Resistance

Вечером Саске сел за стол, разрабатывать свое задание. Порылся в бумаге, что-то долго сверял на картах, а затем достал из рюкзака ноутбук, да не просто ноутбук, а голубую мечту любого человека, увлекающегося электроникой. Последняя модель Sony Vaio, гладенький тонюсенький корпус, большой монитор и чертова куча начинки внутри. Ноутбук заинтересовал Наруто мгновенно, отдалив на задний план всё остальное. Он даже пристроился рядом, хотя до этого не дёргал Учиху и не мельтешил перед ним в принципе. Да и общались они не так много, не до этого было что ли. Саске посмотрел на технику со страдальческим видом и нажал на кнопку включения. Узумаки продолжил с молчаливым вожделением и страстью смотреть на самую любимую вещь, которая только существовала. Последняя модель… боже, это просто мечта. Даже говорить что-либо не следовало – вдруг мечта спугнётся? – У меня не все выйдет – предупредил его Саске. – И кое-что тебе нельзя будет читать. Наруто пожал плечами, спокойно поднялся и пошёл к холодильнику, задумываясь над тем, что бы сделать перекусить. – Мне его Цунаде передала через связного, как расходный материал. Если хочешь, можешь забрать его себе, как только закончу. Узумаки ничего не ответил, он скорее был просто ошарашен и не знал, как именно реагировать. Потом, он был уверен, он будет безумно счастлив – но сейчас, только шок. Поэтому не стал отвлекаться от рассматривания будущей пищи в холодильнике. – Я... я больше не буду сомневаться в том, что ты говоришь. Обещаю, – Саске принял это на свой счет, как свою ошибку. – Что? – парень оглянулся на него. – Нет, совсем нет. Я просто немного в шоке. Не волнуйся, – он легко улыбнулся. – Я не обижен. Просто… это выглядело так, будто ты хочешь вернуть дистанцию между нами. Ну, можно сказать «одумался», в твоём «идеальном» случае. И чем больше ты продолжал утверждать, что будут проблемы, тем больше я думал об этом. Учиха резко притянул его к себе. – Никаких дистанций. Сказал же – не отпущу. – Эй, да ты настоящий собственник, да? – Узумаки мягко улыбнулся, проводя рукой по его волосам. – Конечно собственник. И зорко слежу за своей собственностью. – Правда? Но никто и отбирать не думает. – Это ты так думаешь. У людей руки загребущие. – Ты параноик, Саске. – Ага. И сейчас выдам свою самую параноидальную мысль, только ты не кричи, ладно. – Ну? – Мы не обсудили твои действия на тот случай, если я провалюсь. – То есть? – Если я не вернусь с задания. – Подожди, – Наруто помотал головой, хмурясь. – Ты хочешь сказать, если тебя поймают? – Да. – Ну? И что нужно мне делать? – Я буду говорить контрольное время до истечении которого я должен вернуться или позвонить. Если время прошло, то тебе надо отсюда уходить. Забирай деньги, документы, но машину тут оставляй. Автостопом до города, а там два пути. Или на поезд и на виллу, где мы были. Суйгетсу поможет с дальнейшим. Или в аэропорт, но билет покупай на вот-вот уходящий рейс – два часа, не больше. – М, вот как, – Узумаки помолчал немного, будто чего-то ожидая ещё. – Тебе придется так поступить, если что. Ясно? – И ты действительно считаешь, что я просто кину тебя и смотаюсь? – наконец, спокойно озвучил свою мысль парень. – Пойми, у меня такая профессия, всякое может случится. И если схватят меня одного, то и выбраться мне будет проще. – Но я не хочу тебя кидать там, если не буду уверен в том, что ты точно сможешь выбраться обратно сам, без помощи. – Дело не в желаниях. Ты сам это знаешь, не маленький. – Ты понял, что я имею в виду. – Да. Но выбора у тебя нет. – Почему это нет? – Потому что так надо, ты же сам знал, на что идешь. – А если они попытаются убить тебя? Я не брошу тебя здесь одного. – Не убьют, пока им нужна информация. Но