки. Именно ее прикосновений Саске и пытался избежать, ибо все же чуть вздрагивал от каждого нажима, кусая губы все сильнее с каждой царапиной. – Что? Трубу засорило? – дерзко произнес парень, не лестно отозвавшись о ранних высказываниях жертвы. Он скользнул рукой выше, слегка задевая один из сосков указательным пальцем. И двинулся вниз, оставляя на белоснежной коже отметины, отмечая, что это производит нужный эффект. Улыбнувшись, Наруто решил внести изменения в задумку: – Надеюсь, ты не против, если мои планы слегка сдвинутся вверх? Не дожидаясь очередной колкости, он придвинулся к животу Учихи, дуя на разгоряченную кожу. Это простое и игривое действие вызвало чуть ощутимую дрожь. Поэтому сразу после этого, парень припал губами к одному из кубиков, легко касаясь его языком. Мягкие губы не поднимались выше живота, наоборот, постепенно сдвигаясь вниз, сопровождая свое продвижение покусываниями. Руку с груди Саске Узумаки так и не убрал, зажав его сосок между указательным и безымянным пальцами и тер его, добавляя к тем ощущениями еще одни. Учиха тихо хрипло застонал, но этот звук тут же оборвался. Победа над собой далась ему дорого – из прокушенной губы потекли первые капли крови. – С чего это ты планы поменял? Предыдущие оказались такими же идиотскими, как и эти? – каждое слово давалось ему с трудом, поскольку первые волны возбуждения уже грозили утопить с головой. – Эй-эй, я не бросил те планы. Это лишь их корректировка, – пояснил Наруто. И провел неровную линию языком от лобка мужчины до его пупка, кусая местечко рядом с ним. Он и не думал двигаться выше. Как бы ему не хотелось прижаться губами к шее Саске, или начать покусывать его ключицы, или что еще более сумасшедшее – целоваться, вот как бы сильно не хотелось всего этого – подобное было табу. Слишком лично. Переступать эту черту с человеком, с которым они больше не увидятся – он не станет. Было бы время, он бы еще потрахался с Учихой – но все остальное было под запретом. Нельзя. Не только одному копу приходилось держать себя в руках и не выдавать желаний… Саске невольно чуть шире раздвинул ноги, давая Узумаки больший доступ. Его член стал наконец увеличиваться и твердеть, неспешно, по мере того как Учиха терял контроль. Решив воспользоваться этой возможностью, Наруто еще какое-то время возбуждал его, игриво кусая и втягивая иногда кожу, где мог подхватить, оставляя небольшие засосы. Всего несколько штук и рядом с лобком – никто не увидит, но Саске о них будет знать. И лишь после парочки таких отметин Узумаки вновь опустил голову ниже, обхватывая головку члена мужчины губами. И сразу начал короткие движения, неглубоко заглатывая и почти полностью выпуская член. Глаза парня были полуприкрыты пушистыми ресницами, которые слегка подрагивали. Невинность такой картины смазывалась эротичностью – ведь то, как влажные и мягкие губы скользили по члену – Учихе было отлично видно. И эта маленькая двойственность ситуации придавала ей лишь пикантности, снося остатки сдержанности. – Глубже, – прорычал Учиха, резко подаваясь бедрами вперед. Это было уже выше его сил, да и зачем сдерживаться, если финал очевиден. Наруто думал так же, поэтому решил снова побыть послушным мальчиком. Спустив руку с груди Саске ниже, он удобней устроил ее на поясе, временами непроизвольно царапая поясницу. И, расслабив горло, стал брать глубже в рот. Но темп оставил прежний – неспешный, размеренный, сладко-острый. Особенной изюминой стали редкие стоны удовольствия от самого парня. Ему нравился процесс, его заводила реакция Учихи и его слова – сдержаться было просто невозможно. – Пососи яйца, поиграй с ними, – приказал Саске, откровенно говоря опасаясь кончить раньше времени. Приказной тон Узумаки нравился. В желании подчиниться было что-то такое… притягательное. Оно щекотало нервы, от него сковывало все внутри и сердце билось чаще. Ему хотелось этого. Поэтому парень обхватил свободной рукой ствол, надрачивая, и делал то, что скомандовал Учиха. Облизывал, посасывал, глубоко втягивал и выпускал, начинал все заново, издавая при этом чпокающие звуки, когда выпускал яйца изо рта. Полицейский за это время успел отдышаться. – Теперь возьми глубже, так чтобы я почувствовал твое горло. Саске это заводило не меньше, беспрекословное подчинение прямо-таки гладило по шерстке его натуру лидера. Не став его разочаровывать и в этот раз, Наруто отстранился и облизал губы, выглядя при этом крайне развратно и прекрасно осознавая это. Затем придвинулся вновь и послушно стал брать член Учихи, расслабляя горло. Медленно, до конца, пока головка не уперлась в стенку. И остановился на этом, ожидая дальнейших приказов. Да, ему до жути хотелось, чтобы его банально выебали. Чтобы коп схватил за волосы, удерживая на одном месте, и вдалбливался, пока не кончил. Но… не в этот раз. И к тому же в их маленькой игре была своя привлекательность. Это как прелюдия, перед нечто большим. Сладкое всегда следует оставлять на десерт. – Двигай головой, резче. Ты же хочешь, чтобы я трахнул твой ротик? – Саске смотрел на него жадно, в черных глазах была смесь страсти с похотью, которую выпустили наружу. Ждать его никто не заставил. Узумаки чуть поддался назад, выпуская член наполовину, и двинул головой вниз, скользя губами по стволу и вновь упираясь головкой в стенку горла. Он дышал ровно, чтобы не сбиться с выбранного ритма – не быстрого, но глубокого. Так что это позволяло рассмотреть каждый исчезающий и появляющийся сантиметр члена. – Быстрее, – Учиха стал требовательно подаваться бедрами ему навстречу. Решив больше не затягивать, Наруто увеличил темп. Он лишь слегка выпускал член копа и снова глубоко брал, умудряясь как-то не давиться. Вспомнилась его фраза про «ловкость». Да, рот у этого парня определенно был хорош. И он этим пользовался. Саске запрокинул одну ногу ему на плечо и надавил, не позволив отстраниться парню, пока кончал глубоко в его горло. Узумаки и не дернулся, чтобы прервать связь. Только раз поперхнулся вначале, не ожидав, что его станут удерживать насильно. И сам бы не стал отстраняться. Лишь когда почувствовал, что член Учихи во рту стал вялым, отодвинулся, выпуская тот. От головки к губам протянулась ниточка слюны. Стерев ее, парень снова склонился над членом Саске, языком счищая остатки, если такие были. И пока занимался этим, перевел взгляд на лицо копа, не сдержав любопытства. Учиха глубоко дышал, восстанавливая свое спокойное выражение лица, при этом глаза его были закрыты. Воспользовавшись его нестабильным состоянием, Наруто поднялся на ноги и сел к Саске на колени. Они были лицом к лицу, парень соединил их лбы, поддавшись какому-то романтичному порыву. Дыхание у блондина было таким же глубоким и прерывистым, а еще обжигающим, как и любое прикосновение сейчас. Сердце стучало часто-часто и громко, так что его можно было услышать. Пах Узумаки просто одуряюще: цитрусовые, мята. А еще еле уловимый запах самого Учихи, смешанный с его. – Видишь, недостаток фантазии исправим. Или ты представил на моем месте грудастую девку? – чуть хрипло произнес Наруто. Одновременно с этим он расстегивал пуговицы на рубашке Саске одной рукой, второй держась за его плечо, чтобы не упасть с колен. И еще двигал бедрами, задевая своим возбужденным членом – член мужчины. Ткань джинсов была не жесткой, поэтому трение было грубоватым, но возбуждающим. – Ммм… если бы времени было больше, я бы позволил тебе засадить мне. Уверен, ты любишь жесткий секс и просто зверь в постели. А я обожаю, когда меня грубо трахают, – возбужденно зашептал Узумаки на ухо копу, почти прижимаясь губами к мочке. – Ты же ведь хочешь трахнуть меня? – Хочу, – покладисто ответил Учиха, еще не до конца придя в себя. – Так, чтобы ты кричал, моля о повторе. – О, это было бы обязательно, – парень даже прикрыл глаза, представив подобную картину. – И я бы не только об этом кричал. Я бы просил тебя входить резко, глубоко, двигаться сильней… Он продолжал тереться о член Саске, а для надежности положил левую ладонь на грудь мужчины, поглаживая и слегка царапая разгоряченную, чувствительную кожу. Он хотел возбудить копа второй раз. Хотел и добивался цели любыми средствами. Саске прищурился, резко подался головой вперед и сильно укусил парня за плечо прямо поверх футболки. Это действие сорвало с припухших губ Наруто стон. Охренительный стон, от такого внутри все переворачивалось, заполнялось жаром. И появлялось желание вырвать еще один, и еще. Секс был бы идеальным способом добывания таких звуков… отличный, животный секс. – Я бы сейчас повалил тебя на стол и затрахал там во всех позах, будь мы у меня дома, да где угодно кроме этого места. – А я думал тебя завело именно то, что кто-нибудь может заявиться сюда, – предположил Узумаки, лукаво улыбнувшись. – Или тебя возбудило, что я парень? – Я оставлю эти факты в секрете. Парень звонко рассмеялся, скользнув ладонью по груди Учихи до живота. – Ла-адно, пусть так. Саске посмотрел на его ладонь и облизнул сухие губы, думая о том как хорошо было бы обхватить ртом эти пальчики и медленно посасывать их по очереди. Он мысленно чертыхнулся на себя за то, что опять начал возбуждаться. А стоило Наруто только почувствовать отклик чужого тела, как он широко улыбнулся: – А ты говорил «не встанет». Уже второй раз, так что я выиграл. Произнеся это, он тут же поднялся с колен. Подхватив со стола фотоаппарат, парень развернулся к копу, наводя на него объектив. – Улыбочку, – нахально произнес он и щелкнул один раз. Картина получилась отличная. Растрепанный и разгоряченный Учиха, в расстегнутой рубашке и со стоящим членом. Ничего более возбуждающего Узумаки не встречал, поэтому не удержался и решил запечатлеть. – Тоже возьму на память. Буду дрочить на тебя одинокими вечерами, – пояснил он, подойдя обратно к столу и забрав с него еще и галстук. – И это на память. Раз ты сам предложил такую компенсацию. – Собираешься просто так сбежать? Думаешь я с тобой закончил? – насмешливо спросил у парня Саске. – Ну, да, – Наруто легкомысленно пожал плечами. Всего через секунду он вспомнил, что приковал копа и сваливать просто так действительно было бы нечестно. Да еще и оставить в таком виде. Поэтому парень шагнул обратно к Учихе, сначала застегивая на нем штаны, а затем достал из кармана формы полицейского ключ и отложил на стол. Чтобы достать его, мужчине пришлось бы встать вместе со стулом и, нащупав ключ, уже потом отпирать замки. В любом случае, времени хватит, чтобы уйти раньше, чем он это сделает. – Я передам той девице, чтоб к тебе никто не заходил минут десять. Но ведь это скажу я, а не ты, так что она заявится сюда точно раньше. И я могу представить ее реакцию и действия, если ты не выберешься до этого момента. Узумаки беззлобно улыбнулся. Он решил попрощаться своеобразно, такой шуткой. К тому же, это тоже своего рода компенсация. Такая вот маленькая месть. Но уже собираясь уходить, парень неожиданно остановился. И, наклонившись обратно к лицу Саске, поцеловал его в левый уголок губ. И было в этом действии столько трогательной робости, что на все остальное злиться казалось глупым. – Возможно, когда-нибудь я снова нарушу закон и приду получить свою квитанцию, чтобы оплатить штраф, – тихо произнеся это, он отстранился, отходя от копа к двери. – Увидимся еще. И скрылся из виду, выйдя из кабинета. Учиха фыркнул, отбросив в сторону наручники. Будто-бы ему нужен был ключ и он все это время был жертвой… На лице у полицейского невольно появилась самодовольная ухмылка, просто иногда было интересно поиграть по чужим правилам, а побег парнишки был просто способом спасения того от жестокого изнасилования прямо на полу в кабинете. «Но ту фотографию все равно надо бы потом удалить, а в качестве компенсации предоставить самого себя.» Решил Саске, лизнув уголок губы, хранивший вкус поцелуя. Пожалуй подобное отвлечение от работы и неудачи с судом было слишком хорошо, чтобы оставить его разовой случайностью. Но так или иначе Учихе все же пришлось к этой самой работе вернуться, хотя взгляд то и дело соскальзывал на лист, заведенный на этого мальчишку, точнее его интересовала фотография. Все эти признания, штрафы, заверения о желании секса, как раз такого как любил полицейский, но какого не выдерживали его подружки, все это будоражило кровь. И ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не сорваться по домашнему адресу этого мальчишки прямо сейчас. Но на счастье Саске среди всей этой суматохе в его голове, появился один очень важный плюс: он придумал как выиграть казалось бы уже проигранное дело, а заодно и отомстить такому мало досягаемому человеку как судья. – Саске-кун, – стук в дверь был очень номинальным, потому как Карин зашла в кабинет тут же, не дожидаясь ответа. И остановилась, как ищейка быстро сканируя кабинет на изменения. Две пары наручников на полу ввели в легкое недоумение. Но когда девушка перевела взгляд на Учиху, то ее глаза просто загорелись. Полицейский не успел или просто забыл привести