GRAPESHOT или Сумерки для тех, кто по девочкам

Меня втянули обратно буквально из дверного проёма, и если честно, без обещания дать мне больше еды от Эсме для бессовестного поглощения, я бы не согласился на дальнейший разговор по душам. А его они явно собирались осуществить вопреки моим намёкам. Я снова сидел за столом, но теперь меня с двух сторон зажимала Таня и Ирина, а Кейт в своей суете маячила за нашими спинами. Таня, конечно, была дамой властной и явно хотела меня видеть там, где я бы сам рад оказаться, но последствия пугают. Но она ни разу за всё это время не попыталась всамделишно на меня надавить. Потому я как-то даже спокойно себя ощущал, а возможность искоса поглядывать на такую красоту и при этом не смотреть в сторону Розали - так сразу дайте две! В общем-то эти самые две мне ситуация и предоставила, но понятно было что наискось поглядывать и что-то там себе в голове приятное думать я могу только про Таню. Нет, конечно, Ирина тоже была блондинкой, и это моя зафиксированная слабость, блондинки, но я не сторонник, с тех самых пор как стал в этой жизни другим полом, каким-то образом показывать свою заинтересованность в тех, кто во мне не заинтересован. Да и на Таню я тоже, в общем-то, поглядывал как на эдакий якорь дабы не соскользнуть случайно на Розали или Лилиан. Честно говоря, не будь у меня чёткого понимания, вызванного информацией от Томико, я бы пытался подружиться с Розали и Элис, через них как-то повлиять на Эдварда, чтобы он изначально как-то отвял от Лилиан, что ли. Да и к Тане бы отнёсся серьёзно. Но я точно знал, что для обретения тела, хотя бы просто похожего на нужное мне для нормального восприятия реальности без попыток откосить от психушки, я должен буду расти в силушке как кицунэ, что в принципе невозможно без перерождения. Ну, это если я не хочу или терять свои воспоминания о бытие мужчиной, что неприемлемо, потому как это равно потере воспоминаний о моей личности в прицнипе, или жеопускаться до становления мелкотравчатым монстриком жрущим души налево и направо. И да, Томико не постеснялась рассказать о подобном способе, ведь я должен был знать о самой возможности дабы случайно такое не учинить. Конечно же, когда мы это обсуждали, у меня закрались закономерные подозрения, что, быть может, я сожрал душеньку этой самой Беллы, чтобы ею стать, но кицунэ отмахнулась от моих, уже не впервые высказанных, кстати, подозрений. Она продолжала утверждать, что при помощи реинкарнации я буду накапливать какую-то определённую, нужную для этой самой силушки, оболочку души, а делать это накапливание в обычных мирах, без чего-то сверхъестественного - это уж очень долго. В общем, вся эта информация и привела меня в данное подвешенное положение, когда я что-то не особо хочу впрягаться во всю эту историю, при этом вообще не уверен в том, что этот Эдик реально промыл мозги Лилиан, и это не мои фантазии. Возможно, эта беседа и не будет столь бесполезной, как мне думается. И вот только я настроился, начал аккуратно резать средней прожарки богическую говядинку, сглатывая слюнку от запаха стейков, так мне всё тот же рыжий ушлепок этот настрой перебил. Я предпочитал вначале порезать хотя бы половину, и только потом есть, потому эта минута паузы, пока я разбирался со структурной целостностью мясных волокон, дала Эдику шанс собраться с мыслями. - Лилиан, ты ведь помнишь, я тебе говорил, что у вампиров есть такой феномен как Пары, что-то вроде соулмэйтов... - сказал Эд-диот, причём нарочито спокойно, но мне все равно как-то было не по себе от этого тона. - И я умею читать мысли. Я поднял голову и чуть было не плюнул комочком пережёванного мяса прямо ему в харю. Не нужно быть гением, чтобы понять - пока Лилиан была не защищена омамори, за те пол минуты или около того, он прочел мысли своей якобы второй половинки обо мне, и они ему явно не понравились. И этот высер царя небесного явно что-то задумал. Элис привстала с места, явно показывая на своём миленьком лице тревогу, но её приостановил муженёк, хмуро поглядывая то на меня, то на заветную парочку Эдика и моей бывшей. При этом остальные непонимающе на это всё взирали. - А Джаспер умеет эмоции определять, - продолжил он свою мысль и поглядел на меня с каким-то больно уж самодовольным прищуром. - И эта защита на его способности не действует. - Что ты хочешь этим сказать? - я выкинул бред из головы и продолжил перемалывать челюстями стейк. - Миссис Каллен... Э-э-э, то