поймав тебя, они ее получат и прикончат нас обоих. – Но я не собираюсь выдавать ни тебя, ни что либо из того, что знаю. – Ты знаешь, какой они создали наркотик? – Что-нибудь с глюками? – Хуже. Ты и сам будешь не понимать, почему соглашаешься. Да и если мы попадем вдвоем, то проблем не будет у них. Ты сможешь молчать, если мне, скажем, прострелят ногу и нацелят пистолет на вторую? Узумаки отвернулся, с раздражением сжимая руки, злясь больше на создавшуюся ситуацию и на себя, что слишком бесполезен, даже находясь рядом. – Хорошо, я понял. – Спасибо. Это ведь не обязательно случится. И чем лучше я подготовлюсь, тем меньше вероятности подобного. Но на всякий случай мы должны были обсудить эту тему. Наруто кивнул, не отвечая больше. Ему эта тема была неприятна – это был худший вариант развития событий, и он слишком не хотел, чтобы они столкнулись с этим. – Теперь о звонках по телефону. Все наши разговоры начинаю я, со слов "расчетное время". Это будет означать, что все хорошо. – А если всё плохо? – Тогда любая другая фраза. – Ясно. – Подумай, что отвечаешь ты. – А мне обязательно нужно что-то отвечать? – Да, чтобы я знал, что у тебя все хорошо. – Ну, тогда не буду заморачиваться. Если всё хорошо, то «хорошо». А на плохо то, что получится сказать. – Договорились, – Саске осмотрел парня и предложил. – Хочешь, сейчас просто погуляем по лесу? Расслабимся. – Хочу. Учиха потянул его на улицу, улыбнувшись легко и успокаивающе. – Не переживай, я не провалил ни одного задания. – Тогда я тебя не отвлекал. *** Политика в любой стране – это дорога не только к власти, но и к неограниченным возможностям для свободы действий. Политика – это деньги, это возможность влияния на разум людей и, к сожалению, это еще и безнаказанность. Для любой преступной группировки мирового масштаба несколько высоких мест на политической арене – это норма. Таких людей ценили, охраняли и тщательно контролировали. У группировки Красной Луны естественно были свои люди в политической арене одной из главных стран, куда должен был поставляться созданный товар. Для этого человека долго создавалась безупречная репутация, семья, определенное отношение прессы, которая без устали публиковала вот уже несколько лет положительные поступки выбранного человека. Даже его приверженность церкви, которую он посещал каждое воскресное утро вместе с семьей. Хидан с удовольствием готовился к дебатам. Будучи еще и фанатиком, он верил в то, что человечеству нужно очищение. Но фанатиком он был не слепым, наоборот – хитрым и умным, расчетливо завлекающим массы. На его выступлениях всегда было полно народу, дебаты привлекали к экранам телевизора большую часть страны. Это позволяла наслаждаться ему властью, даже сравнивая ее с Божественной. Но его Бог был темным – он требовал смерти всех конкурентов, со многими из которых Хидан расправлялся лично. Загонял в угол, вводил в панику, толкал на черту безумства. Самого противника он всегда убивал последним, не трогая до самого конца, пока не показывал ему гибель всей семьи. Жестокие убийства, кровавые, страшные, так чтобы после человека не оставалось никого, кто бы мог по нему горевать. Такой жест Хидан называл милосердием. Темный Бог в его голове требовал все новые жертвы, с жестоким восхищением оценивая действия Красной Луны. Хидан считал, что именно с божественной помощью он всякий раз мог находить новые способы вселять ужас. И улыбаться, вызывая доверие. Улыбаться на подобных встречах, мысленно не различая людей от грязи и мусора. Он видел их суть лишь на фоне крови. И с удовольствием вспоминал предыдущий или же мысленно планировал следующий карательный заход, в то время когда приходилось сидеть за семейными ужинами, провожать