себя в порядок полностью, так что сейчас он выглядел для абсолютного большинства как самый сексуальный мужчина. Мысли коллеги отражались на ее лице лучше любых слов. И подозрительная картина бардака в идеальном кабинете уже не так смущала. Да что там, плевать было на все теперь. – Закажи секретарше кофе, – потребовал Учиха, не отрываясь от бумаг. – Что? – переспросила Карин. – А, да-да, конечно. И… ничего больше? – она поправил очки, слегка развернувшись в сторону Саске, как львица, ожидающая «зова» самца. – Нет. На сегодня все. Если там немного задержанных, иди домой. Я сам с ними разберусь. – Уже никого нет из задержанных. И наши расходятся по домам. Через десять минут, здесь останемся только мы, – попытала свое счастье второй раз девушка, продолжив намекать. – Чудесно. Тогда я тоже ухожу, – Саске надел фуражку и набросил китель на плечи. Карин недовольно поджала губы, посверлив его взглядом еще несколько секунд. А затем обиженно фыркнула и вышла, хлопнув дверью. Уж такой как Учиха прекрасно все понял. Просто ее в который раз продинамили. У девушки было высокое самомнение и она искренне не понимала, чем не устраивает своего коллегу. Давно бы уже поддался любой, а этот стоит как стена. Было удивительным, если есть на этом свете хоть кто-то, кто может зацепить такого мужчину. Карин уже ненавидела ту девку, которой достанется Саске и которую он будет желать. Учиха тяжело вздохнул ей вслед, все же эта женщина была очень настырна. *** Утро для Узумаки началось с тостов с джемом, кофе и теплого душа. Передвигаясь в полутемной однокомнатной квартире, он автоматически обходил места, куда скинул вчера какие-нибудь вещи и еще не убрал. К тому же, следовало не забывать и о коробках, так же расставленных в своеобразном хаотичном порядке. Как только пройдет выставка, он переедет. А что пройдет она очень удачно его уже заверил личный «покровитель», которые следил за всеми организаторскими делами и разбирался с финансовыми вопросами. От Наруто требовалось лишь творить, создавая отличные снимки. Совсем не тот мусор, что он делал для желтой прессы. И с этим он справлялся успешно. Звонок в дверь с утра вызывал скорее недоумение, ведь никто не обещал к нему прийти. Поэтому открывая ее, Узумаки предположил единственный возможный вариант, что это служба доставки – за коробками. – Доброе утро, – Учиха улыбнулся ему почти доброжелательно, но при этом мгновенно прижал ногой открытую дверь, не позволяя закрыть. И вовремя. Хозяин квартиры как раз начал ее закрывать. На незваного гостя он смотрел как на призрака, явно не веря в его «материалистичность» и предполагая, что у него начались ведения наяву. Понятное дело – чем сильней думаем и желаем, тем больше нам чудится. Вот и Наруто попытался резко захлопнуть дверь, но потерпел неудачу. Глянул вниз, убедился, что коп вполне реален и чуть прищурился, подняв обратно на него недоуменный взгляд. Саске положил руку ему на плечо и легко пихнул парня глубже в квартиру, войдя следом и закрыв дверь. – Вот сейчас точно паниковать бесполезно, – предупредил он. Узумаки только насмешливо фыркнул, скрестив руки на груди. Он достаточно быстро пришел в себя, чтобы не выглядеть жалким травоядным перед другим хищником. И лучший способ защиты был известен еще с древних веков. – А кто паникует? Много чести. – Мне нужна твоя помощь, – Саске сразу перешел к делу. – Что? – а вот это заставило Наруто растеряться. – У тебя же много знакомых в мире фотографов? Точнее папарацци, преследующих знаменитостей сутками. Парень задумался, неопределенно пожав плечами. Фотографов да, кого-то знал лично, о ком-то слышал. С фанатиками он предпочитал дел не иметь и не общаться – а все сталкеры знаменитостей именно такими и были. Хотя найти мог любого, это без вопросов. – Не сказал бы. Но это зависит от того, что именно тебе нужно. – Мне нужны те, кто интересуется политикой, лучше группа. Чтобы могли сутками следить за человеком там, где никто не может. Узумаки прикинул, кто подошел бы лучше всего. И довольно усмехнулся: – Есть один такой. Только в паре с ним никто работать не захочет, тот еще кадр. Но, думаю, если помощь понадобится, найдет себе компаньона и сам. У него на многих компромат есть. – Познакомишь? У меня к нему деловое предложение, – Учиха откинулся к стенке, словно демонстрируя всего себя для Узумаки. Сегодня мужчина был одет в повседневную одежду – светло голубые джинсы и простая рубашка в черно-белую клетку, застегнутая лишь на пару пуговиц. И, конечно, взгляд Наруто скользнул по предоставленной картине, мягко огибая каждый участок тела. Впрочем, в этот раз его глаза светились больше любопытством и легкой насмешкой, чем интересом. – Ладно, сведу вас, – развернувшись, парень двинулся из коридора в свою комнату за сотовым, звонить Саю. На свой внешний вид хозяину квартиры как раз было сейчас плевать. Он еще не до конца проснулся, так как недавно встал – об этом свидетельствовали просторные пижамные штаны персикового цвета и обычная белая футболка. Растрепанный, босой, он двигался лениво, никуда не спеша с утра. Такой домашний и теплый, совсем не похожий на вчерашнего похотливого арестанта. Саске пошел за ним, легко огибая все имеющиеся на полу препятствия. Забрав телефон из комнаты, Узумаки завернул на кухню. На столе стояла тарелка с тостами, вишневый джем и кружка с еще горячим кофе. Вторая кружка появилась рядом, пока гостеприимный парень разговаривал по телефону: – Привет. Должок, вернешь? Поработай с копами недолго. И твоя любимая тема, – выслушав ответ, он легко улыбнулся. – Ладно. И вот еще что… Дальше шел короткий разговор по поводу выставки и обсуждение каких-то общих дел. Всего несколько минут и без лишних слов, не по работе. Отключившись, Наруто оперся руками на тумбу позади себя и повернулся к Учихе. – Договорился. Он придет в участок к обеду. Или тебе дать сотовый? – И так подойдет, – Саске сделал шаг к нему и обнял, не давая и шанса на отступление. – Ты чего? – Узумаки в шоке замер. – Жалко, что до обеда не так много времени, – Учиха прижался губами к венке на его шее. – Не успеем осуществить все желаемое. – Эй-эй, попридержи коней, – фыркнул парень, довольно уверенным движением в плечо, отодвигая Саске. – Трахаться с тобой я не собираюсь, извини уж. У меня еще дел выше крыши, не до развлечений, – он откровенно усмехнулся. – И, кстати, в дом тебя никто не приглашал. Чтобы войти, тебе нужен был бы ордер. Есть? Учиха фыркнул, будто он собирался слушать этот детский лепет, притянул парня к себе еще ближе и грубо поцеловал. А его лишь укусили в ответ. Узумаки ненавидел, когда игнорировали его и не воспринимали всерьез. – Твое поведение было таким же, – Учиха резко протиснул колено между его ног. – Неужели? – процедил блондин, дерзко усмехаясь. – А ты не сильно-то был против. Уверен, минета лучше чем я, тебе никто никогда не делал. – Я еще не распробовал все твои таланты, – Саске внезапно соединил его запястья и крепко связал их извлеченным из кармана галстуком. – А я тебе принес подарок, ты же собираешь их на память. – Ты охренел? – возмутился Наруто, естественно бесполезно попытавшись избавиться от сковывающей вещи. – Эй, сними немедленно! Какого черта ты творишь?! Учиха обнял его сильнее, так что у парня теперь не выходило даже дергать зажатыми между их телами руками. – Ты сам об этом просил, – Саске укусил его за мочку уха и жадно втянул ее в рот. – Расслабься. В любом случае у меня сейчас мало времени. – Я говорил это, чтобы тебя возбудить и сделать нужный снимок, – огрызнулся парень, стараясь увернуться и не позволить ему повторить то действие, которое заставляло тело дрожать от предвкушения. – Перепихиваться с тобой я не стану. Ты коп, связываться с вами себе дороже. Мы вчера отлично развлеклись, все, забудь. Вычеркни из своей жизни и проваливай. – И не мечтай. Я найду тебя сегодня вечером и трахну, как ты того хочешь и заслуживаешь, – Учиха свободной рукой сдернул вниз его пижамные штаны и обхватил ладонью член, начав жестко его надрачивать. Узумаки застонал, выгибаясь и чувствуя, как самообладание медленно исчезает. Он непроизвольно прижался к Саске сильней, уткнувшись губами в шею мужчины. И на конце сознания парень понимал, что выглядит сейчас как плавленный сыр, тянясь к нему и поддаваясь. Саске продолжил шептать ему на ушко: – Я найду тебя сегодня в десять вечера, где бы ты ни был. И буду трахать без смазки и резинки, так что у тебя только один шанс получать удовольствие сразу – подготовься заранее. Учиха провел пальцем по головке и надавил на щель на ней, напоминая Наруто его собственные действия. И это неожиданно разозлило парня: – Перестань уже, – произнеся это, он болезненно прикусил кожу на шее Саске. – Вот еще, – Учиха наоборот обхватил его член ладонью и стал быстрее его надрачивать. Узумаки резко выдохнул, подавив желание вскрикнуть. Нет, не дождется. И только вцепился связанными руками в рубашку мужчины, потянув вниз, насколько хватило возможности. – Слушай сюда, – с нотками раздражения, процедил он. – Хрен ты что получишь. Саске укусил его за мочку уха, ухмыльнулся и второй рукой скользнул вниз, сжимая его задницу. Упругую, аппетитную. Самое то. От одной только мысли о том, чтобы засадить – вставало. – Мечтай, – парень пихнул Учиху руками в грудь, возвращая расстояние между их лицами. Брюнет лизнул его щеку и ввел внутрь один палец, для дополнительной стимуляции. Наруто втянул в себя воздух, не позволяя вырваться ни одному звуку. Не хотел, чтобы коп понял – он на грани. Выдавали только глаза, зрачки были возбужденно расширенными. Саске опять впился в его шею, ускоряя движение рукой по его члену, а затем резко пропихнул два пальца и развел их в стороны. Узумаки вскрикнул, выгибаясь в его руках, и непроизвольно двинул бедрами. Тело было совсем не против Учихи, его прикосновений и быстрой разрядки. И хотя себе парень признавал, что хотел этого не меньше, еще со вчерашнего вечера – но стонать под этим мужчиной, позволяя делать с собой все, чего он желал, было слишком... быстро, даже для него. – Будь умницей и подготовь себя к вечеру, – Саске поцеловал его в уголок губ и пошел на выход, намеренно не освободив руки парня. Наруто удивленно смотрел ему в спину еще несколько секунд, тяжело дыша. Этот мудак что, решил отомстить так? – Эй! – крикнул парень. – Ты что, собираешься вот так меня бросить?! – Ну, я могу сказать случайному прохожему, или скажем постучать твоему соседу и попросить его зайти через десять минут. Как думаешь, у него хватит выдержки подождать? – Саске ехидно ухмыльнулся, обернувшись в дверях. Узумаки зарычал и в порыве не сдерживаемой ярости кинул в его сторону ближайшее, что попалось под руки. Сотовый, естественно, пролетел по крайне кривой траектории. Галстук чертовски мешал. – Пошел на хуй! Учиха ловко поймал телефон и положил его на тумбу у входа. – Заметь, я даже не стал их завязывать у тебя за спиной. – Твоя доброта не знает границ, – съехидничал блондин. Саске закрыл дверь и довольный поехал на работу. Наруто прожигал взглядом дверь еще с полминуты, дожидаясь, когда этот мудак вернется и поможет ему. Время шло, Учиха не возвращался. Он не шутил. – Сука! Развернувшись, парень неловкими движениями стал вытаскивать из стойки нож. Затем сел на стул, сжал рукоятку коленями и стал долго и упорно разрезать путы. Ничего, до вечера еще было куча времени. И неважно, что этот коп знал, где он живет. Это еще не означало, что он действительно сможет найти его где угодно. Потому что быть дома в десять вечера и прилежно ждать его, как овца на закалывание, никто не собирался. Пусть попробует сначала найдет… К слову, трахаться с Учихой тоже никто не собирался. Точнее Узумаки не собирался. «Не станет же он меня насиловать?» В последней мысли он старался убедить себя сильней всего. Разрезанные ленты галстука, лежащие на столе, этому мешали, возвращая к реальности. Они лучше всего передавали главный смысл всей ситуации – полная задница. *** Саске сделал с утра массу дел, так и находясь в благодушном настроении. И даже мелким нарушителям не выписывал максимальные часы общественной работы. Он предвкушал сразу две вещи – исполнение своего плана и вечернюю игру, а вообще удивлялся, что после разгромного фиаско в суде жизнь начала так резко налаживаться. Тишину буквально разрезал возглас Карин: – Что-о-о?! Нахал! Далее шел смачный шлепок, видимо по лицу ее собеседника, который было так же прекрасно слышно. Чуть меньше минуты молчания, а затем в кабинет Учихи пару раз постучали и вошел парень. Невысокий брюнет, одетый достаточно экстравагантно: черные кожаные штаны, такая же жилетка, белая рубашка, не заправленная за пояс, и того же цвета ботинки. Солнечные очки были задвинуты на голову, а на шее висел фотоаппарат. Левая щека еще хранила на себе ярко-алый оттенок. Повернувшись к копу, гость искусственно улыбнулся: – Вы Учиха? – Да. И советую извиниться, на выходе она и покусать может. – Нет, не думаю, что после моих слов, она