Пикник на перестрелке

«Мафию следует хоронить в пуленепробиваемых гробах»       Мафия не может править миром. Но прогнуть его под себя — вполне. Ошибается тот, кто думает, что мир неподвластен законам этой преступной группировки. Истинный мафиози сделает все для того, чтобы достигнуть поставленной цели. Он и людей своих скооперирует, и план по захвату-краже-сбыту составит, и пролезет там, где крыса не бродит, и даже будет идти в ногу с законами!       И при всем при этом — даже пальцем не шевельнет.       Но Дазай Осаму, будучи юношей эксцентричным, несколько выходил за рамки понятия «истинный мафиози». Он не боялся вылезть под свистящие пули, не воротил носа от грязных делишек и был только рад взяться за самое сложное и опасное задание. От хладнокровного убийцы до шумного простачка этот парень доходил за долю секунды. Никто и никогда не мог предугадать заранее его следующий шаг. Также никто и никогда не мог поймать, ранить или убить его — настолько он изворотлив и живуч. Те пытки, разработанные им же, что вводили в ужас всякого, кто попадал под них, были жутко эффективными за счет страшно гениальных мыслей их создателя. Если кому и удалось бы остаться в живых, что вряд ли случилось бы, то те голодные до крови глаза будут приходить во снах несчастному еще очень и очень долго.       Таков был истинный Дазай. И беда тому врагу, что станет у него на пути.       Мори с легкой улыбкой разбирал отчеты Дазая. Сразу видно, что писал не он. Услышав мягкие шаги за спиной, Огай отложил бумаги в сторону и сложил руки в замок, поглядывая на закат и Йокогаму, окутанную им.       — Пришел доложить, — тихим голосом произнёс юноша с повязкой на глазу.       — Докладывай, — босс мафии глянул на своего гостя. Дазай был как всегда похвально сдержан, но от Мори не ускользнул тот характерный блеск в его глазах: юноша был крайне взбудоражен. Дазай с непониманием посмотрел в ответ,на что Мори лишь пожал плечами и снисходительно улыбнулся: — Неужели что-то интересное узнал?       — Наша цель находится в лесной глуши, что к северо-востоку от бара «Люпин», — начал Дазай, скользящим взглядом пробегаясь по боссу. Ему не понравилось, что его раскусили. — Смею утверждать, что там бункер и база врага. Следовательно, людей там много, они хорошо вооружены и без дела явно не сидят. Каким-то образом им удалось узнать о моих разведчиках, поэтому вряд ли они будут спокойно пить чай, пока к ним присматриваются.       — Это еще не все, так ведь? — спросил Мори, когда Дазай умолк.       — Мне понадобится дополнительный отряд, — продолжил Дазай.       — Бери. Что-то еще? — Мори потянулся за ручкой, чтобы выписать нужную бумагу.       — Прошу дозволения начать операцию «Опушка» позже оговоренного срока, — на этих словах босс застыл, переведя взгляд на Дазая. Хочет сыграть на обратном эффекте неожиданности? Интересно.       — Ты уверен? — на всякий случай уточнил Огай, заведомо зная ответ.       — Да.       — Дозволяю, — улыбнулся босс, чуть прикрыв глаза. — Можешь идти, Дазай-кун.       — Есть, — Дазай развернулся на каблуках и пошел к выходу из просторного помещения. Когда двери за исполнителем захлопнулись, Огай откинулся на спинку кресла и вновь обратил свой взор к окну. Все-таки вечером этот город особенно красив.