детей в школу и заниматься сексом со своей супругой. Только в церкви, в воскресные походы, мысли его были абсолютно чисты, вбирая в себя новую темноту, что казалась зарождалась напрямую из сердца. Эти дебаты были перед студентами одного из самых престижных и больших колледжей страны. Для них даже соорудили деревянный помост и систему видеонаблюдения. По всем высотным точкам сидели снайперы, готовые снять любую угрозу, а к самому помосту было не пройти из-за тройного кольца охраны. Даже когда Хидан торжественно начал свою речь, один из охранников присутствовал в шаге от него, всегда готовый закрыть политика собой. Саске знал – одна попытка, другой не будет. Под помостом было душно, жарко, а катана даже сквозь перчатку непривычно холодила руку. Тонкая сталь, казалось, весила тяжелее пулемета. Свет, проходящий сквозь щели в помосте, не отражался на ней, казалось даже что сталь поглощает его. Катана одного убийства. Такие делали настоящие мастера, долго, тщательно, чтобы исполнитель, лишь единственный раз прикоснулся, но наверняка пронзил свою цель. В душе у Саске было до странного пусто. Ни сожаления, ни оправданий, ни оценки. Ничего. Ярость, гнев, осознание вины этого человека – все это тоже отсутствовало. Учиха знал, что должен был убить, сегодня, сейчас. И ему было уже все равно. Хлопок. Громкий, напугавший студентов до визга. Безупречная работа охранника, повалившего Хидана на пол, накрывая своим телом сверху. Катана, пронзившая Хидану сердце, к счастью не убила вторую свою жертву, лишь ранила. Бронежилет, снайперы, все это могло спасти от пули, но не от идеального тончайшего меча, изготовленного лучшими мастерами. Время остановило бег, Саске словно ощутил тяжесть, с которой Хидан упал на помост, тяжесть его последнего вздоха, предсмертного хрипа. Его рука дрогнула, лезвие послушно повторило это движение, расширяя рану. По катане потекла кровь, и, дойдя до рукояти, испачкала перчатки Учихи. Саске моргнул, отстраняясь, резко вбирая в грудь воздух. Время, остановившееся было, помчалось с новой силой. Учиха скользнул в люк под помостом, крепко задвинул его за собой и побежал по техническому тоннелю. Бежать по узкому краю было неудобно, но с ритма сбиваться он не посмел, зачастую рискуя упасть в грязную воду, текущую в противоположную сторону. Перед Саске бежала крыса, прижимая от страха округлые ушки к своей голове. Не то, чтобы она боялась людей, или же ее пугал конкретно этот человек. Крысу гнал ужас, запах крови, чувство присутствия хищника, убившего свою жертву, но не собиравшегося останавливаться на этом. Саске казалось, что хвост крысы качается в такт его шагам. И из-за этого покачивания ему становилось страшно. Но крыса свернула направо на развилке, а он налево, к лестнице. На секунду он остановился, прислоняясь лбом к ледяным и мокрым железным перилам. Это отрезвило, позволило отбросить все мысли о том, что он перестал быть человеком, которые его так напугали. Размерное покачивание хвоста – размерные действия по указке, без права на собственные желания. Наверху его ждали мотоцикл, особая винтовка, один короткий звонок Наруто и маршрут к новой цели. Полчаса на три убийства. Упусти он хоть одного и линию поставки Акацки легко смогут восстановить. И эффект паники, беспомощности, который им хотела показать Цунаде, тоже бы исчез. Показать Внутреннему кругу то, что они тоже смертны. Дальность выстрела – не самая большая. Саму цель он увидел лишь в начале преследования. Ведь необходимо было убедиться, что в автомобиль сел именно главный казначей Красной луны. И не один, а с документами организации, которые всегда носил при себе. Их не было в электронном варианте, у них не было аналогов. Ценность трех не очень толстых