согласится залезть в одну постель. Саске ухмыльнулся, вполне довольный этим парнем. – У меня к тебе деловое предложение. – Да, Наруто говорил об этом, – Сай все так же «приветливо» улыбался. – И хотя я ненавижу копов, с тобой работать будет интересно. Учиха выложил перед ним фотографию. – Его выпустили под залог, суд только через три месяца. И он точно попытается уехать из страны. Предупредишь – получишь копии всех материалов дела, а так же список вещественных доказательств и всю информацию о грязных мелких делишках судьи, утвердившего залог за этого сукиного сына. – О, судья, – глаза парня напротив буквально загорелись, и, взяв фото в руки, он внимательно его осмотрел. – А что этот натворил? – Мелкое воровство, крупное взяточничество, три заказных убийства и лично мне дорогу перешел. – Ммм… плохой мальчик, – Сай бросил еще один короткий взгляд на человека, изображенного на снимке. – Недели две у тебя свободны. Может три от силы. А потом я позвоню, до этого времени такой не дернется. – Ровно восемнадцать дней, через это время нужные ему деньги уже уйдут на офшоры. И ему больше нечего будет тут делать. Парень напротив довольно усмехнулся: – Видишь, можешь мне доверять. – Я никому не доверяю. И тебе не советую. Вот это как задаток, – Учиха положил поверх стола папку. – Никому не доверяешь? Что ж, жаль. Зря я обрадовался, – пододвинув к себе папку, Сай тут же стал ее быстро пролистывать. – Предупрежу Наруто, что ты еще хуже, чем он о тебе думает, – захлопнув папку, он снова улыбнулся. – Это хорошо. Мне нравится. Саске отдал ему свою визитку. – Я хочу увидеть результаты, когда придет время. – Результат будет, не сомневайся. Учиха кивнул и вернулся к рабочим делам. – Кстати, советую не отклоняться от пощечин, вторым ударом всегда идет хук справа. – Учту, – собрав все документы, Сай встал и незаметно испарился из его кабинета. Через десять секунд со стороны приемном донесся повторный визг Карин и одному язвительному парню прилетела вторая пощечина. У каждого был свой способ выражения внимания. *** В отличие от Учихи, Узумаки весь день провел как на иголках. Из-за этого, он волновался, что может сорваться выставка. Его рассеянность порядком начала раздражать тех, кто занимался какими-то вопросами связанными с организацией. И хорошо, что большая часть всех дел лежала на Хъюге. Это успокаивало и придавало уверенности. – Не нервничай, все пройдет замечательно, – в который раз повторил Нейджи. Наруто кивнул, но при этом взгляд его и мысли были явно не здесь. Нахмурившись, Хъюга довольно грубо обхватил рукой подбородок парня, заставив посмотреть на себя. Он ненавидел, когда рядом с ним думали о ком-то другом, особенно Узумаки. А уж что он думал именно о «ком-то», а не о «чем-то», видно было прекрасно. – Ну, что?! – не сдержавшись, огрызнулся фотограф. – Я сказал, не нервничай, – настойчивей повторил Нейджи, и, не удержавшись, мягко провел ладонью по чужой щеке. Наруто выдохнул, сглатывая: – Хорошо, я постараюсь. Он слишком был взвинчен, чтобы замечать столь откровенные действия своего менеджера. К тому же, такое внимание с его стороны было привычным. Временами и Узумаки любил играть в эту игру. Но все чаще стал замечать, что это игра – лишь для него. Нейджи же был настроен серьезно. И хотя было… всякое, официальных отношений еще не было. – Молодец, – уголки губ Хъюги приподнялись, обозначая намек на улыбку. – Иди, проверь порядок фотографий. – Ладно. Наруто отстранился и двинулся по широким и большим коридорам с колоннами. Место, что они сняли было шикарным в плане простора. А белый фон лучше всего подходил под его тематику, подчеркивал снимки. Но даже прохаживаясь по коридорам и просматривая свои работы, единственное о чем Узумаки мог думать: до десяти вечера осталось еще четыре с половиной часа. Благодаря грамотной рекламе и репутации Хьюги даже в начале собралось довольно много народу. Критика была благосклонной, да и больше половины фотографий к середине уже получили заявки от разных частных коллекций. Даже пресса, присутствующая вначале, отзывалось мягко и позитивно, что для первой выставки было удивительно. Различные оценщики и критики ходили в задумчивости, многие строчили на месте, другие собирались в группы и обсуждали, попивая некрепкий пунш и закусывая легкими тарталетками. Но человека, которого ждали и опасались и Узумаки и Хьюга все еще не было. Одно его отрицательное слово могло загубить несколько лет работы, одно положительное проложить дорогу на десятилетия вперед. Этот странный человек приходил всегда за час до окончания, медленно и ни с кем не разговаривая осматривал работы и уходил, выдавая на следующий день статью в один из самых известных и весомых журналов. Его легко было узнать по абсолютно седым всклоченным волосам, повязке на глаз на пиратский манер и маске-платку на лице, с авторами работ он разговаривал в очень редких случаях, но возможно у Хьюги был небольшой шанс с ним поговорить. Взяв пятый бокал с пуншем, Наруто устало вздохнул и кинул взгляд в сторону Нейджи. Тот опять разговаривал с кем-то из влиятельных посетителей и возможно будущим покупателем. И хотя дела шли хорошо, как говорил его менеджер, сам Узумаки чувствовал, что еще немного и просто сдохнет. У него уже сводило скулы улыбаться и в горле постоянно пересыхало от общения. Все же выставка – это не его. Фотографии делать, да. А вертеться в кругу богатеньких знаменитостей, нет. Это было странно – увидеть Учиху Саске не в повседневной форме и не в обычной человеческой одежде, а в модных шмотках, практически таких же как и на всех посетителях. Лишь с тем различием, что этот ублюдок был чертовски сексуален, гораздо более, чем все вместе взятые. Красный шелк рубашки и черные облегающие брюки из непонятного мерцающего материала, но не блестящие, а матовые, собирающие своим оттенком свет, но не отдающие его. Но все бы ничего, если бы рядом с Учихой не стоял тот самый критик, Хатаке Какаши. Причем стоял не случайно – они явно о чем-то оживленно беседовали. «Ебать…» Отставив бокал обратно на ближайший поднос, Наруто развернулся, собираясь бежать. Но был перехвачен уже на полпути к отступлению. – Куда ты? – Хъюга не только держал за локоть крепко, но и настойчиво повел в противоположную сторону. – Идем. Я вас хочу познакомить. Уверен, ты понравишься Какаши так же, как и мне. Он любит неограненные алмазы. – Мне кажется, это плохая идея, – пролепетал Узумаки, понимая, что начни он сейчас буксовать – его не только неправильно поймут, но и обратят внимание абсолютно все. – Не психуй. Ты же действительно изумительный фотограф, – они как раз подошли, остановившись позади гостей, так что конец фразы Нейджи прошептал ему на ухо. – И ты под моим покровительством. Тема всей выставки была – «Чувства». Все фотографии были сделаны в определенном формате, как и сгруппированы. И они были очень большими, потому как каждая, содержала в себе картину из двух частей – два взгляда на одну ситуацию. Сначала шел лишь кусок, а затем уже полное фото. Кусок занимал больше половины всего снимка и был цветным, а полноценная картина располагалась в его нижнем правом углу и была черно-белой. Она то и раскрывала главный смысл каждого названия и являлась ключевой. Фото, у которого сейчас стоял Хатаке и Учиха, именовалось «Безразличие». На большой цветной его части были запечатлены люди на природе. Они беседовали, смеялись, все были богато одеты, держали в руках фужеры с вином. Светский раут напоминал один из тех новшеств, когда предлагалась тема и все следовали ей, например, одевшись во все черное, как здесь. Картина не вызывала негативных эмоций и, казалось, не сочеталась с названием. Но ниже шел полный снимок. Черно-белые похороны. Те же люди, распивающие вино и веселящиеся в свое удовольствие. А рядом с закрытым гробом стояла лишь одна плачущая девочка, не старше семи лет. Единственное существо, искренне сожалеющее о потере близкого ей человека. Хатаке и не заметил появления Хьюги и Узумаки, точнее не предал ему значения. В этот момент он увлеченно объяснял Учихе почему так, а не иначе распределены цвета и группы, очень терпеливо, словно талантливому, но неусидчивому ученику. И лишь когда Какаши закончил свои пространственные замечания, он повернулся к подошедшим, но заговорил исключительно с Узумаки. – Ваши работы. Какую здесь вы хотели бы оставить у себя? – Последнюю, – с языка сорвалось раньше, чем успел подумать. Нейджи повернулся к нему, недовольно, но тихо замечая: – Я думал, они продаются все. Иначе, зачем они здесь? – Но одну то я могу хотя бы оставить? – Наруто смотрел на менеджера тем взглядом, который тот знал, с упрямыми нотками. Заминка была всего в несколько секунд, но напряжение за это время лишь возросло. Такие люди, с характером как у Хъюги, не любили, чтобы их не ставили в известность даже в мелочах. Узнавать последним для него было унизительно. К тому же, они не обговаривали это. Он не любил, когда Узумаки не говорил ему что-либо, будто не доверял полностью. – Хорошо, как скажешь. Это ведь именно твои работы, – мужчина улыбнулся, сгладив ситуацию вежливостью. – Тогда пойдем ее смотреть, – озвучил Саске действия тут же пошедшего в нужную сторону Хатаке, схватил Наруто за руку и потащил следом. Но внезапно Учиха остановился на полпути, так что Узумаки в него банально врезался. Причиной был снимок, висевший в одном из самых скромных и неприметных мест, но Саске просто не смог оторвать от него взгляда. – Почему он тут? На цветной части фото была запечатлена осень, пора старости и увядания. Объектив смотрел вверх, захватывая верхушки засыпающих на зиму деревьев. Они скидывали с себя сухие листья, а те кружились в золотом и багряном танце, опадая. Пейзаж был и красив и печален. А черно-белая версия раскрывала намного больше. Небольшая и тихая аллея, устланная хрустящим ковром, и скамейка, на которой сидела пожилая пара. Старые люди сидели рядом, слегка повернувшись друг к другу. Они держались за руки и улыбались. А на их колени, как и на все вокруг, опускались листья. Это был очень простой снимок. Но он передавал в себе столько умиротворения и гармонии, что не мог оставить равнодушным. Как и его название: «Счастье». – Что значит почему? – непонимающе и с легким раздражением произнес Наруто. Воспользовавшись остановкой, он вырвал свою руку, не позволив себя никуда вести дальше. На Учиху он смотрел с откровенной яростью. Ни идти рядом, ни тем более оставаться наедине он не собирался с этим копом. – Так красиво. Почему тут? – Саске резко повернулся к нему, взгляд Учихи был полон восхищения, словно он увидел в этом снимке нечто намного большее. – Что? – Узумаки смотрел на него растеряно всего несколько секунд, а затем вернулось раздражение. – Я не понимаю, о чем ты, черт возьми! Хъюга догнал их вовремя, успев услышать слова фотографа. Он остановился рядом и положил руку на плечо парня, слегка сжав: – Наруто? Все хорошо? – Да, – быстро ответил блондин, скорее по привычке выработанной за этот вечер, отодвигаясь к нему. Нейджи перевел взгляд на Учиху: – Кто это? – Никто, – уже второй раз мысли срывались с языка раньше, чем Наруто успевал обдумать последствия. – Так уж ли это, – Саске сделал шаг к ним, поймал Узумаки под локоть и резко дернул на себя, обнимая. – Отпусти, – процедил тот, естественно попытавшись оттолкнуть мужчину. – Нет, – коротко ответил ему Учиха, удерживая еще крепче. – Да катись ты к черту! – уже намного громче послал его Наруто. – Что здесь происходит? – Нейджи прожигал взглядом обоих, но больше доставалось именно незнакомцу. – Наруто, кто это? – Ничего не происходит! И это никто! – парень снова обернулся к Саске. – Слушай, отвали уже. Оценив ситуацию, Хъюга определил для себя, что имеет право вмешаться. Это в конце концов его фотограф, он нашел Узумаки и вытащил из той помойки, где тот был. И поэтому искренне считал, что парень принадлежит ему. На это следовало указать особо наглым. – Вы слышали? – предельно вежливо начал Нейджи. – Наруто не хочет, чтобы вы прикасались к нему. Соблюдайте приличия. – Проваливай и не лезь, – рыкнул Учиха в сторону Нейджи. – Я же обещал вернуться к десяти, я исполнил. А теперь идем к Какаши, он скажет свою оценку и я наконец отпущу его на чертов семейный ужин. Да, и эту фотографию я покупаю. – Саске не сводил взгляда с глаз Узумаки, понижая голос. – Тебе я ее не продам, – процедил раздраженный парень. Нейджи прищурился и сделал шаг вперед, оказавшись близко к их паре. А затем схватил фотографа за локоть и дернул на себя. Это со стороны напоминало игру «перетягивания каната». Предположить, кому больше всех доставалось, было очень просто. – Видимо, ты не понял, – вежливость с менеджера слетела мгновенно. – Он живет со мной. Учиха свободной рукой резко вывернул руку Хьюги, заставляя отпустить Наруто и согнуться. – На счет этого ты врешь. У него дома нет другого размера обуви и всего одна зубная щетка в стаканчике, это раз. Ты сейчас выпрямишься и уйдешь