***

      — Ну что, ребята, за нашу встречу! — в воздух поднялась рука со стаканчиком виски. На поле боя вовсю шла война. Дазай чуть наклонил голову вниз, отчего челка налегла на его глаза. Он деланно опечалился. — Как жаль, что она такая короткая! Как весело зато!       Он засмеялся и залпом опустошил пластиковый стаканчик. Вытирая губы рукавом пиджака, Дазай исподлобья наблюдал за развернувшейся картиной.       «Как интересно, я сижу в десяти шагах от растяжек», — Осаму рассматривал лески расставленных ловушек, поблескивающих в траве. Их было всего три, но три таких могли унести жизнь его десятерым за раз. На пути у ловушки показался подчиненный Дазая. Тот окрикнул его, обращая внимание бойца на себя.       — Я бы на твоем месте пошел другой дорогой, — Дазай ненароком указал рукой на блестящие лески. С бутерброда, который был в этот момент в его выставленной руке, упал ломтик помидорки. Осаму молча глянул на упавшую еду и поднял холодный взгляд на подчиненного, что застыл, наблюдая одним глазом за полем боя, а другим — за своим взбалмошным главарем. Голос юноши стал таким же холодным, как и взгляд. — Там три растяжки, обезвредь.       — Есть! — мужчина кинулся разбираться с ловушками, пока его прикрывали двое других, а Дазай вернулся к своему пикнику.       Стоит упомянуть, что юный исполнитель на данной перестрелке совершенно ничего не делал. Эта опушка леса, служащая неким вестибюлем бункера, что был чуть дальше, всего пару часов назад была самым спокойнейшим местом на свете. Смертельно спокойнейшим, потому что ловушек было сплошь и рядом: от видимых взрывных растяжек до скрытных пожирателей ног или чего похуже. Дазай, пришедший зачищать бункер враждебной группировки, встретил немалое сопротивление, но ничего не помешало ему устроить среди перестрелки пикник.       — Ой, нас уже заждались! — радостно улыбнулся тогда Дазай, покрепче подхватывая корзинку для пикника, и обратился к своим подчиненным: — Вы тут с ними пораскиньте кто чем, а я пойду пока разложусь… Не скучайте, потом позову!       Непринужденно раскачиваясь под пулями, исполнитель, не словивший ни одной шальной, прошел примерно в центр опушки и резко сел на землю. Рука потянулась к корзинке. Дазай первым делом вытянул красно-белое клетчатое покрывало и расстелил его, сев сверху в позу лотоса. Вторым делом Осаму вытащил бутылку виски и стаканчик. Третьим стала еда, заботливо приготовленная заранее.       Осаму распивал напиток и созерцал. Свист пуль служил ему музыкой, а взрывы от гранат и растяжек особо не волновали слух. Дазай не торопился, ожидая следующего этапа своего плана. Когда сопротивление будет подавлено — они двинуться раньше. А пока все шло согласно плану, Дазай мог позволить себе расслабиться.       В конце концов, не каждый день услышишь в лесу такой оркестр! А какие же здесь интересные люди!       — Почему именно «Опушка»? Почему у всех операций такие странные названия, Одасаку? — Дазаю стало настолько скучно, что он решил набрать своему единственному другу. Неподалеку пал очередной труп, а вражеский или нет, Дазай не знал: божья коровка нападала на армию тлей на небольшом растении, которое росло сразу же рядом с мафиози. — Вот скажи мне, ты знал, что есть божьи коровки без крыльев?       — Потому что… Ох, Дазай, тебе уже пора завязывать с виски, — устало вздыхает Сакуноске на том конце линии, перелистывая страницу газеты. — Где ты видел божью коровку без крыльев?       — Да вот же, прямо передо мной! — возмутился юноша, наблюдая, как насекомое бегает по его пальцам. — Я хоть раз врал тебе?       — Ладно, верю на слово, — улыбается в трубку Ода. — Отключайся давай, на задании все-таки.       — Ну ты и зануда порой, — ворчит в трубку Дазай и откладывает телефон в сторону, не прерывая связи. Он посидел, еще немного рассматривая диковинное насекомое, а после со вздохом потянулся. Рядом к земле припал солдат, проползая мимо исполнителя и его пикника. Дазай обратился к нему, увалившись неподалеку от своего подчиненного, и положил руку ему на плечо: — Ну что, как продвигаются дела?       — Они уже отступают, — сообщает боец, — скоро прорвемся. Все по вашему плану, Дазай-сан, как и всегда.       — Тогда посиди со мной! — Дазай приподнимается и силой утягивает подчиненного на свою подстилку. Тот с выпученными глазами посмотрел на своего босса, но перечить ему не стал. Осаму достал бутерброд и протянул его подчиненному, между этим наливая в стаканчик виски. — Хидеки, давай поиграем в игру под названием «Антонимы»?       — Дазай-сан, пригнитесь! — кричит Хидеки, выпаливая обойму на врага, что вдруг показался за спиной его босса. Дазай согнулся, чтобы подобрать на палец с покрывала очередную бескрылую божью коровку, и, казалось, даже не обратил внимания на выкрик Хидеки, а потому, когда полуживой солдат упал рядом с ним, несказанно удивился.       — О, еще один желающий поиграть! — улыбнулся Дазай, взмахнув стаканчиком с виски так, что жидкость чуть не выплескалась. Солдат шевельнулся, когда ему в затылок уставилось дуло автомата, и исподлобья глянул на своего убийцу. Дазай нахмурился и обратился ко врагу: — Слушай, не смотри так на своего брата по оружию, никто не виноват, что он пришел раньше. Сам посуди: если бы я знал, что вас будет так много, я бы взял больше стаканчиков!       Умирающий солдат, харкая кровью, ничего не отвечал. До оружия ему уже не дотянуться, а в рукопашную против автомата, наставленного в затылок, не пойдешь.       — Добить, Дазай-сан?       — Хидеки, «Луна» и «Цветок» — антонимы?* — спрашивает исполнитель, кладя руку на автомат, тем самым не давая выстрелить. Боец нервно сглотнул и помотал головой.       — Вот и я думаю, что нет. Какие же это антонимы, если наоборот: антонимом к слову «Луна» будет «Облака», а к «Цветку» — «Женщина». Прекрасная игра, правда, ребята? Сам придумал! У меня еще одна есть, где надо подобрать к трагическому слову комедийное. Поиграем?       Наушник на ухе Дазая внезапно зашипел, извещая о подключении связующего. Осаму убрал руку с автомата и дал команду «добить», после чего нажал на кнопку наушника.       — Слушаю, — выстрел, прогремевший совсем над ухом, заставил мафиози поморщится.       — Подкрепление, Дазай-сан! — через шипение слабеньких динамиков донёсся взволнованный голос молодого парня, которого Дазай совсем недавно нанял по чистой случайности.       — Понял, приступаем ко второму этапу операции, — известил Осаму и отключился. Приподнимаясь, он захватил свой телефон, который все еще был на связи с Одасаку, и поднес его к уху. — Так и знал, что ты не положишь трубку.       — Зато узнал много нового об антонимах, — усмехнулся тот. — Кстати, а что там за игра с трагедией и комедией?       — Поиграем, когда вернусь, — пообещал Дазай и положил трубку. Повернувшись к Хидеки, он лучезарно улыбнулся ему и взмахнул рукой. — Ну что, посиди тут с ребятами, пока я не вернусь. Бывай.       В те минуты юный исполнитель Портовой мафии сдался врагу…       И, о, для чего же!       Для того, чтобы разнести весь бункер врага по камушкам.       Второй этап был донельзя прост: Осаму сдается врагу и попадает в его самое слабое место — тюрьму. А слабое оно потому, что нет для Дазая ничего проще, чем открыть отмычкой наручники, а в последующем и двери камеры. Обойти охрану было бы сложнее, если бы не наушник с указаниями. Связующий с наступлением второго этапа операции захватил систему камер наблюдения, а потому весь бункер был у него как на ладони. Нет ничего лучше плана, продуманного до мелочей.       Зная это, Дазай никогда не ленился обдумать все пути. Если ему вздумается — узнает родословную каждого врага до пятой династии. И даже найдет ей применение.       Если же там, наверху, он до беспредела паясничал, то здесь же это был совершенно другой человек, не знающий милосердия. Дьявольски холодный взгляд, точные расчеты гибкого ума и четкие действия — вот, что представлял собой Дазай, когда по-настоящему занимался делом. И ничто не сможет его остановить, кроме него самого.       Все кончилось, толком не успев начаться. Стоило Дазаю попасть в бункер, как он опустел в течение пятнадцати минут и лишь несколько сиротливых бомб остались одиноко лежать в окровавленных и душных помещениях убежища. Нажатие одной кнопки превратит все это в руины.       Исполнитель, отряхивая от пыли свой плащ, толкнул тяжелую железную дверь бункера, что вела наружу, и шагнул за порог. Когда он вышел в темноту, освещаемую лишь звездами да луной, что бликами игрались на деревьях и траве, то встретился с целым рядом автоматов, наставленных на него. Он остановился и усмехнулся, примирительно поднимая руки. В одной из них блестел пульт управления.       — Отличная работа ребята, — с улыбкой говорит Дазай, замечая, как его бойцы опускают оружие, узнавая в темноте своего босса. Осаму опустил руки и мягко засмеялся: — Ну что, продолжим наш пикник?