папок была настолько велика, что чемодан с ними Какудзу приковывал к себе наручниками. Он ездил по городу с шиком, в консервативном укороченном лимузине, бронированным не хуже правительственных. Деньги любили счет, безопасность и тишину. Большие деньги предполагали в первую очередь особую безопасность того, кто ими распоряжается. И Какудзу умел заботиться о себе, зная, на что тратить деньги в первую очередь. Место – одно из самых удобных для Саске, разработчики постарались на славу, вычисляя маршрут цели, а так же его привычки. С железнодорожного моста обзор трассы был максимально удобным и безопасным. Привычное оружие легко легло в руки, только кровь на перчатке было видеть неправильно, но Саске не стал их переодевать. Один выстрел, особая пуля и проблема решена. Цунаде не поскупилась на оборудование для этого дела. Длинная пуля в оболочке с легким чавканьем вошла в бок машины, впиваясь в бензобак. Лишь внутри, после столкновения с горючей жидкостью, лопнула капсула, что была в пуле. Взрыв приподнял тяжелый бронированный автомобиль на полметра. Внутри него не осталось ничего, что можно было бы опознать, после того как был потушен пожар. Саске достал планшет и включил нужную программу, впервые с момента ее создания. Но он знал, что техника не подведет – все же это был своеобразный подарок его брата для Цунаде. Только Итачи смог осуществить невероятное – прицепить жучок-пеленгатор к главному чистильщику внутреннего круга. Красная точка уверенно мигнула на карте города, обозначив дорогу до новой цели. Но перед тем как сорваться с места, он позволил себе второй звонок, чтобы найти силу и поддержку в коротком слове «хорошо». Сасори вышел на улицу из гостиницы, где они остановились с Дейдайрой. Пару минут назад ему сообщили о смерти двух членов внутреннего круга. Бешенство – это было самое мягкое чувство, которое он испытывал. Его добыча была хищником с зубами и когтями, он знал это, но не ожидал такой прыти. Сложно было представить, кто будет следующим, так что им с напарником придется вечером менять планы, действие это было не желательное, но необходимое. Чтобы расправиться с хищником, его надо было выманить на самую неприятную территорию, загнать в рамки невозможного и растянуть последние мгновения умирающего зверя. Два убийства почти одновременно привели Лидера в ярость, так что коротким звонком он не просто дал отмашку на убийство давно выслеженной цели, он потребовал кровавой мести. Найти и предать каре всех, кто участвовал в этих событиях. Доставить Цунаде Сенджу их по частям, в качестве подарка. Сасори требовалось время настроиться, чтобы выдать именно то, что требовал Лидер. Выбрать одну из заранее разложенных карт, понять какая ловушка будет действеннее и больнее. Он ненавидел работать в спешке. Проветрившись и купив бутылку воды, Сасори поспешил обратно, выбрав кратчайший путь. Но пройти по нему не смог и десятка шагов. В расстоянии нескольких десятков метров от него остановился мотоцикл. Не узнать свою цель чистильщик не мог, даже почувствовал предвкушение. Раз так близко – значит, будет разговор. Он был мастером человеческих душ, кукловодом, дергающим за нити. Он знал, чувствовал свою власть над людьми и без всякого оружия. Как надавить, подчинить себе Учиху Саске, Сасори продумал уже давно. Простой план, всего пара фраз и снайпер был бы в его полной власти. Мешала лишь невозможность такой встречи, но сейчас отброшенный джокер не просто мог вернуться в колоду, а стать главной картой в игре. Саске тоже это знал. Прекрасно знал угрозу, шел к ней с открытыми глазами. Принципы, мнения, все не важно. Один выстрел. Не в сердце, на Сасори всегда был бронежилет, который был пистолету не под силу. От аккуратной