отсюда очень тихо, или я сломаю тебе руку, это два. Полицию можешь не трудиться вызывать, поскольку она уже здесь и в случае вызова арестуют именно тебя. Ну, а я в свою очередь подберу тебе очень-очень удобную камеру на сутки с превеликим удовольствием. Это три, – Учиха хищно ему улыбнулся. – И можешь не возникать, я и дальше буду пользоваться как своим служебным положением, так и своими связями, – он красноречиво скосился на Хатаке. – Будешь мешаться и я тебя просто уничтожу. Все это время Саске только крепче прижимал к себе Узумаки, не оставляя ему и шансов на побег. Тот находился в легком шоке, как от слов, так и от действий малознакомого копа. Учиха не походил на человека, который преступает закон в свою выгоду. Хотя, если вспомнить одно только утро… и даже то, что он нанял Сая для слежки – это уже говорило о многом. «Ему что, трахаться не с кем?» То, что в него вцепились, как в какую-то дичь, Наруто просто не понимал. Его слегка потряхивало от переполняющих изнутри эмоций. Злость, раздражение, страх… возбуждение. Парень уже давно заметил за собой, что его ведет на плохих ребят и в особенности на тех, кто обожает контроль. И Саске в этом случае имел сто очков, в отличие от Хъюги. Из-за этого унять собственное сердце, которое так бешено стучало в присутствии копа, казалось уже невозможным. Опасно. Нейджи так и не издал ни звука, лишь поморщился, когда ему завернули руку. Но взгляд, которым он наградил Учиху, мог сказать лишь о том, что полицейский нажил себе еще одного личного врага. Угрозы, что ему сломают конечность, мужчина проигнорировал. В людном месте никто бы не совершил такой глупости. Но остальные угрозы, почти шантаж… это уже было реальным, в это верилось. Узумаки видел эту заминку и его злило, что дележ происходил, как за вещь – учитывая, что собственное мнение никто даже и не думал брать в расчет. – Отпусти его, идиот, – повернувшись к Саске, произнес он, с дрожащими от ярости нотками в голосе. – И Нейджи не врет! Я переезжаю к нему, ты коробки не видел что ли?! Саске отпустил Хьюгу, не скрывая насмешливого взгляда, и игриво укусил Наруто за мочку уха. – Мы потом об этом поговорим. Узумаки дернулся, уворачиваясь от него и заметил, что на их трио уже начали обращать внимание окружающие. Людей теперь больше интересовало живое представление, чем фотографии. Да и репортеры начали что-то пронюхивать. Скандал мог назреть в любую минуту. Из-за этого полетело бы открытие. – У нас проблемы, – парень кинул взгляд на своего менеджера, который недовольно смотрел в сторону газетных стервятников. – Не волнуйся за это. Я все улажу потом, когда… – Нет, – прервал его Наруто, нахмурившись. – Иди сейчас. Ты лучше меня знаешь, что потом будет лишь хуже. Я не хочу подвести тебя, – заметив направленный на Саске вопросительный взгляд, он качнул головой. – Все в порядке. Я разберусь. Кивнув, Нейджи еще раз прошелся ледяным взором по Учихе, и пошел к стайке репортеров. Он знал, что фотографу не требуется напоминать о том, чтобы тот связался с ним, когда посчитает нужным. Дождавшись, когда Хъюга отойдет хотя бы на несколько метров, Узумаки обернулся к Саске, который все еще удерживал его: – Нам не о чем с тобой разговаривать. – Есть о чем, – Учиха потащил его в конец зала, помня что там где-то была дверь в подсобку. – Тебе потрахаться не с кем? Найми себе проститутку, – продолжил тише огрызаться на него блондин, теперь следя, чтобы никто не смотрел в их сторону. – Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?! – Да, немного, – Саске нашел искомое и быстро, а главное незаметно, затащил туда свою жертву. И тот, воспользовавшись этим, все же вырвался, отступив на несколько шагов от копа. Он выглядел, как загнанный в ловушку зверь. С одной только разницей – это был крайне привлекательный зверь, со всеми своими многогранными эмоциями, отражающимися у него на лице. Один из тех типов людей, который становились лишь привлекательней, когда начинали злиться. И чем ярче был приступ ярости, тем эффект был сильней. Машинально нашарив рядом банку с краской, Наруто поднял ее, намекая, что еще секунда – и банка полетит в сторону Учихи: – Не подходи, – предупредил он. – И чего же ты так боишься? – Саске тщательно запер дверь и пока не приближался. – Да ты же маньяк! Какого хрена, ты меня преследуешь?! – не сдержавшись, закричал фотограф. – Не преследую, мы видимся всего третий раз. И я просто выполняю свое обещание. – А я не хочу, чтоб ты его исполнял. Сдалось оно мне! Саске одним плавным движением вновь оказался около Наруто, прижал его к себе и успел отнять банку. – Поздно. Зато в этот раз одна из рук Учихи была занята, а держать такого ушлого лиса как этот – вполсилы, было неразумно. Уже в следующее мгновение Узумаки безжалостно заехал коленом ему в ногу или бедро, хотя старался попасть в живот. Но и этого оказалось достаточно, чтобы вырваться и, сделав еще несколько шагов назад, наугад бросить все же что-то в Саске. Под руку попалась другая банка с краской, был сначала тихий звук «шмяк», а затем «бац-бац», когда предмет упал на пол. Наблюдая за тем, как на рубашке полицейского образовывалось ярко-желтое пятно, капли которого скатывались вниз, Наруто посещала только одна мысль: «мне пиздец». – Я… я тебя предупреждал! – прием атака – это лучшая защита, инстинктивно сработал и сейчас. Учиха с мрачной ухмылкой медленно снял рубашку и откинул ее в сторону. Затем просто толкнул Узумаки к стене, чтобы у того больше не было возможности чем-то кидаться. – Истерику заканчивай. Эти слова, кажется разозлили парня лишь сильнее. Сравнивать его оправданное негодование с бабскими заебами?! Отлично, хочет – получит. И пусть катится на все четыре стороны. – Да ты заебал уже! – Наруто стиснул зубы, а затем неожиданно стащил с себя футболку, откинув ее куда-то в сторону. – На, получи. Мы потрахаемся и проваливай, куда хочешь. Оставь меня в покое, ясно? Тело у парня было ладным, гладким. Спортивным, но не слишком накаченным – все же, он был слабее полицейского. Но загорелый цвет кожи, видимо не был искусственным. Равномерный, мягкий. Его даже не портила татуировка спираль на животе. Это было ожидаемо, от человека с таким характером… и подобные мелочи придавали образу лишь больше пикантности. Саске поцеловал его, фиксируя голову руками. Внезапно и очень жарко, скорее так целуются влюбленные, а не внезапные партнеры по сексу. И хотя сначала он получил положительный отклик на свои действия, когда Узумаки стал с жадностью обхватывать его губы, немного грубо и ненасытно целуя… но это длилось совсем недолго. Фотограф остановил себя сам, тут же разорвав их череду поцелуев тем, что неожиданно укусил Учиху. И больше всего, наверное даже больше – чем собственный ответ, который можно было списать на сиюминутный порыв – его разозлила другая реакция. Во время их поцелуев, глаза Наруто были закрыты. – Мы так не договаривались, – тут же начал он, с новыми силами возвращаясь к протесту. – Ты говорил, что выебешь меня, как я того заслуживаю. Вот и еби. – А ты подготовился? – Саске повернул его лицом к стене и резко стащил брюки вместе с бельем. – Не для тебя, – Узумаки насмешливо фыркнул. – Ты знал, что секс – это лучшая растяжка? Кое-кто помог мне с этим. И ночью мы повторим. – Ночью ты будешь со мной, – Саске высвободил свой член и резко ему вставил, даже не проверяя действительно ли готов парень. Но смог войти сразу лишь наполовину… что говорило о маленьком вранье блондина. Он не трахался ни с кем сегодня, а растягивал себя сам. Если бы у него был секс пару часов назад, он бы не был таким приятно-узким. Не слишком узкий, как девственник, но и совершенно не разработанный, как любая шлюха. Наруто слегка дрожал от возбуждения и легкой боли. Он не издал ни звука, когда Учиха грубо засадил ему. Только прикусил нижнюю губу, сдержавшись. И был уверен, что обман не раскроется. – Лгунишка, – прошептал ему на ушко Саске, толкаясь глубже, до конца, но уже менее агрессивно. Не подготовка, но хоть время привыкнуть у Узумаки теперь было. Чем тот и воспользовался, прижавшись лбом к прохладной стене. Грудь тяжело и часто вздымалась, а возбуждение не отпускало еще с момента, когда он увидел копа. Это все больше напоминало изощренную пытку. – Заткнись и двигайся. Саске укусил его за шею уже в который раз. – Заткнись и не диктуй что мне делать. – Да ладно?! А мне ты диктовать значит можешь?! – парень мотнул головой, стараясь уйти от прикосновения. – Завались! И ночью я буду с Нейджи! С кем хочу, с тем и буду трахаться! Тебя это не касается совершенно, ясно?! Учиха просто зажал ему рот рукой, вышел из парня целиком и засадил снова, на этот раз в полную силу и сразу до конца. Тот выгнулся, приглушенно вскрикнув. В глазах поплыло, боль резко сменилась удовольствием, хотя полностью и не ушла. Но он был прав – Саске оказался настоящим диким зверем. И это чертовски заводило, как и вся ситуация в целом, и даже их странные отношения. Все это было… потрясающим, оно затягивало в себя как водоворот. А Наруто с каждой секундой понимал все отчетливей – он хотел, чтобы его затянуло. Он хотел именно Учиху, прямо сейчас. И даже потом. Учиха брал его жестко, совершенно не жалея и больше не щадя, посчитав что раз Узумаки попросил сам, то вполне можно делать именно что хочется. Он немного оттянул его голову за волосы назад, чтобы с укусами добраться до шеи спереди. С губ парня руку убрал, теперь придерживая его за пояс, чтобы не сбиваться с ритма. Глаза Наруто все это время были прикрыты, ресницы чуть подрагивали, а с губ стали срываться стоны. Откровенные, не сдерживаемые, дикие. Надежда, что их маленькое исчезновение останется незаметным для посетителей – пропала окончательно. Любой, проходящий мимо подсобки – услышит их, если конечно он не глухой. И это прекрасно понимал и сам блондин. Только ему стало наплевать с момента, когда он согласился на перепих. Хотят слушать, пусть слушают. А не хотят – значит пройдут мимо. Заглушать себя, кусать губы, портя себе удовольствие – он не собирался. Саске добрался рукой до его члена, чтобы помочь кончить. В первый раз это все равно не могло продлиться долго. Но Узумаки неожиданно перехватил его за запястье, останавливая. Затем откинул голову на плечо мужчины, чуть заметно усмехаясь уголком губ: – Что? И это все? – в голосе была заметна тень разочарования. – Жаль… а я уж решил, что хотя бы у тебя получится удовлетворить меня полностью. Но видимо идеального парня все же не существует. Хотя должен признать, ты сексуален и трахаешься неплохо, – мурлыкнув это, парень прижался губами к шее Саске, мягко целуя, и даже двинул бедрами назад, прижимаясь еще ближе. Учиха укусил его еще раз в отместку за эти слова. – Тут воняет краской, так что сейчас ты кончишь, как послушный мальчик, зажмешь свою упругую задницу, удерживая мою сперму в ней и потерпишь немного, пока мы не доедем до дома, здесь недалеко. – Ну, нет, – Наруто даже посмеялся, потеревшись о него щекой. – Ходить с твоей спермой я не собираюсь. Приму душ в той комнате, где переодевался, здесь недалеко. А еще тебе придется постараться, если хочешь, чтобы я кончил. Или я совершенно разочаруюсь, решив, что ты можешь лишь словами разбрасываться… Ты же обещал меня выебать, как я того заслуживаю? Я заслужу… – протянув руку назад, он удержал Учиху за затылок и зашептал на ухо, опаляя горячим дыханием. – Хочу чувствовать твой член дольше. Мне действительно доставило удовольствие отсосать тебе тогда. И я до сих пор помню твой вкус… Так что, если ты так хочешь кончить в меня здесь, то я опущусь на колени снова, – произнеся это, блондин обхватил губами мочку Саске, посасывая. Учиха отодвинулся, наступая ногой на его кроссовок, коленом подпихнув эту ногу вверх, так чтобы снять не только обувь, но брюки с бельем. Затем повернул парня к себе лицом, вбивая его в стену. – Играешься со мной, мальчишка? – глаза Саске в темноте казалось напоминали дьявольский черный огонь, даже отблески в глубине этих глаз были очень заметны. Голос мужчины звучал приглушенно, с рыком, таким же грубым было и следующее действие, когда поднял высвобожденную ногу парня, открывая себе больший доступ и резко вошел. – Что, хочешь кончить лишь от одного ощущения моего члена в своей заднице? У Узумаки кружилась голова от желанной грубости, страсти и силы. Эти ощущения просто переполняли через край, не позволяя соображать. Единственное, о чем он сейчас мог думать – чтобы его выдрали. Выебали так, чтобы он забыл собственное имя. И было плевать, что он отказывался от этого раньше – наивный дурак. Его бы все равно уломали или изнасиловали, а он бы был лишь рад этому. Учиха лучший, парень хотел провести с ним ночь. Только, следовало вывернуть все немного иначе или такому как Саске станет с ним неинтересно… – Хочу, – упрямо произнес Наруто, облизав пересохшие губы. – Устроишь, и я останусь на ночь с тобой. – Ты и так останешься, – Учиха начал вбиваться в него еще сильнее чем до этого. – И кончу я глубоко