есть Эсме, да, - под её мягко укоризненным вглядом я сам себя поправил и перешёл на имя, как она раньше просила. - У вас, может, есть чаёк? Я мясо холодным не запиваю. - Это что-то человеческое? - почему-то решила уточнить Ирина, хотя с ней я разве что пятью словами обмолвился за всё это время. - Плохо станет? - Угадала! - я сделал свободной от вилки ладонью пистолетик и усмехнулся. - Если плотно поесть и выпить напиток со льдом, как Эсме мне дала, то может завернуть кишки или просто стать не круто. Я, конечно, благодаря своей не совсем человеческой природе от такого не помру, да и может вообще никакой реакции не быть. Но надо ли проверять? Кейт, ну или по простому Катя, хихикнула и даже начала что-то дополнять, решив втиснуться локтями между мной и Ириной, не дамочка, а хлопушка, прямо, но Эдику не понравилось что мы его игнорим. - Лилиан убеждена, что ты её любишь, Изабелла Свон, и потому она не может тебя окончательно отпустить. Но ты ведь вообще никого и ничего не любишь, не так ли? Его тон был обвиняющим и презрительным, но это не мешало мне продолжать жевать, уставившись, по большей части, в тарелку. Соус был тоже ничего, но из-за этого ушлепка у меня во рту перестал почему-то ощущаться вкус. Странное дело, конечно - дебилы ощутили депрессию, или что это там у меня за эмоциональный запор отвечает, и начинают экстраполировать до черных дыр просто. Долбоящеры, что сказать. - Не игнорируй меня, - прошипел этот фантазер и решил попытаться угрожающе нависнуть. Я уже, было, начал откладывать приборы дабы попросту выйти отсюда и закончить разговор, ведь пламенеющей катаны у меня с собой не было, а втащить этому жопоголовому своей девичьей ручкой - это дело неблагодарное. Но тут секундой позднее раздался звон стекла - это разнесло окошко в полный рост, и Эдика внезапно не стало напротив. Н-да, Розали в пересказе Томико, где она просто тихо терпеть не могла Беллу и почему-то там скучала по своей человечности, и эта, скорая на расправу, воинствующая валькирия, готовая на угрозу мне ответить рефлекторно сразу же по щам этой угрозе - это две разные Розали. Я решил всё же поднапрячься и использовать свои лисьи силушки, потому успел застать своим резко обострившимся слухом конец их шипящего разговора. Ведь ни Эдик, ни Розали не стали драться дальше - он явно знал, что сказать, дабы остановить её ярость или даже попытаться перенаправить её. - ...Ты и рада обманываться. У тебя есть всё, но ты желаешь большего, но ты и не представляешь насколько это односторонние чувства. Зачем чинить то, что работает, Роуз? Она просто не способна... - Закрой свой рот! - уже не шипяще, а в полный голос, рявкнула Розали и невольно поймала мой взгляд. Мы все уже покинули, конечно же, свои места, пока они там топтались, и выглянули в дыру, созданную этой вполне себе обоснованной, хоть и чересчур экспрессивной, эмоциональной реакцией. Дальше взгляд Розали метнулся к её муженьку, который тоже наверняка слышал эти откровения телепата, и он уже перешагивал через битое стекло, не замечая ничего, с явным беспокойством и каким-то беспомощным сочувствием на лице. Я был лишним и совершенно точно не хотел в это влезать, как бы меня ни плющило от Розали, когда я был весь полон этой кицунэ-магии. Совместимость - говорила Томико. Именно поэтому я в своё время и был к ней неравнодушен, но она меня отшила напрямую, и это, как мне на тот момент казалось, было связано с тем, что я не мужчина. Этим она свой отказ объяснила, и я достаточно спокойно перенёс такое завершение первой подростковой влюблённости в этом теле. Теперь я уже знал, что дело было не только в отсутствии взаимной влюблённости, но и в том, что эта дамочка - бессмертное существо, способное на межмировые переходы и изменение своего тела по желанию духа. Я был головастиком, едва оперившимся птенцом, младенцем, едва перевернувшимся со спины на пузо. И да, Томико могла и желала игнорировать нашу совместимость, и потому я тоже отвечал ей взаимностью. С Розали же отвечать взаимностью на её какое-то почти что инстинктивное притяжение было бы крайне чревато. Как для неё, потерей того, что она уже имеет и ценит, вне этих навязанных сверхъестественными обстоятельствами чувств, так и для меня, вполне вероятной потерей новообразованного желания как можно скорее и безболезненнее покинуть этот мир. У меня привычно перехватило что-то под сердцем и потянуло за глазами, но я выдохнул и отпустил.