дырки во лбу бронежилет не спас. *** Саске медленно, не нарушая правил, доехал до стоянки, где был их трейлер, но он этого не помнил. Учиха знал, кого убивает. Знал, что должен это делать, что никто другой не мог. Внутренний круг был его личной обязанность. Ради убитых родителей, ради Итачи, ради Цунаде, ради тех, кто не должен был умирать из-за Акацки, ради тех, кто уже умер, отдав свою жизнь этой борьбе, ради страны. Саске подошел к двери трейлера, дотронулся до нее и замер, вновь видя кровь на своей перчатке. И потерялся. В перечисленном он никак не мог найти «ради себя». Убивать «для себя» безусловно по-прежнему было не просто неправильно или под запретом, это было тем, что ни разу и в мыслях у Саске не было. Для себя он бы предпочел созидать, не разрушать. Дарить жизнь, создавать что-то новое, вдыхать прошлое стран, цивилизаций. Стать кем угодно, только не собой. Забыть, почему у него на перчатках кровь, забыть причину ее резкого, тошнотворного запаха. Невозможность этого желания давила, не давая сдвинуться с места. Но у него сейчас была причина, чтобы бороться дальше. Чтобы измениться. Чтобы закончить эту борьбу победителем, не сломавшись в финале. Тяжело дыша, Учиха крепко сжал пальцы в кулак. Забыть тех, кого он убил, Саске не мог. Но именно это отличало его от пистолета, из которого он стрелял; от катаны, пронзающей свою жертву; от робота для убийств, который, как ему показалось, бежал в тоннеле позади крысы. Он никогда не собирался сбегать от своей вины, осознавая ее. Сейчас – как никогда раньше. Потому что лишь оставшись собой, он смог повернуть ручку двери этого трейлера и войти в него, чтобы встретиться с человеком, с которым он остался не для кого-то, а только для себя. Правда засохшая кровь и странная пустота глубоко внутри так никуда и не исчезли. А в следующую секунду, стоило ему лишь слегка приотворить дверь, Саске был практически сметен ураганом. Настолько внезапным и сильным, что это заставило отступить на шаг назад. Объятья Узумаки были крепкими и теплыми. Будто тебя обнимало солнце. Очень теплыми. – С возвращением, – Наруто потерся о макушку Саске, счастливо улыбаясь с прикрытыми глазами. – Я волновался о тебе. – Все хорошо, – Учиха, как ни странно, даже не вздрогнул, да и голос у него был до странного отстраненным. – Мне в душ надо. – Да конечно, – Наруто отступил, вовлекая его в трейлер и закрывая за ними дверь. – Ты не ранен? – Нет, не ранен, – Саске настойчиво отстранил его. – Испачкаешься. – Что? О чем ты? – Наруто перехватил его руку, кинув короткий взгляд на нее. – Это всего лишь кровь. Учиха отдернул руку и сделал шаг назад от него. – Именно. Не надо это трогать. – Там дверь. Ты сейчас ударишься затылком, – спокойно констатировал Узумаки и, вновь перехватив его за руку, потянул на себя, обнимая. – Дурак. Мне плевать, если твои руки будут в крови. Мои чувства к тебе не изменятся. Просто, позволь мне смыть ее. Хорошо? «Позволь мне быть рядом…» Саске наклонил голову, прижимаясь щекой к его плечу. – Ты так старался доказать, что это не я. Помнишь? Скажи, ты разочаровался во мне, когда узнал правду? – Ммм… скорее разозлился, – Наруто мягко провел рукой по его затылку в успокаивающем жесте. – Но не на то, что это ты. Я давно догадывался. Просто хотел, чтобы ты сказал мне об этом сам. Вот и все, – пояснил он, насмешливо фыркнув. – К тому же, ты и сам знаешь, что я люблю перегибать палку. Когда я начал глубже копать, узнал про все это… киллер мне уже не казался таким уж плохим парнем. Так что, в общем-то я не против, что мой парень – киллер. Звучит круто. – Балбес, – озвучил оценку его мыслей Учиха. – Тебе опасно рядом со мной, а ты остаешься. Идиот. И я идиот, раз не могу тебя прогнать. Саске