в тебе, так чтобы при каждом шаге, сжимая задницу, ты чувствовал мою сперму, ощущал как она плещется в тебе, пока мы едем в мой дом, – он поцеловал Узумаки так глубоко и сильно, как хотел с момента их встречи. – И не ты тут ставишь условия. Парень провел языком по губам, стирая его поцелуй, и легко улыбнулся, часто дыша от глубоких толчков. Ему начинал по-настоящему нравится этот коп. От его слов и действий, от этого контроля мурашки бежали по всему телу. Его было весело дразнить. Непередаваемые эмоции. – Расслабишься, и все изменится, – произнеся это, Наруто вцепился рукой в его волосы на затылке, слегка оттягивая, как до этого сделал сам Саске. – Кончишь в меня, и я тебя сам выебу чем под руку попадется, ясно? Мне еще почти час здесь торчать и общаться с этими… ценителями, – втянув в себя воздух от очередного резкого движения, он уткнулся носом в шею мужчины. – Да-а… давай же… мне так хорошо с тобой сейчас… – Узумаки стал целовать ближайший участок его шеи, иногда мягко прикусывая и снова начиная таять в чужих руках, напоминая разгоряченный метеорит. – Я не спрашивал твоего мнения, – Учиха заставил его поднять и вторую ногу, удерживая ее, чтобы вдалбливаться в парня глубже. – К черту их всех, сделаешь то, что я скажу. – А ты никто… чтоб я делал… что ты хочешь, – Наруто чуть слышно постанывал, приглушая себя тем, что стал вцепляться в шею мужчину сильней, явно оставляя на ней синяки. – Сними себе шлюху… и командуй... они послушные. – Я сделал лучше, я нашел себе парня, – чтобы заткнуть его, Учиха чуть сдавил ладонью его шею, заставляя отстраниться, и поцеловал. Хотя в этот раз он не дождался желанного отклика. Узумаки крепко сцепил зубы, не позволяя углубить поцелуй. А потом и вовсе прикусил нижнюю губу мужчины до крови, возвращая расстояние между ними. – Ты не знал, шлюхи-парни тоже бывают. Найдешь другого и развлекайся, учи ходить по струнке и говорить, лишь когда будет разрешено, – фотограф сжал ногами его торс, откинулся назад на стену, прогибаясь, и стал насаживаться на член Саске, сам двигаясь на встречу. Он чувствовал, что подходит к оргазму. Ему даже не требовалось дрочить себе член, настолько было хорошо. – Дурак, – сказал ему Учиха, прижимая сильнее к стене и не позволяя двигаться, он и сам вбивался с нужной скоростью. – Я нашел себе любовника звучит лучше? – Мы не любовники, – пробормотал Наруто, прикрывая глаза, и протяжно застонал. – Будем любовниками. Отвечать Узумаки ему больше не мог, полностью поглощенный процессом. С губ постоянно срывались долгожданные стоны, такие яркие, заводящие. Он не видел себя со стороны, не слышал. Не знал, насколько вся эта картина со стороны была потрясающей. Любой бы случайный зритель со стороны не только кончил, у него бы снова встало. Саске нежно прошелся губами по его скуле, только после делая последние толчки и заставляя парня кончить. А затем кончил сам, как и обещал, внутри него. Наруто прижался к нему, вцепившись в плечи чуть дрожащими руками. У него перед глазами все расплывалось, так что он снова их прикрыл. Да и в голове все кружилось, а тело испытывало такую усталость… правда крайне приятную. В себя он начал приходить лишь через пару минут и первое, что сделал – заехал Учихе ладонью по плечу, к которому прижимался и от которого так и не отстранился: – Ты кретин? Какого хрена, ты кончил в меня? – постепенно, приходя в сознание, и голос начинал набирать оборот… даже не сорвал его. – Ты только себя слышишь?! Саске улыбнулся, похоже злить Узумаки таким образом становилось его любимым занятием – Сожми задницу, – Учиха поцеловал его, чтобы не слушать возражения, и в это время опустил ноги парня на пол. Затем вышел, плавным движением опустился на колени и резко нацепил обратно трусы, джинсы и надел кроссовок, даже шнурки завязать успел, потом так же плавно поднялся, поправил свою одежду и крепко взял Наруто за запястья. – Идем. Все равно кроме Какаши тебе тут никто не нужен, а с ним встретишься потом в любой день. Саске прожигали взглядом еще секунд десять. После чего Узумаки пришлось с раздражением признать – что в таком виде ему действительно не стоит видеться ни с кем. И в этом была не только вина Учихи, если признаться себе честно… – Я должен Нейджи предупредить. И не надо держать меня, – буркнул парень. Он вырывал руки и достал из заднего кармана сотовый, открывая журнал быстрых звонков. На Саске он даже не смотрел, будто звонок Хъюге был важней. Учиха конфисковал его телефон и спрятал к себе. – Этот напыщенный пижон переживет отсутствие твоего звонка, – он подобрал свою рубашку, с силой обнял Узумаки за талию и потащил вглубь подсобки, словно знал что где-то там есть вторая дверь. – А мои шмотки мы оставим валяться там? И какого черта ты решаешь за меня? – огрызнулся блондин. – Там всего лишь футболка. Саске открыл дверь и они вышли на парковку, где практически сразу наткнулись на полицейскую машину. – Но свою рубашку ты подобрал. И ты меня совсем не слушаешь! – Наруто стал выворачиваться, чувствуя, что совершенно поддается чужому влиянию и ведет себя как послушный мальчик. – Перестань обнимать! Мы не встречаемся, ясно? Учиха нахмурился и пихнул его на заднее сиденье, как преступника. – Теперь встречаемся. Свою рубашку он осмотрел и выкинул в рядом стоящую урну, затем сел за руль. Узумаки с раздражением двинул по двери ногой. Его бесило, что и здесь закрыты все пути к отступлению. Открыть теперь машину мог только коп. – Отлично, – он весело усмехнулся, чувствуя, как внутри кипит адреналин, и демонстративно показал фак, зная, что Учиха его видит в зеркало. – А я против. – Я тебе говорил, что не интересуюсь отказами? Если нет, повторю еще раз. Мужчина скосился в зеркало заднего вида и чудом избежал аварии, проскакивая на почти красный. Парень был чертовски соблазнительным, особенно в разозленном виде, и если б между ними не было решетки, якобы обязанной удерживать преступника, то не ясно чем бы закончилась их поездка, скорее всего сексом в ближайшей подворотне. Саске нравилось в нем все, и дикость, и агрессивное противостояние, но особенно моменты ласки и нежности, когда открывались новые грани. Учиха даже чуть слышно заурчал, вспоминая их недавние поцелуи. Да, пожалуй именно этого пока у них было слишком мало, но он намеревался дома наверстать упущенное. – Куда ты гонишь?! Ты нас убить хочешь?! – громко высказался Наруто, лишь сильнее злясь, стоило им проскочить на красный. – Ты слепой?! Кто копам вообще права выдает?! Саске просто включил сирену. – Так тебе легче? Теперь я имею право ехать как хочу. – Да ты просто невыносим, – парень откинулся на сидения, отвернувшись к окну. – Не удивлен, что у тебя никого нет. – Вчера утром у меня еще была девушка. Но мы расстались, – Учиха пожал плечами, намекая что это не трагедия. – И я все же куплю ту фотографию. – Завались. Узумаки не понял, что его из слов мужчины задело сильней всего. То, что у того был кто-то? То, что он просто так удобно и вовремя подвернулся? То, что копу было плевать, с кем спать – с бабой или мужиком, или он вообще был лишь по девочкам и это такая случайная связь, которую сейчас сверху покрывают мишурой, чтобы сделать красивую картинку? Или то, что Саске оказалось… покласть на отношения и то, что с ним расстались? Даже думать о том, чтобы строить отношения с таким человеком – было настоящей глупостью. Учиха остановил машину у одной из высоток на окраине города. – Идем, – он вытащил Наруто из машины, прижал к двери и поцеловал. – Перестань это, – произнес парень, после того как разорвал это прикосновение, дернув головой. – Мне нравится тебя целовать, – просто ответил Учиха и повел его в дом, держа за руку. – Я не целуюсь с теми, с кем собираюсь просто переспать. Так что оставь это для следующего мальчика или девочки, кому ты решишь пудрить мозги, – вырывать руку Узумаки не стал, но и язык свой не удержал за зубами. – Я хочу только потрахаться с тобой. Хороший и долгий трах, на всю ночь. И ничего больше, ясно? – Я заставлю тебя пересмотреть твои позиции, – Саске запихнул его в лифт, нажал на нужный этаж и прижал парня к стенке кабинки своим телом. – Я хотел просто потрахаться с тобой вчера, пока ты отсасывал мне в кабинете. Я думал закрутить с тобой перепих на неделю сегодня утром, когда увидел тебя такого милого и домашнего в твоей квартире. Но сейчас, после твоих фотографий, я не хочу отпускать тебя. Не хочу загадывать, а просто попробовать. Мне кажется, что ты единственный, кто сможет меня выдержать и к кому я смогу испытывать чувства. Наруто молча смотрел на него, не имея возможности отвести взгляд. И понимал, что хочет верить в эти слова, что начинает верить в них. Ему настолько сильно хотелось этого, что чем больше он желал – быть кем-то большим, чем партнером на одну ночь для Учихи, тем упрямей стоял на своем, отказывая и боясь сознаться. Для него было бы намного тяжелей расстаться потом… а копу это ничего не стоило раньше, значит и сейчас не изменится ничего. – А до этого ты трахался просто так, как робот? – усмехнувшись, Узумаки отвел взгляд. – А если у меня уже есть чувства к кому-то? Что тогда? – До этого мне было все равно, может я просто не встретил тебя? И я не верю, что ты приблизился бы ко мне, если бы у тебя были к кому-то чувства, ты не такой. – Откуда ты знаешь, какой я? Ты же не знаешь меня совершенно. – Я видел твои фотографии. И понял их после той. Наруто насмешливо фыркнул, будто не поверил ни единому его слову. Но после этого снова обернулся к Саске и, подняв руку, медленно провел тыльной стороной ладони по его щеке, затем нежно зарываясь в волосы на затылке. – И что же ты понял? – тихо прошептал парень. – Что ты тоже кого-то ищешь, потому что даже в толпе знакомых и друзей был один. – Может я люблю одиночество? – взгляд у Узумаки был такой, будто он ждал чего-то: слов, действий. – Я ведь именно эту фотографию хочу оставить у себя. Последний снимок – «Одиночество». – Ты просто не знаешь другого, – уверенно ответил Саске. Лифт щелкнул, открываясь на нужном этаже. – Ты тоже. – Можем узнать вместе, – Саске вывел его на площадку и стал искать ключи в прихваченной из машины барсетке. При чем одну найденную связку он кинул обратно. – Две квартиры? – Эту купил пару недель назад, вчера и сегодня вещи перевозил, так что не пугайся коробок. – Не беспокойся, у самого та же ситуация, – отмахнулся от его слов Наруто. – И зачем две квартиры? – Та вызывала плохие воспоминания. – С чего вдруг? Ты же вчера расстался с последней пассией. – Я давно хотел от нее уйти. Времени не было. – И чем она тебя не устроила? – блондин прищурился, стараясь осмотреться в темноте. – Готовила плохо? Ебала тебе мозги, вместо того, чтобы позволить ебать себя? – наткнувшись на одну из коробок, он чертыхнулся, потерев лоб. – Если что, я вообще готовить не умею. И характер у меня, кстати, тоже не сахарный. – Я умею готовить. И убираться, и все остальное. Ее не устраивала моя работа. Саске включил свет, в коридоре было действительно много коробок. Оглядевшись, Узумаки хмыкнул, а затем перевел взгляд на мужчину. – Чем же? Тебе идет форма. – Не нормативным днем, – Учиха захлопнул дверь и обнял его. – Идем в ванную, хочу посмотреть как из тебя будет вытекать моя сперма. А потом будем заниматься сексом до утра. – Да ты извращенец, – фотограф рассмеялся, впрочем, не вырываясь. – Хочу сознаться, что я решил отсосать тебе только потому, что на тебе была полицейская форма. Фантазия об этом меня начала посещать лет с четырнадцати. – Я могу надеть форму утром. И отшлепать тебя, как плохого мальчика, – Саске потянул его в сторону ванной, сразу в душевую кабину, не раздеваясь. Узумаки только улыбнулся, неожиданно рассмеявшись. А затем прижался губами к уху мужчины, шепнув: – Я бы очень хотел, чтобы вы не только отшлепали меня, господин полицейский… – Думаю, я догадываюсь о твоих желаниях, – Саске не спеша поцеловал его, растягивая момент. И в этот раз он дождался ответа, Наруто двинул губами на встречу. Пусть немного неуверенно, но он подставлял мягкие губы. А еще положил ладони на плечи Учихи и прикрыл глаза, отдаваясь этим мгновениям без остатка, стараясь понять, что испытывал при этом. Учиха сделал поцелуй нежным, скорее заботливым, чем страстным, не похожим на все до этого. И им обоим это нравилось. Неспешность, ласка, как редкое лакомство, которое каждый пробовал впервые. И чем сильней были их эмоции по отношению друг к другу – тем изумительней было удовольствие от поцелуев. Саске все же не сдержался и практически незаметно стянул с Узумаки оставшуюся одежду, после нетерпеливо лапая аппетитный зад. – Покажешь? – У тебя крыша едет… Наруто прижался к нему, дразняще потеревшись губами о губы Учихи, стараясь отвлечь того. От одной только мысли о том, что просил сейчас его мужчина – уши горели. Хотя не признать, что было в этом что-то… собственническое, желанное было нельзя. Коп напоминал самца, который метил свою территорию, обходил ее, проверяя владения. И несмотря на то, что для большинства нормальных людей – это была дикость, блондина это лишь заводило. – Согласен, – Саске упорно, но мягко, подтолкнул его развернуться. – Давай. – Псих, – тихо пробормотал Узумаки, оперевшись руками на стену. Здесь, при свете Учиха мог наконец полностью осмотреть то, что теперь принадлежало ему. Плавные изгибы тела дразнили, особенно упругая задница; лопатки слегка выпирали, когда парень наклонял голову вперед, а золотистый оттенок загара шел абсолютно по всем видным участкам. Наруто расставил ноги примерно на ширине плеч, как это делал при собственном аресте. И теперь по внутренней части бедер медленно стекала сперма, отлично заметная при его цвете кожи. Прижавшись щекой к стене, Узумаки искоса наблюдал за реакцией и выражением лица Саске, стараясь не выдать собственного возбуждения от всей ситуации. Учиха оглядел его с хозяйской жадностью, словно самую ценную семейную реликвию, которую ему отдали. Он чуть прикусил губу, когда оглаживал бока парня, и глубоко вздохнул, вводя в него два пальца. – О чем ты думал, пока удерживал ее в себе? Наруто прогнулся, улыбнувшись уголками губ. Проникновение не причиняло боли, недавний секс помог неплохо растянуть. И повторить он бы не отказался. – Что это был лучший секс, который у меня был. Хочу еще. – Нагнись, – Саске коснулся губами его лопаток, вводя пальцы глубже. – Днем ты же думал обо мне. Сколько? Парень послушно нагнулся, слегка дрожа то ли от короткого прикосновения губ, то ли от того, как пальцы Учихи размазывали его же сперму по теплым стенкам ануса, жадно сжимающим их. – Все время… – чуть хрипло произнес он. – Хотел удушить тебя тем галстуком, наорать, отомстить… Только и думал о том, что не хочу видеть тебя… и с большим удовольствием снова бы отсосал при встрече… Хотел, чтобы ты поскорее пришел и трахнул меня, как обещал, чтобы я выкинул тебя из головы. – Не выкинешь, я не позволю. Не допущу, – Саске провел языком по его позвоночнику, от поясницы до легкого пушка на шее. – Даже когда я тебя опять оттрахаю, ты будешь хотеть еще и еще. Ему пришлось на пару секунд оторваться от Узумаки, чтобы стянуть свои штаны и выбросить их из кабинки. Тот оглянулся, выглядя довольно нетерпеливо. У Учихи уже стояло, и парню хотелось как можно скорее почувствовать этот большой, толстый член внутри. – А ты сам? – слова сорвались с языка раньше, чем он успел остановиться. – Ни минуты не мог отвлечься, даже работа вся застопорилась, – Саске провел рукой по его волосам. Наруто смотрел на него несколько секунд. А затем поддался назад, почти прижимаясь к мужчине, и впервые сам коснулся его губ. Осторожно, коротко, будто боялся обжечься и в то же время – сильно желал этого. – Я хочу тебя, – тихо шепнул парень. – Хочу, чтобы ты взял меня. Учиха не стал терзать его ожиданием и вошел медленно, так чтобы любовник почувствовал каждый сантиметр того, чего так просил. Не утерпев и двинув бедрами назад, Узумаки прижался вплотную ягодицами к мужчине и откинул голову ему на плечо, тихо вскрикнув от секундной вспышки удовольствия. Грудь парня тяжело вздымалась, глаза были прикрыты, рот наоборот слегка приоткрыт, со лба скатилась капля пота, плавно переместившись на шею и двигаясь вниз к ключицам, а прядки волос, прилипшие к лицу, дополняли всю сексуальную картину. Саске слизнул каплю с шеи, обнимая одной рукой за талию, чтобы вернуть контроль движениям. Свободной рукой он повернул к себе голову Наруто, положив ладонь на щеку, и поцеловал. Было странно, впервые Учихе целоваться хотелось гораздо больше, чем просто трахаться. Секс вообще казался просто дополнением к касаниям губ, к такому важному сейчас ответу на эти касания. От этих чувств он даже немного терялся, всего-то прошло два дня, но изменилось все самым коренным образом. Он даже привез парня не в отель, как планировал утром, а в свою квартиру, которую пока вообще никому не показывал, даже брату. И то, что Узумаки не только позволял теперь целовать себя, не вырываясь и не отворачиваясь, но и отвечал – было самым непередаваемым. Стоять так, прижав его к себе, и просто целоваться, забыв о том, чтобы двигаться и врываться в его тело, когда стенки ануса любовника так приятно сжимали, подталкивая к жестким действиям. Забыть на время обо всем и отдаться этим трогательно-робким и осторожным прикосновениям чужих губ полностью, без остатка. Вот это было самым удивительным и чарующим. Саске дотянулся рукой до крана и включил им теплую воду, которая полилась из верхнего тропического душа. Наруто улыбнулся в поцелуй, почувствовав капли на лице. Прервавшись, он потерся губами о скулу мужчины и открыл глаза, смотря на него. Учиха игриво лизнул его губы, затем на ощупь нашел мочалку и выдавил на нее геля с ненавязчивым морским запахом. Ему показалась неплохой идея помыть парня прямо так, не отстраняясь. – Мне казалось, это делается после секса, – тихо шепнул ему в губы Узумаки. – Мы будем заниматься им всю ночь, так что лучше нам упасть на кровать без всей этой пыли, – Саске провел мочалкой по его груди, намеренно сильно задевая соски. Резко втянув в себя воздух, фотограф усмехнулся. Копу нравилось дразнить и когда дразнили его. Это нравилось и самому Наруто. Так что он откинулся на грудь мужчины, будто подставлялся под мочалку. А сам обхватил рукой собственный член, демонстративно медленно, чтобы Учиха не пропустил ни одного действия, стал ласкать себя, иногда надрачивая. Шею и ухо полицейского опаляло горячее, рваное дыхание и было слышно несколько коротких полустонов, от которых бросало в возбужденную дрожь. Саске прижался губами к его плечу, следя за всем этим и чуть слышно приказал: – Давай, сильнее. Узумаки тихо рассмеялся, куснув его за подставленное ухо. Ему безумно нравилось то, каким тоном это произносил любовник. Нравилось, как мужчина смотрел на его тело, следил за каждым движением. Поэтому Наруто послушно стал двигать рукой и повернул лицо к нему, кусая участки шеи или плеча, если удавалось дотянуться, от переизбытка эмоций. Учиха зашипел, но взгляда не оторвал, даже наоборот, подставил предплечье для этих укусов, лишь бы Узумаки не останавливался. А тот и не думал останавливаться, продолжая надрачивать свой член. Ему было слишком хорошо, чтобы теперь останавливаться. Член Саске приятно заполнял внутри и хотя движений ему не хватало, но даже этого было достаточно. Вспоминая о том, как мужчина врывался в него в подсобке, не жалея, доказывал, что лучший – от одних этих воспоминаний хотелось кончить. И если Учиха хотел увидеть, как он кончает – ему доставят такое удовольствие. Полицейский возобновил движения мочалки, так что та оказалась дополнительной стимуляцией, тря кожу более грубо, чем простые прикосновения. Эти действия срывали с губ блондина короткие стоны. Кожа была сейчас особенно чувствительной, любая ласка заставляла дрожать его и прижиматься к Саске сильней. Несколько раз Наруто даже попробовал слегка отодвинуться, выпустив часть члена Учихи – чтобы двинуть бедрами назад, насаживаясь сам. Но этого было мало, он мог довести себя лишь рукой. Тех изумительных ощущений, когда мужчина врывался в него – не было, если он делал все сам, один. Поэтому любовник недовольно укусил Саске за плечо, ожидая его действий или приказа. – Кончи для меня, – Учиха просто не мог упустить этой возможности. Он очень хотел спокойно полюбоваться парнем в этот момент, не упустив ни капли его эмоций. Узумаки только и ждал этих слов, увеличивая темп, надрачивая быстро и жестко. Голос Саске, его обжигающий взгляд и объятья, из которых не хотелось вырываться – все это обволакивало, как вторая кожа. И, подведя себя к грани, парень вскрикнул. Когда он кончал, удовольствие росчерком отразилось на лице, преображая, делая черты хрупкими. Разрушить это мгновение казалось настоящим преступлением, а вот ловить каждое изменение, запоминая – должен был лишь один человек, а не абсолютно любой. – Спасибо, – тихо прошептал ему на ушко Учиха. В целом благодарность этого парня было очень странно слышать, и не важно за какие вещи. Но как и ласки, смягчающие состояние Наруто, этот шепот был реален. Улыбнувшись, тот потерся губами о ближайший участок кожи мужчины: – Ты мне должен за это… я придумаю, что взять. – Обязательно не забудь мне об этом сообщить. Саске смыл с него остатки спермы и вручил в руки мочалку. Парень чуть слышно фыркнул, полу-обернувшись, и стал гладить ей по груди мужчины, насколько позволяла поза и удерживающие руки на бедрах. – Удобно? Саске толкнулся в него пару раз и отодвинулся. – Предлагаю переместиться на горизонтальную поверхность. – Выдержка заканчивается? – Узумаки нагло улыбнулся. – Да. И я хочу еще раз посмотреть как ты кончаешь. – У меня сегодня ночь самообслуживания? – недовольно отозвался парень. – Нет, ты будешь кончать, прыгая на моем члене. Такой план тебе нравится больше? – Ты выбрал эту позицию, чтобы целовать меня во время того, как трахаешь? – Наруто широко улыбнулся. Первоначально, он хотел спросить: целоваться во время секса, но это бы прозвучало чересчур романтично. А они еще не достаточно долго встречались, чтобы перескакивать с «классный секс» на «любимый секс» - или точнее, секс с любимым человеком. Одно дело, проявить романтичные отношения в действиях, как и ласку или нежность – объятья, поцелуи, все это можно списать на что-нибудь. И совсем другое – проговорить вслух, признав. Для этого им обоим должно было потребоваться время. – Ты догадливый, – подтвердил Саске, почти шутливо целуя его в уголок губ. – А ты вор, – парень запустил руку в его волосы, неспешно перебирая их. – Это моя фишка. – Я полицейский. И конфискую ее за нарушение моего спокойствия. – Неужели? Запретишь? – Да. Больше никому не демонстрируй это кроме меня. Узумаки нагло усмехнулся и неожиданно повторил это же действие за ним, коротко прикоснувшись к уголку губ Учихи: – А что мне будет за непослушание? Учиха покачал головой и отстранился от него, чуть шипя от довольно прохладной воды на своем члене, по сравнению с телом парня. – Тебе ничего не будет, а вот соперника я растерзаю. – Ну, да, конечно, – фотограф лишь фыркнул, абсолютно не поверив в эти слова, и выбрался из душа, нагло забирая одно полотенце и обматываясь им. Саске выключил воду и вытерся другим свободным полотенцем, а затем повел Наруто в спальню, прокладывая путь меж коробок с вещами. – Как же хорошо, что утром я застелил кровать, – он улегся и поманил любовника к себе. – Почему? Узумаки забрался к нему на постель, оседлав бедра мужчины. – В таком состоянии я не в силах был бы это сделать, – полицейский притянул его к себе для поцелуя. – А это было бы необходимо? – фотографу стало любопытно. – Есть разница между тем, как трахаться – на расправленной кровати или заправленной? – Поскольку мы собираемся трахаться всю ночь, то необходимо, чтобы утром принять душ, сменить белье на чистое и уснуть. В обнимку. – А я не говорил, что останусь утром, – Наруто соединил их лбы, легко улыбаясь. – А я не говорил, что отпущу тебя. – Ну, ты же не мой начальник, чтобы отпускать. – Я твой похититель. Парень довольно усмехнулся, обняв Учиху за шею. В этом действии, как и в предыдущем – не было ничего особенного. Но почему-то именно такие простые действия, казалось обычно выражают по отношению к своему парню, а не разовому партнеру. – Потребуешь выкуп у Нейджи? – Нет, мне выкуп не нужен. Зачем, когда я похитил того, кого хотел? – Саске, не в силах больше довольствоваться одними разговорами, направил парня в нужную сторону. Узумаки стянул полотенце и скинул его на пол, слегка сползая ниже. С любовника он тоже снял лишнюю деталь, отправляя в тот же путь. А затем лишь провокационно потерся ягодицами о возбужденный, горячий член Учихи. – А если этот кто-то сбежит? Знаешь же, иногда жертвам удается сбежать от своего похитителя, – спокойно продолжил он шутливый разговор. – Жертвы любят не слушаться… – Значит мне придется сделать так, чтобы ты полюбил... меня слушаться, – Саске осторожничал со словами, предпочтя более нейтральную игровую форму, вместо «полюбил своего похитителя». Ему тоже нужно было время. – Я попробую, – тихо произнес Наруто и улыбнулся уголками губ. Затем провел ладонью по груди мужчины до живота и обратно, лаская. Он не признавался, но ему просто чертовски нравилось тело Учихи. Такое спортивное, с идеальными кубиками пресса, с резкими и местами грубыми чертами. Впрочем, сознаваться в этом было и необязательно. Полицейский не был дураком, отлично знал и без мнения блондина, насколько он сексуален. И эта самоуверенная черта – тому тоже нравилась. Как и все остальное. – Ты полюбишь на столько, что не сможешь и дня без меня, – вдруг уверенно пообещал ему полицейский. – А не слишком ли ты самонадеян? – насмешливо фыркнул Узумаки. – Да ты первый не сможешь. Это ведь ты похитил меня. – А я и не устанавливаю очередность, – Саске мягко провел рукой по еще влажным светлым волосам. – Посмотрим, – не стал спорить фотограф. – По своим