тяжело вздохнул, наконец расслабляясь под уверенными прикосновениями. Тут не надо было думать и что-то решать, Наруто брал это на себя, позволяя Саске просто отдыхать. – Ага, два идиота, – не стал отрицать Наруто и снова потерся о него губами, довольно щурясь. – Идем? Можем принять душ вместе. – Мы туда не влезем вдвоем. – А если сильно потеснимся? Саске высвободился из его объятий и открыл дверь душевой, которая одновременно являлась и туалетом. По идее вдвоем они могли влезть, только если кто-то из них сел бы на крышку унитаза. Наруто обнял его со спины, как-то незаметно начиная пробираться руками под одежду Учихи, обжигая откровенными прикосновениями. – Ну, так что? – шепнул он на ушко Саске и игриво куснул за верхний кончик. – Сядешь ко мне на коленки, Са-аске? – Тогда тебе кое-что из спальни надо не забыть, – у Саске немного покраснели скулы, на коже, где прикасался его парень, оставались мурашки, заставляя чуть ли не дрожать в предвкушении. – Да-да. Сейчас вернусь, – Узумаки явно нехотя отстранился от него, выпуская парня из объятий. Учиха стянул с себя одежду и непривычно бросил ее на пол. Больше не хотелось одевать этот «рабочий костюм». Перчатки поддались сложнее всего, но и они скоро полетели сверх на кучу бесформенных тряпок. Саске вошел в душевую-туалетную, включил воду в миниатюрной раковине, взял щетку и стал почти с остервенением намывать руки, хотя они и были чистыми. – Эй-эй, ты так себе кожу сдерешь, – Наруто снова обнял его со спины, накрывая чужие руки своими. – Позволь мне? – Да вроде все, – Саске предпочел просто вырубить воду в раковине. – Ла-адно, тогда… – его развернули за руки лицом к себе, а в следующее мгновение накрыли губы коротким поцелуем. – Сначала душ, – Учиха вновь отстранился, хотя в такой тесноте это было весьма сложно сделать. – Хорошо. Саске повернул кран и на них хлынул поток не слишком теплой воды. То, что Наруто не успел раздеться, он как-то забыл. – Черт, мог бы и снять с меня одежду перед этим, – проворчал парень. – Она все равно была пыльной, – раскаиваться по этому поводу Учиха не собирался. – Снимай теперь так. Саске расправился с его кофтой, а для того чтобы снять джинсы и белье, ему пришлось опуститься на пол, так что он не упустил возможности прижаться щекой к бедру парня. – Ты дразнишься… – А чего конкретно ты хочешь? Может озвучишь? – Саске посмотрел на него каким-то странным, можно сказать, что пьяным взглядом. – Все, на что у тебя хватит смелости и фантазии, – Наруто непроизвольно провел языком по губам. – А выдержишь? – «засомневался» Саске. – Вот и проверим… Учиха медленно, даже излишне не спеша, стал выцеловывать дорожку от бедра до его пупка, игнорируя время и неудобства, хотя пол в душевой был из нескользящего ребристого пластика, да и температура не доставляла комфорта, а спину холодил небольшой сквознячок. – Иди ко мне, – Наруто несильно потянул его наверх. – Я тебя слишком долго ждал. – Я еще не начал, – засопротивлялся Саске. – Не начал «что»? – Делать, на что фантазии хватит. – Тогда приступай. Пока не начал этого делать я, – насмешливо фыркнул Наруто. Саске немного задумчиво наклонил голову в бок, затем обнял руками ноги Наруто и коснулся губами головки его члена. Легко, словно спрашивая, то ли он делает. Но вместо слов он получил иной отклик, когда парень поддался к нему навстречу, отдавая на это время контроль. Но Саске упрямо обошел главное, скользнув губами ниже, и втянул в рот кожу на внутренней стороне бедра, оставляя там засос. Наруто издал странный звук, похожий на смех. Наверное, ему было щекотно в этот момент, хотя отстраняться не стал. Учиха глубоко вздохнул, продолжая неспешные ласки, но становилось очевидным, что в мыслях он опять