прошлым любовникам я тоже не скучаю. Хотя в отличие от тебя, чувства с некоторыми были. К кому-то еще есть… – Это всего лишь прошлые любовники, – самоуверенно фыркнул Учиха. – Двигайся давай. – Вообще-то, с некоторыми из них я до сих пор работаю. – Обо всех них в постели ты забудешь уже до этого утра. – Почему у тебя даже мысли не возникает, что я мог бы отказать? – недовольно отозвался Наруто, хмурясь. – Потому что ты уже сейчас практически сидишь на моем члене, а вчера днем с таким удовольствием взял его в рот, словно ничего заманчивее и красивее не видел. – Ты всегда такой самовлюбленный или только когда дело касается секса? – блондин нагловато усмехнулся. – И, кажется, ты был совсем не против, чтобы тебе отсосали. – Поправка, чтобы ты мне отсосал. Улыбнувшись, Узумаки наклонился к мужчине и поцеловал его. В его действиях больше не было осторожности, но нежность присутствовать осталась. Только теперь это была уверенная нежность, когда ты не только знаешь как, но и хочешь сделать приятное именно таким способом. Трогательно-мягким, желанным, неторопливо растягивая удовольствие. Он решил последовать за чутьем и интуицией, наплевав на разум, который говорил о абсолютно бредовой ситуации. Ему действительно захотелось попробовать начать отношения. Настоящие отношения, а не только секс. Саске мягко ответил, про себя улыбаясь, поняв что же сейчас имел ввиду парень с этой нежностью. И полицейскому это до безумия нравилось, приводило в восторг, так что если бы он был не на столько возбужден, то наверное закружил бы с Наруто по комнате, крепко обнимая его. Почему-то Учихе казалось, что он не просто вытянул выигрышный лотерейный билет, а нашел в жизни то, без чего бы она никогда не была целой. *** Утро постучалось в окно солнечными лучами. Штор не было, чтобы остановить его, поэтому Узумаки сонно щурился, начиная просыпаться. Они провели всю ночь в постели с полицейским, развлекаясь на всю катушку. И пара часов для сна или час – это совсем не лучший способ выспаться. Особенно учитывая, что все тело приятно ломило от грубого и страстного секса… из-за этого при пробуждении хотелось сразу двух вещей: либо заткнуть долбанное окно какой-нибудь тряпкой, либо трахаться с Учихой. Да-а… неспешный, долгий секс. Парень даже приоткрыл глаза, стараясь понять их местоположение и состояние партнера. Саске видимо знал о солнце, или почувствовал его раньше, так что умудрился с головой закутаться в одеяло, да к тому же разбросать все подушки со своей стороны в разные стороны. «Мудак…» Обнаружив себя и без того, и без другого, Наруто нахмурился. Ладно, значит, Учиха любил поспать? Что ж, испортить ему сон в отместку за собственное пробуждение – было за радость. Поэтому парень скользнул вниз, стараясь не шуметь и не собирать за собой все складки на кровати. Остановившись примерно в районе живота, он осторожно приподнял край одеяла, заглядывая внутрь. Как на зло Саске спал на животе, очень сильно осложняя доступ к своему телу. «Интересно, он спит? У копов же должен быть какой-нибудь рефлекс…» Решив проверить, насколько глубоко погружен в сон Учиха, его любовник приблизился немного выше задуманного. И коснулся губами шеи мужчины, затем медленно начиная спускаться ниже и ниже, наблюдая за его реакцией. Саске заурчал, резко перевернулся на спину и утянул Наруто к себе под одеяло. – Что ты так рано? Спал бы еще... – голос Учихи звучал сонно и хрипло. – Кое-кто стянул с меня не только одежду, – по-утреннему светло улыбнувшись, блондин подарил ему короткий поцелуй. – Отличные рефлексы, господин полицейский. Наруто был теплым, податливым и возбужденным. А еще сам лез с приставаниями после такой-то ночки. Это был просто идеальный любовник, парень. – Я понимаю, возбуждение и все такое, но может выспимся сначала? – жалобно застонал полицейский. Узумаки неожиданно покорно усмехнулся. – Ладно, как скажете, господин полицейский. Он стал скатываться с Учихи, чтобы лечь рядом. Но пока переворачивался, кажется только сильнее возбуждал… конечно, не специально. Это ведь член Саске терся об упругую задницу парня, когда тот сползал. И чтобы не свалиться, тому пришлось придержаться за торс мужчины, непроизвольно лаская ладонями бока, грудь, чуть царапнув кожу несколько раз. Фотограф был крайне неловким, всего лишь. И, наконец, опустившись рядом, Наруто повернулся к Учихе спиной. Под одеяло лучи не пробивались, но полутемные очертания, влекущие изгибы: шея, лопатки, поясница и в особенности хорошо смотрелась – задница парня. Это было откровенное соблазнение, провокация. – Обними меня, – а вот невинный взгляд, который тот бросил назад на Саске и его слова, не просто ломали подозрения на его счет. Этот хитрый лис был настоящим маленьким манипулятором. Такого бесполезно учить послушанию. Саске укусил любовника за плечо, прижав к себе. – Ну откуда такая неугомонность, ты же тоже не спал. – Ага, не спал, из-за тебя. Проснулся из-за тебя тоже между прочим, – парень потерся о щеку Учихи, прикрыв глаза. – И кстати, в отличие от тебя, у меня уже давно не было секса. Так что плоды подарка судьбы нужно срывать свежими, все и сразу. – Да никуда я не денусь от тебя, – Саске зевнул и прикрыл глаза. – К тому же отгулов на два дня взял. – Ладно… – Узумаки милостиво решил дать мужчине еще полчаса поваляться. – Кстати, как ты связан с Хатаке? Саске благодарно, хотя скорее еще и дразня, погладил ладонью по его пояснице. – Он любовник моего брата. Я его к тебе как раз с семейного ужина вырвал... – И зачем? – Я знал, что его слово важно для каждого кто фотографией занимается. Этот лентяй хотел пойти, но Итачи, мой брат, задумал милый семейный ужин. И я его испортил. Но судя по словам Хатаке, не напрасно. Он что-то говорил про технику и глубину, но я мало что понял. – Ты же хотел переспать со мной, а не впечатлить. В любом бы случае, свое ты получил. К чему такая внезапная забота? – На деле потом я хотел растерзать тебя. Какаши бы не стал печатать ничего плохого, но рассказал бы мне о ляпах. Я считал, что будет смешно дразнить тебя ими, – честно признался Саске. – Но я был не прав. Они такие объемные, как живые. Твои настоящие фотографии. Любовник чуть слышно фыркнул, скрыв улыбку. Он был рад, что Учихе понравились его снимки. – Растерзать? Да я бы просто не стал слушать всякую чушь от тебя. Я же не говорю тебе, что нельзя подпускать арестованных к себе слишком близко? – На тот момент мне хотелось отомстить. За то, что от мыслей о тебе никак было не отделаться. – Как мило, – Наруто широко улыбнулся, снова игриво потеревшись о него. – Значит минет я делаю хорошо… – Может повторишь сегодня утром? Для закрепления так сказать, что мне это не привиделось. – А я и хотел, – спокойно заметил парень и с налетом печали добавил. – Но ты же устал и спишь, так что… – Так что это прекрасный способ меня разбудить. – Видимо нет, раз ты от него отказался и предпочел спать в обнимку. Саске тихо рассмеялся и поцеловал его плечо. – Но ты все равно предпочел меня разбудить. – Да, потому что ты вчера был эгоистом, значит моя очередь, – насмешливо фыркнул блондин. – Где это я был эгоистом? – Да хотя бы когда утащил из студии. Уверен, Нейджи меня потерял и на сотовом десяток пропущенных звонков. Я же его даже потом не предупредил. И сейчас, кстати, тоже. – И что? Твой сотовый молчал всю ночь. – Он на вибрации, – Узумаки зашевелился, решив выбраться как раз и проверить. – Конечно, он молчал всю ночь. Саске утянул его обратно. – Сначала утренние радости, потом проверка телефона. – Видишь? – любовник не вырывался больше. – А еще спрашивал, где ты эгоист? – Хорошо, я эгоист. Утреннего минета это все равно не отменит. – Разве кто-то против? – Кто-то медлит. Наруто шутливо отпихнул от себя лицо Учихи раскрытой ладонью, фыркая. Но почти тут же скользнул вниз к его бедрам, удобней располагая руки на них. – Если ты внезапно передумаешь в процессе, я тебя убью, – предупредил парень, скользнув взглядом по живот любовника и ниже, проверяя «состояние объекта». Саске уже был очень сильно возбужден, даже на головке члена выступила капелька смазки. – Просто не оставь мне выбора. Дерзко улыбнувшись, Узумаки склонился, игриво проводя языком по основанию его члена и до головки, слизывая смазку. Во взгляде читалось согласие. Не только выбора не оставит, но еще и заставит захотеть продолжения… Учиха прикрыл глаза, чтобы сдержаться и не начать жестокий секс с утра пораньше, и запустил пальцы в его волосы, чуть массируя их в знак одобрения. – Я же вижу, ты хочешь, – Наруто коснулся губами живота Саске, дразняще прикусив кожу на нем. – Пусть это будет твоей наградой за вчера… господин полицейский. Мужчина слегка выгнулся под ним, сладко застонав. Он и так был возбужден очень сильно, но этот парень заводил еще сильнее своими развратными словами. Узумаки остался доволен реакцией. Ему очень понравилось, что любовник в этот раз проявлял больше эмоций, раскрываясь в ответ. – А если ты наконец скажешь свое имя, то я буду громко кричать его, когда ты будешь входить в меня, господин полицейский, – продолжив в той же шутливой манере, парень стал круговым движением водить языком по головке члена Учихи, доводя его. – Ты сейчас шутишь? – Саске удивленно распахнул глаза. – Ты согласился жить с человеком, не зная его имени? – А что такого? – Наруто пожал плечами. – Будто если бы я знал твое имя это бы что-то изменило? Тебя то я все равно не знаю. – Саске. Учиха Саске. – Саске, – повторил за ним любовник, пробуя имя на вкус. Учиха прикрыл глаза и попросил. – Произнеси еще раз. Пожалуй это было в сотни раз лучше любого прозвища, то как Наруто называл его имя, тембр голоса ласкал не только слух, но и его либидо, особенно то, с какой нежностью это звучало. Саске просто таял от удовольствия, понимая что этот голос, как и все остальное принадлежит ему. – Я хочу отсосать тебе, Саске, – проурчал парень, ласкающим движением проведя ладонью по боку и затем бедру полицейского. – Тогда сделай это, не тяни. Улыбнувшись ему, Узумаки склонился обратно к члену мужчины и мягко обхватил головку губами. Он чувствовал языком терпкую смазку и позволил себе еще поиграть с Учихой. Он начал выводить на головке имя – Саске, лаская и дразня кончиком языка. Не кстати вспомнились слова блондина о «ловкости», при их первой встрече. Учиха надавил рукой на его затылок, требуя более активных действий. Кажется от всего, что было до минета, у него выдержки не осталось. Послушный любовник не стал больше мучить его, беря больше половины в рот и начиная двигать головой, постепенно приспосабливаясь к размерам Саске. Руку он с затылка не убрал, давая негласное разрешение, о котором он и говорил как о «награде». Полицейский пользовался этим лишь изредка, скорее направляя чем заставляя. Узумаки и так делал минет слишком хорошо, чтобы его сбивать, хотелось просто отдаться ощущениям, вот и все. Растянув, на сколько хватило выдержки Учихи, любовник подвел его к оргазму, позволяя кончить в рот. И, проглотив сперму, очистил языком член мужчины, пока тот еще приходил в себя. А затем игриво и коротко коснулся губами ствола и поднял взгляд на полицейского, легко улыбаясь. Саске сел и поцеловал парня, пробуя свой вкус с его губ. – Больше ведь ты меня связанным и неудовлетворенным не оставишь? – Возможно, – Наруто лизнул его нижнюю губу и неожиданно цапнул ее, лукаво щурясь. – А может и нет. Я очень непослушный мальчик, господин Учиха. – И мне страшно, – шутливо прищурился Саске. – А вдруг тебе так понравятся мои наказания, что ты совсем по наклонной дорожке пойдешь? – Смотря, что за наказания будут… – горячо шепнул парень ему на ухо. Учиха внезапно повалил его на спину и взял в рот головку члена Узумаки, который пока так и не получил никакого удовлетворения. Тот выгнулся, довольно застонав, и облизал свои губы: – Аперитив в другой раз, хочу сразу горячего… – хрипло произнес фотограф. – Ты сомневаешься в моей способности ублажить тебя так? – нахмурился Саске, касаясь губами его яичек. – Нет, – Наруто прикрыл глаза, чуть слышно выдыхая. – Просто хочу, чтобы ты трахнул меня. Ты же хочешь услышать, как я буду кричать твое имя, Саске? Учиха переместился выше, уткнулся носом в его шею, развел любовнику ноги пошире и резко вошел. Тот вцепился в его плечи, выгибаясь на встречу. С губ парня сорвался стон, в котором было больше удовольствия, чем боли. Они занимались сексом всю ночь напролет и после последнего раза прошло не слишком много времени, так что он еще был достаточно растянут. Хотя по началу и было легкое неудобство… но ощущение заполненности приятно грело, возбуждая лишь сильней. А знание, что Саске теперь принадлежал ему, являлся его парнем – обостряло ощущения. – Ну и где же крики моего имени? – Учиха не стал его жалеть, начав сразу двигаться, резко и нетерпеливо. Узумаки обхватил его ногами за бедра, прижимая к себе ближе. И вместо криков, пока лишь хрипло прошептал на ухо, не в силах сдержаться: – Глубже, Саске… Полицейский послушался, даже чуть отстранившись и изменив угол проникновения на тот, от которого Наруто извивался и стонал ночью громче всего. И в этот раз любовник не просто сладко стонал, он выкрикивал имя Учихи. В эти моменты его голос был особенно сексуальным, хотелось не просто слушать, а продлить эти мгновения. Хотелось насладиться ими в полной мере. И для этого у них еще было достаточно времени. Саске оторвался от поцелуя в дверях, вспомнив одну важную вещь. – Погоди секунду, я сейчас. Он отошел к небольшому комоду в коридоре и стал в нем оживленно рыться. Прислонившись плечом к косяку, Узумаки с любопытством ожидал его, непроизвольно скользя взглядом по спине Учихи и останавливаясь на его заднице. Отличной заднице, между прочим. Учиха распрямился и с довольной улыбкой к нему подошел. – Я забыл о главном. – О чем? Саске взял его за руку и вложил в ладонь ключи от своей квартиры. – О том, что ты переезжаешь сегодня. – Уверен? – фотограф смотрел на него очень внимательно. – Я ведь планировал перекантоваться у Нейджи, пока не получу деньги с продажи снимков и не куплю квартиру… ну и все такое. И ты же меня совсем не знаешь. – Уверен. И поверь, я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. – Копал под меня? – Ага. Пользовался служебным положением. – Так не поступают хорошие копы. – А я не хороший коп. – Ну, и что ты на меня нарыл? – нетерпеливо спросил Наруто. – Ничего особенного. Все начиная от рождения и заканчивая выставкой. Эта новость явно не обрадовала парня. Скорее наоборот, хотя он и старался не показывать этого. Несмотря на веселый нрав и симпатичную внешность, а так же неплохие дела сейчас – жизнь у него не была показательной. Ни детство, ни подростковая юность светлыми и теплыми совсем не были. Хъюга его действительно вытащил непонятно из какой помойки… почти в буквальном смысле. Ненамного то место отличалось от метафоры. И настолько глубокое прошлое не хотелось вспоминать, как и не хотелось, чтобы Учиха о нем знал. – А-а… ясно, – неловко улыбнувшись, Узумаки стал убирать ключи в задний карман джинс, стараясь себя отвлечь. – Ну, да, ты же коп. Это ведь… в порядке вещей и все такое. – В двенадцать я отсидел в полиции шесть часов, пойманный за руку в чужой сумке, а в четырнадцать только по счастливой случайности не угодил в колонию за убийство, которое видел издали. Познакомлю тебя с братом, он выложит тебе все что захочешь. Прошлое – это прошлое, и только, – Учиха мягко поцеловал его в уголок губ, этот жест уже смотрелся очень привычным, повседневным, и от того теплым. Наруто очаровательно улыбнулся и обнял его за шею: – Спасибо, – не ясно за что поблагодарил парень. – Жди вечером, приду с коробками. – Я могу заехать за тобой. Или ты для них грузовик нанял? – Заезжай, там немного. – Даже если много, у меня большая машина. – Ладно, буду ждать, – ответно тепло прикоснувшись к уголку губ любовника, Узумаки расцепил объятья. – Уверен, ты сможешь достать номер моего сотового. – Он у меня уже вбит в телефоне, – Саске еще растрепал его волосы под предлогом приведения их в порядок. – Класс. Звони в любое время и спасибо за футболку, – широко усмехнувшись, парень все же развернулся и направился к лифту. *** За день Саске совсем вымотался, разбираясь с остатками собственного переезда, работой на дом, продуктами, которых не было совсем, а так же комнатой, которую он решил выделить Наруто под рабочий кабинет. Ему было абсолютно наплевать, что они встретились пару дней назад, что его бывшая позвонила уже раз пять, не понимая почему старая квартира пуста, что это все было вообще очень странной и рискованной затеей, плевать на все. Он знал, чувствовал глубоко внутри, что этот человек просто должен жить рядом, что им по-отдельности будет плохо. Секс был конечно хорош, но и без него их словно оплели невидимые нити, связывая. Вот только сказать об этом Учиха пока не мог, слова терялись и не находились, оставалось только понимание. И он был уверен, что Наруто понимает тоже и подождет, пока все это выскажется вслух. Ну а вечером он сел в свой личный, а не служебный, автомобиль. Nissan Navara, действительно большая машина для одного человека, да и не знал Саске к чему ему пикап, хотя вот сейчас пригодился. А так, когда они с братом выбирали автомобиль, то это именно Итачи заявил что настоящие полицейские ездят на пикапах. Младшему брату оставалось только вздыхать, его старшенький за день до этого пересмотрел фильмов про рейнджеров. Узумаки ждал уже на улице. Коробок действительно было немного, по одной для вещей, левого барахла и снимков в рамках и без. Так как квартиру он снимал, никакой тяжелой техники или мебели за плечами не наблюдалось. Так что встретил он полицейского налегке, разговаривая с кем-то по телефону. Саске вышел и открыл багажник пикапа, благо специальная крышка была дистанционной. – Нет, я не сошел с ума. Все в полном порядке, – передавая первую коробку, фотограф прижал сотовый к плечу. Вторую Учиха взял уже сам, насмешливо косясь на телефон. Проследив его взгляд, Наруто только глаза закатил. Собеседник его уже и самого достал. – Не надо приезжать за мной. Я справлюсь. Лучше перешли потом итоговую сумму в смс. Или сразу на счет, я потом зайду через личный кабинет на сайте и гляну. – Про мою фотографию не забудь, – подсказал Учиха. Узумаки отмахнулся от него, подхватывая последнюю коробку. Забыть о снимке своего нового парня мог только полный дурак. Тем более забыть о таком сексуальном парне как Саске – было невозможно. – Ладно, спасибо за твою заботу, но все нормально. Можешь не волноваться, скучать я не буду ни днем, ни ночью. Когда все узнаешь, звони. – Не эту, а ту что я купить хочу, – Учиха настороженно на него посмотрел, опасаясь что ту работу кто-то перехватил. Наруто улыбнулся, выглядя подозрительно невинно. Он то подумал о другой фотографии Саске… точнее именно о его «фото». – Нейджи, не забудь отложить «Счастье», – послушно напомнил парень своему менеджеру. – Да, обе на тот адрес, что дал. К восьми будут? Отлично. – С чеком, – потребовал добавить Саске, не собираясь принимать такую ценность в подарок. Узумаки фыркнул, но добавил и про чек, а затем попрощался. Когда они еще увидятся с Хъюгой было не ясно, да он и не рвался. Видеть кого-либо кроме Учихи пока не хотелось. И это состояние могло не отпускать его еще долго. – Что у тебя на завтра? Дел нет? – Неа… все освободил для тебя. – И я все освободил, – Саске открыл ему пассажирскую дверь. – Расскажешь как захочешь обставить свою рабочую комнату. – Ты выделил мне комнату? – Конечно. Ты же работаешь, для этого нужно пространство. Ну потом конечно ты откроешь свою студию, но даже тогда дома должно быть место. – Кажется, ты меня переоцениваешь, – Наруто рассмеялся. – Нет. Я у Какаши спрашивал. Ему самому, кстати, хочется с тобой познакомиться. – Если честно, я не рвусь становиться известным фотографом и все такое, – парень растрепал волосы на затылке. – Это была идея Нейджи. А мне просто нужны были деньги, так сложилось. Поэтому не думаю, что в будущем у меня будет студия. Но с Хатаке рад буду познакомиться. Он же… можно сказать член семьи, как-то так. – Ну тебе же и потом будут нужны деньги. Выставка прошла успешно, так что остается только продолжать работать. Узумаки хмыкнул. Да, потом деньги снова потребуются. И хотя он говорил, что организация выставок это совсем не его, заниматься фотографиями – действительно было частью его жизни. То, что Учиха это понял сам – было наверное самым замечательным. Даже намного лучше, чем поступок выделить отдельную комнату для работы. Хотя отказываться от столь щедрого подарка он не станет. Парень уже мысленно развешивал картины по кабинету, счастливо улыбаясь. Саске завел машину и они, в этот раз спокойно и не торопясь, поехали домой. Поздно вечером подъехала машина доставки с их заказом. Расписавшись, где того требовалось, Наруто получил на руки две своих работы. У него лежали в кабинете на столе припасенные деревянные рамки под них, классического черного цвета. Закрыв дверь, парень направился в комнату к Учихе. – Привезли? – Саске сидел на диване с книгой, которую сразу отложил в сторону. – Покажи мне ту, что оставил для себя. – Сейчас, – отложив обе фотографии рядом с ним, Узумаки отправился к столу за рамками. – Их нужно повесить. – Ты уже решил куда? – Нет еще. – У тебя полная свобода выбора. – Придумаем что-нибудь, – Наруто протянул Учихе одну из рамок, улыбнувшись. Саске взял одну из фотографий наугад, чтобы вставить ее в рамку. Этот снимок он не видел в день выставки. Цветная его часть была очень яркой, светлой и теплой. На ней маленький светловолосый мальчик сидел на качелях. Было видно, что их сделали своими руками: днищем служило несколько обычных досок, а поручнями – простые веревки. И хотя качели выглядели немного несуразно, но густые ветви дерева давали уверенность, что они не позволят человеку упасть. Солнечные лучи скользили между листьев и падали на мальчика так, что «закрывали» его светом, почти не позволяя видеть лица. Лишь легкую улыбку на губах. А на большой черно-белой версии позади стало видно здание. Присмотревшись, на табличке с боку можно было рассмотреть даже его название «Коноха». На площадке перед детским домом бегали и играли другие дети, смеялись и спорили. В сторону качелей никто не смотрел. И вернувшись к лицу мальчика, теперь можно было увидеть, что улыбались лишь губы. Взгляд был полон тоски и непередаваемым одиночеством. – Саске? – донесся до мужчины голос Узумаки. – Эй, Саске? Ты не знаешь, как убрать его в рамку? Я могу показать, если так. – Эту фотографию ты делал? – Почему-то Учихе казалось, что на ней сам Узумаки. – Конечно я, – недовольно отозвался парень. – Сомневаешься? – Мне показалось, что это ты там сидишь, – объяснил Саске. – Почему он один, этот мальчик. Он такой же как остальные. – А это… – Наруто спокойно вернулся к разбору коробок. – Дети бывают жестоки. Иногда они и сами не понимают почему, не задумываются. Поэтому он один. – Мне кажется, что ты обязан стать известным. Чтобы у таких как он было куда стремиться. Отложив все, парень вернулся на диван к Учихе, забираясь на него с ногами. Придвинувшись ближе, он тоже взглянул на снимок. – Знаешь, почему выставка называлась «Чувства»? На всех этих снимках я постарался отразить то, каким я вижу их. На некоторых, каким я испытал их, – произнеся это, он широко улыбнулся. – Поверь мне, такие как он, всегда стремятся вперед. Тебе не нужно волноваться. – У меня скорее сама фотография вызывает волнение. – Саске провел пальцами по стеклу, за которым был снимок. – Не хочу, чтобы она напоминала тебе о прошлом. – Это был первый снимок, который я сделал для выставки. С него она началась, с него появилось общее название и идея для всего, – Узумаки прижался щекой к его плечу. – И я не испытываю ненависти к своему прошлому или к людям из него. Просто оно было таким, уже не изменю. Поэтому, буду менять настоящее и будущее. Это мне как раз под силам. Учиха отложил снимок в сторону и притянул парня к себе на колени. – Уже поменял, разве нет? – Поменял, – согласился с ним Наруто, обнимая за шею. – Поможешь менять и дальше? – Естественно. Незачем спрашивать об очевидном. Хотя... хочу тебя предупредить, что когда мы будем ссориться, тебе все равно запрещено ночевать в каком-либо другом месте, кроме дома. Иначе я арестую владельцев того самого места, и не важно за что, предлог всегда найти можно. – Предпочту всю ночь прогуливаться по городу. Оставаться с тобой наедине в таком состоянии будет опасно. – Опасно? Ну уж тебя-то я в камеру не потащу, не переживай. – Ну и зря, – улыбнувшись, парень придвинулся ближе, почти прижимаясь к губам Саске. – Мог бы арестовать меня, заковать в наручники и устроить личный допрос на пару часов. Подробный, долгий… уверен, ты фантазировал об этом, господин полицейский. – После твоих выкрутасов в участке я скорее фантазировал о том, чтобы ты посидел у меня под столом во время очередного совещания. – Почему именно тогда? – На них скучно, к тому же ты чудесно смотрелся с моим членом во рту, – Учиха дотронулся губами до уголка его губ. – Хотя и допрос я тоже могу устроить. – Устрой, – прикрыв глаза, шепнул Узумаки. – Обязательно при первой же ссоре, – Саске обнял парня, уткнувшись носом в его шею и вдыхая полюбившийся запах. – За то мириться нам точно понравится. – Примирительный секс? – Ага. – Тогда может… представим, что мы в ссоре? – Наруто игриво куснул мужчину за верх уха. – Из-за чего-нибудь. – Нет, у нас же не только примирительный секс есть. – А какой еще есть? – Успокоительный, игривый, несдержанный... да мало ли какой, выбирай какой хочешь. Им было весело друг с другом. И пусть потом все могло измениться, сейчас было хорошо. Узумаки было наплевать. Единственным желанием было остаться рядом с полицейским, арестовавшим его сердце. Улыбнувшись, парень прижался губами к виску, а затем уголку губ Учихи. – Хочу тот, который выберет мой похититель.