где-то «не тут». – Са-аске, – Узумаки вновь потянул его наверх к себе, подозревая, что иначе у него не получится растормошить друга. Учиха глянул на него с непониманием, словно спрашивая, что он не так делает. – Ты опять думаешь. Это по лбу видно, – Наруто мягко ткнул указательным пальцем в местечко между бровей. – Вон, хмуришься. – Это плохо? – Нет, вообще думать не плохо, – Наруто фыркнул. – Но тебе не кажется, что прямо сейчас ты должен думать обо мне? Учиха растерянно моргнул. – Я думаю о тебе. – Серьезно? – по интонациям в голосе можно было легко догадаться, что парень не обманулся этим заверением. – Заставь меня. – Тогда, сегодня моя очередь воплощать свои фантазии… Наруто потянул его на себя, поднимая на ноги. А затем прижал к стене спиной, властно захватывая губы Саске и вовлекая в череду ненасытных поцелуев-укусов. Перемещался на скулы, шею, ключицы, грудь, плечи… и вновь возвращался к губам, не давая вздохнуть. Оставлял маленькие отметины и царапины, слегка перебарщивая с лаской. Но он знал, что Учиха совсем не будет против пары лишних синяков, если их оставит именно его парень. Боевые и страстные «ранения» отличались друг от друга. Одних ты хочешь избежать, а другие – заполучить. Все очень просто. Саске сначала послушался, но потом стал понемногу хитрить и выворачиваться, не для того чтобы совсем отстраниться, скорее подзадорить или даже немного разозлить Наруто. – Опять дразнишься? Дорвешься же, – тихо и скорее игриво, чем угрожающе шепнул парень. – Выебу. – И? Думаешь, напугал? – Думаю, ты только этого и ждешь. Саске ухмыльнулся, нагло и почему-то немного печально, словно опять начинал думать «не о том». Заметив это, Узумаки действительно разозлился. Поэтому можно было не удивляться тому, как быстро Учиха оказался прижат лицом к стене. И с какой нетерпеливостью, граничащей с грубостью, подготавливал его Наруто, прежде чем войти. Это почти не помогло уменьшить боль от проникновения, зато мгновенно «отрезвило», вернув к реальности. Саске застонал, наконец, отпуская все мысли. Злость и резкие движения Наруто его возбудили гораздо больше, чем все ласки до этого, так что Учиха прогнулся в спине как кошка, требуя еще. Сейчас так было надо, так казалось правильно. Действия Наруто доказывали его намерения гораздо ярче и надежнее, чем слова. Что не уйдет, остановит, заставит быть рядом. Примет решение за обоих, даже если Учиха будет не в состоянии осознавать реальность. И подтверждая его мысли об этом, Узумаки двигался резко, глубоко проникая. Не позволял Саске изменить их положение, сцепив его руки за запястья и удерживая, а второй рукой поддерживая за живот. Покладистость Саске не могла обмануть, Наруто знал, что если парень захочет – он сумеет вырваться. Поэтому не волновался о том, насколько мог переступить грань и не отвлекался на это. Намного больше его занимала сейчас спина и плечи Учихи, которые он прикусывал при каждом сильном толчке. Саске коротко постанывал, прижимаясь щекой к холодной стене. Не то, чтобы то помогало удержаться, но сохраняло хоть иллюзию равновесия. Ноги у парня уже слегка подкашивались от того наслаждения, которое доставлял ему Узумаки. Хотелось просить «еще», но это было не нужно, ведь Наруто знал лучше него, что ему нужно сейчас. – Люблю тебя, – прошептал Саске, еле размыкая губы. – Ты выглядишь слишком милым сейчас… – хрипло произнес ему на ухо Наруто, укусив его вновь. – Завтра ты не встанешь. – Тут мало места для твоих планов, – зашипел Саске, ударившись ногой об унитаз. Это было платой за резкое движение после слов Наруто. – Мне хватит, – Наруто улыбнулся. – Постарайся не дергаться. – Тогда сильнее давай, – потребовал Учиха. – Не командуй, – Узумаки оттянул его голову за шею к себе на плечо и болезненно укусил за местечко под подбородком. – Просто наслаждайся… Саске вскрикнул от неожиданности. И, понимая, что больше не сможет сдерживаться, попытался высвободить одну руку, чтобы помочь себе. Но Наруто, почувствовав, как он вырывается, не позволил сделать этого. Просто скользнул ладонью с живота Саске, перехватывая его член и начиная надрачивать сам, подстраивая движения под темп толчков. Быстрый, жесткий, приносящий острое удовольствие. Учиха повернул голову, прижался губами к его скуле и кончил, больше не в силах сопротивляться. Через несколько толчков Узумаки последовал за ним, еще крепче сжав парня. Было настолько хорошо, что голова кружилась. – Мыться и спать, – через несколько минут озвучил Саске, почувствовав, что дико устал. – Дааа… завтра мы оба не встанем. – У нас как раз выходной, – Учиха все же высвободил одну руку и повернул вентиль крана, настраивая воду. – Отлично, значит отсыпаемся. *** Саске остановил снятый напрокат автомобиль в двух кварталах от банка и повернулся к Наруто, с упорством повторяя в сотый раз свои требования. – Машину не открывай, не выходи, ни с кем не разговаривай. Притворись, что ничего не понимаешь, если тебя будут спрашивать. Но главное – не открывай машину. Даже окна. – Да-да, я понял, – Наруто даже насмешливо закатил глаза, улыбаясь своим мыслям. – Все будет нормально, не волнуйся за меня. – Я вернусь через час, – Учиха коротко сжал его пальцы и вышел из машины. – Эй, – успел позвать его Узумаки, прежде чем парень закрыл дверь. – Возвращайся скорее. А то я уже начинаю скучать. Этот парень был неправильным, выделяясь из толпы. Он двигался неуклюже, что могло объясняться растерянностью во взгляде и большой картой, края которой трепыхались, норовя заехать владельцу по лицу. Он был смешным – с японской внешностью, но высоким, с длинными крашенным в цвет «блонди» волосами. Одежда сразу выдала бы в нем туриста, даже без карты. Вместительный рюкзак, простые синие джинсы и ветровка с множеством карманов, ярко-красная, с желтыми полосками на капюшоне. И, вероятно, с отвратительным знанием языка, потому что прохожие ничем не могли ему помочь, просто не понимая, о чем он говорит. Парень совсем скис через четверть часа метаний и присел на бордюр, достав из кармана потрепанный старый мобильник-раскладушку. Наруто с любопытством наблюдал за ним, не высовываясь из машины. Он прекрасно помнил наказ Саске и не хотел бы влипнуть в ситуацию, когда Учиха заметил бы его болтающим с незнакомцем. Хотя и неизвестно, когда именно Саске должен вернуться. И все же… Парень громко стал объяснять собеседнику, что не успеет вернуться на вокзал, поскольку потерялся и почему-то никто не может ему помочь. Затем стал искренне извиняться, в сотый раз повторяя, что ему очень жаль и что он никого не хотел подводить. А когда повесил трубку, вновь с отчаянием уставился на карту. «Саске убьет меня…» Опуская стекло машины, мысленно Наруто уже затянул на своей шее петлю. Но солидарность туристов победила мнимую опасность, которая якобы могла существовать. – Эй, приятель. – О, Ками, – турист бросился к нему как к спасательному кругу. – Неужели тут хоть кто-то знает японский! – Да только его и знает, как и ты, – Узумаки заразительно улыбнулся. – Сколько до поезда? – Полчаса. Я от вокзала далеко? Понятия не имею, где вообще нахожусь, – парень растерянно протянул ему карту. Взяв ее, Наруто указал пальцем в одно место. – Тут ты, – и прочертив короткую линию, остановился. – Вокзал здесь. Турист сощурился и наклонился к карте ближе. – Где, говоришь? А в следующую секунду он резко выбросил руку и пшикнул Узумаки в лицо из баллончика, мгновенно усыпляя. – Вот только нам совсем в другую сторону.